Зелинский С.А. Информационно-психологическое воздействие на массовое сознание

Подождите немного. Документ загружается.

С. А. Зелинский

131

пе заразительно каждое действие, каждое чувство, и при

том в такой сильной степени, что индивид очень легко

жертвует своим личным интересом в пользу интереса

общества. Эго — вполне противоположное его натуре

свойство, на которое человек способен лишь в качестве

составной части массы.

…Третья и притом важнейшая причина обуславли-

вает у объединенных в массу индивидов особые качес-

тва, совершенно противоположные качествам индивида

изолированного. Я имею в виду внушаемость, — пишет

Лебон

182

, — причем упомянутая заражаемость является

лишь ее последствием… Мы… знаем, что при помощи оп-

ределенных процедур человека можно привести в такое

состояние, что он после потери всей своей сознатель-

ной личности повинуется всем внушениям лица, лишив-

шего его сознания своей личности, и что он совершает

действия, самым резким образом противоречащие его

характеру и навыкам. И вот самые тщательные наблю-

дения показали, что индивид, находящийся в продолже-

ние некоторого времени в лоне активной массы, впада-

ет вскоре вследствие излучений, исходящих от нее, или

по какой-либо другой неизвестной причине в особое

состояние, весьма близкое к «зачарованности», овладе-

вающей загипнотизированным под влиянием гипнотизе-

ра. Сознательная личность совершенно утеряна, воля и

способность различения отсутствуют, все чувства и мыс-

ли ориентированы в на правлении, указанном гипноти-

зером. Таково, приблизительно, и состояние индивида,

принадлежащего к психологической массе. Он больше

не сознает своих действий. Как у человека под гипнозом,

так и у него известные способности могут быть изъяты,

а другие доведены до степени величайшей интенсивнос-

ти. Под влиянием внушения он в непреодолимом порыве

приступит к выполнению определенных действий. И это

неистовство у масс еще непреодолимее, чем у загипноти-

зированного, ибо равное для всех индивидов внушение

возрастает в силу взаимодействия.

182

Фрейд З. Психология масс и анализ человеческого «Я». Библиотека

всероссийской ассоциации прикладного психоанализа. http://vapp.

ru/docs/masspsy/

С. А. Зелинский

132

…Следовательно, главные отличительные признаки

находящегося в массе индивида таковы: исчезновение

сознательной личности, преобладание бессознательной

личности, ориентация мыслей и чувств в одном и том же

направлении вследствие внушения и заряжения, тен-

денция к безотлагательному осуществлению внушенных

идей. Индивид не является больше самим собой, он стал

безвольным автоматом.

…Кроме того, одним лишь фактом своей принадлеж-

ности к организованной массе человек спускается на не-

сколько ступеней ниже по лестнице цивилизации. Будучи

единичным, он был, может быть, образованным индиви-

дом, в массе он — варвар, то есть существо, обусловлен-

ное первичными позывами. Он обладает спонтанностью,

порывистостью, дикостью, а также и энтузиазмом и ге-

роизмом примитивных существ».

Фрейд дополняет Лебона, выделяя отдельную фигу-

ру, которая стоит во главе массы, и которая выполняет

роль подобного гипнотизера

183

«Масса импульсивна, изменчива и возбудима. Ею

почти исключительно руководит бессознательное, — пи-

шет Фрейд

184

, цитируя Лебона. — Импульсы, которым по-

винуется масса, могут быть, смотря по обстоятельствам,

благородными или жестокими, героическими или трусли-

выми, но во всех случаях они столь повелительны, что не

дают проявляться не только личному интересу, но даже

инстинкту самосохранения. Ничто у нее не бывает пред-

намеренным. Если она и страстно желает чего-нибудь, то

всегда не надолго, она неспособна к постоянству воли.

Она не выносит отсрочки между желанием и осущест-

влением желаемого. Она чувствует себя всемогущей, у

индивида в массе исчезает понятие невозможного.

183

Кстати, вспомним из кинохроники, какими сильными гипноти-

ческими способностями на массу обладал А. Гитлер и многие другие

вожди Третьего Рейха. Как, впрочем, и руководители Советской Рос-

сии в первые годы существования молодой республики (В.И. Ленин,

И.В. Сталин, Л.Д. Троцкий, другие.)

184

Фрейд З. Психология масс и анализ человеческого «Я».// Библи-

отека всероссийской ассоциации прикладного психоанализа. http://

vapp.ru/docs/masspsy/

С. А. Зелинский

133

Масса легковерна и чрезвычайно легко поддается

влиянию, она некритична, неправдоподобного для нее не

существует. Она думает образами, порождающими друг

друга ассоциативно, — как это бывает у отдельного че-

ловека, когда он свободно фантазирует, — не выверяю-

щимися разумом на соответствие с действительностью.

Чувства массы всегда просты и весьма гиперболичны.

Масса, таким образом, не знает ни сомнений, ни неуве-

ренности.

Масса немедленно доходит до крайности, высказан-

ное подозрение сразу же превращается у нее в непоко-

лебимую уверенность, зерно антипатии — в дикую нена-

висть.

Склонную ко всем крайностям массу и возбуждают

тоже лишь чрезмерные раздражения. Тот, кто хочет на

нее влиять, не нуждается в логической проверке сво-

ей аргументации, ему подобает живописать ярчайшими

красками, преувеличивать и всегда повторять то же са-

мое.

Так как масса в истинности или ложности чего-либо

не сомневается и при этом сознает свою громадную силу,

она столь же нетерпима, как и подвластна авторитету.

Она уважает силу, добротой же, которая представляется

ей всего лишь разновидностью слабости, руководствует-

ся лишь в незначительной мере. От своего героя она тре-

бует силы, даже насилия. Она хочет, чтобы ею владели

и ее подавляли, хочет бояться своего господина. Будучи

в основе своей вполне консервативной, у нее глубокое

отвращение ко всем новшествам и прогрессу и безгра-

ничное благоговение перед традицией.

Для правильного суждения о нравственности масс

следует принять во внимание, что при совместном пре-

бывании индивидов в массе, у них отпадают все инди-

видуальные тормозящие моменты и просыпаются для

свободного удовлетворения первичных позывов все жес-

токие, грубые, разрушительные инстинкты, дремлющие

в отдельной особи как пережитки первобытных времен.

Но, под влиянием внушения, массы способны и на боль-

шое самоотречение, бескорыстие и преданность идеалу.

В то время как у изолированного индивида едва ли не

С. А. Зелинский

134

единственным побуждающим стимулом является лич-

ная польза, в массе этот стимул преобладает очень ред-

ко. Можно говорить о повышении нравственного уров-

ня отдельного человека под воздействием массы. Хотя и

интеллектуальные достижения массы всегда много ниже

достижений отдельного человека, ее поведение может

как намного превышать уровень индивида, так и намно-

го ему уступать».

Фрейд приводит пример амбивалентного чувства,

проявляющегося у ребенка, сравнивая подобное с по-

добным чувством, характерным для масс и невротиков,

отмечая что: «У масс могут сосуществовать и согласо-

ваться самые противоположные идеи, без того чтобы из

их логического противоречия возник конфликт. То же

самое мы находим в бессознательной душевной жизни

отдельных людей, детей и невротиков, как это давно до-

казано психоанализом. Амбивалентные эмоциональные

переживания маленького ребенка к близким ему людям

могут долгое время сосуществовать, причем выражение

одного из них не мешает выражению противоположно-

го. Если, наконец, все же возникает конфликт, то он раз-

решается тем, что ребенок меняет объект и переносит

одно из амбивалентных душевных движений на другое

лицо. Из истории развития невроза у взрослого челове-

ка мы также можем узнать, что подавленное душевное

переживание часто долгое время продолжает жить в бес-

сознательных и даже сознательных фантазиях, содержа-

ние которых, конечно, прямо противоположно домини-

рующему стремлению, причем эта противоположность

не вызывает, однако, активного противодействия «Я» к

тому, что было им отброшено. Это «Я» часто довольно

долго потворствует фантазии. Но затем внезапно, обыч-

но вследствие повышения аффективного характера фан-

тазии, конфликт между фантазией и «Я» разверзается со

всеми своими последствиям.

…Далее, масса подпадает под поистине магическую

власть слов, которые способны вызывать в массовой душе

страшнейшие бури или же эти бури укрощать. Разумом

и доказательствами против определенных слов и формул

борьбы не поведешь. Стоит их произнести с благоговени-

С. А. Зелинский

135

ем, как физиономии тотчас выражают почтение и головы

склоняются. Многие усматривают в них стихийные силы

или силы сверхъестественные. Вспомним только о табу

имен у примитивных народов, о магических силах, кото-

рые заключаются для них в именах и словах. И наконец:

массы никогда не знали жажды истины. Они требуют ил-

люзий, без которых они не могут жить. Ирреальное для

них всегда имеет приоритет перед реальным, нереальное

влияет на них почти так же сильно, как реальное. Массы

имеют явную тенденцию не видеть между ними разницы.

Это преобладание жизни фантазии, а также иллюзии,

создаваемой не исполнившимся желанием, определяет,

как мы утверждаем, психологию неврозов. Мы нашли,

что для невротиков существенна не обычная объектив-

ная, а психическая реальность. Истерический симптом

основывается на фантазии, а не на повторении действи-

тельного переживания, невротическая навязчивая идея

сознания вины — на злом намерении, никогда не дошед-

шем до осуществления. Да, как во сне и под гипнозом,

проверка на реальность в душевной деятельности массы

отступает перед интенсивностью аффективных, порож-

денных желанием импульсов»

185

Говоря о вождях массы у Лебона, Фрейд обращает

внимание

186

, что у масс имеются потребности в вожде,

т.е. их личные потребности улавливаются и реализуются

вождями. И при этом у масс исчезает возможность к ка-

кой-либо критике вождя, потому что уважение к вождю

парализует волю индивида. И при этом Фрейд отмечает

важный факт, что «великие решения мыслительной ра-

боты, чреватые последствиями открытия, и разрешение

проблем возможны лишь отдельному человеку, трудяще-

муся в уединении»

187

. При этом Фрейд отмечает роль по-

добных открытий и массами, приводя в качестве приме-

ра народную песню, фольклор и проч.

Кроме того, Фрейд приводит высказывание по пси-

хологии масс Мак Дугалла, отмечая, что Мак Дугалл об-

185

Там же.

186

Там же.

187

Там же.

С. А. Зелинский

136

ращал внимание на то обстоятельство, что «масса вооб-

ще не имеет никакой или почти никакой организации.

Он называет такую массу толпой. Однако признает, что

толпа людская едва ли может образоваться без того, что-

бы в ней не появились хотя бы первые признаки органи-

зации, и что как раз у этих простейших масс особенно

легко заметить некоторые основные факты коллектив-

ной психологии. Для того, чтобы из случайно скученных

членов людской толпы образовалось нечто вроде массы

в психологическом смысле, необходимо условие, чтобы

эти отдельные единицы имели между собой что-нибудь

общее: общий интерес к одному объему, аналогичную

при известной ситуации душевную направленность и,

вследствие этого, известную степень способности вли-

ять друг на друга. Чем сильнее это духовное единство,

тем легче из отдельных людей образуется психологичес-

кая масса и тем более наглядны проявления «массовой

души».

Самым удивительным и вместе с тем важным фено-

меном массы является повышение аффективности, вы-

званное в каждом отдельном ее члене. Можно сказать,

по мнению Мак Дугалла, что аффекты человека едва

ли дорастают до такой силы, как это бывает в массе, а,

кроме того, для участников является наслаждением так

безудержно предаваться своим страстям, при этом рас-

творяясь в массе, теряя чувство своей индивидуальной

обособленности. Мак Дугалл объясняет эту захваченность

индивидов в общий поток… эмоциональным заражени-

ем… наблюдаемые признаки состояния аффекта способ-

ны автоматически вызвать у наблюдателя тот же самый

аффект. Это автоматическое принуждение тем сильнее,

чем больше количество лиц, в которых одновременно на-

блюдается проявление того же аффекта. Тогда замолкает

критическая способность личности, и человек отдается

аффекту. Но при этом он повышает возбуждение у тех,

кто на него повлиял, и таким образом аффективный за-

ряд отдельных лиц повышается взаимной индукцией. При

этом возникает… нечто вроде вынужденности подражать

другим, оставаться в созвучии с «множеством». У более

С. А. Зелинский

137

грубых и элементарных чувств наибольшие перспективы

распространяться в массе именно таким образом.

Этому механизму возрастания аффекта благопри-

ятствуют и некоторые другие исходящие от массы влия-

ния. Масса производит на отдельного человека впечатле-

ние неограниченной мощи и непреодолимой опасности.

На мгновение она заменяет все человеческое общество,

являющееся носителем авторитета, наказаний которого

страшились и во имя которого себя столь ограничивали.

Совершенно очевидна опасность массе противоречить, и

можно себя обезопасить, следуя окружающему тебя при-

меру, то есть иной раз даже «по-волчьи воя». Слушаясь

нового авторитета индивид может выключить свою пре-

жнюю «совесть», предавшись при этом соблазну услады,

безусловно испытываемой при отбрасывании торможе-

ния. Поэтому не столь уж удивительно, если мы наблюда-

ем человека, в массе совершающего или приветствующе-

го действия, от которых он в своих привычных условиях

отвернулся бы. Мы вправе надеяться, что благодаря этим

наблюдениям рассеем тьму, обычно окутывающую зага-

дочное слово «внушение».

Мак Дугалл, — пишет Фрейд, — говорит, что более

незначительные интеллекты снижают более высокие до

своего уровня. Деятельность последних затруднена, так

как нарастание эффективности вообще создает неблаго-

приятные условия для правильной духовной работы; име-

ет влияние и то, что отдельный человек запуган массой

и его мыслительная работа не свободна; а, кроме того, в

массе понижается сознание ответственности отдельного

человека за свои действия.

…Масса крайне возбудима, импульсивна, страстна,

неустойчива, непоследовательна и нерешительна и при-

том в своих действиях всегда готова к крайностям, ей

доступны лишь более грубые страсти и более элемен-

тарные чувства, она чрезвычайно поддается внушению,

рассуждает легкомысленно, опрометчива в суждениях и

способна воспринимать лишь простейшие и наименее со-

вершенные выводы и аргументы, массу легко направлять

и легко ее потрясти, она лишена самосознания, само-

уважения и чувства ответственности, но дает сознанию

С. А. Зелинский

138

собственной мощи толкать ее на такие злодеяния, каких

мы можем ожидать лишь от абсолютной и безответствен-

ной власти. Она ведет себя скорее как невоспитанный

ребенок или как оставшийся без надзора страстный ди-

карь… в худших случаях ее поведение больше похоже на

поведение стаи диких животных, чем на поведение чело-

веческих существ»

188

Рассматривая механизмы управления и подчинения,

характерные для массовой психологии, Фрейд вводит

такой термин как либидо. «…Я сделаю попытку, — пи-

шет Фрейд

189

, — применить для уяснения массовой пси-

хологии понятие либидо, которое сослужило нам такую

службу при изучении психоневрозов. Либидо есть тер-

мин из области учения об аффективности. Мы называ-

ем так энергию тех первичных позывов, которые имеют

дело со всем тем, что можно обобщить понятием любви».

Однако Фрейд предлагает понимать под этим термином

нечто большее, чем просто сводиться к понятию поло-

вой любви. Поэтому термином либидо профессор Фрейд

обозначает и такие варианты любви как «любовь к себе…

любовь родителей, любовь детей, дружбу и общечелове-

ческую любовь, — а также вводит этот термин для обоз-

начения, — преданности конкретным предметам или абс-

трактным идеям»

190

. И это следует, на наш взгляд, очень

правильно понимать. Потому что, как известно, об уче-

нии Фрейда бытует в некоторых случаях достаточно ис-

каженное представление. При этом словно предполагая

нападки на психоанализ тех, кто по каким-то причинам

недостаточно хорошо с ним ознакомился, Фрейд приво-

дит факты из истории, когда «апостол Павел в знамени-

том Послании к Коринфянам превыше всего прославляет

любовь, он понимает ее, конечно, именно в этом «расши-

ренном» смысле…»

191

188

Там же.

189

Там же.

190

Там же.

191

Там же.

С. А. Зелинский

139

«Кто видит в сексуальном нечто постыдное и унизи-

тельное для человеческой природы, — пишет Фрейд

192

, —

волен… пользоваться… выражениями — эрос и эротика.

Я бы и сам с самой начала мог так поступить, избегнув,

таким образом множества упреков. Но я не хотел это-

го… Никогда не известно, куда таким образом попа-

дешь. Сначала уступишь на словах, а постепенно и по

существу».

И все же Фрейд, иногда, для лучшего понимания

заменяет словосочетание «любовные взаимоотноше-

ния» — эмоциональными связями. Это суть одного и

того же. И это, по мнению Фрейда, сущность массовой

души.

Выше мы упоминали те аналогии, которые Фрейд

приводил, рассматривая такие высокоорганизованные

(искусственные) массы как церковь (католическая) и

войско (армия, вооруженные силы страны). Сейчас же

обратим внимание на такую характерную черту влюб-

ленности (проводя вслед за Фрейдом аналогию между

влюбленностью в какой-либо объект в межличностных

отношениях и влюбленностью массы в своего вождя),

как некритичное отношение к объекту влюбленности.

Если кто-то кого-то любит, он не замечает (и не обраща-

ет внимания) недостатки любимого лица. И даже если

все общество восстанет против такой любви, влюблен-

ные индивиды пойдут против общества (вспомним шек-

спировских Ромео и Джульетту).

«…Любимый объект… освобождается от критики,…

все его качества оцениваются выше, чем качества не-

любимых лиц, или чем в то время, когда это лицо еще не

было любимо, — пишет Фрейд

193

. — …Стремление, кото-

рым суждение здесь фальсифицируется, — есть идеали-

зация. Но этим самым нам облегчается и ориентировка,

мы видим, что с объектом обращаются, как с собствен-

ным «Я», что, значит, при влюбленности большая часть

нарцистического либидо перетекает на объект. В неко-

торых формах любовного выбора очевиден даже факт,

что объект служит заменой никогда не достигнутого

192

Там же.

193

Там же.

С. А. Зелинский

140

собственного «Идеала Я». Его любят за совершенства,

которых хотелось достигнуть в собственном «Я» и ко-

торые этим окольным путем хотят приобрести для удов-

летворения собственного нарциссизма

194

Фрейд обращает внимание, что в иных случаях (в

отношениях между двумя индивидами) любовная пере-

оценка объекта любви может даже вытеснить желание

сексуальной близости. Особенно это характерно для

«мечтательной любви юноши», когда «Я» делается все

нетребовательнее и скромнее, а объект все великолеп-

нее и ценнее; в конце концов он делается частью об-

щего себялюбия «Я», и самопожертвование этого «Я»

представляется естественным следствием. Объект, так

сказать, поглотил «Я». Черты смирения, ограничение

нарциссизма, причинение себе вреда имеются во всех

случаях влюбленности; в крайних случаях они лишь по-

вышаются и, вследствие отступления чувственных при-

тязаний, остаются единственными, но господствующи-

ми»

195

Фрейд проводит аналогию между влюбленностью

и гипнозом, находя схожесть в уступчивости, подчине-

нию, некритичности, отсутствию сомнений в значимос-

ти как гипнотизера, так и объекта любви, и точно так же

194

Весьма существенное, на наш взгляд, объяснение любви между

двумя индивидами.

195

Вспомним жизнь Франца Кафки, когда все его любовные взаимо-

отношения фактически заканчивались ничем, потому что он к этим

женщинам особенно и не стремился, довольствуясь именной фор-

мы любви, о которой пишет Фрейд. (Кстати, Фрейд и Кафка жили в

одно время, и даже в одном городе, но ни разу не встретились. По-

добное видимо объясняется еще и тем, что Фрейд стал известным на

весь мир еще при жизни, а Франц Кафка — только после смерти, да

и то благодаря своему другу Максу Броду, который не сжег, согласно

просьбе Кафки, его рукописи после смерти Кафки, а опубликовал их,

чем обессмертил имя своего друга, великого австрийского писателя

Франца Кафки, ставшего классиком мировой литературы всего лишь

через несколько лет после смерти; притом что Кафка умер, ровно ме-

сяц не дожив до 41 года жизни). (Родился 3 июля 1883, умер 3 июня

1924 года.)