
224 II.
Культурные
категории
слышно в шелесте листьев, в завываниях ветра и в каплях
дождя, оттеняющих холодный мир, который окружает по-
этессу:
Lengleng
qingqing,
qiqi
cancan
qiqi,
diandian
didi
(cp.
перевод М. Басманова: «...Тревожит каждый звук. / Хо-
лодный мир вокруг угрюм, / И пусто все вокруг» [Строки
любви и печали 1986: 67], романс на мелодию
shengsheng
man; в сокращенном виде
dian
di qi
qing
— романс на мело-
дию cai
sangzi);
Xiaxiao
wei yu (wei yu — «моросящий
дождь»), романс на мелодию die
lian
hua.
Все эти слова, которые мы видим и слышим в ее стихах, —
не
просто звукоподражания. Их душераздирающие аффри-
каты и переднеязычные инициали выражают различные от-
тенки
тяжелого душевного состояния, именуемого
chow,
оди-
ночество, заброшенность, печаль, грусть, тревога, отчаяние,
мрачность и безысходность.
И
в самом деле, среди слов, выражающих внутреннее со-
стояние лирического героя Ли Юя и Ли Цинчжао, нет более
емкого, более многогранного, чем слово
chou.
He случайно,
что именно с понятием
chou
связано столько метафор и поэти-
ческих образов. Ли Цинчжао посвятила многие стихи люби-
мым ею цветам и растениям — мэйхуа, хризантеме, бегонии,
гуйхуа
(корице), листьям бананового дерева. И в каждом из
них обнаруживается признак
chou,
что не противоречит сло-
жившейся поэтической традиции. Например, изящно сверну-
тые широкие длинные листья бананового дерева напоминают
нахмуренные брови женщины
(chou
mei bu zhan), а густые
лепестки сирени уподобляются сжимающемуся от тоски сердцу.
Последний образ нашел отражение в следующем двусти-
шии
Ли Шанъиня
(812—858
гг.):
Bajiao bu zhan,
dingxiang
jie,
Tong
xiang
chun
feng
ge zi chou
Банан
нахмурился, а сирень озабочена,
И
к весеннему ветру оба обращаются с тоскою.
И
даже сама графика иероглифа
chou,
имеющего детер-
минатив
«сердце»
и фонетик qiu «осень», метафорична.
Еще более удивительно, что иероглиф
chou
относится к
рифме you, объединяющей такие иероглифы, как jiu «вино»,