
Оператор К. Залцманис
229
Встреча с Каулинем была знаменательна и для меня лично.
Весь его облик на экране явился как бы подтверждением того,
что документальный фильм может быть художественным, что
ядром документалистики всегда будет человек.
Удивительно, что этот двадцатиминутный фильм по суще-
ству не имел противников (не знаю, хорошо это или плохо). Он
имел успех в самых различных аудиториях: в колхозе «Лачпле-
сис» и в Риге, в Казахстане на всесоюзном фестивале в Алма-
Ате и в Оберхаузене (ФРГ) на Международном конкурсе
короткометражных фильмов, где был удостоен высоких
наград.
Я уверен, что все дело в необычайной привлекательности са-
мого Каулиня, его романтической судьбы.
А что такое романтик? Может быть, уместнее всего приве-
сти здесь слова Пришвина: «...это детство продлилось в юность
и юность сохранилась в мужестве. Это вера в постижение
невозможного... В богатырях земли бессознательно живет это
чувство, как невскрытый подземный пласт плодородия лежит
под цветами луга».
Вот к этому-то подземному пласту мы и попытались при-
коснуться.
Мы попытались прикоснуться к самой судьбе человеческой.
А, как известно, судьба в искусстве дается еще труднее, чем
образ. «Слепить образ в современном кино (имеется в виду
актерское, игровое кино. — Г. Ф.) с его системой взаимных
дополнений — штука вовсе не такая уж мудреная, — спра-
ведливо замечает писатель И. Друце. —Добраться до судьбы —
вот что воистину редко удается»
1
.
Тем более дорого мне то, что самые, я бы сказал, судь-
бинные, самые волнующие кадры фильма «След души» добыты
нами в гуще жизни доподлинно репортажно.
Вот почему мне кажется несправедливым противопостав-
лять, как это иногда делается, «голую хронику» образной
кинопублицистике в том смысле, что первая — это истинный
документ, а вторая — авторское видение материала. Но суще-
ствует ли вообще так называемая «голая» хроника? За кинока-
мерой ведь всегда стоит человек со своим мироощущением.
Отбором фактов во время съемки, даже только крупностью и
продолжительностью кадра (не говоря о монтаже), он уже
накладывает на увиденное печать своего «я». Нет, кинохрони-
ка, снятая зорким человеком, всегда образна. А образный
фильм, даже поэтический, в котором автор проявляется ярче
всего, — может быть настоящим документом времени!
Примеров тому не счесть.
1
«Искусство кино», 1972, № 6.