Гришина Н.В. Психология конфликта

Подождите немного. Документ загружается.

Глава 7. Возникновение конфликтов: выбор стратегии реагирования 2 2 3

Мир

Отсутствие ссоры, вражды, несогласия,

войны; лад, согласие, единодушие, при-

язнь, дружба, доброжелательство; ти-

шина, покой, спокойствие.

В. И.Даль

напряжения, которое может выдержать личность без разрушительных для нее

последствий или которое она считает для себя оптимальным, «потребным».

Мы не разделяем точку зрения относительно однонаправленности моти-

вации человека либо на «гомеостаз», либо на «развитие» и предпочитаем ис-

ходить из наличия как мотивационных систем, отвечающих за целостность,

ослабление внутреннего напряжения, так и мотивационных систем, иниции-

рующих переход на новый уровень, в том чис-

ле и как следствие накапливающегося внут-

реннего напряжения.

Вернемся к сформулированному нами в на-

чале главы тезису об универсальности стрем-

ления человека к преодолению возникающих

противоречий. Как в обыденном сознании,

так, впрочем, нередко и в философских, рели-

гиозных или психологических представлениях достижение человеком зрело-

сти, мудрости связывается с состоянием, которое выражается формулой

«жить в мире с самим собой» (как и в «мире» с окружающим миром в целом).

Помимо обыденных суждений, которые, безусловно, не могут рассматри-

ваться как доказательство, но лишь как иллюстрация, можно сослаться и на

вполне научные подтверждения наличия у человека тенденций к преодоле-

нию внутренней дисгармонии и напряжения.

В психоанализе внутренние противоречия рассматриваются как проявле-

ние патогенных конфликтов, разрушающих психику человека, в рамках ког-

нитивных построений они интерпретируются как когнитивный диссонанс,

и т. д. Наконец, вся практическая психология рассматривает внутренние пе-

реживания человека, испытываемое им напряжение, ощущение дисгармонии,

утраты целостности, чувство раздвоенности и т. д. как предмет своей работы,

целью которой является в том числе и возвращение человека «к самому се-

бе». Достижение внутренней гармонии может быть идеальной целью и не мо-

жет быть проблемой, решенной человеком для себя раз и навсегда.

Таким образом, наше дальнейшее описание будет исходить из безусловно-

го стремления здорового человека к преодолению противоречий, возникаю-

щих в его внутреннем мире и в пространстве его жизненной ситуации, вклю-

чающей мир отношений с окружающими.

Реакция человека на возникающие проблемы

Мы переходим к обсуждению того момента в возникновении и развитии кон-

фликта, когда на основе предварительной оценки происходит выбор формы

реагирования на существующую проблему. Наше предшествующее обсужде-

ние касалось «стратегической» цели, способы достижения которой, однако,

могут быть различными.

Например, считая основной причиной психологических проблем, проти-

воречий учителя рассогласование между самооценкой («Я — действующее»)

2 2 4

и ожидаемой оценкой со стороны других («Я — отраженное»), Л. М. Митина

и О. В. Кузьменкова предлагают различать конструктивный и деструктивный

пути развития этих противоречий (рис. 7.1). Адекватное осознание и кон-

структивное разрешение внутреннего конфликта стимулирует профессио-

нальное развитие педагога, неадекватное осознание и деструктивное разре-

шение тормозят его (Митина, Кузьменкова, 1998). Выбор личностью способа

разрешения возникшего противоречия становится условием ее дальнейшего

развития.

-< Конструктивный путь

-я Деструктивный путь

Рис. 7.1, Динамика внутриличностных противоречий (цит. по: Митина, Кузьменкова, 1998)

Ф. Е. Василюк предпринял попытку соотнесения форм реагирования че-

ловека на переживаемые трудности с особенностями его жизненного мира.

Если представить себе индивида, живущего во внутренне простом и внешне

легком мире («инфантильном жизненном мире», как его называет автор), ру-

ководствующегося единственно стремлением к «здесь и сейчас удовлетворе-

нию», то любой стресс будет переживаться им как кризис. Субъект «реали-

стического мира» (внутренне простого и внешне сложного) способен к аде-

кватной реакции на стресс, но фрустрация как невозможность удовлетворения

{

гина

1НЫЙ

кон-

чено-

кзре-

1Я че-

шра.

'' •шне

>)>

РУ-

''воре-

>еали-

к аде-

рения

Глава 7. Возникновение конфликтов: выбор стратегии реагирования 2 2 5

Само качество личности как субъекта

жизни порождает противоречия, а спо-

собность разрешить их делает личность

в еще большей мере субъектом.

К. А. Абульханова-Славская

своих простых потребностей становится для

него кризисом. Фактически, считает Василюк,

человек с подобным «устройством» жизнен-

ного мира лишен конфликта как «разыгры-

вающегося в сознании неразрешимого в дан-

ный момент противоречия между двумя мо-

тивами»: «Внутренняя простота жизненного мира в том и состоит, что у субъ-

екта нет ни стремления к единству сознания, ни способности психического

сопряжения и взаимоучета нескольких жизненных отношений. Возникаю-

щие объективные противоречия между различными жизненными отноше-

ниями не становятся предметом специальной психической переработки, они

разрешаются не сознательными и волевыми усилиями субъекта, а механиче-

ским столкновением побуждений. То из них, которое оказывается сильнее

в данный момент, захватывает власть над всем жизненным миром и моно-

польно владеет им до тех пор, пока какой-либо другой ситуативно возникший

мотив не превысит его по силе побудительности» (Василюк, 1995, с. 94).

Своеобразие «ценностного жизненного мира» — в его внутренней сложно-

сти. «Носитель» этого мира воспринимает внутреннюю цельность как глав-

ную жизненную необходимость, поэтому конфликт как противоречие жиз-

ненных отношений превращается для такой личности в кризис. Наконец,

человек «творческого» жизненного мира (внутренне сложного и внешне труд-

ного) дифференцированно переживает все типы критических ситуаций —

стресс, фрустрацию, конфликт и кризис (табл. 7.1). Таким образом, делает

вывод Василюк, одна и та же ситуация в разных жизненных мирах приобре-

тает разный психологический смысл и по-разному проживается субъектом.

Таблица 7.1. Критические ситуации жизненных миров (цит. по: Василюк, 1995)

Жизненный мир

Внутренний

Внешний

Внутренний

Легкий

Трудный

Простой

Стресс (= кризис)

Стресс

Фрустрация (= кризис)

Сложный Стресс

Конфликт (= кризис)

Стресс

Фрустрация

Конфликт

Кризис

Если перейти к более конкретным формам реагирования, то здесь можно

увидеть определенное совпадение точек зрения психологов относительно

принципиальных возможностей реагирования индивида на конфликтную си-

туацию. Так, например, исследования в области стресса выявили две возмож-

ные формы поведенческой активности при стрессовом воздействии: активи-

2 2 6 Часть II. Феноменология конфликтов

зация поведенческого реагирования и пассивное поведенческое реагирование

(Китаев-Смык, 1983). В направленности адаптационного процесса при стрес-

се доминирует или противодействие, или приспособление, или уход от стрес-

сорного воздействия (Куликов, 1997, с. 40).

При анализе понятий, описывающих соответствующие стратегии реагиро-

вания, мы, однако, опять сталкиваемся с терминологической разноголосицей.

Психоаналитики говорят о «репрессии» человеком своих переживаний (что

в русском переводе обозначается как вытеснение или подавление, причем эти

понятия используются как синонимы). Конфликтологи пишут об избегании

конфликтов, уходе от конфликтного взаимодействия как об альтернативе

двум другим стратегиям — «борьбе» и «переговорам». При описании пове-

денческих форм реагирования на конфликты в интерперсональных ситуаци-

ях применяются разнообразные обозначения: соперничество (конкуренция,

доминирование, борьба, напористость); уход (избегание); уступчивость (при-

способление); кооперативные стратегии (интеграция, сотрудничество); ком-

промиссные стратегии. Вместе с тем за различием этих обозначений угадыва-

ются те же принципиальные альтернативы реагирования человека на кон-

фликты, возникающие у него с самим собой и другими людьми. В описании

форм реагирования мы будем пользоваться понятиями «уход», «борьба»

и «диалог».

Уход от конфликтного взаимодействия интерпретируется как избегание,

игнорирование конфликта.

Борьба с собой или с партнером представляет собой попытку подавления

конфликта.

Диалог в нашем понимании объединяет стратегии поиска преодоления

конфликта с помощью выбора оптимальной альтернативы его решения, инте-

грации противостоящих позиций или выработки компромисса между ними.

Уход от конфликта

В исследованиях реакций человека на экстремальные обстоятельства приво-

дится немало примеров своего рода «ступора», возникающего при сильном

стрессе, и физического ухода от необходимости принятия решений. В психо-

логии широко известны описания того, как в серьезных аварийных ситуаци-

ях вместо активного принятия соответствующих мер профессионально под-

готовленные к этому люди либо впадали в «оцепенение» и пассивно ожидали

действий других, либо просто покидали свое рабочее место (Китаев-Смык,

1983, с. 62-63). Существуют и физиологические механизмы такого «ухода»,

например, в виде обморока, «отключающего» человека от стрессогенной ре-

альности. Ту же функцию выполняют «замещающие действия», снижение

мыслительной активности, «застревание» на второстепенных размышлениях

и т. д. Таким образом, проблема «ухода» как адаптивной или дезадаптивной

формы реагирования на сложные ситуации не нова для психологии.

Глава 7. Возникновение конфликтов: выбор стратегии реагирования 2 2 7

Уход от проблемы, которую создает конфликт, может иметь бессознатель-

ный или сознательный характер.

Бессознательный уход от возникающих у человека проблем получил наи-

большее освещение в психоаналитической традиции. Напомним, что, в соот-

ветствии с представлениями классического психоанализа, в этом случае в пси-

хике человека и возникают те бессознательные конфликты, которые, воздей-

ствуя на мотивацию, начинают управлять его поведением.

К защитным механизмам личности, обеспечивающим охрану психики с по-

мощью бессознательных психических процессов, в классическом психоана-

лизе относятся: сублимация, замещение, вытеснение, регрессия, проекция,

рационализация, реактивное образование, идентификация и фиксация пове-

дения. А. Фрейд дополнила этот перечень следующими защитными механиз-

мами: изоляция (отстраняющая ассоциативные связи в случае осознания

опасности); компромисс (обеспечивающий лишь частичную реализацию бо-

лезненных импульсов); отрицание реальности (игнорирующее существова-

ние угрожающих внешних факторов); смещение (заменяющее резкие и тяже-

лые тенденции менее резкими и тяжелыми); уничтожение (ликвидирующее

предшествующий акт осуществлением последующего); формирование реак-

ции (обеспечивающее преувеличение противоположной тенденции) (Овча-

ренко, 1994, с. 172). Современные авторы еще более расширяют представле-

ние о защитных механизмах, добавляя к ним аскетизм, интеллектуализацию,

девальвацию и др.

Одной из ведущих форм бессознательного ухода человека от проблем и не-

обходимости их решения является вытеснение.

Вытеснение — это одно из главных понятий психоанализа, который опреде-

ляет его как «защитный механизм психики, благодаря которому из сознания

изгоняются неприемлемые для сознательного Я (Эго) переживания — влече-

ния и импульсы, а также их производные — эмоции, воспоминания и др.»;

«активное неосознаваемое действие, процесс и "защитный механизм", обеспе-

чивающие вымещение из сознания в бессознательное какого-либо содержа-

ния и/или недопущение неосознаваемого влечения до осознания» (Психо-

анализ. Популярная энциклопедия, 1988, с. 123-124).

Место вытеснения (подавления, репрессии) среди других защитных меха-

низмов личности не определено окончательно. Сам Фрейд придавал вытесне-

нию особенное значение («Учение о вытеснении — фундамент, на котором

зиждется все здание психоанализа, — составляет существеннейшую часть

его»), позволявшее рассматривать его как главный и универсальный психи-

ческий механизм. Однако сегодня специалисты склонны считать, что вытес-

нение начинает действовать тогда, когда не «срабатывают» другие механизмы

защиты, например проекция, реактивное образование и т. д. (Психоанализ,

1998, с. 124).

Вытесненное стремится вернуться в сознание, поэтому Я (Эго) затрачива-

ет усилия на поддержание вытеснения. По Фрейду, существует первичное

вытеснение, которое и удаляет из сознания в бессознательное нежелательные

2 2 8 Часть II. Феноменология конфликтов

мысли, переживания, воспоминания и т. д., и вторичное вытеснение, которое

обеспечивает удержание вытесненного в бессознательном.

Из других ведущих защитных механизмов личности, описанных психо-

анализом и широко используемых современной практической психологией,

необходимо отметить рационализацию — «один из защитных механизмов

личности, обеспечивающий блокировку осознания истинных мыслей, чувств

и мотивов деятельности человека и формулировку более приемлемых для

личности объяснений ее поведения; бессознательное стремление индивида

к рациональному обоснованию и объяснению своих идей и поведения даже

в тех случаях, когда они иррациональны» (Овчаренко, 1994, с. 210).

В психоанализе описаны не только отдельные механизмы защиты психики,

но и более сложные поведенческие формы «ухода», например, такое явление,

как «бегство в болезнь». Фрейд рассматривал его как способ регрессивного

реагирования на неудовлетворительную ситуацию. Современная психология

и психиатрия склонны трактовать «бегство в болезнь» преимущественно как

одну из форм реакций человека на неблагоприятную психотравмирующую

ситуацию, что выражается в попытках избежать конфликта посредством раз-

вития каких-либо болезненных симптомов (Психоанализ, 1998, с. 60). Хорни

пишет о стремлении невротика к «компромиссным решениям», которые «ме-

нее удовлетворительны, чем решения нормального человека, и достигаются

дорогой ценой для личности в целом», пото-

му-то их часто называют «невротическими ре-

шениями» (Хорни, 1993, с. 23).

Все описанные выше явления относятся

к формам ухода от столкновения с пробле-

мой, от необходимости ее решения, причем

ухода бессознательного. Обратим внимание на

то, что хотя мы разделили такие виды реак-

ций человека на возникающие у него проблемы, как уход (избегание кон-

фликта) и подавление в виде «борьбы», в психоанализе они рассматриваются

вместе, а понятия «вытеснение» и «подавление» фактически используются

как синонимичные, что делает невозможной (в рамках психоаналитической

традиции) дифференциацию этих явлений (что, впрочем, не означает их тож-

дества).

В отличие от психоанализа бихевиористская традиция, как известно, не

интересовалась внутренними переживаниями человека, в ней практически не

нашли отражения рассматриваемые нами проблемы. А вот в когнитивистских

исследованиях, в частности в теориях когнитивного соответствия, можно уви-

деть описания «внутренней работы» по «уходу» от конфликта.

Механизмом этого ухода является переинтерпретация возникшей пробле-

мы таким образом, что она не воспринимается как конфликт, требующий ре-

шения.

Применительно к внутриличностным конфликтам в качестве иллюстра-

ции этого механизма можно сослаться на феноменологию явления когнитив-

Невроз заменяет в наше время мона-

стырь, в который обычно удалялись все

те, которые разочаровались в жизни

или которые чувствовали себя слиш-

ком слабыми для жизни.

3. Фрейд

?asm

ного диссонанса, описанного Фестингером. Оказываясь в ситуации когни-

тивного конфликта, вызванного столкновением несовместимых когниций,

человек может переинтерпретировать их таким образом, что они не кажутся

ему несовместимыми («курить вредно» — «да я практически и не курю, так,

балуюсь, можно сказать»; «курение помогает мне справляться с напряжением

и перегрузками, так что для меня оно даже, пожалуй, и полезно»).

Описанию когнитивной логики интерперсональных отношений посвяще-

на теория структурного баланса Ф. Хайд ера. Сталкиваясь с противоречиями

в своих представлениях об отношениях с другими людьми, их поведении, от-

ношении к нему и т. д., человек испытывает дискомфорт и стремится каким-

то образом преодолеть это противоречие. Напомним, что Хайдер описывает

несколько возможных механизмов этого преодоления, основанных на пере-

интерпретации возникших рассогласований. Можно изменить отношение к

человеку, который совершил поступок, несовместимый с дружбой, можно из-

менить отношение к самому поступку, можно, наконец, снять с человека от-

ветственность за этот поступок. Мать, сталкивающаяся с недопустимой гру-

бостью сына-подростка, должна как-то реагировать на происходящее, но если

она не знает, что делать, ей придется признать свое бессилие в этой ситуации.

Матери не хочется чувствовать свою беспомощность, и она говорит себе: «Ка-

кой он стал нервный, он слишком переутомляется, скорее бы каникулы, ему

просто надо отдохнуть», что означает: «Он не виноват, он хороший мальчик,

это просто нервы».

Безусловно, далеко не всегда переинтерпретация означает стремление че-

ловека уйти от своих проблем. Она может иметь вполне рациональный харак-

тер, связанный, например, с пересмотром своего отношения к ситуации, ее

действительной значимости для него.

Конфликтологи считают уход от конфликта рациональным, если есть ос-

нования предполагать, что дальнейшее развитие событий будет благоприят-

ным для участника конфликтной ситуации — либо принесет ему успех без

особых усилий, либо, улучшив расстановку сил в его пользу, предоставит ему

более выгодные возможности для решения ситуации.

В интерперсональном взаимодействии уход от конфликта может быть ре-

ализован в двух основных стратегиях поведения. Одна из них — это собствен-

но уход, избегание ситуации, проявляющееся в игнорировании проблемы, ее

«откладывании», нежелании вступать во взаимодействие с партнером по по-

воду возникших разногласий, а то и просто в ограничении контактов с ним.

Другой вариант — это стратегия уступчивости, когда человек решает возник-

шую проблему за счет отказа от собственных интересов, своей позиции и идет

навстречу интересам партнера. Такой выбор также можно считать рациональ-

ным, если предмет разногласий оценивается не столь высоко, чтобы вступать

из-за него в «борьбу» или переговоры с партнером, во всяком случае, ущерб,

который может быть нанесен в этом случае отношениям этих людей, кажется

уступающему более существенным. Однако уступчивость, за которой стоит

неспособность или нежелание решать свои проблемы, не может считаться

2 3 0 Часть_ II. феноменология конфликтов _

оправданной. Психологов особенно интересует уступчивость не как разовый

способ решения проблемы, связанный с особенностями конкретной ситуа-

ции, но как постоянный стиль поведения. Например, одним из деструктив-

ных следствий «жертвенного» поведения становится то, что человек, изби-

рающий для себя подобный стиль взаимодействия с близкими, вольно и не-

вольно продуцирует у них чувство вины, осложняющее их взаимоотношения

и нередко принимающее деструктивные формы. Если мать часто говорит

о «жертвах», приносимых ребенку, «предъявляет ему счет», то тем самым она

может вызвать у него чувство вины, против которого он может начать со вре-

менем протестовать. Ребенку трудно постоянно жить с этим ощущением, и он

начинает думать: «Я ее об этом не просил, это она сама сделала, она сама

в этом виновата!», и обращает свою агрессию против матери.

С. Минухин и Ч. Фишман приводят прекрасный пример разрушительных

форм взаимодействия в семье, где все — мать, отец и их дочь Марта — стре-

мятся избежать конфликтов, а родители нередко решают проблемы своих от-

ношений за счет дочери.

Отец. Когда я чувствую, что назревает ссора, когда жена начинает злиться или

я начинаю злиться — только она злится сильнее, чем я, и заводится все

больше и больше, пока я не почувствую, что лучше мне остановиться, — то-

гда я просто встаю и либо ухожу из дома, либо иду в другую комнату, лишь

бы это прекратилось.

Минухин. И это помогает?

Отец. Помогает, только она потом злится на меня еще день или два. Она со мной

не разговаривает.

Мать. Мы дошли до того, что ты не разговариваешь со мной целый месяц, и я от-

вечаю тем же.

Минухин {Марте). И что тогда делаешь ты?

Марта {смеясь). Ну, я ухожу в свой собственный мир. Там безопаснее и спокойнее.

Минухин. Это значит, что мама в своем углу, папа в своем углу и ты уходишь

в свой угол? Прекрасная семейка! И как вы из такого положения выходи-

те? Ты не пытаешься поговорить с мамой или папой или попробовать их

помирить?

Марта. Конечно, пытаюсь, только это очень неприятно. Они друг с другом не раз-

говаривают, а потом мне начинает казаться, что я сделала что-то не то, пото-

му что мать иногда может, сама того не замечая, рявкнуть на меня из-за че-

го-нибудь. Я начинаю думать, что я такого сделала, и решаю помалкивать,

просто ухожу в свой собственный мир, чтобы не беспокоиться, как бы они

снова меня не оттолкнули, не рявкнули на меня.

Отец. Марта, я на тебя не рявкаю.

Марта. Ты — нет, а мама рявкает. Но отец всегда со мной разговаривает. Вроде

как: «Ну, если твоя мать не хочет разговаривать, что ж, и прекрасно». Гово-

рит что-нибудь в этом роде, и все. Но тогда я чувствую себя виноватой, по-

тому что должна бы что-то сделать. Я живу с ними в одном доме и должна

стараться, чтобы им жилось лучше. Понимаете, я должна заставить их раз-

говаривать друг с другом и жить хорошо.

рвыи

ктуа-

1став-

Изйи-

и не-

сения

рорит

ы она

вре-

и он

сама

11ЫШХ

стре-

от-

.ся или

гея все

I, —

то-

!, ЛИШЬ

я мной

ияот-

коинес.

ходишь

!ЫХОДИ-

1вап< их

Глава 7. Возникновение конфликтов: выбор стратегии реаг_иро^н_ия 2 3 1

Минухин. И тебе это удается?

Марта. Нет. Тогда я наказываю себя за это и начинаю объедаться (Минухин,

Фишман, 1998, с. 238-239).

В данном случае разрушительная сила ухода членов семьи от существую-

щих между ними проблем проявляется более всего в болезненном состоянии

дочери. П. Пэпп вообще считает случай, когда родители «переводят свой кон-

фликт в другое русло через посредство ребенка, у которого развивается сим-

птом», очень распространенным в терапевтической практике (там же, с. 245).

Однако в той или иной мере все участники дисфункционального общения

страдают от нежелания признать свои трудности и работать с ними.

К. Абульханова-Славская, говоря о неспособности человека разрешать жиз-

ненные противоречия, пишет об уходе в более широком смысле:

Уход личности проявляется в самых разнообразных формах: уход из семьи, в дру-

гую профессию, в другую возрастную группу и т. д. Однако этот феномен при раз-

нообразии его жизненных форм является симптомом того, что личность хочет из-

бежать трудностей. Любая форма ухода, как правило, связана с противоречивой

ситуацией, в которой оказалась личность, с ее неспособностью продуктивно разре-

шать противоречия или их длительно выдерживать (Абульханова-Славская, 1991,

с. 53-54).

Поскольку все дальнейшее изложение будет посвящено конфликтному

взаимодействию и разрешению конфликтов, мы больше не будем возвра-

щаться к проблеме ухода от конфликтного взаимодействия, завершить рас-

смотрение которой необходимо обращением к факторам, детерминирующим

этот способ реагирования на конфликты.

Когда речь идет об основаниях той или иной формы поведения, мы стал-

киваемся с традиционной для психологии множественностью интерпрета-

ций, вытекающей из теоретических расхождений между представителями раз-

личных направлений. Для психоанализа «уход» человека от болезненных пе-

реживаний закономерен, потому что так устроена его психика. Для психоло-

гов, ориентированных на бихевиоризм, стойкий паттерн поведения является

результатом научения. Экспериментальные исследования делают акцент на

индивидуальных различиях в выборе активного или пассивного реагирова-

ния на стрессовые воздействия.

Важно, однако, на наш взгляд, дополнить эти обычные объяснения рас-

смотрением проблемы в более широком социокультурном контексте.

Представляется, что устойчивые тенденции в неконструктивном выборе

стратегии ухода от конфликта могут быть связаны с явлением, которое хоро-

шо известно специалистам по конфликтам. Отечественный исследователь

Б. И. Хасан назвал его «конфликтофобией». Оно связано с присущими обы-

денному сознанию негативными установками по отношению к конфликтам,

за которыми стоит страх перед их возможным разрушительным влиянием,

из-за чего конфликт воспринимается человеком как опасность, угроза собст-

2 3 2 Часть II. Феноменология конфликтов

венному благополучию, отношениям с людьми, своей репутации и т. д. «Кон-

фликтофобия» проявляется в сильном эмоциональном реагировании на кон-

фликтные ситуации, стремлении поскорее «избавиться» от конфликта, на-

пример, с помощью подавления, избегания, ухода от конфликтов.

Истоки «конфликтофобии» могут корениться, конечно, и в глубинной

природе человека, в его потребности в защищенности, в позитивных связях

с людьми (по Фромму), нарушение которых порождает чувство одиночества,

беспомощности и т. д. Поэтому люди стремятся поддерживать хорошие отно-

шения дома и на работе, не любят осложнять отношения и плохо переносят

межличностные трудности. «Стремление к взаимной близости сохраняется

у каждого человека с детства и на протяжении всей жизни; и нет ни одного

человека, который бы не боялся его потерять» (Fromm-Reichmann, 1959; цит.

по: Лабиринты одиночества, с. 67). Вместе с тем негативные установки в от-

ношении конфликтов могут в немалой степени усиливаться социокультур-

ными факторами.

Человеческая общность немыслима без сотрудничества своих членов. Все

виды социальных структур во все времена были ориентированы на человече-

скую солидарность, сплоченность, что является основанием их устойчивости.

Любое жизнеспособное сообщество всегда будет в той или иной форме пори-

цать или прямо осуждать разрыв отношений, плохие взаимоотношения, оди-

ночество, неудачный брак и т. п., которые рассматриваются как социальная

неудача. Например, стереотип американской культуры предполагает, что «лю-

ди, живущие обособленно, — это одинокие неудачники, холодные, недруже-

любные и непривлекательные»; «сказать: "Я одинок" — значит признать, что

ты, по существу, неполноценен, что ты никем не любим» (Лабиринты одино-

чества, 1989, с. 187).

Обыденное сознание призывает нас избегать конфликтов, считая, что «ху-

дой мир лучше доброй ссоры». Действительно, трудно спорить с тем, что

жизнь в согласии лучше, чем противоречия, споры, враждебность и конфлик-

ты. Альтернативой «конфликтофобии» как страха перед конфликтами явля-

ется не «конфликтофилия» как любовь или

страсть к конфликтам, но их более реалисти-

ческое принятие, отношение к ним как к одной

из встречающихся форм человеческих отно-

шений, а не как к свидетельству собственной

несостоятельности и вины.

Уже отмечалось, что в течение долгого пе-

риода советское обществоведение исходило из

идеи бесконфликтного развития социалисти-

ческого (коммунистического) общества. Идеалы бесконфликтности распро-

странялись на области внутриорганизационного и внутригруппового взаимо-

действия, а также на сферу межличностных отношений. Если конфликтов не

должно быть в обществе, то их не должно быть и в хорошей семье, и в «здоро-

вом» коллективе. Расхожее представление о том, что в правильном и справед-

Первичная задача любого общества -

сохранить сотрудничество людей в коо-

перативных формах труда, и любое по-

ложение вещей, делающих всех членов

общества врагами друг друга, для него

фатально.

М.Мид