
"Теория государства и права: учебник" (Н.И. Матузов, А.В. Малько) (Юристъ, 2004)
200
Существует презумпция целесообразности закона. Нецелесообразных законов в принципе не
должно быть. Поэтому брать под сомнение закон по соображениям личной или какой-либо иной
заинтересованности (идеологической, политической, прагматической) недопустимо. Равно как и исходить
из "здравого смысла", "особых обстоятельств", "скрытых полномочий", "духа и буквы" закона, "ради дела"
и т.д. В свое время принималась в расчет прежде всего "революционная" или "классовая"
целесообразность, позже - "социалистическая". Последствия известны.
Если же закон устарел, отстал от жизни или просто оказался неудачным, несовершенным, его надо
отменить, изменить, поправить в установленном порядке, а не обходить, не нарушать, не поступать по
своему разумению. Очень важна здесь роль юридической науки, которая призвана вовремя подмечать
такие несоответствия, коллизии и вносить в официальные органы обоснованные предложения и
рекомендации. "Исправлять" закон не может отдельно взятый гражданин или организация.
Российская практика последних лет знает немало случаев, когда законность отступала на второй
план перед политической и иной целесообразностью. Особенно это было заметно на начальном этапе
реформ, в процессе форсированной приватизации, во время проведения первой "чеченской кампании", во
взаимоотношениях центральной власти и субъектов Федерации. Подобные аномалии встречаются и
сейчас. Вообще, чиновники всех рангов обычно руководствуются в своих действиях прежде всего
соображениями пользы, выгоды, удобства, а не интересами государства.
Целесообразность допустима лишь в рамках самого закона, который во многих случаях
предоставляет такую возможность, например, при назначении альтернативных мер наказания, условно-
досрочном освобождении, возбуждении уголовного дела и т.д. В гражданском праве есть немало
диспозитивных норм, которые предполагают выбор субъектом того или иного варианта поведения, исходя
из личной целесообразности.
Но это - "разрешенная" целесообразность, не имеющая ничего общего с ее противопоставлением
законности. Именно таково одно из обязательных условий построения правового государства. Строгое
следование закону полезно и целесообразно. Еще римляне говорили: "Кто живет по закону, тот никому не
вредит"; "Что законно, то и справедливо".
3. Принцип неотвратимости наказания за нарушение законности. Давно подмечено, что соблюдение
законов, а стало быть, и законности обеспечивается не столько суровостью наказания, сколько его
неотвратимостью. Последнее гораздо важнее, чем первое. Закон должен быть не суровым, а
результативным. Можно ввести самые драконовские меры "воздаяния за деяния" (что уже не раз было в
истории), но если преступники будут оставаться на свободе, если их не будут ловить и судить, то
эффективность указанных мер может оказаться незначительной или даже нулевой. "Мир еще никогда не
удавалось ни исправить, ни устрашить одним наказанием" (К. Маркс).
Именно это и происходит сейчас в нашей жизни. Российское законодательство предусматривает
смертную казнь или пожизненное заключение за убийства и другие тяжкие преступления. Однако
преступность не сокращается, а растет, в том числе увеличивается количество убийств. Раскрываемость
правонарушений низкая. Было бы намного эффективнее для утверждения в стране законности и порядка,
если бы каждый потенциальный злоумышленник ясно сознавал, что его деяние в любом случае не
останется безнаказанным, что кары, возмездия ему не миновать.
Но этого нет. Напротив, социологические опросы среди осужденных показывают, что каждый
четвертый из них, задумывая и совершая преступление, верил, что он не будет пойман и наказан. Вот
почему еще Цицерон заметил: "Величайшим поощрением преступления является безнаказанность".
Другой мыслитель прошлого - Ш.Л. Монтескье в своем знаменитом труде "О духе законов" писал:
"Вникните в причины всякой распущенности и вы увидите, что она проистекает из безнаказанности".
Ничто так не укрепляет законность и порядок, как требовательность и взыскательность.
Истины старые, но выводы из них делаются не всегда верные и своевременные. Даже
общественное мнение придерживается взгляда, что главная причина преступности кроется в мягкости
(либеральности) наших законов. Стоит их ужесточить, как со злом будет покончено. Свыше 80%
населения в России и других странах выступают за сохранение смертной казни. В некоторых
мусульманских государствах до сих пор практикуются такие виды наказания, как отсечение руки, ноги,
головы. Но преступность там сохраняется. Значит, дело не в жестокости, а в чем-то другом. К числу этих
других мер относится, в частности, неотвратимость ответственности за любое противоправное деяние.
4. Принцип верховенства закона. Важнейшей чертой любого демократического правового
государства является безусловный приоритет закона над всеми иными нормативно-правовыми актами,
носящими подзаконный, т.е. подчиненный по отношению к закону, характер. Последние должны
издаваться только на основе и в соответствии с законом, в его развитие, конкретизацию. Данное
положение - непременное условие подлинной, а не декларируемой законности, элемент политико-
правовой культуры общества. Никому не дано право стоять над законом, уходить из-под его воздействия.
Верховенство закона объясняется тем, что он является прямым выражением воли народа -
единственного источника власти, имеет высшую юридическую силу, принимается в особом порядке и
только законодательными (представительными) органами. Ни один монарх, царь, король, президент не
вправе, как уже говорилось, издавать законы. Особое место среди законов занимает Конституция как
Основной Закон государства. Строгое следование этому основополагающему акту составляет
конституционную законность.
К сожалению, в современной российской практике очень часто президентские указы,
правительственные постановления, региональные акты не только противоречат законам, но нередко
подменяют их или сводят на нет. Из подзаконных они как бы превращаются в надзаконные, что