Фрейнкман Л.М., Дашкеев В.В., Муфтяхетдинова М.Р. Анализ институциональной динамики в странах с переходной экономикой

Подождите немного. Документ загружается.

101

своего институционального развития. Импорт институтов сти-

мулируется демонстрационными эффектами со стороны близле-

жащих государств.

• Заимствование институтов частично происходит через торговые

взаимодействия. Участие во внешней торговле предъявляет по-

вышенные требования к институтам, создает стимулы для заим-

ствований институтов из более развитых стран-партнеров. Стра-

ны со сходным уровнем торговой открытости

при прочих рав-

ных демонстрируют тенденцию к институциональному вырав-

ниванию.

• Включение фиксированных эффектов в модели по пулу для всех

моделей сохраняет содержательные выводы.

По мере поступления новых данных дальнейшее исследование

позволит детализировать исследование происходящих институцио-

нальных изменений.

4. Эконометрический анализ

институциональной динамики

в России в 1996–2006 гг.

В данном разделе нами анализируется динамика оценок институ-

ционального развития для различных стран мира, включая Россию,

за 1996–2006 годы. Для этой цели нами используется построенная в

предыдущем разделе модель межстрановых институциональных

различий, которая позволяет построить для каждой из стран, входя-

щих в выборку, количественные оценки масштабов их институцио-

нального отставания (ИО) от

лидирующих в институциональном

развитии стран, а также проследить изменения в величинах такого

отставания. Развитость стран в институциональном смысле понима-

ется нами, прежде всего, как развитость экономических институтов.

Поэтому мы, в основном, используем для анализа 4-х компонентный

индекс WGI.

Хотя в отдельные годы рассматриваемого периода глобальными

лидерами институционального развития становились разные страны

(табл. 4.1), однако, набор стран, входящих в группу лидеров, демон-

стрирует постоянство. Это связано с существенной инерционностью

институционального развития и стабильностью стран с высоким ка-

чеством ключевых институтов. Ни один из лидеров годовых рейтин-

гов ни разу значительно не удалялся от первых позиций. Финляндия

чаще других стран являлась институциональным лидером годовых

рейтингов, поэтому мы выбрали эту страну в качестве абсолютного

институционального лидера десятилетия и строили наши измерения

институционального отставания по отношению к показателям каче-

ства институтов Финляндии

В противном случае относительное расположение / динамика стран была бы

трудно интерпретируема.

103

Таблица 4.1

Страны-лидеры WB WGI, 1996–2006 гг.

Год Лидер WGI4 Лидер WGI6

1996 Швейцария Швейцария

1998 Нидерланды Нидерланды

2000 Финляндия Финляндия

2002 Финляндия Финляндия

2003 Финляндия Финляндия

2004 Дания Финляндия

2005 Исландия Исландия

2006 Дания Финляндия

Число стран, по которым были доступны необходимые нам для

анализа данные, варьировалось от 108 до 126 в период с 1996 по

2005 г. По описанным в предшествующем разделе причинам в

2006 г. это число сократилось примерно на четверть – до 89 стран.

Для оценки устойчивости наших результатов мы проверяем со-

гласованность выводов, полученных по 4-х компонентному

индексу

(экономических) институтов, с выводами из такого же анализа для

6-ти компонентного индекса, включающего и политические инсти-

туты.

На нижеследующих графиках институциональных отставаний по

оси абсцисс отложены фактические (т.е. соответствующие исхож-

ным оценкам WBI) институциональные расстояния между страной-

лидером и остальными странами выборки, по оси ординат – подоб-

ранные с помощью

регрессионной модели значения. Кроме того, на

графиках нанесена прямая, которая отражает регрессионную связь

между фактическими и расчетными данными, которая подобрана по

средним за 1996–2006 гг. данным.

104

AUT

CAN

CHE

DEU

DNK

ALB

ARG

AUS

AZE

BFA

BGD

BGR

BHR

BOL

BRA

CHL

CHN

CIV

CMR

COL

CRI

CYP

CZE

DOM

DZA

ECU

EGY

ESP

EST

GAB

GEO

GHA

GIN

GMB

GRC

GTM

HKG

HND

HRV

HTI

HUN

IDN

IND

IRL

ISL

ISR

JAM

KAZ

KEN

KGZ

KOR

KW T

LTU

LVA

MAR

MDA

MDG

MEX

MKD

MLI

MLT

MNG

MOZ

MUS

MWI

MYS

NER

NGA

NIC

NPL

NZL

OMN

PAK

PAN

PER

PHL

POL

PRT

PRY

RUS

SDN

SEN

SLV

SUR

SVK

SVN

SYR

TGO

THA

TTO

TUN

TUR

UGA

UKR

URY

VEN

YEM

ZAF

ZMB

FRA

GBR

ITA

JPN

NLD

NOR

SWE

USA

RUS

1 2 3 4 5

оценка

0 2 4 6 8

факт

Примечание. Здесь и далее на рисунках пунктирные линии соответствуют средним

величинам нанесённых на графики переменных.

Рис. 4.1. Фактические и подобранные институциональные

расстояния, 4-x компонентный индекс, 1996 г.

AUT

BEL

DEU

DNK

ALB

ARG

ARM

AZE

BGR

BIH

BLR

BLZ

BOL

BRA

CHL

CHN

CIV

CMR

COL

CPV

CRI

CZE

ECU

EGY

ESP

EST

GAB

GEO

GHA

GRC

GTM

HKG

HND

HRV

HUN

IDN

IRN

ISL

ISR

JAM

JOR

KAZ

KGZ

KOR

LTU

LVA

MAR

MDA

MDG

MEX

MKD

MLT

MNG

MOZ

MUS

MWI

MYS

NIC

PAK

PAN

PER

PHL

POL

PRT

PRY

RUS

SEN

SGP

SLV

SVK

SVN

SYR

THA

TUR

TZA

UGA

UKR

URY

VEN

ZAF

ZMB

FRA

GBR

ITA

LUX

NLD

NOR

SW E

RUS

1 2 3 4 5

оценка

0 2 4 6 8

факт

Рис. 4.2. Фактические и подобранные институциональные

расстояния, 4-x компонентный индекс, 2006 г.

105

AUT

CAN

CHE

DEU

DNK

ALB

ARG

AUS

AZE

BFA

BGD

BGR

BHR

BOL

BRA

CHL

CHN

CIV

CMR

COL

CRI

CYP

CZE

DOM

DZA

ECU

EGY

ESP

EST

GAB

GEO

GHA

GIN

GMB

GRC

GTM

HKG

HND

HRV

HTI

HUN

IDN

IND

IRL

ISL

ISR

JAM

KAZ

KEN

KGZ

KOR

KWT

LTU

LVA

MAR

MDA

MDG

MEX

MKD

MLI

MLT

MNG

MOZ

MUS

MWI

MYS

NER

NGA

NIC

NPL

NZL

OMN

PAK

PAN

PER

PHL

POL

PRT

PRY

RUS

SDN

SEN

SLV

SUR

SVK

SVN

SYR

TGO

THA

TTO

TUN

TUR

UGA

UKR

URY

VEN

YEM

ZAF

ZMB

FRA

GBR

ITA

JPN

NLD

NOR

SWE

USA

RUS

1 2 3 4 5

оценка

0 2 4 6 8

факт

Рис. 4.3. Фактические и подобранные институциональные

расстояния, 6-ти компонентный индекс, 1996 г.

AUT

BEL

DEU

DNK

ALB

ARG

ARM

AZE

BGR

BIH

BLR

BLZ

BOL

BRA

CHL

CHN

CIV

CMR

COL

CPV

CRI

CZE

ECU

EGY

ESP

EST

GAB

GEO

GHA

GRC

GTM

HKG

HND

HRV

HUN

IDN

IRN

ISL

ISR

JAM

JOR

KAZ

KGZ

KOR

LTU

LVA

MAR

MDA

MDG

MEX

MKD

MLT

MNG

MOZ

MUS

MWI

MYS

NIC

PAK

PAN

PER

PHL

POL

PRT

PRY

RUS

SEN

SGP

SLV

SVK

SVN

SYR

THA

TUR

TZA

UGA

UKR

URY

VEN

ZAF

ZMB

FRA

GBR

ITA

LUX

NLD

NOR

SW E

RUS

1 2 3 4 5

оценка

0 2 4 6 8

факт

Рис. 4.4. Фактические и подобранные институциональные

расстояния, 6-ти компонентный индекс, 2006 г.

106

Построенная таким образом модель связывает различия в качест-

ве национальных институтов с различиями в некоторых базовых ис-

торических и географических факторах. Обращает на себя внимание

тот факт, что объясняющие факторы модели являются крайне инер-

ционными и многие из них практически не зависят от деятельности

соответствующих правительств. Построенная модель тем

самым от-

ражает некоторый базовый тренд (base line) в межстрановых инсти-

туциональных различиях, причем этот тренд связан, главным обра-

зом, с внешними по отношению к национальным правительствам

факторам

. Модель позволяет оценить для каждой отдельной стра-

ны, как ее институциональные оценки отличались бы от аналогич-

ных оценок других стран при фиксированных различиях в уровнях

ВВП и непосредственном учете влияния базовых исторических и

географических факторов, прежде всего связанных с качеством ин-

ституционального окружения данной страны. Другими словами, мо-

дель игнорирует

влияние относительно краткосрочных факторов,

связанных с деятельностью национальных правительств по проведе-

нию институциональных реформ и соответствующему улучшению

институциональных индексов.

Вертикальная координата (расчетные значения) отражает ожи-

даемый уровень институционального отставания для каждой стра-

ны, т.е. каким в среднем могли бы быть институциональные харак-

теристики стран, если бы их институциональное развитие находи

лось в полном соответствии с объективными условиями их развития

(т.е. рассмотренными выше географическими, историческими и тор-

говыми факторами и величиной душевого ВВП), учитываемыми в

модели. Сравнение фактических и расчетных значений ИО позволя-

ет оценить степень соответствия фактического состояния институ-

циональной среды в конкретной стране её объективным условиям и

возможностям

. Значительный разрыв между фактическим и расчет-

Относительно более динамичные факторы модели включают уровень душевого

ВВП и уровень торговой открытости. В их динамике, конечно же, отражаются ре-

форматорские усилия национальных правительств. Но даже и в динамике этих пе-

ременных очень заметны инерционность и зависимость от предшествующего исто-

рического развития (path dependence).

107

ным значениями ИО можно интерпретировать или как недоисполь-

зование страной имеющихся возможностей по развитию институтов,

или как пример крайне успешного развития в отдельной стране (ре-

зультаты выше ожидаемых с учетом местных объективных усло-

вий).

Страны, лежащие ниже прямой на графике, характеризуются тем,

что их фактическое ИО больше, чем в среднем

для выборки откло-

няется от расчетного значения институционального расстояния. При

этом, чем ниже под прямой находится страна, тем больше разрыв

между ее фактическими и расчетными значениями, т.е. тем в боль-

шей степени недоиспользуется потенциал для ее институционально-

го развития.

В отношении России, основные результаты анализа могут быть

суммированы следующим

образом. Во-первых, Россия стабильно

находится ниже и правее линии регрессии, то есть значительное

фактическое институциональное отставание России от Финляндии

(ось абсцисс) существенно превышает ее расчетное отставание (ось

ординат). Это свидетельствует, что в России имеются значительные

резервы для улучшения институциональной среды. Соседями Рос-

сии на диаграмме, т.е. странами, оказавшимися

в схожей с Россией

институциональной ситуации, являются такие страны как Аргенти-

на, Казахстан и Украина. В этой же группе, но ближе к линии рег-

рессии находится Мексика, некоторые республики бывшей Югосла-

вии (Хорватия, Босния и Герцеговина).

Во-вторых, в случае 6-ти компонентного индекса расстояние до

линии регрессии у России больше, чем

в 4-х компонентном случае.

Другими словами, расхождения между фактическим и расчетным

значениями институционального отставания России от страны-

лидера с учётом политических институтов больше, чем при учёте

только экономических институтов.

В-третьих, изменение положения России на графике (как и боль-

шинства других стран СНГ) в течение 1996–2006 гг. было очень ог-

раниченным.

Это отражает как общую сложность и инерционность

институциональных преобразований, так и недоиспользование

108

имеющихся объективных возможностей для ускорения институцио-

нальных реформ.

Все страны на графиках можно сгруппировать в несколько боль-

ших групп. Например, юго-восточный квадрант, в который попадает

и Россия, включает страны с относительно низким фактическим

уровнем развития институтов (фактическое значение ИО больше

среднего) и при этом с недоиспользованным потенциалом институ-

ционального развития. У всех таких стран расчетное институцио-

нальное отставание меньше, чем фактическое. При их уровне эко-

номического развития, истории и качестве географического окруже-

ния, они могли бы иметь лучшую институциональную среду.

В северо-восточном углу графика находятся страны, у которых и

фактические и расчётные значения ИО относительно велики. Наи-

более

яркими представителями этой группы являются страны Афри-

ки, расположенные южнее Сахары, такие как Мозамбик, Замбия,

Малави, Уганда, Камерун, Кот-д'Ивуар и т.д. В условиях слабораз-

витой инфраструктуры, неблагоприятного для развития торговли

географического положения, ограниченных контактов с внешним

миром, неблагоприятного институционального соседства вероят-

ность быстрого институционального прогресса для таких

стран низ-

ка. К этой же группе относятся и некоторые страны СНГ (Беларусь,

Киргизия), которые на сегодняшний день ещё более институцио-

нально удалены от лидеров, чем Россия (и по факту, и по потенциа-

лу).

Развитые страны (ОЭСР) располагаются в юго-западном квад-

ранте – их фактические и расчетные значения институционального

отставания от

Финляндии незначительны.

Страны, имеющие наибольшие отклонения от Финляндии по по-

казателю вовлечённости во внешнюю торговлю, попадают в северо-

западную часть графика. Это Люксембург, Сингапур, Гонконг – ма-

лые развитые государства с высокоразвитой внешней торговлей.

Они отражают специальный случай, являясь странами с крайне не-

типичными значениями показателя торговой открытости. Для них

модель

дает крайне заниженные расчетные значения ИО. Если ис-

ключить эти страны, в северо-западный квадрант попадает ограни-

109

ченное число стран, у которых фактическое институциональное от-

ставание меньше, чем предсказанное моделью (Чили, Иордания).

Это институционально успешные страны, которые достигли сущест-

венных результатов по совершенствованию своей институциональ-

ной среды, несмотря на то, что их экономические, географические и

прочие условия не столь благоприятны. Стоит особенно подчерк-

нуть, что таких стран

относительно мало.

Несмотря на высокую инерционность институционального разви-

тия, примеры ускоренного институционального прогресса сущест-

вуют. С 1996 по 2006 г. ряд стран Центральной и Восточной Европы

(ЦВЕ), стимулируемых процессами евроинтеграции, оказались спо-

собны сократить институциональное отставание от развитых стран

(рис. 4.5 и 4.6). На графиках приведены только некоторые из госу-

дарств ЦВЕ

, чтобы облегчить чтение рисунков.

AUT

BEL

DEU

DNK

ALB

ARG

ARM

AZE

BGR

BIH

BLR

BLZ

BOL

BRA

CHL

CHN

CIV

CMR

COL

CPV

CRI

CZE

ECU

EGY

ESP

EST

GAB

GEO

GHA

GRC

GTM

HKG

HND

HRV

HUN

IDN

IRN

ISL

ISR

JAM

JOR

KAZ

KGZ

KOR

LTU

LVA

MAR

MDA

MDG

MEX

MKD

MLT

MNG

MOZ

MUS

MWI

MYS

NIC

PAK

PAN

PER

PHL

POL

PRT

PRY

RUS

SEN

SGP

SLV

SVK

SVN

SYR

THA

TUR

TZA

UGA

UKR

URY

VEN

ZAF

ZMB

FRA

GBR

ITA

LUX

NLD

NOR

SWE

BGR

EST

LTU

LVA

RUS

1 2 3 4 5

оценка

0 2 4 6 8

факт

Рис. 4.5. Фактические и подобранные институциональные

расстояния для некоторых стран Центральной

и Восточной Европы, 4-x компонентный индекс, 2006 г.

110

AUT

CAN

CHE

DEU

DNK

ALB

ARG

AUS

AZE

BFA

BGD

BGR

BHR

BOL

BRA

CHL

CHN

CIV

CMR

COL

CRI

CYP

CZE

DOM

DZA

ECU

EGY

ESP

EST

GAB

GEO

GHA

GIN

GMB

GRC

GTM

HKG

HND

HRV

HTI

HUN

IDN

IND

IRL

ISL

ISR

JAM

KAZ

KEN

KGZ

KOR

KWT

LTU

LVA

MAR

MDA

MDG

MEX

MKD

MLI

MLT

MNG

MOZ

MUS

MWI

MYS

NER

NGA

NIC

NPL

NZL

OMN

PAK

PAN

PER

PHL

POL

PRT

PRY

RUS

SDN

SEN

SLV

SUR

SVK

SVN

SYR

TGO

THA

TTO

TUN

TUR

UGA

UKR

URY

VEN

YEM

ZAF

ZMB

FRA

GBR

ITA

JPN

NLD

NOR

SWE

USA

BGR

EST

LTU

LVA

RUS

1 2 3 4 5

оценка

0 2 4 6 8

факт

Рис. 4.6. Фактические и подобранные институциональные

расстояния для некоторых стран Центарльной и Восточной Европы,

4-x компонентный индекс, 1996 г.

Как следует из анализа данных по странам БРИК (Бразилия, Рос-

сия, Индия, Китай) за 1996, 2005 и 2006 г. (рис. 4.7– 4.9) (для 2006 г.

данные по Индии отсутствуют), Россия оказывается в самом невы-

годном положении. У нее

наибольший разрыв между фактическим и

расчетным институциональными расстояниями. Китай и Бразилия,

хотя так же как и Россия, лежат ниже линии регрессии, находятся

ближе к регрессии, чем Россия, тогда как Индия располагается выше

этой линии. Другими словами, у России объективно лучшие условия

для ускорения темпов институциональных преобразований и сокра-

щения институционального отставания

от лидеров.

Согласно нашему анализу, в 1996 г. Китай располагался на

меньшем (фактическом) институциональном расстоянии от Финлян-

дии, чем в 2005 или 2006 г., и находился над линией регрессии. Де-

градация китайских институтов связана с ухудшением оценки эф-