права гражданского, и то, что носило характер научного вывода, сразу же превращается,
выражаясь языком автора, в <тупиковую ситуацию> (с. 25).
Тупик первый: <:Важнейшим достижением цивилистической мысли считается понятие права
оперативного управления имуществом>. Но <всем ясно, что управление имуществом
осуществляется: и органами хозяйственного руководства>, составляя основу их
компетенции, тогда как <согласно цивилистическим постулатам (канонам) управление и
компетенция - категории (понятия) административно-правовые, а не гражданско-правовые>
(с. 25). Таким образом, одно исключает другое, и ситуация стала тупиковой! На самом же
деле то, что <всем ясно>, отнюдь ясно не всем: управление имуществом со стороны
органов хозяйственного руководства признается оперативным лишь в хозяйственно-правовой
теории; цивилисты это отвергают, а разработавший указанное понятие А.HВ. Венедиктов
для того и называл соответствующее управление имуществом оперативным, чтобы не
смешивать его с управлением административно-правовым. Что при таких обстоятельствах
остается от тупика N 1?
Тупик второй: <Не обеспечивается фактически с позиций цивилистического подхода и
соблюдение принципа ответственности за вину: Получается тупик - применять санкции к
должнику нельзя, так как он невиновен. Отказать в применении санкций тоже нельзя, ибо
это, во-первых, подрывает принцип строгого соблюдения договорных обязательств и, во-
вторых, ущемляет интересы невиновного: кредитора> (с.H30 - 31). На самом же деле
цивилисты отстаивают только первое положение: невиновный должник отвечать не может.
Все остальное - творчество самого В. К. Мамутова, не разделяемое, помимо цивилистов,
большинством его единомышленников. И поделом, так как добиваться соблюдения договоров
за пределами вины не менее тщетно, чем объявлять невиновность кредитора субъективным
основанием ответственности невиновного должника. А вне продуктов этого почти целиком
индивидуального творчества не все, конечно, бесспорно, но ясно абсолютно все. Каковы в
таком случае истоки тупика N 2?
Тупик третий: анализ внутрихозяйственных отношений цивилисты устремляют, вопреки
неоспоримой очевидности, к доказыванию того, что <это или неправовая проблема или, во
всяком случае, не гражданско-правовая>. В результате опять создается тупиковая
ситуация, когда, <с одной стороны, есть проблема:, которой занимаются: именно
цивилисты>, между тем как, <с другой стороны, оказывается, что это не их проблема> (с.
28). На самом же деле природа внутрихозяйственных отношений лишь объявлена очевидной
сторонниками хозяйственно-правовой теории. Сама по себе она далеко не очевидна.
Поэтому цивилисты не преступают границ своей науки, выявляя аналитическим путем,
причастны ли такие отношения к гражданскому праву или выходят за его пределы. Не
бесспорен также вопрос, кто эффективнее помогает практике - поддерживающие
необходимость правового регулирования горизонтальных внутрихозяйственных отношений или
отвергающие ее. Ведь и до сих пор не удалось подтвердить существование такой
необходимости хотя бы единственным, но только реальным, а не вымышленным, примером,
когда притязание внутрихозяйственного подразделения обращается в виде субъективного
права не к администрации предприятия, а к другому внутрихозяйственному подразделению.
Но тогда кто же в действительности зашел в тупик N 3?
Тупик четвертый: <Цивилистическая догма, согласно которой: метод равенства: является
единственно приемлемым для горизонтальных хозяйственных отношений>, не мирится с
зачастую вводимым приоритетом прав одной стороны перед правами другой, ибо <приоритет
и равенство - это все-таки не одно и то же> (с. 33 - 35). На самом же деле
несовместимость приоритета с равенством - открытие не более фундаментальное, чем
несовместимость виновной ответственности с соблюдением договора. Недаром сам его автор
на всякий случай оговаривает, что не в любых условиях, а только <в пределах того
равенства, о котором говорят цивилисты, приоритета быть не может> (с. 34 - 35). Иначе
говоря, без замены цивилистического равенства хозяйственно-правовым из тупика не
выйти. Тем не мене из него беспрепятственно выходят преимуществ прав заказчика перед
правами бытового ателье, подчиненность работы магазина запросам покупателя, приоритет
интересов нанимателя в отношениях по жилищному найму и т.Hп. Не доказывает ли это,
что, подобно своим собратьям, иллюзорен и тупик N 4?
Тупик пятый и последний: <Давно уже обособились в самостоятельную процессуальную
отрасль> нормы о хозяйственных спорах, а это не мирится с представлениями о единстве
предмета и метода гражданского права, ибо <если бы они были едиными, то было бы и
единое процессуальное законодательство> (с. 35 - 36). Как появился такой аргумент и в
чем его доказательственная сила, - отгадать невозможно. Неразгаданная тайна обернулась
еще большей загадкой, как только ее хранителем стал тот, кто не предполагает
<заниматься, как это делают многие цивилисты, высшим юридическим пилотажем> и кого
влечет преимущественно <кропотливая черновая работа> (с. 60). Насколько нужно было
пренебречь кропотливостью, чтобы, пропустив многие бьющие в глаза факты, не заметить
(снова не заметить!) существования между материальным и процессуальным правом опять-
таки не <жесткой функциональной>, а всего лишь <корреляционной связи>! Между там
подобная невнимательность бесследно не проходит. Иди теперь объясняй, почему
рассмотрение гражданских споров и судом и арбитражем - тупик, а рассмотрение
хозяйственных споров тем и другим органом (не сбрасывать же со счетов колхозы?) -
<внетупиковая ситуация>. Не дальновидней ли было поставить точку где-нибудь на
четвертом тупике и вовсе не обращаться к тупику NH5?
После ознакомления с тем, как строились цивилистические тупики, трудно, казалось бы,
рассчитывать на нечто еще более ошеломляющее.