Иншаков С.М. Зарубежная криминология

Подождите немного. Документ загружается.

изначально. Психопат поддается ей потому, что сила этой тенденции получает

патологическое преобладание над всем остальным.

Профессор Колумбийского

университета США Д. Абрахамсен, используя фрейдовскую концепцию Оно и сверх-Я,

вывел формулу преступления:

ПРЕСТУПЛЕНИЕ=(преступные устремления, заложенные в ОНО, +

криминогенная ситуация) : контролирующие способности сверх-Я.

Исходя из фрейдистского понимания соотношения сознательного и

бессознательного в человеческой психике, английский криминолог Э. Гловер дал

оригинальную трактовку сущности преступности. По его мнению, это явление есть

своеобразная цена приручения дикого от природы зверя. Преступность, по мнению Э.

Гловера, представляет собой один из результатов конфликта между примитивными

инстинктами, которыми наделен каждый человек, и альтруистическим кодексом,

устанавливаемым обществом.

Фрейдовская концепция воздействия на преступность

Сам Фрейд попыток анализа феномена преступного поведения практически не

предпринимал. Исключением можно считать его письмо А. Эйнштейну. 30 июля 1932 г.

к 3. Фрейду обратился А. Эйнштейн, который как представитель Лиги Наций накануне

Второй мировой войны запросил известного ученого, не может ли тот дать каких-либо

рекомендаций по устранению агрессивности людей, по организации управления

психическим развитием человека таким образом, чтобы его как можно лучше научить

противостоять психозу ненависти и разрушения.

Ответное письмо представляет значительный интерес, как научный, так и

практический. Прежде всего творец психоанализа весьма скептически оценил

возможности применения этого метода за пределами медицины. Однако он попытался

поставить на службу решению непростой проблемы гуманизации человечества

некоторые положения своей теории. Ученый популярно изложил суть инстинкта смерти,

о котором впервые упомянул в 1920 г. в работе "По ту сторону принципа удовольствия",

и на основе этого инстинкта раскрыл истоки человеческой агрессивности. В частности

он писал: "Вы выражаете удивление по поводу того, что так легко заставить людей с

энтузиазмом относиться к войне, и присовокупляете сюда подозрение, что в них

действует нечто — может быть, инстинкт ненависти и разрушения, который идет

навстречу усилиям разжигателей войны. И здесь вновь я могу выразить только полное

согласие. Мы верим в существование инстинкта такого рода и фактически в течение

последних нескольких лет были заняты изучением его проявлений... В соответствии с

121

нашей гипотезой человеческие инстинкты бывают двух видов: те, что стремятся

сохранять и объединять, — которые мы называем "эротическими"... и те, которые

направлены к тому, чтобы разрушать и убивать, и которые мы объединяем в качестве

агрессивного или разрушительного инстинкта. Как Вы понимаете, это фактически не

более чем теоретическое выяснение всемирно известного противопоставления Любви и

Ненависти.-'"

По мысли 3. Фрейда, инстинкт смерти "функционирует в каждом живом существе

и старается привести его к гибели, сводя жизнь до первоначального состояния

неодушевленной материи... Инстинкт смерти тогда превращается в инстинкт

разрушения, когда с помощью специальных органов он направляется вовне, на объекты.

Живое существо сохраняет свою собственную жизнь, так сказать, разрушая чужую...

Если эти силы обращены на разрушение во внешнем мире, живое существо получает

облегчение, а последствия будут благотворными. Это послужило бы биологическим

оправданием всем безобразным и опасным стремлениям, против которых мы боремся.

Нужно отметить, что

в 4. Психоаналитические концепции причин преступности 135

они находятся ближе к природе, чем наше неприятие их, которому еще нужно

найти объяснение...

Для нашей непосредственной цели из того, что было сказано, вытекает уже

многое: пытаться избавиться от агрессивных склонностей людей бесполезно. Нам

говорят, что в некоторых счастливых районах земли, где природа в изобилии дает все,

что требуется человеку, существуют расы, чья жизнь проходит в спокойствии, и где не

ведают ни принуждения, ни агрессивности. Я едва ли могу поверить в это...'"

И в заключение ученый дает достаточно сдержанную рекомендацию: "Не

возникает вопроса о полном избавлении от человеческих агрессивных импульсов:

достаточно попытаться изменить их направление до той степени, что им не придется

искать своего выражения в войне... Все, что питает рост культуры, работает против

войны".

Рассуждения 3. Фрейда о возможностях ограничения агрессивности мы находим в

его работе "Неудовлетворенность культурой", в которой он критикует наиболее

распространенное представление о связи агрессивности с материальной

неудовлетворенностью. Материальные различия — не более чем повод для проявления

глубинного человеческого влечения. Ученый уверен, что при полном удовлетворении

материальных запросов людей их агрессивность не исчезнет, она останется практически

122

на том же уровне, а поводом для ее проявления будут другие факты социальной жизни,

например, сексуальные конфликты. Он уверен, что, даже если бы обществу удалось

найти какой-либо способ удовлетворить все сексуальные запросы всех людей,

агрессивность найдет другой повод для своего проявления. При этом на основе

исторического анализа он делает интересный вывод: "Не следует преуменьшать

преимущество небольшого культурного круга, дающего выход инстинкту, в

предоставлении враждебного отношения к внестоящим. Всегда можно связать любовью

большое количество людей, если только останутся и такие, на которых можно будет

направлять агрессию".

Вражда соседей позволяет сохранять сплоченность внутри

каждого из враждующих лагерей. Таким образом, по мнению знаменитого

психоаналитика, вывод агрессивности за пределы сообщества — один из способов

избавиться от проявлений агрессивности между членами этого сообщества.

Вообще, 3. Фрейд не видел иного способа воздействия на агрессивную природу

людей помимо принуждения в их воспитании, запрета на мышление, применения

насилия вплоть до кровопролития, создания у людей определенных иллюзий. Однако

указанные меры он оценивал как неприемлемые с точки зрения их гуманности, и

именно это удерживало его от прикосновенности к экспериментам в данной области.*

По поводу марксистской концепции изменения социальной системы в целях

воздействия на преступность он писал следующее: "Коренное изменение социального

строя имеет мало шансов на успех до тех пор, пока новые открытия не увеличат нашу

власть над силами природы и тем самым не облегчат удовлетворение наших

потребностей. Лишь тогда станет возможным то, что новый общественный строй не

только покончит с материальной нуждой масс, но и услышит культурные притязания

отдельного человека. С трудностями, которые доставляет необузданность человеческой

природы любому виду социального общежития, мы, наверное, должны будем и тогда

еще очень долго бороться".

Как видим, 3. Фрейд является пессимистом во всем, что

касается создания бесконфликтного общества. Тем не менее его вклад в область

познания межличностных взаимоотношений несомненно значителен.

Значение фрейдизма для криминологии

Ряд выявленных 3. Фрейдом психических механизмов позволил глубже понять

мотивационную картину преступного поведения. Например, механизм перенесения

(подробно этот феномен описан в двадцать шестой лекции по психоанализу)

позволяет

понять истоки многих безмотивных преступлений, в том числе и таких, когда мстят не

тому лицу, которое причинило вред, а другому, как правило, более слабому (в условиях

123

вооруженных сил этот механизм проявляется в феномене дедовщины). Методика

углубленного анализа скрытых в подсознании психических травм, оказывающихся

причинами неврозов и навязчивых состояний (в том числе сексуальной агрессивности),

которые продуцируют преступное поведение, позволила разработать клинические

методы коррекции личности преступника. Вскрытые ученым механизмы сопротивления

и вытеснения (подробно они описаны в девятнадцатой лекции по психоанализу)

позволяют понять процесс субъек

тивного искажения восприятия реальности как основу психологической

самозащиты.

Различные положения психоаналитической теории использовались криминологами

для конструирования новых теорий преступности и разработки новых подходов к

воздействию на этот феномен. Например, американский криминолог У. Реклесс на

основе фрейдистских схем сформулировал концепцию внутреннего регулирования

поведения. По мысли У. Реклесса, для того, чтобы человек мог управлять своим

поведением и удерживаться от преступных импульсов, необходимо в процессе

воспитания сформировать у него самосознание, сильное эго, хорошо развитое супер-

эго, сопротивляемость различным отвлекающим факторам, способность переносить

фрустрацию, развивать чувство ответственности, целенаправленность, способность

находить удовлетворение в заменителях криминальных побуждений, способность к

рациональному поведению.'

На базе фрейдовского механизма вытеснения Г. Сайк-сом и Д. Митзой в США

была создана концепция нейтрализации, сутью которой является углубленный анализ

механизмов психологической защиты, составляющих основу криминальной мотивации.

К числу способов нейтрализации сдерживающего воздействия субъективных и

объективных факторов преступности они относят:

— отрицание ответственности, когда человек считает себя жертвой обстоятельств;

— отрицание вреда, когда преступник уверяет себя и других лиц, что от его

действий никому нет вреда;

— осуждение осуждающих как скрытых или потенциальных преступников;

— ссылка на высшие соображения: нарушение требований общества

оправдывается обязанностями по отношению к малым группам.

Их соотечественник Д. Колеман провел аналогичный анализ и описал следующие

механизмы психологической защиты, которые могут обусловить преступное поведение:

— "отрицание реальности" в форме отказа объективно воспринимать окружающую

124

обстановку, поскольку это в форме страха или сочувствия может воспрепятствовать

преступлению;

— "репрессия" — недопущение проникновения в сознание неприятных и

невыгодных мыслей;

— "подавление" — отказ отдавать себе отчет в уже проникших в сознание

неприятных и опасных мыслях;

— "рационализация" как попытка доказать, что его поведение оправдано какими-то

уважительными причинами;

— "проекция" собственных отрицательных характеристик на других, а

соответственно нейтрализация отрицательной самооценки;

— "компенсация" — прикрытие собственных слабостей в одних условиях

попыткой самоутвердиться в других условиях (если человек боится кого-то, то это

генерирует у него потребность заставить кого-то бояться и его: "бей своих, чтобы чужие

боялись");

— "перемещение" чувства мести с опасного объекта, причинившего вред, на

неопасный объект, не причинявший вреда;

— "разрядка" — снижение тревожности, вызванной запретными желаниями, путем

бурного проявления чувств и внешней активности.'

Учет этих механизмов в ходе воспитательной работы позволил повысить

эффективность соответствующих мер профилактики преступлений.

Успехи психоанализа побудили криминалистов опробовать аналогичные методики

в практике исправительного воздействия на заключенных преступников. Психоанализ в

пенитенциарной практике сохранил основные черты, разработанные его

основоположниками:

— формирование доверительных отношений между психоаналитиком и

пациентом;

— проникновение в подсознание с помощью исследования поступков, фраз,

сновидений (в отдельных случаях использовался гипноз, однако 3. Фрейд отрицательно

относился к его применению) и выявление психических травм, продуцирующих

отклонения в поведении;

— перевод этих травм из подсознания в сферу сознания, что должно повлечь

освобождение от их бремени ("катарсис"),

Цель психоаналитиков — постараться помочь преступнику понять, в чем

заключается его внутренняя ущербность, с тем чтобы он смог гармонизировать свою

125

личность. С этой целью используют медитации, интроспекции, самоанализ.

Преступникам прививается выдержка — их обучают методикам, с помощью которых

им легче терпеть крайне неприятные ощущения, вызываемые тупиковыми

состояниями.

Одной из возможных реакций на стресс может быть агрессивность, уход в себя или

компромисс, направленный на изменение отношений с окружающими. Психоаналитики

обучают заключенных в случае стресса использовать два последних варианта, чтобы

избежать всплеска агрессивности. Преступников учат использовать психологические

механизмы:

— предупреждения опасных стремлений путем усиления противостоящих им

установок;

— нейтрализации аморальных желаний и поступков с помощью тяжелого

физического труда (и иных форм саморепрессий);

— повышения чувства собственной значимости путем идентификации себя с

выдающимися личностями (чтобы нейтрализовать комплекс неполноценности, нередко

компенсирующийся в форме преступлений).

Психоаналитики учат находить заменители желаниям, удовлетворение которых

практически невозможно законными способами. Им прививается стремление завоевать

симпатии других людей, а также инициируется восприятие в систему своего Я внешних

запретов, чтобы они перестали вызывать страх и порождать тревожность.

Психоаналитические сеансы нередко проводятся в группе. Соотечественник отцов

психоанализа Д. Морено в 1921 г. предложил оригинальный метод психодрамы, суть

которого состоит в следующем. Заключенным, участвующим в сеансе психоанализа,

предлагалось, как в спектакле, разыгрывать определенные близкие им жизненные

драмы, что позволяло устранять травмы в подсознании.

На психоаналитической основе была сконструирована практика корректирующего

воздействия на подростков в ряде американских центров по перевоспитанию, куда

направляют подростков, совершивших различные правонарушения. Вот как описывает

эту методику С. Чавкин. Мальчики и девочки (обычно величина группы — 500—600

подростков) с 10 утра до 10 вечера участвуют в сеансах коррекции. Сеансом через

микрофон руководит представитель администрации. Задача состоит в том, чтобы в ходе

дискуссии вызвать групповую реакцию на отрицательные поступки сверстников и

разрушить таким образом их психологическую защиту. В ходе таких дискуссий

подростки подвергаются насмешкам и унижению до тех пор, пока не на-'teyr раскрывать

126

свои души. От каждого требуется сознаться в тайных желаниях, какими бы

сумасбродными они ни были, а затем громко сообщить о них в микрофон.' По оценке

специалистов, главный недостаток этого метода не в его низкой эффективности, а в

том, что воздействие носит негуманный характер.

Попытки внедрения психоаналитических методик в практику пенитенциарных

учреждений (тюрем, реформаториев) дали мощный импульс развитию клинической

криминологии.

§ 5. Клиническая криминология

В XIX в. Э. Ферри и Р. Гарофало разработали концепцию опасного состояния

преступника, суть которой заключалась в том, что преступника надо не карать, а

выводить из состояния повышенной склонности к преступлению (и до тех пор, пока это

не сделано, изолировать). В XX в. эта концепция была положена в основу

нетрадиционного направления науки о методах воздействия на преступность —

клинической криминологии.

Клинические (медицинские) меры воздействия на преступность практиковались

давно. Рассмотрение преступности как болезни имеет весьма древнюю традицию.

Особенностью клинической криминологии как научного направления является попытка

сформировать особую систему мер коррекции личности, которая была бы

самодостаточной, т. е. основным (а в трактовке некоторых ученых и единственным)

методом воздействия на преступность. Представители данного научного направления

практически отрицали кару как превентивное сдерживающее средство. Они попытались

превратить криминологию в своеобразную антикриминогенную медицину, а тюрьму —

в клинику.

Уже в 1921 г. Э. Ферри представил в парламент Италии проект уголовного

кодекса, в основу которого были положены идеи социальной защиты (главным образом

отказ от рассмотрения наказания как кары). Палата депутатов отвергла проект Ферри. И

лишь его последователю Черри удалось реализовать идеи социальной защиты в

уголовном законодательстве. Концепция социальной защиты нашла поддержку в ряде

тоталитарных государств: Италии, Германии, была она весьма популярна и в России

(вспомните пресловутую высшую меру социальной защиты). Это иногда используется

оппонентами для дискредитации ее по принципу наклеивания ярлыков. Этот метод

вообще неприемлем, некорректен он и в данном случае: позиции клинической

криминологии сильны не только в посттоталитарных странах, но и в таких

127

демократических государствах, как США и Франция.

Наиболее весомый вклад в формирование на базе теории социальной защиты

клинической криминологии внес итальянский ученый Филиппе Граматика. Его усилия

по внедрению в практику данной научной концепции увенчались созданием в 1943 г. в

Венеции Центра исследований социальной защиты. По его инициативе было проведено

несколько международных конференций по данной проблеме. Идеи клиницистов

получили международную поддержку, и в 1948 г. при ООН появилась Комиссия

социальной защиты.

Основные положения концепции Ф. Граматика сводились к тому, что уголовная

политика на основе социальной защиты должна ориентироваться в большей степени на

индивидуальное, а не на общее предупреждение преступности. Ресоциализация

правонарушителя — главная цель клиницистов, поскольку, по их мнению,

перевоспитание и социализация преступника более эффективно защищают общество от

преступлений, чем жесткие карательные меры. Эти идеи Ф. Граматика изложил в

монографии "Принципы социальной защиты".' Значительным вкладом в развитие

клинической криминологии была книга Бенине ди Туллио "Принципы клинической

криминологии и судебная психиатрия".

В ней ди Туллио предпринял попытку на базе

концепции конституциональной предрасположенности к преступлениям, а также

концепции преступника-душевнобольного разработать адекватные меры коррекции

криминальных наклонностей.

Наиболее основательно методы клинического воздействия на преступников

(реальных и потенциальных) разработал французский криминолог Жан Пинатель.

Клиническое воздействие осуществляется последовательно в соответствии со

следующими этапами:

— диагноз;

— прогноз;

— перевоспитание.

В процессе диагностики необходимо выявить преступный порог лица (легкость

выбора им преступных форм поведения). В этих целях Ж. Пинатель разработал

специальные методики. Следует последовательно выяснить:

— насколько совместимо преступление с этическими принципами лица (позволит

ли совесть ему совершить преступление);

— является ли угроза уголовного наказания для данного лица сдерживающим

фактором.

128

Эти психологические особенности можно считать внутренними составляющими

опасного состояния (Ж. Пинатель называет их преступными способностями). Их

выявление проводится с использованием психологических методик (опросников,

тестов), а также путем ретроспективного анализа поступков, профессии, физических

склонностей.

При добавлении к ним внешней компоненты (криминогенной ситуации) опасное

состояние обычно реализуется в преступлении. Вероятность такой реализации во

многом зависит от уровня преступных способностей. По Ж. Пина-телю преступная

способность может быть высокой, средней и низкой. На основе этой оценки делается

прогноз индивидуального преступного поведения. В основу прогноза. Ж. Пинатель

кладет различные комбинации преступной способности и социальной

адаптированности. Наиболее типичный преступник (тюремный завсегдатай) — это лицо

с высокими преступными способностями и низким уровнем социальной

приспособленности. В то аке время, по Ж. Пи-нателю, наиболее опасны преступники, у

которых и криминальные способности и умение адаптироваться находятся на высоком

уровне развития, но эти: лица, как правило, уходят от уголовной ответственности, ибо

находят такие способы совершения преступлений, которые при максимуме выгоды

сопряжены с минимумом риска (к их числу французский ученый относит

представителей беливоротничко-

вой преступности).

По мнению Ж. Пмыателя, для проверки действитель-

вости клинической модели существует только один критерий —

экспериментальный. Наблюдение, интерпретация, эксперимент являются тремя

основными элементами клинического метода.

Ж. Пинатель развил концепцию динамической структуры личности. Чаще всего

при описании структуры личности используют метод психологических черт. Черта —

это то, что характеризует и отличает. Различают два вида психологических черт —

внешние, соответствующие симптомам, и внутренние, соответствующие синдромам.

Однако для более углубленного анализа личности необходимо исходить из того, что

структура личности динамична, она состоит из развивающихся компонентов,

постоянно взаимодействующих между собой. Поэтому наиболее объективный анализ

личности дает исследование деятельности (внешней и внутренней). Именно это

необходимо учитывать при клиническом изучении личности, на этом базируется уве

ренность клиницистов в возможности радикального изменения личности

129

общественно опасной на социально ориентированную.

В процессе перевоспитания необходимо улучшить социальные реакции

преступника (снизить или устранить агрессивность, эгоцентризм), изменить установки и

привычки, изменить отношения к различным социальным фактам (в том числе избавить

их от безразличного отношения к уголовному наказанию).

К числу достаточно эффективных и наиболее гуманных методов коррекции

криминальных склонностей, практикуемых клиницистами, относится психоанализ,

рассмотренный в предыдущем параграфе. Помимо психоанализа в арсенале

клинической криминологии электрошок, лобото-мия, таламотомия, медикаментозное

воздействие, хирургические методы.

Электрошок (воздействие разрядом электрического тока ва различные участки

тела) — одно из традиционных средств воздействия на живое существо. Как метод

электролечения он практиковался отдельными врачами в целях стимуляции мышечных

и нервных тканей. Итальянские клиницисты ли Туллио и Грапиньи предложили

использовать его как средство коррекции правонарушителя. По их мнению, электрошок

производит регенерацию памяти и всей личности преступника. Такая оценка

электрошокового воздействия, вероятно, преувеличена. Наиболее широкое применение

электрошок получил в связи с распространением бихевиористских психологических

теорий. Бихевиоризм (от английского behavior — поведение) рассматривает

человеческое поведение по упрощенной схеме (стимул—реакция). В соответствии с

этой схемой, если определенные поступки получают отрицательное подкрепление (удар

разрядом электрического тока), то человек начинает избегать их.

Вначале электрошок

наиболее активно использовали, по существу, как наказание: заключенного,

допустившего нарушение, под видом лечения подвергали воздействию электрического

разряда (обычно для этих целей использовали Металлический прут, находящийся под

напряжением, — силу тока можно было регулировать в зависимости от индивидуальных

возможностей наказываемого и степени тя-

жести правонарушения). По мере развития техники методика использования

электрошока совершенствовалась. Американская компания "Фарелл" разработала

радиоуправляемый электрошоке?. Маленький приемник прикрепляется к телу человека,

подлежащего перевоспитанию (в основном эту методику использовали для воздействия

на несовершеннолетних). При нарушении им порядка воспитатель посылает сигнал, и

приемник стимулирует электроразряд — нарушитель подвергается воздействию

электрошока, и у него фиксируется отрицательное отношение к запрещенным

130