
для предпринимательской деятельности кулаки искали другие сферы сельского хозяйства — в
торговле и промышленности. Вспомним некрасовского кулака: "Науму паточный завод и дворик
постоялый дают порядочный доход". Типичный пореформенный кулак — это сельский лавочник,
владелец мелких промышленных заведений, в основном по переработке сельскохозяйственной
продукции. Кулак скупает зерно и другие продукты у своих односельчан для перепродажи по
более высоким ценам. Он берет подряды на перевозку различных грузов для выполнения этих
подрядов нанимает возчиков.
Гораздо реже кулак выступает как фермер, т. е. подлинно сельскохозяйственный
предприниматель, только действует при этом не на общинном наделе, а на земле, купленной
арендованной на стороне, обычно у помещика. Только на земле, где он не зависит от общины и
общинной чересполсности, кулак может развернуть рациональное специализированное товарное
хозяйство. Кулаки составляли тогда 3/10 сельского населения, но только 1/5 дворов, т. е. кулацкая
семья в с нем была в полтора раза крупнее средней крестьянской семьи. Итак, община не только
задерживала расслоение крестьян, но и тормозила развитие сельского хозяйства. "Мир",
крестьянина был носителем вековой мудрости. Община — замороженные традиционные приемы
трехпольного натурального земледелия, не оставлявшие места для хозяйствен»;
предприимчивости. Традиционный ритуал сезонных рабе позволявший существовать "как все" и
не требовавший проявления инициативы, для большинства крестьян был приемлем и дорог.
Западный сельский хозяин был преимущественно фермером-предпринимателем, т. е. вел
товарное хозяйство, рассчитанное на сбыт продукции. Наш крестьянин был общинник, т. е.
коллективистом по восприятию мира. Поэтому социалистические идеи в том виде, в каком они до
него доходили, был для него более приемлемыми, чем для земледельца Запада.
§ 2. Переход помещиков от барщинной системы к капиталистической
Помещичьи хозяйства после реформы 1861 г. перестраивались на капиталистические методы,
на наемный труд и в ходе этой перестройки помещики также испытывали своеобразное
расслоение. Основой существования значительной части помещичьих хозяйств в то время
служили отработки. Иногда крестьяне отрабатывали долг (например, ссуду, взятую для уплаты
выкупных платежей), иногда расплачивались своим трудом за аренду помещичьей земли.
Но во всех случаях отработки имели общую черту, отличавшую их от капиталистического
найма: крестьяне работали на земле помещика со своим рабочим скотом, своим инвентарем, а
следовательно, помещик еще не выступал как капиталист — не вкладывал капитал в
производство. Крестьянин работал со своими средствами производства, следовательно, не был
отделен от них, не являлся наемным рабочим. В этом смысле отработки — продолжение
феодального хозяйствования.
И участвовали в отработках средние крестьяне. Бедняк не мог отрабатывать, потому что у него
не было рабочего скота. Кулак арендовал землю у помещика, мог заплатить за аренду деньгами.
Отработки тормозили расслоение крестьянства. Когда крестьянское хозяйство оказывалось на
грани разорения (например, пала лошадь или не осталось зерна для посева), крестьянин мог взять
у помещика ссуду под отработки и остаться в составе среднего крестьянства.
Почему помещики стали широко практиковать отработки? Потому что, с одной стороны, еще
не созрели условия для ведения капиталистического хозяйства: еще не сформировался достаточно
большой контингент сельскохозяйственных наемных рабочих, сельскохозяйственное
машиностроение в России только еще рождалось, а сами помещики еще не привыкли заниматься
капиталистическим предпринимательством. С другой стороны, условия крестьянской реформы
давали широкие возможности для отработок. Возможность отработок порождалась и отрезками, и
выкупными платежами, и аппаратом Василия, который оставался под контролем помещиков.
К тому же отработки — даровой труд: помещику не надо платить за работу. А если
рассматривать стоимость аренды или величину ссуды с процентами как заработную плату, то ока-
жется, что эта плата намного ниже, чем при найме, потому что отработки — кабальная работа и
здесь свою волю диктовал помещик. Арендовать землю под отработки можно было не у любого, а
только у "своего" помещика, просить ссуду — тоже. Приходилось соглашаться на его условия. А
если обязался отработать, то власти заставляли выполнить эту работу, даже если свой хлеб у
крестьянина оставался неубранным.
Таким образом, труд крестьян при отработках — кабальный, почти принудительный. А
производительность такого труда, как мы знаем, всегда бывает низкой. Технический уровень в