Кэмерон Д. Путь художника (развитие творческих способностей)
Подождите немного. Документ загружается.
• Бизнесмен, который годами пишет прозу в стол, клянется
себе, что обратится, наконец, к профессиональному
литератору за советом и консультацией. На следующий день
за бильярдным столом он знакомится с писателем, который
становится его наставником, а впоследствии они в
соавторстве с успехом издают несколько книг.
Я не раз убеждалась: мы гораздо больше боимся того, что Бог
есть, чем того, что Его нет. Ведь случаи из разряда
вышеперечисленных происходят с нами постоянно, а мы не
обращаем на них внимания, списывая все на простые совпадения.
Некоторые говорят о том, как было бы страшно, если бы Бога не
было. По-моему, подобные разговоры – чепуха. Большинству
намного легче дышится, когда никто за ними не наблюдает
слишком пристально.
Если Бога – под которым я подразумеваю вовсе не то, что
вкладывают в это понятие верующие христиане, а скорее
всемогущую и всезнающую силу – не существует, тогда все мы
просто плывем по течению, не так ли? Нет ни небесной кары, ни
святого утешения. Жаль, если все из рук валится и жизнь течет
безрадостно, но чего вы ещё ожидали?
Меня очень интересует этот самый вопрос ожидания. Если
Бога нет или этому Богу не очень-то интересны все наши
приземленные делишки, то пусть все катится непонятно куда,
как и раньше, и мы можем спокойно оправдываться перед собой,
говоря о несвершенном как о невозможном, а о себе как о жертве
несправедливости. Если Бог или его отсутствие ответственны за
беспорядок в мире, то мы вправе объявить себя циниками и
залечь на дно. Зачем пытаться что-то менять? Кому это нужно?
А нужно это именно нам. Если где-то рядом чуткая,
отзывчивая творческая сила, которая слышит нас и помогает
нам, значит, мы действительно на что-то способны. И очень
скоро играм придет конец: Бог знает, что небеса не
беспредельны. Любой честный человек признается, что
возможное намного страшнее невозможного, что свобода пугает
больше любой тюрьмы. А если нам и правда приходится иметь
дело с неведомой силой, которая к тому же вмешивается в нашу
жизнь, тогда нам остается лишь действовать, чтобы воплотить
ранее не осуществленную мечту в реальность.
Жизнь может быть только тем, чем мы сами её делаем. И
совершенно неважно, с чего начинать постижение этой истины –
с божественной силы внутри нас или с Бога, обитающего вовне.
Важно доверять этой силе.
«Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и
отворят вам…» Эти слова приписаны Иисусу Христу наряду с
другими, намного менее ласкающими слух. Они предполагают
возможность научного метода: спроси (поставь опыт) и
посмотри, что получится (зафиксируй результат).
Стоит ли удивляться тому, что мы не обращаем внимания на
услышанные кем-то собственные молитвы? Мы списываем все на
совпадение. Считаем, что нам просто повезло. Называем это как
угодно, только не так, как надо, – а именно божественной – или
добродетельной – дланью, которую сами и вызываем, когда
стремимся осуществить мечту и храним верность собственной
душе.
Даже в самой скромной жизни находится место для чудесных
совпадений. «Во что бы то ни стало куплю, наконец, двухместное
кресло!» А чуть позднее: «Я нашла именно такое, о каком
мечтала! И все так странно вышло: я была в гостях у тети
Бернис, и оказалось, что у её соседки как раз такое кресло, но её
новый муж его терпеть не может, и теперь она ищет, кому бы его
продать!».
В жизни незаурядных людей такие мгновения выступают
особо выпукло, позначительнее барельефа на горе Рашмор
1
.
Льюис и Кларк
2
отправились на запад. Исак Динесен
3
поехала в
Африку. У каждого из нас есть своя Африка – мечта о чем-то
непознанном и романтическом, что взывает к самым истокам
нашей сущности. Откликаясь на этот зов, вверяя ему всего себя,
мы заставляем действовать закон, который К. Юнг окрестил
синхронностью. Приблизительно её можно определить как
«совпадение событий, которые не могут быть связаны между
собой причиной, но выражают одинаковый или сходный смысл».
В шестидесятые годы XX века мы называли этот закон
«интуитивной прозорливостью». Как бы вы его ни называли, с
началом творческого возрождения вы будете все чаще и чаще с
удивлением повсюду обнаруживать его проявление.
Нет ничего странного, если поначалу вы не захотите обращать
на него внимания. Несмотря на то что работа Юнга о
синхронности лежала в основе его учения, даже многие
исследователи и знатоки трудов великого философа
предпочитают рассматривать её как случайную и несерьезную.
1
Гора Рашмор – гора с изображением четырех президентов, расположенная в штате Южная
Дакота.
2
Льюис и Кларк – предводители самой грандиозной в истории освоения США экспедиции
(1804-1806 гг.) по западной территории, от реки Миссисипи до тихоокеанского побережья.
3
Исак Динесен – псевдоним баронессы Карен Бликсен (1885-1962), датской писательницы,
классика литературы XX века. Полнометражный фильм, снятый по мотивам её
автобиографической повести «Из Африки» режиссером С.Поллаком, получил семь «Оскаров».
Юнг отличался от таких ученых. Следуя внутреннему чутью,
он пережил и описал феномен, который многие из нас
предпочитают оставлять в стороне: возможность существования
разумной и отзывчивой Вселенной, действующей в наших
интересах.
Именно таким был и мой опыт. Я научилась никогда не
спрашивать, способна ли я что-то сделать, а просто заявляю о
том, что уже делаю это. А потом остается только пристегнуть
ремни. И случается невероятное.
«Бог знает свое дело», – часто напоминала мне актриса
Джулиана Маккарти. Я не раз давалась диву, с какой ловкостью
Вселенная подбрасывает нам лакомые кусочки.
Лет шесть назад мою пьесу выбрали для важного сценического
чтения в Театральном центре Денвера. Я писала эту пьесу в
расчете на то, что главную роль сыграет моя подруга Джулиана.
Она подошла бы лучше всех, но когда я прилетела в Денвер,
подбор актеров уже закончился. После знакомства с актрисой,
которую взяли на главную роль, у меня появилось странное
ощущение тикающей бомбы. Я упомянула об этом в разговоре с
режиссером, но тот заверил, что актриса – мастер своего дела.
Однако странное предчувствие меня не покидало. И
действительно, за неделю до премьеры мастер своего дела вдруг
подала заявление об увольнении – она бросила и мою пьесу, и
ещё одну, которая шла уже полсезона.
Сотрудники центра были в замешательстве и приносили мне
извинения. Им было страшно даже подумать о том ущербе,
который наносился спектаклю от неожиданного ухода примы. «А
кого бы вы рекомендовали на главную роль?» – спросили меня. Я
ответила: «Джулиану Маккарти».
Ее пригласили, оплатив перелет из Лос-Анджелеса. Как
только режиссер увидел её на сцене, он тут же попросил её
играть не только в моей постановке, но и в другой пьесе, которая
нуждалась в замене, причем и туда Джулиана подошла блестяще.
«Бог просто показывает характер», – пошутила я в разговоре с
Джулианой, очень довольная тем, что ей все-таки удалось
получить роль в моей пьесе.
Я не раз была свидетелем того, как Вселенная поддерживает
стоящие замыслы, особенно масштабные и полные энтузиазма. Я
очень редко замышляла что-то замечательное без того, чтобы
затем у меня не появлялась возможность это осуществить.
Поймите, что должно появиться раньше, чем как. Сначала
решите, что вы хотите сделать. А уж как это делать, решится
само собой.
Очень часто в разговорах о творчестве подчеркивают
важность стратегии. Новичкам советуют пробивать себе дорогу
методами Макиавелли
1
. По-моему, все это чепуха. Спросите
любого творческого человека, как он достиг того, чего достиг, и
вы услышите в ответ не описания того, как он куда-то
пробивался, а только рассказ о череде счастливых случайностей.
«Тысяча невидимых рук помощи» – так назвал их Джозеф
Кэмпбелл
2
. Я называю это синхронностью. И утверждаю, что на
нее можно рассчитывать.
Помните, что мир творчества – нечто вроде племени,
старейшины которого берут под свое крыло талантливого
1
Никколо Макиавелли (1469-1527) – итальянский политический мыслитель, историк. Ради
упрочения государства считал допустимыми любые средства. Отсюда термин «макиавеллизм»
для определения политики, пренебрегающей нормами морали.
2
Джозеф Кэмпбелл (1904-1987) – американский ученый, исследователь мифологии; автор
книг «Тысячеликий герой», «Мифы, в которых нам жить».
новичка. Может показаться, что я принимаю желаемое за
действительное, однако это не так. Случается, пожилой и
опытный художник вынужден помочь молодому даже вопреки
своему желанию: «Сам не знаю, зачем я это делаю для вас, но…».
Рука помощи не всегда бывает лишь рукой простого смертного.
Нам нравится делать вид, что воплотить в жизнь заветную
мечту трудно. На самом же деле гораздо труднее пройти мимо
множества дверей, которые начнут открываться перед вами.
Отвернитесь от мечты – и она все равно напомнит вам о себе.
Согласитесь снова следовать за ней – и распахнется новая
таинственная дверь.
Вселенная творит чудеса, поддерживая нас. Это мы очень
скупо принимаем её поддержку: заглядываем в рот каждому
дареному коню и отсылаем его обратно. Говорим, что боимся
потерпеть неудачу, хотя гораздо больше нас пугает возможность
успеха.
Сделайте один маленький шажок в сторону мечты и следите за
тем, как синхронно распахнутся двери. Увидеть – это, в конце
концов, значит поверить. А когда вы увидите результаты своих
опытов, то вам уже не нужно будет верить мне. Помните
правило: «Падай, а соломку тебе подстелят»? В книге
«Шотландская экспедиция на Гималаи» У.X.Мюррей пишет о
своем собственном опыте:
«Пока человек окончательно на что-то не решится, всегда
остаются сомнения, возможность отступить, бездейственность.
Для любого проявления инициативы (или творчества – Дж. К.)
существует одна простая истина, незнание которой убивает
бесчисленные замыслы и великие идеи: в тот миг, когда человек
решается на что-то, Провидение тоже начинает действовать.
В помощь одному замыслу случается много такого, что иначе
никогда бы не случилось. Принятое решение влечет за собой
целый поток событий: полезных совпадений, встреч и
предложений о материальной поддержке, в которые никто и
никогда бы не поверил заранее».
Если не доверяете Мюррею или мне, то, может быть, поверите
Гёте? Государственный деятель, ученый, писатель, мыслитель,
естествоиспытатель, великий человек. Вот что он сказал о
помощи Провидения:
«Если вы думаете или верите, что на что-то способны, начните
делать это. В действии – волшебство, добродетель и сила».
СТЫД
Некоторые говорят себе: «Если бы приступить к действию
было так просто, я бы сейчас не читал(а) эту книгу». Те из нас,
кто обмирает в страхе и не начав ничего делать, обычно
встречаются с ещё более давним врагом, имя которому стыд. Он
один из способов подчинения себе воли других. Вызывая в ком-
то чувство стыда, мы пытаемся не дать ему совершить что-либо,
что может смутить нас самих.
Создание произведения искусства способно вызывать чувства,
подобные тем, что мы испытываем, когда рассказываем
семейную тайну. В тайных делах всегда присутствуют стыд и
страх. Непроизвольно маячит вопрос: «Что обо мне подумают,
когда узнают?». Это очень пугает нас, особенно если когда-либо
раньше нас уже заставляли испытать стыд за проявленное
любопытство.
«Как ты смеешь?» – гневаются взрослые на невинного
ребёнка, который случайно наткнулся на семейную тайну. (Как
ты смеешь открывать мамину шкатулку с драгоценностями? Как
смеешь лезть в ящик папиного стола? Как ты посмел отворить
дверь в спальню? Как ты смеешь заглядывать в погреб, на чердак,
во все темные места, куда мы кладем все то, что хотим от тебя
спрятать?)
Искусство – зеркало общества. Оно выводит все на чистую
воду. Просветляет нас. Посылает лучик света в самое сердце
нашей томительной тьмы и спрашивает: «Видите?».
Когда люди не хотят чего-то видеть, они злятся на того, кто
это им показывает. Они убивают гонца. Если сын родителей-
алкоголиков испытывает трудности в школе, на его семью
навешивают ярлык неблагополучной. Ребёнка обвиняют в том,
что он опозорил семью. Но разве это так? Он лишь пролил свет
на то, чего стыдятся его родители. А в семье стыд существовал и
ранее и стал причиной, а не следствием неприятностей ребёнка.
«Что подумают соседи?» – довод, которым пользуются, чтобы и
впредь скрывать болезненные проблемы.
Искусство распахивает чуланы, проветривает погреба и
чердаки. Оно исцеляет. Но прежде чем залечивать рану, её
необходимо вскрыть, а именно этого творческого поступка мы
часто стыдимся. Плохие отзывы – главный источник стыда для
большинства художников. Но большинство отзывов как раз и
нацелены на то, чтобы пристыдить автора: «И тебе не стыдно?
Как ты посмел изваять такое посмешище?».
А художник, которого то и дело заставляли краснеть в
детстве – из-за любой нужды, любопытства, не оправданных им
надежд, – может испытать стыд даже без всяких унизительных
отзывов. Если в детстве его заставили почувствовать себя
полным дураком уже оттого, что он верил, что талантлив, он уже
не сможет создавать произведения искусства без бремени
смутного стыда.
Многие художники начинают произведение, неплохо
продвигаются вперед, а перед самым окончанием вдруг
обнаруживают, что их работа ничего не стоит. Для
психотерапевтов такая неожиданная потеря интереса («Ерунда,
ничего страшного») – характерный симптом: так пациенты
обычно отрицают испытываемую ими боль и стараются
смириться с собственной уязвимостью.
У людей, которые выросли в неблагополучных семьях,
выработалось умение пользоваться этим приемом. Они называют
его беспристрастностью, хотя в действительности это
беспомощность перед болью.
«Он забыл поздравить меня с днем рождения. Ну и пусть,
ничего страшного».
Вся жизнь, в которой обязанностью похвалить маленького
человека обычно пренебрегают, зато пользуются любой
возможностью его пристыдить, учит ребёнка тому, что
привлекать к себе внимание – опасно.
«Я, будто собачонка, тащила домой кость, которую никто не
замечал» – так одна моя ученица описала свои тщетные попытки
сделать что-то такое, что вызвало бы в её семье одобрение.
«Чего бы я ни добивалась, они никогда не обращали на это
внимания. Зато всегда находили что-нибудь, что было не так.
Если в дневнике у меня были все пятерки и только одна
четверка, именно о ней и предпочитали вести речь».
Совершенно естественно, что юные художники пытаются
привлечь внимание родителей – каким бы оно ни было.
Встречаясь с безразличием или гневом, они вскоре понимают, что
никакая кость не заслужит родительского одобрения.
Если мы занимаемся творчеством, нас тоже стараются
пристыдить. Так мы узнаем, что творить – это ненормально. При
этом мы быстро забываем, как именно сделали такое открытие.
Скрываясь под нашим «ничего страшного», стыд продолжает
жить и ждет новых поводов, чтобы обжечь нас. Нам делается
стыдно, даже когда мы только пытаемся творить.
Именно поэтому прекрасные студенческие фильмы не
показывают на фестивалях, где их могли бы заметить; хорошие
романы летят в мусорную корзину или пылятся в дальних
ящиках. Именно поэтому драматург-любитель не посылает в
театр свою пьесу, а талантливые актеры не приходят на
прослушивания. Именно поэтому творческим людям стыдно
признаться в своих мечтах. Стыд, испытанный в детстве, снова
дает о себе знать, когда мы становимся взрослыми, потому что
художник внутри нас так и остается ребёнком. Именно поэтому
мы стесняемся творить.
Мы не занимаемся искусством, опасаясь того, что нас будут
потом критиковать: критик, задающий вопрос «Как ты мог?»,
вполне способен заставить художника почувствовать себя
пристыженным ребёнком. Друг, с хорошими намерениями и
обоснованно распекающий начинающего писателя, сам того не
желая, может без труда убедить его больше не писать.
Не все так однозначно. Не всякая критика заставляет нас
краснеть от стыда. Даже самая беспощадная оценка может
попасть в точку и вызвать у автора восклицание «ага!», если она
откроет ему более удачное решение поставленной задачи.
Критика приносит вред, когда унижает, оскорбляет, поднимает