М.: Типография Вильде, 1893. — 422 с.
Язык: русский дореформенный. Из истории раскола. "Всякому, кто хотя бы и немного знаком с историей русского раскола, должно быть известно, что у раскольников вскоре после отделения их от церкви не оказалось ни одного епископа.
Единственный архиерей-раскольник, Павел Коломенский, кончил свою жизнь заточником Палеостровского монастыря, на берегах неприветного Онежского озера, не рукоположив для своих единосогласников преемника в епископском сане, а потому „древне-православная церковь", — так называла себя вся фанатически и неразумно воспротивившаяся „никоновским новшествам" масса русского люда—при самых первых своих шагах в темные недра религиозного заблуждения, — и осталась при „духовном окормлении" одних только священников, ратовавших против предпринятых патриархом Никоном церковно-обрядовых исправлений…"
Язык: русский дореформенный. Из истории раскола. "Всякому, кто хотя бы и немного знаком с историей русского раскола, должно быть известно, что у раскольников вскоре после отделения их от церкви не оказалось ни одного епископа.
Единственный архиерей-раскольник, Павел Коломенский, кончил свою жизнь заточником Палеостровского монастыря, на берегах неприветного Онежского озера, не рукоположив для своих единосогласников преемника в епископском сане, а потому „древне-православная церковь", — так называла себя вся фанатически и неразумно воспротивившаяся „никоновским новшествам" масса русского люда—при самых первых своих шагах в темные недра религиозного заблуждения, — и осталась при „духовном окормлении" одних только священников, ратовавших против предпринятых патриархом Никоном церковно-обрядовых исправлений…"