Индивидуальное развитие личности, ее онтогенез происходят
одновременно в трех системах отсчета, осями которых являются социальное,
биологическое и психологическое время жизни личности. В связи с этим любые
попытки построения периодизации развития личности сталкиваются с
серьезными трудностями, так как вне системы отсчета о временных единицах
возраста говорить не имеет смысла (И. С. Кон), а общие закономерности
развития человека, интегрирующие представление о социальном,
психологическом и биологическом возрасте, до сих пор не описаны. Между тем
в психологии проблема о критериях периодизации развития личности
поднималась неоднократно, причем различные социальные, биологические и
психологические критерии периодизации, с помощью которых человеческая
жизнь разбивалась на хронологические отрезки (периоды), нередко
смешивались между собой: периодизация развития индивида принималась за
периодизацию развития личности; например, критерии полового созревания
человека принимались за тот «аршин», которым отсчитывались сроки
взросления и старения человека. Неоднократно случалось и так, что
социальный ритм жизни данной эпохи принимался за естественный ритм жизни
личности, а сфера жизнедеятельности социально-исторического образа жизни
(игра, учеба, труд, досуг) конкретного общества превращались в естественно
проживаемые данным индивидом периоды его онтогенеза. Чаще всего, оценка
развития личности проводилась по ее календарному или паспортному возрасту,
измеряемому временем, прошедшим с момента рождения человека. Первая
календарная периодизация жизни по «четырем временам» года сегодня звучит
чисто метафорически: «весна» — период становления — до 20 лет; «лето» —
молодость — 20—40 лет; «осень»— расцвет сил — 40—60 лет; «зима» —
старость и угасание — 60—80 лет (Пифагор). Однако и она лишь кажется
«календарной» периодизацией, а в действительности представляет собой
нерасчлененное объединение «календарного», «биологического»,
«социального» и «психологического» возраста. Эта периодизация имеет не
только чисто исторический интерес. При ее рассмотрении выступают
следующие моменты. Первый состоит в том, что прежде всего объективно
«календарный» и «биологический» возраст зависит от социально-
исторического образа жизни, в частности от его экономического цикла,
имеющего свои диапазоны: «время не работать», «время работать», «время
работать с наибольшей отдачей» «время спада работоспособности». Второй
момент, проступающий из античной периодизации возраста, состоит в том, что
нередко присутствующие в демографии, биологии и геронтологии схемы
возрастных периодизаций в стиле линейного эволюционизма «от простого — к
сложному», «от примитивного— к развитому» и т. п. должны восприниматься с
известной долей осторожности, так как культуры не развивались по линейной
шкале «от низких — к высоким». Соответственно и «биологический возраст»,
его длительность не возрастали неуклонно от первобытного строя до данной
исторической эпохи, а варьировали в зависимости от взлетов и падений
различных цивилизаций с присущим им социально-историческим образом
жизни. Третий момент связан с тем, что вычленение самого понятия «времени»,