Балашов Л.Е. Философия

Подождите немного. Документ загружается.

346

между активным и пассивным отдыхом, напряжени-

ем и расслаблением.

10. Общение с природой; пребывание по возможно-

сти в благоприятной окружающей среде.

Программа учитывает практически все факторы и

условия жизни. Тем не менее возможны и другие ва-

рианты программы. Люди весьма различны и по своей

генетике, и по своему воспитанию, и по условиям

жизни. Здесь не может быть шаблона.

Десять пунктов программы — это концентрирован-

ное выражение огромного количества жизненных пра-

вил и действий. Они — всего лишь схема жизни.

13.8. Конечность и бесконечность

существования в перспективе жизни

Имеется такое свидетельство об отношении

Л.Н. Толстого к смерти. “Высокочтимый граф Лев Ни-

колаевич, — писал И.Н. Янжул, — последние годы

имел слабость охотно беседовать о смерти... Я заметил

ему как бы для утешения (в начале 90-х г.г., на собра-

нии в Московском университете — Л.Б.), с какой стати

он так занят этим вопросом о смерти, когда он за свои

великие труды уже бессмертен при жизни и будет та-

ковым же после смерти. На что он мне ответил: “Да я-

то не буду ничего чувствовать и сознавать”. В этом

свидетельстве зафиксировано мнение творческого че-

ловека, который не может примириться с неизбежно-

стью смерти. Борьба за активное долголетие решает

только задачу продления жизни до каких-то пределов.

Пусть это будут 120, 1000, 200 000 лет, но все же чело-

век рано или поздно оказывается перед ситуацией

смерти, когда его тело превращается в труп, т. е. в

ничто.

Ни “делание” бессмертия в указанном выше смыс-

ле, ни активное долголетие не решают по-настоящему

проблемы смертности и/или бессмертия.

347

Вопрос в том, можно ли вообще устранить

смерть из жизни человека? Я уже говорил, что

смерть как эволюционное приобретение жизни воз-

никла на этапе полового размножения многоклеточ-

ных организмов. Превращение живого в труп отнюдь

не является абсолютной неизбежностью для всякого

живого.

Жизнь как таковая не носит в себе зародыш смерти.

Она, бесспорно, носит в себе зародыш изменения, пре-

образования, но не смерти, а тем более не гибели.

Смерти нельзя приписывать абсолютное значение око-

нечивания. Нельзя отождествлять смертность, имею-

щую частное значение, и конечность, имеющую уни-

версально-всеобщее значение. Да, все реально сущест-

вующее содержит в себе момент оконечивания — та-

кова диалектика конечности и бесконечности. Но из

этого не следует, что живое оконечивает себя только

через смерть. Последняя — лишь один из “способов”

оконечивания живого. Одноклеточные организмы, де-

лящиеся миллиарды лет, живут конечный срок (от од-

ного деления до другого). А ведь они не знают смерти.

Смерть как полное разрушение многоклеточного орга-

низма — до первичных органических и неорганиче-

ских молекул — возникла на определенном этапе ста-

новления живой природы. Вполне возможно, что чело-

век со временем найдет другой способ оконечивания

своей жизни, не такой разрушительный как смерть. Не

исключено, что, изменив соответствующим образом

свою генетическую программу, он может покончить со

смертью.

Дальнейшее становление живой природы (уже на

стадии человеческого общества) может привести к

ликвидации смерти в смысле превращения живого в

труп, к замене полного уничтожения преобразованием

одного живого в другое наподобие деления однокле-

точных организмов, в том смысле, что отдельный че-

ловек, прожив определенный срок жизни, как бы пере-

348

ходит в другого человека, сохранив при этом основное

содержание своего “я”. Конечность существования ос-

тается как момент жизни, но она не будет носить ха-

рактер смерти в смысле полного уничтожения.

Смерть (как превращение живого в труп) была не-

обходимым моментом на стадии развития многокле-

точных организмов и в какой-то мере оправдана на

стадии развития человечества до определенного вре-

мени. Это связано прежде всего с ограниченностью

жизненного пространства и ресурсов.

Действительно, в каждый данный момент и жиз-

ненное пространство и ресурсы ограничены. Но кто

сказал, что вместе с решением проблемы увеличения

продолжительности жизни человечество не решит и

проблему увеличения жизненного пространства и ре-

сурсов?! Конечно, если исходить из предположения,

что человечество будет жить только на Земле, то не-

трудно предвидеть наступление момента, когда в ре-

зультате размножения и увеличения продолжительно-

сти жизни людям станет тесно и ресурсы истощатся. В

том-то и дело, что это предположение основывается на

прошлом опыте эволюции живого и не учитывает воз-

можности освоения человеком космического про-

странства. Чаще всего как раз и пытаются доказать ес-

тественность, необходимость смерти ссылками на жи-

вую природу, в которой гибель организмов и смена

поколений обусловлены борьбой за существование и

ограниченностью земных ресурсов. Но то, что верно

для живой природы, нельзя механически переносить

на человеческое общество. Люди, в отличие от живот-

ных, находят все новые и новые источники ресурсов и

этому процессу нет конца. Наступает время, когда

смерть человека перестает быть оправданной с эволю-

ционной точки зрения, как ограничитель увеличения

массы живого. С созданием управляемой термоядер-

ной реакции и освоением (обживанием) космического

пространства люди практически обеспечат себя без-

349

граничными ресурсами и могут увеличивать продол-

жительность своей жизни и размножаться до каких

угодно пределов.

Человечество уже сейчас должно поставить перед

собой задачу ликвидации смерти, т. е. замены ее ка-

ким-то преобразовательным механизмом, который по-

зволил бы более мягко переводить одно “я” в другое

“я” без того, чтобы первое “я” переживало ужас пол-

ного уничтожения-распада. Следующее за первым я”

второе “я” должно наследовать не только генетиче-

скую программу первого, но и его разум, самосозна-

ние, личность. Это наследование должно быть подобно

тому, как наше “я” в зрелости или в старости наследу-

ет наше же “я”, бывшее в детстве или юности. Ведь не

секрет, что мы разные на разных этапах жизненного

пути. Мы, конечно, сожалеем, что детство прошло,

юность прошла, что мы другие. Но тем не менее горечь

об ушедших годах, о том, что мы другие, не сравнима

с переживанием того, что нас когда-то не будет, что

наше “я” исчезнет.

Да, абсолютное индивидуальное бессмертие невоз-

можно, но возможно и реализуемо бесконечное при-

ближение к идеалу абсолютного бессмертия.

Идея индивидуального бессмертия сродни идее

вечного двигателя. В сущности, это идеи-близнецы.

Они ложны в своем абсолютном, предельном выраже-

нии, но истинны в смысле асимптотического прибли-

жения к некоторому пределу. Это можно видеть на

примере идеи вечного двигателя. Эта идея основыва-

ется на представлении, что энергию можно получить

из ничего. Если вместо слова “ничего” поставить вы-

ражение “все более энергоемкие источники”, то это

представление будет справедливым. В самом деле, ис-

тория развития энергетики такова, что человечество

последовательно решало и продолжает решать задачи

получения энергии из все более энергоемких источни-

ков. Сначала это были дрова, затем уголь, затем нефть

350

и газ. В настоящее время осваивается ядерная энергия

распада. На очереди — овладение термоядерной энер-

гией синтеза, что даст человечеству практически неис-

черпаемый источник энергии. Люди почти буквально

будут получать энергию из ничего. Это ли не осущест-

вление сказочной мечты о вечном двигателе!

Так и идея индивидуального бессмертия. В качест-

ве религиозной сказки она вздорна, нелепа. А как на-

учно-практическая задача “делания бессмертия” она не

то, что вздорна, а необходима и решаема.

13.9. Человеческое счастье

Взаимосвязь смысла жизни и счастья

Взаимосвязь смысла жизни и счастья обнаружива-

ется в том, что наличие определенного смысла жизни

является условием счастья, а с другой стороны, стрем-

ление к счастью придает жизни определенный смысл.

Бессмысленность существования — величайшее не-

счастье для человека и, наоборот, человек испытывает

счастье, когда его жизнь становится глубоко осмыс-

ленной.

Что такое счастье?

Слово “счастье” одно, а мнений о счастье — вели-

кое множество. Еще Ш. Фурье писал: “В Риме во вре-

мена Варрона существовало 278 противоречивых мне-

ний об истинном счастье, их числилось гораздо боль-

ше в Париже”. Почему существует такое множество

мнений о счастье? Причины здесь две:

1. На поверхности явлений счастье отдельного че-

ловека выступает как нечто субъективное и случайное,

что и вызывает обилие противоречивых мнений о нем.

2. Счастье даже в сущности своей — нечто весьма

сложное, многогранное. Люди нередко брали какую-

351

нибудь одну сторону, грань счастья и превозносили ее

за счет других. Отсюда возникали такие, например,

определения: счастье — в любви; счастье — в труде;

счастье в том, чтобы делать людям добро и т. д.

На том основании, что существует множество раз-

норечивых мнений о счастье, некоторые делают вы-

вод, что не может быть единого, общего для всех

представления о счастье. Что можно на это сказать?

Как и всякое другое явление жизни, счастье каждого

человека представляет собой единство общего и осо-

бенного. Бесспорно, каждый человек счастлив по-

своему, но это не исключает общих моментов, прису-

щих счастью людей вообще.

Обобщенно говоря, счастье — в полноте жизни, в

том, чтобы все ее стороны — физическая, нравст-

венная, духовная, эстетическая — были развиты и

гармонировали между собой. Деятельным же выра-

жением счастья являются любовь и творчество.

Ниже дана диаграмма счастья (рис. 22).

Как видим, счастье многогранно. Его необходимы-

ми условиями, предпосылками являются:

духовные: 1) духовное богатство (знания, культу-

ра);

2) духовное здоровье, совершенство, в

духовная

духовное

ховное

сторона богатство здоровье,

(знания, совершенство;

культура) нравственная

чистота,

матери-

альная

сторона материальное физическое

благополучие, здоровье,

благосостояние совершенство

352

частности, нравственная чистота;

материальные: 1) материальное благополучие,

благосостояние;

2) физическое здоровье, совершен-

ство.

Скрепляют все эти элементы-грани любовь и твор-

чество. Без любви и творчества счастье — только воз-

можность. Они делают его действительным.

Счастье: и результат везения, и результат

борьбы-труда

Ведите себя так, словно вы уже

счастливы, и вы действительно по-

чувствуете себя счастливыми.

Дейл Карнеги

Существуют две крайние позиции в понимании

счастья. Одни считают, что счастье — целиком пода-

рок судьбы, результат везения, случайный дар. Другие

утверждают, что счастье целиком зависит от человека,

от его воли и желания.

В действительности оно — и результат везения, и

результат борьбы-труда. “Фортуна, подобно робкой

возлюбленной, хотя и любит дарить свою благосклон-

ность, однако заставляет нас бороться за нее” — гово-

рил Боуви. Или: “Счастье и несчастье человека в такой

же степени зависят от его нрава, как от судьбы” — Ж.

Лабрюйер.

Обычно подчеркивают момент зависимости счастья

от самого человека, а именно, что человек — кузнец

своего счастья. На этот счет есть масса замечательных

высказываний — от самых осторожных до самых

сильных:

“Счастье не так слепо, как его себе представляют” —

Екатерина II (Мемуары). “Счастливым надо уметь быть” —

А.С. Макаренко. “Единственное искусство быть счастли-

вым — сознавать, что твое счастье в твоих руках” — Ж.Ж.

Руссо. “Счастье завоевывается и вырабатывается, а не по-

353

лучается в готовом виде из рук благодетеля. И самая труд-

ная часть задачи состоит именно в том, чтобы составить се-

бе понятие о счастье и отыскать себе ту дорогу, которая

должна к нему привести.” — Д.И. Писарев. “Если хочешь

быть счастливым — будь им” (неизв. автор).

И это справедливо. Хотя умом мы понимаем, что не

всё от нас зависит, тем не менее настраиваем себя на

то, что должны пройти свою часть пути к счастью не-

смотря ни на что. Своей деятельностью мы можем

компенсировать невезение и даже поспорить с несча-

стливым жребием.

Счастье — единство удовлетворенности и

неудовлетворенности

Нельзя понимать счастье как полную, абсолютную

удовлетворенность жизнью. “Наше счастье, — писал в

свое время Г. Лейбниц, — вовсе не состоит и не долж-

но состоять в полном удовлетворении, при котором не

оставалось бы ничего больше желать, что способство-

вало бы только отупению нашего ума. Вечное стрем-

ление к новым наслаждениям и новым совершенствам

— это и есть счастье.”

Некоторые люди, достигнув кое-каких успехов в

жизни, считают, что они уже достаточно счастливы и к

большему им не нужно стремиться. Такие люди упо-

добляются муравьям, которые, если бы они были на-

делены разумом, думали, что они счастливы, если их

муравейник в полном порядке. Человек тем и отлича-

ется от животного, что он не останавливается на дос-

тигнутом.

Настоящее человеческое счастье противоречиво по

своей природе. Оно гармонически соединяет в себе

удовлетворенность и неудовлетворенность. Будучи

процессом счастье может ощущаться только благодаря

постоянной смене удовлетворенности неудовлетво-

ренностью. Если бы жизнь была сплошной цепью удо-

вольствий, абсолютным отсутствием неудовольствий,

354

тогда и само удовольствие не ощущалось бы как удо-

вольствие.

Следует, однако, отметить, что не всякая неудовле-

творенность является моментом счастья и гармонирует

с удовлетворенностью. Моментом счастья может быть

только творческая неудовлетворенность, неудовлетво-

ренность достигнутым, которая не вызывает душевных

страданий и не ощущается как несчастье; в такой не-

удовлетворенности заложен импульс дальнейшего

движения вперед. Если же неудовлетворенность явля-

ется результатом несбывшихся надежд, то это вызыва-

ет страдание и ощущается как несчастье.

Говорят иногда: несчастье — хорошая школа жиз-

ни. Да, это может быть в отдельных случаях. Но: сча-

стье — лучшая школа. И вообще-то, права русская по-

говорка: счастье ума прибавляет, несчастье — послед-

ний отнимает.

Основа счастья — в единстве личного и общего

Основа счастья — в единстве личного и общего.

Это вытекает из сущности человека. Трудно или не-

возможно быть счастливым, когда видишь вокруг себя

несчастных.

«Только во всеобщем счастье можно найти свое личное

счастье» — говорил Т.Гоббс. Об этом же писал художник

Н.И.Крамской: «все существование человека не может быть

наполнено только личным счастьем, или, лучше сказать,

личное счастье человека тем выше и лучше, чем серьезнее

глубже захватывают его общие интересы и чем менее

встречает он в близком себе существе противодействия в

этой потребности». Или: «Тот образ жизни самый счастли-

вый, который представляет нам больше возможностей за-

воевать уважение к самому себе» (Самюэль Джонсон).

Можно ли сделать людей счастливыми, а тем

более заставить их быть счастливыми?

В проблеме человеческого счастья есть сторона,

связанная с межчеловеческими отношениями. Одно

355

дело, когда человек хочет быть счастливым, стремится

к счастью, создает условия для этого и т. д. и т. п. Дру-

гое дело, когда человек, не думая о своем личном сча-

стье, стремится сделать счастливыми других, осчаст-

ливить других и даже всё человечество. Д. Дидро пи-

сал: “Самый счастливый человек тот, кто дает счастье

наибольшему количеству людей”.

Насколько оправдано стремление принести счастье

наибольшему количеству людей? Здесь возникает дру-

гой вопрос: а хотят ли люди, чтобы их осчастливили?

Нет ли тут навязывания своей воли и своего понима-

ния (в частности, своего представления о счастье) дру-

гим людям, всему человечеству? Нет ли тут эффекта

непрошеного благодетеля, защитника, спасителя? В

самом деле, кто просил этих “самоотверженных” де-

лать других счастливыми, приносить другим счастье?

Если они сами себя отвергают (самоотверженные

ведь!), в частности, готовы пожертвовать своим лич-

ным счастьем, то как они могут понять, что нужно

другим людям, какое вообще счастье нужно людям?!

Человек, который сам не испытал счастья, — только

теоретически представляет счастье. А теоретическое

счастье может сильно отличаться от действительного

счастья, от того, что на самом деле нужно людям.

Стремление сделать других людей счастливыми —

опасная утопия. Никто не может сделать кого-либо

счастливым, а тем более принести счастье многим лю-

дям. Счастье — категория сугубо индивидуальная. Это

значит, что только сам человек может сделать себя

счастливым. Он — субъект счастья или несчастья. Че-

ловека можно сделать богатым (например, оставив ему

наследство), дать ему пищу, кров и т. п., но сделать его

счастливым нельзя! Когда родители думают, что могут

сделать своих детей счастливыми, то они глубоко

ошибаются. Ошибаются мужья и жены, думающие,

что они осчастливливают друг друга. Ошибаются по-

литические и иные деятели, думающие, что они могут