Станиславский К.С. Работа актера над собой. Часть 1
Подождите немного. Документ загружается.
Таким образом, вы установили два магических "если б".
Первое из них: если б полено было не деревяшкой, а живым ребенком.
Второе: если б этот ребенок был вам подкинут.
Есть, может быть, какие-нибудь условия или обстоятельства, которые
затрудняют ваше положение? - спросил Аркадий Николаевич.
- Да, есть, - вдруг понял Паша. - Дело в том, что жены моей нет дома. Не
могу же я без нее решать судьбу ребенка. Правда, у меня закрадывается
мысль, не подкинуть ли его соседу, но, с одной стороны, как будто бы и
жалко, а с другой, как будто бы и страшно. Ну, как меня застанут на месте
преступления. Поди, доказывай, что не я отец, не я подкидыватель
новорожденного, а что, наоборот, мне его подкинули.
- Да, - согласился Торцов. - Все это очень важные обстоятельства,
которые осложняют поставленное вами магическое если б. Нет ли еще
новых затруднений? - допрашивал далее Аркадий Николаевич.
- Как же, есть, и очень важные, - все дальше и дальше последовательно
вникал Паша в создавшееся положение. - Дело в том, - объяснял он, - что
я никогда не держал в руках новорожденных и самым искренним образом
боюсь их. Они, как налимы, выскальзывают из рук. Правда, я сейчас
решился и взял ребенка на руки, но теперь уж дрожу, как бы он не
проснулся и не начал шевелиться и орать. Что подумают соседи? Какие
сплетни может породить появление новорожденного в доме? Но самое
неприятное, если с ним произойдет то, что так часто случается с
новорожденными. Ведь я не имею представления о том, как в таких
случаях поступают и где мне взять чистые пеленки и белье для смены.
- Да, да, - одобрял Аркадий Николаевич, - все это серьезные, хотя вместе
с тем и смешные обстоятельства, которые необходимо учесть. Тем не
менее, все это мелочь. Есть нечто гораздо более важное.
- Что же именно? - насторожился Шустов.
- Известно ли вам, - торжественно объявил Торцов, - что пока вы
старательно прикрывали личико ребенка углом скатерти, пока вы
укачивали его, он задохся и умер?
Даже у меня, постороннего свидетеля и зрителя, екнуло сердце от такой
неожиданности и произошел внутренний сдвиг. Не удивительно поэтому,
что на Пашу, участника происходящего на сцене, эта неожиданность
подействовала еще сильнее. Сама собой создалась драматическая сцена.
Потому что положение человека, случайно очутившегося с трупиком
неизвестного ребенка на руках, - драматично. Оно заставляет предполагать
уголовщину.
- А! - поймал его Аркадий Николаевич. - Вы побледнели, узнав, что
полено задохлось в скатерти. Вы поверили глупости, ерунде. Какой же вам
нужно еще наивности?!
В самом деле, думал я, разве не наивно, что взрослый человек
старательно пеленает полено, укачивает его, долго сидит недвижно, боясь
пошевелиться, бледнеет, узнав, что деревяшка задохлась, верит в правду
нелепости, не замечая вымысла? И все это выполняется серьезно, с
сознанием важности того, что делает.
- Таким образом, - резюмировал Аркадий Николаевич, - новый, случайно
создавшийся этюд под названием "Невинный преступник, или Полено в
скатерти" должен доказать, что у вас налицо достаточная для артиста
наивность.
Кроме того, вы сами на деле убедились в том, что ее можно вызвать
постепенно, слагать по кускам, когда она не создается сама собой, как,
например, сегодня. Эта работа значительно облегчается, когда семена
вымысла воображения попадают на подготовленную почву "жизни
человеческого тела".
Таким образом, - резюмировал Торцов, - на последнем уроке Названов
заготовил благоприятную внутреннюю и внешнюю почву для посева, но
забыл запастись семенами магических если б и предлагаемых
обстоятельств.
Сегодня же вы не только вспахали и удобрили почву малыми
физическими действиями, правдами и верой в них, но и посеяли семена,
которые дали вам хороший плод мгновенной творческой вспышки
переживания.
Связаться с программистом сайта.
фитнес упражнения на тренажере