Лурия А.Р. Язык и сознание

Подождите немного. Документ загружается.

194

А Р. ЛУРИЯ

к словесно оформленной и понятной любому слушателю

системе значений, которая формулируется в речевом выска-

зывании. Эта проблема перехода смысла в значение и явля-

ется центральной проблемой формирования речевого выска-

зывания.

В самом деле, то, что человек хочет сформулировать в

своем высказывании, ему самому уже известно. Вопрос

заключается только в том, как сформулировать это выска-

зывание, как превратить первичный, субъективный смысл в

развернутую и понятную для всех систему речевых значе-

ний. Естественно, что этот процесс формирования речевого

высказывания или превращения исходного субъективного

смысла в развернутую объективную систему речевых значе-

ний состоит из ряда звеньев. Их следует выделить и описать,

определив ту роль, которую играет каждая из этих ступеней

формирования высказывания. Это и составляет центральную

проблему психологии формирования речевого высказывания,

и именно этому посвящено дальнейшее изложение.

ПЕРВИЧНАЯ

«СЕМАНТИЧЕСКАЯ ЗАПИСЬ»

До последнего времени о структуре основной мысли или за-

мысла предстоящего высказывания было известно очень

мало.

Некоторый шаг вперед был сделан в самые последние

коды генеративной (порождающей) лингвистикой, поставив-

шей основную задачу проследить тот процесс, который при-

водит к порождению высказывания, и описать составляющие

его звенья.

В осуществлении этой задачи принял участие целый ряд

лингвистов и психологов: во

Франции

— Ф. Соссюр; в Шве-

ции — Ельмслев; в Норвегии — Ромметвейт; в США —

Блумфильд, Хомский, Лакофф,

Мак-Коули,

Филлмор, Хал-

лидей;

в СССР — Апресян, и ряд других авторов.

Благодаря работам этих авторов сложились определен-

ные представления о структуре основного замысла будущего

высказывания, о той «семантической записи», которая и пре-

вращается затем в развернутый процесс речевого высказы-

вания.

В исходном замысле высказывания обязательно содер-

жатся две составные части. Как уже указывалось выше, они

обозначаются в лингвистике как «тема» (1) и «рема» (ft).

То,

что является объектом высказывания и уже известно

ЯЗЫК И СОЗНАНИЕ 195

субъекту, обозначается обычно как «тема»; то новое, что

именно нужно сказать об этом предмете и что составляет

предикативную структуру высказывания, обозначают условно

как «рему». Эти две части и образуют исходную мысль, т. е.

систему тех связей, которые потенциально должны фигуриро-

вать в будущем речевом высказывании. Эти связи возника-

ют по типу симультанной, смысловой или семантической схе-

мы, состоящей из определенных элементов высказывания, с

одной стороны, и группы векторов или связей между этими

элементами — с другой. Она и обеспечивает то единство или

связанность (coherence) высказывания, которые превращают

его

в замкнутое смысловое образование.

Обратимся для примера к тому высказыванию, которое

было подробно проанализировано рядом советских исследо-

вателей: «Ваня твердо обещал Пете, что вечером он примет

Машу самым теплым, сердечным образом». Эта фраза со-

держит два основных компонента: основным объектом выска-

зывания (темой) является Ваня; ремой является тот факт,

что Ваня обещает Пете, что он примет Машу вечером и что

этот прием Маши будет протекать самым теплым, сердечным

образом. Эта вторая часть высказывания и образует

его

основное содержание. Все это высказывание может

быть.,

таким образом, разбито на две части.

Исходная схема, или «семантическая запись», носит ха-

рактер свернутого речевого высказывания, которое в даль-

нейшем должно быть превращено в систему последовательно

связанных друг с другом слов. Превращение этой симуль-

танной, семантической схемы в сукцессивно развертывающе-

еся, последовательно организованное речевое высказывание

осуществляется с помощью внутренней речи, составляющей

следующую ступень формирования речевого высказывания.

ВНУТРЕННЯЯ

РГЧЬ

Внутренняя речь является необходимым этапом подготовки

к внешней, развернутой речи. Для того чтобы перевести си-

мультанную семантическую запись в сукцессивно организо-

ванный процесс речевого высказывания, необходимо, чтобы

ока прошла специальный этап — этап внутренней речи.

На этом этапе внутренний смысл переводится в систему

развернутых синтаксически организованных речевых значе-

ний, симультанная схема «семантической записи» перекоди-

руется в организованную структуру будущего развернутого,

синтаксического высказывания.

196

А. Р. ЛУРИЯ

Этот процесс перевода исходного замысла или мысли в

плавный

сукцессивныи

процесс речевого высказывания совер-

шается не сразу. Он требует сложного перекодирования ис-

ходной семантической записи в речевые синтагматические

схемы, и именно поэтому Л. С. Выготский говорил о том,

что мысль не воплощается в слове, а совершается в слове.

Решающую роль в этом процессе играет внутренняя речь.

Вспомним то, что уже говорилось выше о внутренней речи.

Известно, что внутренняя речь возникает у ребенка в тот

момент, когда он начинает испытывать определенные за-

труднения, когда возникает необходимость решить ту или

другую интеллектуальную задачу. Известно далее, что эта

внутренняя речь появляется относительно поздно из ранее

развернутой внешней речи, на первых этапах обращенной к

собеседнику, а на дальнейших этапах обращенной к самому

себе. Формирование внутренней речи претерпевает ряд эта-

пов; она возникает путем перехода внешней речи сначала

во фрагментарную внешнюю, затем в шепотную речь и лишь

после этого, наконец, становится речью для себя, приобре-

тая свернутый характер.

Известно, что по своему морфологическому строению

внутренняя речь резко отличается от внешней: она имеет

свернутый, аморфный характер, а по своей функциональной

характеристике является прежде всего предикативным обра-

зованием. Предикативный характер внутренней речи и явля-

ется основой для перевода исходного «замысла» в будущее

развернутое, синтагматически построенное речевое высказы-

вание. Внутренняя речь включает в свой состав лишь от-

дельные слова и их потенциальные связи. Так, если во внут-

ренней речи есть слово «купить», то это означает, что одно-

временно во внутреннюю речь включены все «валентности»

этого слова: «купить что-то», «купить у кого-то» и т. д.; если

во внутренней речи фигурирует предикат «одолжить», это

означает, что у этого предиката сохраняются и все свойствен-

ные ему связи (одолжить «у кого-то», «что-то», «кому-то» и

«на какое-то время»). Именно эта сохранность потенциаль-

ных связей элементов или «узлов» первичной семантической

записи, имеющихся во внутренней речи, и служит основой

развернутого речевого высказывания, которое формируется

на ее основе. Следовательно, свернутая внутренняя речь

сохраняет возможность вно.вь развертываться и превращаться

в синтагматически организованную внешнюю речь.

Как мы еще увидим ниже, при некоторых мозговых по-

ражениях внутренняя речь страдает, и те потенциальные

ЯЗЫК И

СОЗНАНИЕ

197

лексические функции, которые связаны с входящими в нее

фрагментами, распадаются. Тогда исходный замысел не мо-

жет перейти в плавное, синтаксически организованное, раз-

вернутое речевое высказывание, и возникает «динамическая

-афазия». Больной, легко повторяющий предъявленные ему

слова, вместо развернутого связного высказывания ограни-

чивается называнием отдельных слов. Об этом нарушении,

которое носит название «телеграфного стиля», мы еще будем

говорить особо.

Таким образом, внутренняя речь является существенным

звеном в процессе превращения исходного замысла или си-

мультанной «семантической записи», смысл которой понятен

лишь самому субъекту, в развернутую, протекающую во вре-

мени, синтагматически построенную систему значений.

ФОРМИРОВАНИЕ РАЗВЕРНУТОГО

РЕЧЕВОГО ВЫСКАЗЫВАНИЯ

Перейдем к последнему этапу интересующего нас пути пре-

вращения мысли в развернутое речевое высказывание.

Несмотря на всю важность этого процесса, следует отме-

тить, что как в лингвистике, так и в психологии этот этап

был гораздо менее изучен, чем те, на которых мы останав-

ливались выше.

Особенностью развернутого речевого высказывания явля-

ется

то, что, с одной стороны, оно включено в процесс живо-

го общения и передачи информации от одного лица другому,

а с другой — в его состав входит не одно предложение, а

целая цепь взаимно связанных предложений. Высказывание

составляет единую целостную систему и обладает качеством

единой замкнутой структуры (coherence).

Сложнейший характер порождения целого последователь-

ного высказывания, отличающий его от формирования изо-

лированной фразы, подчеркивался многими авторами начи-

ная от В. Гумбольдта

(1921

—1923),

который указывал на

то, что язык, применяемый в общении, есть не «ergon»

(средство формирования знаков, относящихся к отдельным

вещам и их отношениям), a «energeia», иначе говоря, что

язык, включенный в акт общения, представляет собой слож-

ный, развертывающийся во времени процесс.

Эту же мысль можно встретить и у многих других авторов

(Остин, 1969;

Виттгенштейн,

1968; Лакофф, 1971, 1972;

Грайс,

1971; Ромметвейт, 1968, 1970; Халлидей,

1967,

1968,

1973;

Уертч, 1974, 1975; и др.).

198 А Р

ЛУРПЪ

Все эти авторы указывают на то, что фразы, включенные

в состав развернутого речевого высказывания, всегда

даются,

в определенном практическом или речевом контексте, кото-

рый должен соответствовать не только замыслу говорящего,

но и отношению к этому высказыванию слушающего; что эти

фразы, являющиеся частями целого высказывания, нельзя

изучать вне контекста и что независимых от контекста

(context-free) фраз вообще не существует.

Следовательно, фразы, включенные в целое развернутое

высказывание, имеют не только референтную природу (refe-

rential meaning), указывая на определенное событие, но и

социально-контекстное значение (social-context meaning), ко-

торое формируется в конкретном общении и может быть по-

нято только на основе процесса общения.

Именно в силу этого, как указывают упомянутые авторы,

один лишь лингвистический анализ процесса формирования

высказывания недостаточен и должен быть включен как част-

ное звено в более широкий психологический (а может быть, и

социально-психологический) анализ (Ромметвейт, 1968, 1972;

Халлидей, 1973; Уертч, 1974, 1975), учитывающий ситуацию

общения, мотивы говорящего, содержание передаваемой ин-

формации, отношение к ней слушающего и т. д.

Как мы указывали, процессы превращения симультанной

схемы первичного замысла в сукцессивную последователь-

ность построенной фразы, т. е. превращение «глубинной син-

таксической структуры» в развернутую «поверхностную

синтаксическую структуру», далеко не исчерпывает всей си-

стемы развернутого речевого высказывания. Она обладает и

другими дополнительными характеристиками.

В процессе высказывания как «тема» (то, о чем будет

идти речь), так и «рема» (что именно это высказывание бу-

дет сообщать) должны быть существенно расширены, т. е.

должны быть разделены на целую цепь звеньев определен-

ной программы целостного высказывания. Для этого необ-

ходимо, чтобы как «тема» высказывания, так и ее «рема»

сохранялись на длительный срок и чтобы установка, создан-

ная задачей передать соответствующую информацию, могла

в течение длительного времени противостоять побочным, от-

влекающим влияниям. В противном случае связное развер-

нутое высказывание теряло бы характер «замкнутой смысло-

вой системы» и превращалось бы в систему, доступную

различным посторонним влияниям. Ниже мы еще будем

иметь случай остановиться на тех этапах развития ребенка

на тех патологических состояниях, при которых это

уело-

язык, и

СОЗНАНИЕ

199

еие

не выдерживается и развернутое речевое высказывание

перестает подчиняться исходной задаче, заменяясь отдель-

ными,

не связанными друг с другом фрагментами.

Все это дает основание рассматривать речевое высказы-

вание как сложную форму

речевой

деятельности, которая

имеет принципиально ту же психологическую структуру, как

и всякая иная форма психической деятельности, детально

изученная в советской психологии (А. Н. Леонтьев,

1959,

1975; и др.).

Так же, как и во всех иных формах психической деятель-

кости, мы должны выделять в речевой деятельности мотив,

который

ее порождает, цель, которой она подчиняется, и за-

дачу, которая возникает, если эта цель дается в определен-

«ых

условиях. Мы должны выделять в этой развернутой

речевой деятельности и отдельные этапы или действия, и вы-

полняющие эти действия операции. Все эти моменты должны

учитываться при психологическом анализе речевого выска-

зывания, составляя его «психолингвистические единицы»

(А. А. Леонтьев, 1969, 1974).

Существенной особенностью порождения речевого выска-

зывания как специальной формы речевой деятельности по-

мимо устойчивой формулировки цели высказывания и той

конкретной задачи, которая стоит перед говорящим (эта за-

дача может меняться в зависимости от того, какая ситуация

порождает высказывание, какую именно информацию дол-

жен передать говорящий и к кому именно адресовано сооб-

щение),

является также достаточно широкий объем опера-

тивной памяти и сложная система «стратегий», применение

которой позволяет выделять существенный смысл высказы-

вания, тормозить побочные ассоциации и выбирать речевые

формулировки, соответствующие поставленной задаче.

Все это предполагает, что порождение развернутого рече-

вого высказывания необходимо должно включать в свой

состав не только создание исходной схемы, определяющей

последовательность звеньев этого высказывания, но и посто-

янный контроль за протеканием всплывающих компонентов

высказывания, а в наиболее сложных случаях и сознательный

выбор нужных речевых компонентов из многих альтернатив.

Этот выбор может принимать форму развернутых проб, тре-

бующих специальных усилий, или форму плавного «умствен-

ного действия», подчиняющегося ранее выработанной внут-

ренней схеме, этапы которого были детально прослежены в

•советской

психологии П. Я. Гальпериным и его сотрудниками

(1959, 1975).

200 А Р. ЛУРИЯ

Все это дает основание выделять в качестве основных

единиц речевого высказывания не отдельные слова или даже

фразы, а целые смысловые группы. Эти смысловые единицы

разделяют весь текст высказывания на цепь последователь-

ных смысловых компонентов или «кусков» (chunks), обеспе-

чивая адекватный переход от одной смысловой группы к

другой (Миллер, 1967).

Психологическая структура развернутого речевого выска-

зывания различна при разных формах высказывания (уст-

ной и письменной речи) и связана как со сложностью зада-

чи, так и со степенью автоматизации речевых процессов. Од-

нако во всех случаях ее важнейшей характеристикой является

сохранение смыслового единства высказывания.

ОНТОГЕНЕЗ

РЕЧЕВОГО ВЫСКАЗЫВАНИЯ

Формирование речевого высказывания в детском возрасте

проходит длинный драматический путь, который стал доста-

точно известным лишь в последние десятилетия в результате-

работ ряда психологов (Леопольд, 1952; Брэйн, 1971; Сло-

бин, 1970; Р. Браун, 1973; Халлидей, 1975; и др.).

Факты показывают, что формирование речевого высказы-

вания

у ребенка проходит несколько этапов от появления

изолированных слов, а затем изолированных самостоятель-

ных фраз до сложного развернутого высказывания.

Как это справедливо отмечает Халлидей (1975), даже

первоначальные формы голосовых реакций ребенка, включен-

ных в известную симпраксическую ситуацию, всегда направ-

лены на взрослого и являются наиболее примитивной фор-

мой речевой коммуникации. Так, по наблюдениям Халлидея,

на ранней до-языковой стадии развития английской речи у

ребенка звук «э-э», включенный в определенную ситуацию и

произнесенный в ровном тоне, может обозначать «дай

мне»,

«сделай это»; тот же звук, произнесенный с напряжением и

в высоком

тоне,

—

«сделай это сейчас же»; аналогичный звук,

произнесенный тихо, с падающим тоном,— «хочу спать» или

«это хорошо» и т. д.

Таким образом, даже на этой до-языковой стадии разви-

тия речи лепет ребенка служит простейшей формой комму-

никации, основанной на интонационных компонентах и по-

нятной лишь при знании практической ситуации.

Коммуникативную функцию выполняют интонационные

компоненты в речи ребенка и на последующих стадиях «одно-

ЯЗЫК И СОЗНАНИЕ 201

слоеного предложения», а затем и «двусловного предложе-

ния (Браун, 1973). Несмотря на то что на этих этапах в

высказывание ребенка включаются уже отдельные лексиче-

ские единицы, носящие сначала диффузный, а затем грам-

матически оформленный характер,

«контекстность»

этой речи

остается ярко выраженной, и содержание речи ребенка мо-

жет быть понято лишь с учетом ситуационного (симпракси-

ческого) и интонационного контекста.

Нет, однако, никаких оснований думать, что развитие ком-

муникативной функции детской речи заканчивается к тому

лериоду, когда ребенок начинает владеть простейшими грам-

матическими формами речи и когда он достаточно разверну-

то отвечает на поставленные ему вопросы.

Наблюдения показывают, что и на этом этапе прочная

«замкнутая смысловая система» высказывания еще не сфор-

мирована и речь ребенка еще не может подчиняться стойкой

программе или замыслу, соответствующему намерению ре-

бенка.

Особенности связного речевого высказывания этого пе-

риода можно легко проследить, если дать ребенку 2,5—3 лет

определенную семантическую задачу, например предложить

ему рассказать о том, что он только что видел в зоопарке.

Обычно ребенок правильно начинает выполнять эту зада-

чу, перечисляя все, что он видел в зоопарке, но установка на

замкнутую схему высказывания оказывается у него еще не-

прочной и он быстро соскальзывает на побочные, бескон-

трольно всплывающие ассоциации. «Вот я там видел медве-

дя, а он большой, его боятся... А вот у Коли есть маленькая

собачка, она лает. Он ее кормит мясом...» и т. д.

Лишь к школьному возрасту как мотив, так и программа

высказывания постепенно приобретают прочный характер и

высказывание начинает превращаться в замкнутую систему

сложного, ограниченного определенной задачей, повество-

вания. Можно думать, что переход к этой фазе речевого вы-

хжазывания,

как замкнутой смысловой системе, тесно связан

с формированием внутренней речи ребенка.

Известно, что внутренняя речь ребенка формируется зна-

чительно позже, чем его внешняя речь. Ребенок, уже обла-

дающий внешней речью в ситуации диалога, оказывается

«ще

неспособным к развернутой монологической речи. Это в

значиюльной

мере связано с тем, что внутренняя речь ребен-

ка со всеми ее предикативными функциями еще недостаточно

сформирована. Переход к монологической речи у ребенка

остается невозможным даже тогда, когда ребенок полностью

202 А. Р ЛУР119

владеет диалогической речью. Только после того, как проис-

ходит процесс сокращения, свертывания внешней речи и

превращения ее во внутреннюю, становится доступным и об-

ратный процесс — развертывание этой внутренней речи во

внешнюю, т. е. в связное речевое высказывание с характер-

ным для

него

стойким «смысловым единством». Однако толь-

ко после овладения морфологическими, лексическими и син-

таксическими формами, которые являются операционными

компонентами развернутой речи, ребенок может перейти к

подлинной речевой деятельности, направляемой известным

мотивом, подчиненной определенной задаче и носящей ха-

рактер постоянно контролируемой и стойкой

«замкнутой,

смысловой системы».

Онтогенез сложной, развернутой речевой коммуникации,

подчиненной известной программе и прочно сохраняющей-

свое смысловое единство, остается еще малоизученным про-

цессом. Можно надеяться, что этот пробел будет заполнен

следующими поколениями психологов.

Мы посвятили ряд страниц относительно малоизученной

проблеме психологии и психолингвистики, и этим объясня-

ется неполнота представленного материала. Однако надеемся,

что нам удалось показать, что процесс порождения речевого

высказывания не является простым актом воплощения гото-

вой мысли в столь же готовую систему речевых формулиро-

вок и

— в схему развернутого речевого высказывания.

Как сказал Л. С. Выготский, мысль не воплощается, а со-

вершается или формируется в речи и процесс перехода мыс-

ли в речь включает в свой состав целый ряд этапов. Речевое

высказывание — это определенный вид деятельности (со

своим мотивом, исходной задачей или замыслом и контро-

лем), психологическая структура которой остается еще во

многом загадочной. Безусловно, что внутренний замысел,

котором преобладают смыслы, понятные для самого субъек-

та, превращается в операционные компоненты сложной рече-

вой деятельности, выполняющей задачу речевой коммуника-

ции через механизмы внутренней речи, предикативной па

своей функции.

Психология до сих пор еще не располагает достаточно

/точными знаниями о том, чем характеризуются отдельные

/этапы сложнейшего процесса порождения речевого высказы-

вания. Дальнейшее изучение основных этапов и является

^основной

задачей этого важного раздела психологической

%ауки.

Лекция XI

ОСНОВНЫЕ

ФОРМЫ

РЕЧЕВОГО ВЫСКАЗЫВАНИЯ.

УСТНАЯ

(ДИАЛОГИЧЕСКАЯ И МОНОЛОГИЧЕСКАЯ)

И ПИСЬМЕННАЯ РЕЧЬ

Мы посвятили прошлую лекцию анализу основных этапов

формирования речевого высказывания или, что то же самое,

психологическому анализу процесса порождения развернутой

внешней речи. Сейчас мы остановимся на анализе основных

форм речевого высказывания, их специфике и механизмах.

Как известно, существуют две формы развернутой внеш-

ней речи: это устная речь, с одной стороны, и

письменная

речь — с другой. В свою очередь, устная речь может быть

разделена на диалогическую и монологическую речь. Цент-

ральным вопросом психологического исследования структу-

ры этих видов речи будет вопрос о том, как в каждой из

них соотносятся языковые (синсемантические) и внеязыко-

вые (симпрактические) элементы и каковы те грамматиче-

ские формы и семантические структуры, которые различают

эти виды речи. Остановимся на структуре каждого из них.

УСТНАЯ

РПЧЬ

И ЕЕ ОСНОВНЫЕ ФОРМЫ

Мы говорили о том, что устная речь может протекать в трех

основных формах: в форме восклицания, в форме диалоги-

ческой речи (ответов на вопросы) и в форме монологической

речи (самостоятельное развернутое высказывание, исходя-

щее из внутреннего замысла).

Первую форму — восклицание, как уже говорилось, нель-

зя считать подлинной речью: она не является передачей ка-

кого-либо сообщения о событии или отношении с помощью

кодов языка. Речевые восклицания являются, скорее, аффек-

тивными речевыми реакциями, непроизвольно возникающими

в ответ на какое-либо неожиданное явление. Поэтому мы

рассматриваем эту форму речи отдельно и будем иметь в

дальнейшем дело лишь с двумя основными формами раз-

вернутой устной речи — диалогической речью, с одной сторо-

ны, и монологической речью — с другой. Устная диалогиче-

ская речь может протекать либо в форме ответов на вопро-