www.rak.by
Электронная библиотека онкологического портала www.rak.by
статьи доктор Вальтер Хайл Волш, известный хирург и самый крупный авторитет по раку
середины XIX-го века, добавил к этому личное наблюдение: «Я сам встречался со
случаями, когда эта связь представляется такой ясной, что поставить еѐ под сомнение
означает пренебречь разумом.»
Мои многочисленные друзья-онкологи сегодня приходят к тем же заключениям.
Другие, напротив, совсем в это не верят. Действительно ли можно «сделать себе рак»?
Обычно нужно более десяти лет, а иногда до сорока, чтобы аномалия клетки –
«зерно» - стала раковой опухолью, поддающейся обнаружению. Сначала механизм
здоровых клеток серьѐзно разлаживается, либо под воздействием своих собственных
генов, отклонившихся от нормы, либо потому, что они подвержены воздействию
излучений, токсинов из окружающей среды или других канцерогенов, таких как бензо-
[А]-пирен сигаретного дыма. Но не известен ни один психологический фактор, который
может вырастить это раковое зерно.
Напротив, также как и питание, отсутствие физической активности, качество
воздуха и воды, психологические стрессы глубоко влияют на плодородную землю, в
которой зерно может развиваться. Даже, если его случай ни в коем случае не является
научным доказательством , это как раз то, что описывает Бернар Жиродо.
Как и он, большинство пациентов, которых я знал, вспоминают период особенного
стресса в те месяцы или годы, которые предшествовали диагнозу их рака. Тем не менее,
речь не идѐт о каком попало стрессе. Чаще всего это испытание, которое оставляет нам
ужасное ощущение беспомощности: ощущение, что наша жизнь больше не принадлежит
нам, что больше нельзя ждать от неѐ никакой радости. Многие из нас сталкивались с
хроническим конфликтом, который казался неразрешимым или, как у Бернара Жиродо, с
такими тяжѐлыми обязательствами, что они провоцируют ощущение удушья. Эти
ситуации не приводят к раку, но, как это констатирует статья, опубликованная в Nature
Reviews Cancer в 2006 г., сегодня известно, что они могут позволить ему развиваться.
Факторы, которые способствуют раку, настолько многочисленны и разнообразны, что
никто не должен говорить себе: «Это я сам виноват, что у меня развилась эта болезнь.»
Напротив, каждый должен сказать самому себе: «Теперь у тебя больше нет выбора» и
научиться действовать по-другому. Я тоже должен был проделать этот путь.
Задушенные эмоции
Я родился старшим сыном старшего сына. Едва я покинул живот своей матери, как
меня забрали из еѐ рук и от еѐ груди, которые сочли недостаточными, чтобы доверить
меня яслям, патронажным медсѐстрам и молоку, которому придавались свойства
материнского, которых считали «более современными». Они считались более способными
защитить этого ребѐнка, который обеспечит продолжение семейного рода. Я много
плакал, в частности, как я представляю, потому что, как всем малюткам в мире, мне
хотелось бы быть в объятиях своей матери, а не в инкубаторе за звуконепроницаемым
стеклом. Моей маме было 22 года. Несмотря на еѐ ум и характер, она была всего лишь
ребѐнком, замужем за 37-летним мужчиной, который руководил самым известным в
стране еженедельным журналом. Очень быстро моя бабушка со стороны отца сочла маму
недостаточно компетентной для того, чтобы заниматься такой драгоценностью, как сын еѐ
сына. Поэтому меня поручили опекунам, а потом няне, которая жила в доме. Мама ужасно
страдала от этой разлуки. Она вспоминает, что по ночам у неѐ случались приливы молока,
но ей препятствовали придти ко мне. В течение последующих лет мы так и не смогли
поправить эти отношения страдания и нехватки друг друга. У меня очень быстро
появились три брата, и она переключилась на них. Всѐ своѐ детство я плохо переносил это
отсутствие матери. Ещѐ и сегодня, когда я слышу, что кто-то говорит с эмоциями обо
всѐм, чем была для него его мать, я знаю, что я не смогу его полностью понять. Не своей
плотью. Моѐ тело хранит только воспоминание о пустоте. Если я всѐ-таки смог вырасти и