Зинкевич-Евстигнеева Т.Д. Он и она: тайный шифр сказки отношений
Подождите немного. Документ загружается.
сказки является предупреждением другого рода. «Плотские», материальные стремления
разбивают, разрушают божественную природу человека.
1
Маковский М. М. Сравнительный словарь мифологической символики в индоевропейских языках. Образ мира и миры
образов. М.: Владос, 1996.
«Колобок» тоже — непростая сказка. В ней есть предупреждения и социального, и
духовного плана.
На социальном уровне сказка предупреждает о проявлении наивности, потери
бдительности, а также о последствиях переговоров в условиях недостатка информации о
партнере. Колобок отправляется в самостоятельную жизнь, спрыгнув с родительского
подоконника. Он рассчитывает только на себя, но переоценивает свои знания о жизни и
природе лесных обитателей. Да, его удалая песенка помогает ему, когда он встречается с
Простаками — Зайцем, Волком и даже Медведем. И она же играет с ним злую шутку при
встрече с опытным манипулятором — Лисой.
Песенка Колобка — это своего рода мантра, аффирмация, заговор собственного
сочинения, помогающий ему поддерживать в себе боевой дух и отводить от себя
неприятности. Но в жизни нет универсальных рецептов ухода от опасности. Лиса —
провокатор, она бросает вызов самонадеянности Колобка. Он должен был бы
насторожиться оттого, что реакция Лисы на его песенку была не такой, как у Зайца, Волка
и Медведя. Но нет — жажда признания (надо же, кто-то хочет слушать мою песенку!)
усыпила его бдительность. Кроме того, он оказался в ситуации дефицита информации о
своем «отзывчивом слушателе» (Лисе). Возможно, если бы он полежал у Деда и Бабки на
подоконнике подольше, он бы узнал об особенностях и коварстве Лисы. Но... он
поторопился. Состав предупреждений социального плана налицо.
«Колобок» содержит важное предупреждение духовного плана: предназначение должно
быть реализованным. Колобок — пирожок, сдоба. Он произведен на свет для того, чтобы
быть съеденным. Дед и Бабка рассчитывали на свою долю, но судьба распорядилась
по-другому. Не так важно, каким образом обставлен акт реализации предназначения,
важно, что он обязательно произойдет. Поэтому съедение Колобка в конце сказки
закономерно.
Сказку «Теремок» можно было бы назвать настоящей коммунальной историей. Среди
героев нет злодеев и манипуляторов, в сказке нет мотива борьбы со злом. Все, будучи
очень разными, живут в теремке дружно. Но в финале — разрушение. Отчего? Просто
разрешили медведю жить вместе с ними. Так одно недальновидное решение лишает крова
многих... Сказка предупреждает маленького человека: знай, кого в дом приглашать,
просчитывай последствия принимаемых решений.
Есть интересный, не совсем детский вариант сказки о теремке — называется он «Терем
мухи».
Ехал мужик с горшками, потерял большой кувшин. Залетела в кувшин муха и стала в нем жить-поживать.
День живет, другой живет. Прилетел комар и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, а ты кто?
— А я комар-пискун.
— Иди ко мне жить.
Вот стали они вдвоем жить. Прибежала мышь и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун, а ты кто?
— Я из-за угла хлыст.
— Иди к нам жить.
И стало их трое. Прискакала лягушка и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун, да из-за угла хлыст, а ты кто?
— Я на воде болтунья.
— Иди к нам жить.
Вот и стало их четверо. Пришел заяц и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун, да из-за угла хлыст, да на воде болтунья, а ты кто?
— Я на поле прыгун.
— Иди к нам.
Стало их пятеро. Пришла еще лисица и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун, да из-за угла хлыст, да на воде болтунья, да на поле прыгун, а ты кто?
— Я на поле краса.
— Ступай к нам. Прибрела собака и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун, да из-за угла хлыст, да на воде болтунья, да на поле прыгун, да на поле
краса, а ты кто?
— А я гам-гам.
— Иди к нам жить.
Собака влезла. Живут всемером. Прибежал еще волк и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун, да из-за угла хлыст, да на воде болтунья, да на поле прыгун, да на поле
краса, да гам-гам, а ты кто?
— Я из-за кустов хап.
— Иди к нам жить.
Вот живут ввосьмером. Спознал про эти хоромы медведь, приходит и стучится — чуть хоромы живы:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун, да из-за угла хлыст, да на воде болтунья, да на поле прыгун, да на поле
краса, да гам-гам, да из-за кустов хап, а ты кто?
— А я лесной гнёт.
Сел на кувшин и всех раздавил.
В этой истории медведь не дожидается приглашения. Он называется «лесным гнётом» и
уничтожает терем мухи. Здесь предупреждение сказки уже связано с защитой героями
своего дома, своих границ. Многие будут покушаться на «хоромы», не с каждым можно
договориться, а тем более жить вместе. Чтобы терем стоял, его нужно защищать, и
каждый из жильцов может внести в общее дело свой вклад.
Неужели муха-шумиха, комар-пискун, из-за угла хлыст, на воде болтунья, на поле прыгун,
на поле краса, гам-гам, из-за кустов хап не могли бы между собой грамотно распределить
обязанности, используя способности друг друга?! Они — команда. Но команда, которая не
собиралась использовать свой общекомандный ресурс. Команда свой ресурс просто
«проживала». А между тем, в команде были члены, которым природа велит питаться друг
другом.
Лягушка может легко съесть муху и комара. Но она — болтунья, так она себя назвала.
Лиса и волк могут конкурировать между собой — кому достанется заяц. Но краса, из-за
кустов хап и прыгун живут вместе, игнорируя конфликт, заложенный в их отношения
самой природой.
Внутренних противоречий в тереме много. Рано или поздно они либо разорвут хоромы на
части, либо жильцы станут командой и начнут расширять свои владения. К горшку
пристроят норы и гнезда, станут нести дозор, извещать друг друга о приходе медведей или
иного «лесного гнёта». Но ничего общекомандного не происходит, а потому гибельный
финал закономерен. Нас предупредили.
Продолжает эту тему история о Пузыре, Соломинке и Лапте.
Жили-были Пузырь, Соломинка и Лапоть. Пошли они в лес дрова рубить, дошли до реки, и не знают, как
через реку перейти. Лапоть говорит Пузырю:
— Пузырь, давай на тебе переплывем!
— Нет, пусть лучше Соломинка перетянется с берега на берег, а мы по ней перейдем!
Соломинка перетянулась. Лапоть пошел по ней, она и переломилась. Лапоть упал в реку, а Пузырь хохотал,
хохотал, да и лопнул!
Если в «Теремке» герои даже не подошли к распределению ролей в команде, то в этой
истории троица попыталась распределить между собой нагрузку с учетом возможностей
каждого. Сам по себе такой ход мыслей правилен. Тогда почему их постигла неудача?
Дело в том, что герои не решали актуальную задачу — перебраться через реку. Лапоть и
Пузырь, на самом деле, делали все возможное, чтобы переложить трудную работу на
другого. Соломинка оказалась настоящим козлом отпущения. Разве так работают в
команде? В бизнес-реальности подобных ситуаций множество. Того, кто работает «на
износ», заваливают работой еще больше. Начальники подразделений, конкурируя между
собой, находят нежизнеспособный «компромиссный вариант». При этом втайне один
мечтает подставить другого. Сказка предупреждает, что при таком подходе финал один.
Сказка «Пузырь, Соломинка и Лапоть» — это интересная задачка для взрослых.
Действительно, как этим героям переправиться через реку, используя только собственные
способности, как им распределить между собой функции? И возможно ли это в принципе?
Лапоть можно превратить в лодку, Соломинка станет веслом, а Пузырь — гребцом. Но
влезет ли Пузырь в Лапоть, и будет ли Соломинка прочным веслом? Не исключено, что
сказка предупреждает о том, что такой подбор кадров не приведет к удобоваримому
результату.
Получается, что в сказках нет счастливых или несчастливых концов. Есть закономерные
финалы. Ошибочные действия, заблуждения приводят к провалу. Бережное отношение к
собственной Силе, стремление грамотно пройти испытание вознаграждается разрешением
острой ситуации.
Особое место в рассуждениях о закономерном финале сказочных историй занимают
сказки Г.-Х. Андерсена, особенно «Русалочка».
Русалочка, страстно желавшая стать женой принца, оказывается отвергнутой и
превращается в морскую пену. Где же закономерность и справедливость? Где
жизнеутверждающий принцип, наконец? Так думают многие. И опять корень заблуждения
кроется в невнимательном прочтении сказки.
Давайте рассуждать творчески. Зачем русалочке, по происхождению — «элементалу»,
духу воды, идти на жертвы и неудобства, связанные с хождением по земле? Некоторые
обыватели уверенно говорят: «Ради любви!» Хорошо, зачем духу воды любовь? Надо
сказать, этот вопрос многих ставит в тупик: «Как это — зачем любовь?! Любовь нужна
всегда, ради нее можно идти на любые жертвы!»
Так мы попадаем в первую ловушку сказки: понятия «любовь» и «жертва» срастаются не
только в сознании, но и в подсознании. Причем у многих и расставаться не собираются.
Любовь не требует жертв. Она вообще ничего не требует — только дает. Силу, радость,
мудрость, энергию стремления к цели, — любовь щедра на подарки. Любви не нужны
наши жертвы.
Кому тогда они нужны? Из добрых сил уж точно — никому. Языческим богам приносили
жертвы, но они были другого качества и содержания.
Проблема в том, что произошла путаница: жертва стала синонимом испытания,
прохождения жизненного урока. Мы претерпеваем неудобства, ограничения,
преодолеваем собственный эгоизм, желание быстрого чуда, — так мы проходим свой
урок. Наша психическая сущность утончается, душа очищается, и мы становимся
восприимчивыми к более тонким переживаниям. К любви, в том числе.
Попробуем отойти от понятия «жертвы» и начать пользоваться понятием «плата».
Русалочка платит морской ведьме своим голосом, и та дает ей ноги. И следовательно —
возможность стать возлюбленной принца.
Заметьте, русалочка платит только за возможность! Ведьма не дает ей никаких гарантий
того, что принц полюбит ее и сделает предложение. Более того, ведьма честно
предупреждает Русалочку о сопутствующих рисках подобной сделки: каждый шаг по
земле будет приносить невероятную боль, и если принц ее не полюбит и предпочтет
другую, она погибнет.
Русалочка платит и рискует. Ради чего? Ради односторонней любви и призрачной
возможности приобрести взаимность? Тогда дело не в Любви, а в банальном
удовлетворении эгоистической потребности в признании и любви. Но вряд ли за это
можно платить так дорого.
Секрет решения Русалочки найдет внимательный читатель. Он — в разговоре героини с
бабушкой. Этот разговор — о бессмертной душе. Бабушка рассказывает внучке о том, чем
различаются люди и элементалы, духи воды. Люди обладают бессмертной душой, которая
воплощается в смертном теле. Люди живут недолго, а потом их тело умирает, а душа
остается и попадает в чудесный мир, и потом может воплотиться в другом теле. И так
происходит бесконечно. Знал ли Андерсен теорию инкарнаций души? Во всяком случае,
он зашифровал ее в своей сказке.
Духи воды сотворены из воды и в нее превращаются, когда умирают. Правда, живут они
дольше, аж триста лет. Открытие это так взволновало Русалочку, что она пожелала отдать
все триста лет своей русалочьей жизни за возможность получить бессмертную душу. Но
возможно ли такое? Бабушка говорит, что возможно, если Русалочка вызовет любовь в
сердце того, кто обладает бессмертной душой...
Все больше и больше начинала Русалочка любить людей, все сильнее и сильнее тянуло ее к ним; их земной
мир казался ей куда больше, чем ее подводный; они могли ведь переплывать на своих кораблях море,
взбираться на высокие горы к самым облакам, а их земля с лесами и полями тянулась далеко-далеко, ее и
глазом не охватить! Русалочке очень хотелось побольше узнать о людях и об их жизни, но сестры не могли
ответить на все ее вопросы, и она обращалась к бабушке: старуха хорошо знала «высший свет», как она
справедливо называла землю, лежавшую над морем.
— Если люди не тонут, — спрашивала Русалочка, — тогда они живут вечно, не умирают, как мы?
— Ну что ты! — отвечала старуха. — Они тоже умирают, их век даже короче нашего. Мы живем
триста лет, но, когда нам приходит конец, нас не хоронят среди близких, у нас нет даже могил, мы
просто превращаемся в морскую пену. Нам не дано бессмертной души, и мы никогда не воскресаем; мы —
как тростник: вырвешь его с корнем, и он не зазеленеет вновь! У людей, напротив, есть бессмертная душа,
которая живет вечно, даже и после того, как тело превращается в прах; она улетает на небо, прямо к
мерцающим звездам! Как мы можем подняться со дна морского и увидать землю, где живут люди, так и
они могут подняться после смерти в неведомые блаженные страны, которых нам не видать никогда!
— А почему у нас нет бессмертной души? — грустно спросила Русалочка. — Я бы отдала все свои сотни
лет за один день человеческой жизни, чтобы потом тоже подняться на небо.
— Вздор! Нечего и думать об этом! — сказала старуха. — Нам тут живется куда лучше, чем людям на
земле!
— Значит, и я умру, стану морской пеной, не буду больше слышать музыки волн, не увижу чудесных цветов
и красного солнца! Неужели же я никак не могу обрести бессмертную душу?
— Можешь, — сказала бабушка, — пусть только кто-нибудь из людей полюбит тебя так, что ты
станешь ему дороже отца и матери, пусть отдастся он тебе всем своим сердцем и всеми помыслами и
велит священнику соединить ваши руки в знак вечной верности друг другу; тогда частица его души
сообщится тебе и когда-нибудь ты вкусишь вечного блаженства. Он даст тебе душу и сохранит при себе
свою. Но этому не бывать никогда! Ведь то, что у нас считается красивым, твой рыбий хвост, люди нахо-
дят безобразным; они ничего не смыслят в красоте; по их мнению, чтобы быть красивым, надо
непременно иметь две неуклюжих подпорки — ноги, как они их называют.
Русалочка глубоко вздохнула и печально посмотрела на свой рыбий хвост.
— Будем жить — не тужить! — сказала старуха,— Повеселимся вволю свои триста лет — срок не малый,
тем слаще будет отдых после смерти!
Так у Русалочки формируется цель — получить бессмертную душу, обнаруживается и средство —
любовь принца. Теперь становится понятным, за что она вносит ведьме такую высокую плату —
за возможность обрести бессмертную душу, за возможность качественной эволюции.
Русалочка готова «прыгать через ступени», готова платить за интенсивный рост.
Люди, активно растущие в профессиональном, социальном, духовном плане, платят за
свою эволюцию, платят за реализацию цели. Сначала платят своими мелкими слабостями
и прихотями, отказываясь от них. Потом кругом друзей — он меняется, иногда очень
резко. Иногда платой становятся здоровье и важные отношения. При интенсивном росте
плата бывает очень болезненна. Так больно было Русалочке, когда она ступала по земле.
Так дискомфортно переживается человеком вхождение в свое новое качество.
Каков же финал? Все оказалось зря — неужели духу воды не дано получить бессмертную
душу? Сестры предложили Русалочке отказаться от цели, принять свое прежнее качество,
остаться русалкой. Но чтобы вернуться назад, нужна жертвенная кровь, кровь принца.
Если Русалочка зарежет принца и окропит его кровью свои ноги, они вновь превратятся в
хвост. И все станет как было.
В этом эпизоде действительно присутствует реальный символизм жертвы. Принцу
предназначается роль жертвенного агнца на алтаре русалочкиной инволюции. В сказке
зашифрован тончайший символизм жертвы — она ради регресса, возвращения в прежнее
качество. Но если Русалочка получит обратно свой хвост, это не означает, что она станет
прежней. Тоска по неосуществленной цели источит ее изнутри.
Когда человек отказывается от собственной эволюции (социальной, психологической,
духовной), от шанса, он всю оставшуюся жизнь жалеет об этом. Но что-то изменить уже
нельзя. Такие переживания очень болезненны и разрушительны.
Русалочка не приносит жертву, она решается идти в своей эволюции до конца. Несмотря
на то что ситуация вышла из-под контроля и стала непредсказуемой. Хотя героиня видит
свое ближайшее будущее — превращение в морскую пену, ей не дано предугадать, как
развернутся события на самом деле.
Русалочка отказывается от жертвы и принимает свою смерть, самое страшное, что могло
произойти. И это — момент истины. Она свободна и от цели, от своего прежнего существа
— русалочьего, а также и нового человеческого. Она не запятнала себя жертвенным
убийством. Она выдержала испытание, о сюжете которого ее не могли предупредить ни
бабушка, ни даже сама морская ведьма.
В этом фрагменте сказки зашифрована уникальная мысль: сюжет испытания до конца не
открыт человеку. Мы можем изучить все архетипические сюжеты испытаний, внять
предупреждениям, бережно относиться к собственной Силе, контролировать ситуацию. И
тем не менее, в любом сказочном и жизненном сюжете всегда остается место для
вмешательства Провидения. И к этому невозможно быть готовым. Но это — Подарок.
Так и с Русалочкой. Превратившись в морскую пену, к чему она была готова, Русалочка
вдруг ощутила, что поднимается над поверхностью воды. Она видела корабль, принца
сверху, а вокруг себя — бестелесных существ. Они пели что-то удивительное, мелодичное
и неземное. Русалочка оказалась среди дочерей воздуха, которые имеют возможность
получить бессмертную душу через триста лет. А может и раньше, — как шепнула ей одна
из новых подруг...
Еще раз посмотрела она на принца полуугасшим взором, бросилась с корабля в море и почувствовала, как
тело ее расплывается пеной. Над морем поднялось солнце; лучи его любовно согревали мертвенно-холодную
морскую пену, и Русалочка не чувствовала смерти: она видела ясное солнце и каких-то прозрачных, чудных
созданий, сотнями реявших над ней. Она видела сквозь них белые паруса корабля и красные облака в небе;
голос их звучал как музыка, но такая возвышенная, что человеческое ухо не расслышало бы ее, так же как
человеческие глаза не видели их самих. У них не было крыльев, но они носились в воздухе, легкие и
прозрачные. Русалочка увидала, что и у нее такое же тело, как у них, и что она все больше и больше
отделяется от морской пены.
— К кому я иду? — спросила она, поднимаясь в воздух, и ее голос звучал такою же дивною музыкой, какой
не в силах передать никакие земные звуки.
— К дочерям воздуха! — ответили ей воздушные создания. — У русалки нет бессмертной души, и обрести
ее она может, только если ее полюбит человек. Ее вечное существование зависит от чужой воли. У
дочерей воздуха тоже нет бессмертной души, но они могут заслужить ее добрыми делами. Мы прилетаем
в жаркие страны, где люди гибнут от знойного зачумленного воздуха, и навеваем прохладу. Мы
распространяем в воздухе благоухание цветов и несем людям исцеление и отраду. Пройдет триста лет, во
время которых мы будем посильно творить добро, и мы получим в награду бессмертную душу и сможем
изведать вечное блаженство, доступное людям. Ты, бедная Русалочка, всем сердцем стремилась к тому
же, что и мы, ты любила и страдала, подымись же вместе с нами в заоблачный мир. Теперь ты сама
можешь добрыми делами заслужить себе бессмертную душу и обрести ее через триста лет!
И Русалочка протянула свои прозрачные руки к солнцу и в первый раз почувствовала у себя на глазах слезы.
На корабле за это время все опять пришло в движение, и Русалочка увидала, как принц с женой ищут ее.
Печально смотрели они на волнующуюся морскую пену, точно знали, что Русалочка бросилась в волны.
Невидимая, поцеловала Русалочка красавицу в лоб, улыбнулась принцу и поднялась вместе с другими детьми
воздуха к розовым облакам, плававшим в небе.
— Через триста лет мы войдем в божье царство!
— Может быть, и раньше! — прошептала одна из дочерей воздуха. — Невидимками влетаем мы в жилища
людей, где есть дети, и если находим там доброе, послушное дитя, радующее своих родителей и достойное
их любви, мы улыбаемся. Ребенок не видит нас, когда мы летаем по комнате, и если мы радуемся, глядя на
него, наш трехсотлетний срок сокращается на год. Но если мы видим там злого, непослушного ребенка,
мы горько плачем, и каждая слеза прибавляет к долгому сроку нашего испытания лишний день!
Вот так! Оказывается, даже маленький ребенок может помочь Русалочке в исполнении ее
заветного желания!
Итак, какой же конец у этой истории? Закономерно счастливый или закономерно
несчастливый? Кто-то, возможно, скажет: «Закономерно удивительный!» И будет прав.
Завершая разговор о «Русалочке», нужно упомянуть о так называемом «сценарии
Русалочки». Многие психологи убеждены, что сказка формирует негативный женский
сценарий несчастной любви; если читать эту сказку девочке, в ее подсознание запишется
ситуация любовного треугольника, и она неосознанно будет стремиться к роли жертвы
любви. Так одна из самых тонких и удивительных историй Ганса Христиана Андерсена
получила клеймо и попала в «черный список».
Негативный сценарий и роль жертвы любви не имеют ничего общего со сказкой
«Русалочка». Во-первых, важно понимать, что героиня — не человек, она — дух воды. Ее
история — это история болезненной эволюции.
Если девочке очень нравится именно эта сказка, она читает ее и перечитывает — неплохо
бы поговорить с ней о том, что она чувствует, о чем мечтает. Какой эпизод в истории
Русалочки захватывает ее больше всего, в какие моменты ей хочется плакать, а когда
радоваться. Также необходимо поделиться с девочкой и собственными чувствами,
которые возникали у вас, когда вы читали эту сказку. После обмена чувствами можно
рассказать девочке о скрытых смыслах этой истории. Такое общение — важная часть
профилактики появления негативного сценария жертвы любви.
Закономерный финал сказочных историй — показатель завершения определенного цикла.
А дальше? После небольшого отдыха — новый цикл, новый урок, новое испытание. Но на
самом деле — новое приключение.
Женские сказки
Были ли Андрогины на самом деле или нет, можно только гадать или довериться Платону.
Но с тех пор как мир людей стал состоять из мужчин и женщин, тайна психологии пола
волнует каждого человека. Мужчины считают себя экспертами по женской психологии,
женщины — по мужской. Рассуждения на эту тему поднимают рейтинги телепередач и
тиражи книг.
Сказкотерапевты уверены, что тайны психологии пола скрыты в сказках, мифах, легендах.
Надо только начать расшифровку женских и мужских архетипических сюжетов — и
откроются закономерности отношений, жизненных ситуаций и перипетий.
Архетип женственности, многоликий и прекрасный
В последнее время стали много рассуждать и писать о женских архетипах. Некоторые
исследователи уверены, что носительницы женских архетипов — это древние языческие
богини. Благодаря работам Н. А. Куна на российской земле древнегреческие языческие
боги стали более известными, чем славянские. Поэтому женские архетипы начали
называть именами древнегреческих богинь. Исследователи выделили архетипы
Артемиды, Афины, Афродиты, Персефоны, Геры, Гестии, Деметры.
Действительно, древние греки оставили после себя увлекательные истории о своих богах,
богинях и героях. Даже древние римляне не погнушались их заимствовать. Характеры
божеств неплохо проработаны, мотивы поступков близки человеческим. А это
немаловажно. Страсти, пороки, влечения древнегреческих божеств люди охотно переняли
(должна же быть в человеке частичка бога!) и пронесли сквозь тысячелетия практически
без изменений.
Сегодня женщине предлагается описывать черты своего характера, особенности
поведения и мотивации как проявление в ней разнохарактерных обитательниц
легендарного Олимпа. Что ж, это весьма лестно. Тезис «В каждой женщине живет богиня»
никогда не выйдет из моды. Неважно, что он эксплуатирует тончайшие струны женского
тщеславия.
Действительно, как красиво! Богини ревнуют, мстят, плетут интриги, страдают,
пользуются неограниченной властью. «Значит, и мне можно и нужно!» — думает
женщина. И ревнует, обижается, мстит, плетет интриги, захватывает власть, контролирует
близких...
Истории древнегреческих богинь, красочно рассказанные Куном и другими авторами, —
это истории женщин, активно проявляющих себя в материальном мире, в социальном
плане. Другими словами, Артемида, Афина, Деметра, Афродита и другие богини — это
персоналии, героини, в материальной, социальной жизни которых разворачиваются
определенные сюжеты.
Мифы, посвященные жизнеописанию языческих женских божеств, мифы о героинях,
легенды, — это энциклопедия женских драм. Да, эти драмы и трагедии очень древние, и
уже на таком основании могут быть названы «архетипическими».
Поэтому давайте внесем ясность и введем понятие архетипа женских драм и трагедий.
Носительницами архетипов женских драм станут и древнегреческие богини, и богини
других пантеонов, а также многочисленные героини женских мифов, легенд и сказок, ведь
в основе сюжета любой истории лежит некая драма.
В этом случае женщина может сказать, например, так: «В моей жизни разыгрывается
архетипическая драма Деметры! Мне сложно отпустить свою дочь, я ненавижу своего
зятя, я все время думаю о том, как там моя доченька живет с этим извергом. Из-за этого я
ничего не могу делать!» Действительно, богиня плодородия Деметра невероятно страдала,
когда ее любимая дочь Персефона стала женою бога подземного мира Аида. Зевс даже
вынужден был обязать его отпускать супругу на две трети года к матери, чтобы земля
сохраняла плодородие. Эта женская драма очень древняя.
Однако в таком подходе таится опасность: это вульгарная социализация, очеловечивание
божественной природы представителей языческих пантеонов. Стоит ли пусть языческих,
но богов, подстраивать под свою человеческую мерку?
Для сказкотерапевта языческие боги — это, прежде всего, герои историй. Они
оказываются в центре некого драматического сюжета, «архетипического сюжета». И это
равняет их с другими героями сказок, мифов, легенд.
С другой стороны, боги есть боги. Языческие боги тесно связаны с природными
явлениями, силами самой Природы. И, увлекаясь сюжетом их личной жизни, мы
выхолащиваем сакральный символизм древних божеств.
Наши далекие предки могли объяснить непогоду, природное явление личной драмой
отношений между богами. Но, как говорится, «ради красного словца». Все понимали,
какая сила стоит за каждым божеством, и не торопились устанавливать с ними
панибратские отношения.
Важно ясно понимать, что за каждым языческим божеством скрыта большая природная
сила. Это предохранит нас от чрезмерного увлечения перипетиями их личной жизни.
Поэтому, когда мы упоминаем архетип Афродиты, мы говорим, прежде всего, о древней
природной женской сексуальности, эротической магии, удивительном очаровании, силе
привлечения мужчины и удержания его подле себя. Мы говорим о способности женщины
становиться Возлюбленной. А также о ее силе приносить в жизнь гармонию и порядок,
устанавливая «золотую середину».
Когда мы говорим об архетипе Деметры, мы фактически прикасаемся к сакральности
материнства во всех его многообразных проявлениях: тайнам удержания семени,
вынашивания плода и его рождения. В архетипе Деметры заложена удивительная
созидающая женская сила, позволяющая поддерживать и продолжать жизнь.
Упоминание архетипа Персефоны приобщает нас к тайнам Иного Мира, мира Нави. Сила
образовывать связь между Явью и Навью, тонкое постижение мира психического,
понимание назначения смерти заключены в этом архетипе. Все это тоже дано женщине.
Знание о силе женщины образовывать связь с природным миром, животными,
растениями, созидательно взаимодействовать с ними передано через архетип Артемиды.
Сила мудрой жизнестойкости зашифрована в архетипе Афины. Природная сила,
направленная на строительство партнерских отношений с мужчиной, скрывается за
архетипом Геры. Сила духовная, несоциальная передается через архетип Гестии.
С помощью прекрасных представительниц древнегреческого (или другого) языческого
пантеона мы можем описать разные грани природной женской силы, разные ее аспекты.
Но акцент необходимо делать на сакральный план проявлений богинь, а не на
социальный.
В то же время, если сосредоточиться на исследовании личной жизни богинь, мы сможем
описать разнообразные жизненные драмы, разыгрывающиеся в материальной, социальной
жизни женщины.
Итак, если мы используем для интерпретации особенностей женской психологии понятие
«архетипа богини» (неважно, к какому языческому пантеону она принадлежит),
необходимо выделять, как минимум, два ракурса исследования:
1) сакральный, связанный с проявлением некой природной силы, скрывающейся за симво-
лизмом божества (по-сказкотерапевтически — Мир Нави);
2) социальный, связанный с сюжетами личных драм, приписываемых богине
(по-сказкотерапевтически — Мир Яви).
В этом случае этика по отношению к древним знаниям будет соблюдена.
В сказкотерапии мы не очень активно и чрезвычайно осторожно пользуемся
терминологией «архетипов богинь». Дело в том, что за каждой языческой богиней стоит
определенный драматический сценарий. Сценарий этот описывает динамику
функционирования некой природной силы, воплощением которой является богиня. А по-
тому он не только закономерен, но и необходим. Иначе порядок вещей в мире нарушится,
и людям вряд ли это понравится.
Нарушение порядка всегда сопровождается для людей бедствиями и катаклизмами.
Поэтому божество, как персонификация природной силы, «запрограммировано» своим
сценарием. Этим объясняется тот факт, что драмы богинь разных пантеонов схожи.
«Трудно быть Богом»...
Женщина в этом отношении более свободна. Ей никто не вменяет в обязанность
реализовывать миссию определенной природной силы. Она не должна работать ни за одну
богиню, ни за весь пантеон. Да, она пропускает сквозь себя многие природные силы,
вибрации, колебания. Но ей совершенно не нужно программировать себя драматическим
сценарием той или иной богини, а тем более всего пантеона.
Однако это может произойти, если слишком увлечься «архетипами богинь». Часто
повторять выражения наподобие «я, как Деметра», «я, подобно Персефоне...» — слишком
большая ответственность. Это может лишить женщину спонтанности, легкости. Ведь на
самом деле миссия богинь очень тяжела — по человеческим меркам. Но им, богиням, она
по силам. Удел же земной женщины очень простой — счастье.
Именно поэтому сказкотерапевты не увлекаются «архетипами богинь». Для
сказкотерапевта приятнее воспринимать Архетип Женственности целостно, образно и
иррационально. Конечно, в этом случае его сложно описывать. Но, с другой стороны,
можно ли словами передать то, что постигается преимущественно чувственно, симво-
лически?
Архетип Женственности — многогранный, динамичный, невероятно изменчивый и
удивительно прекрасный. Он пронизан токами Любви. Его можно описать и как Сосуд,
наполненный Любовью. И как Реку, имеющую бурное и спокойное течение. И как
Прекрасный Сад с миллионами видов цветов... Это далеко не все метафоры Архетипа
Женственности.
Дробить Женственность на отдельные архетипы жаль. Правда, от наших
интеллектуальных опытов она не теряет своей сущности, гораздо более древней, чем
человеческое сознание.
Архетип Женственности обладает замечательным свойством изменчивости. Благодаря
этому женщина имеет возможность быть гибкой, постоянно меняться, сохраняя при этом
свою целостность.
Архетип Женственности несет энергию Любви. Поэтому именно Любовь становится для
женщины путеводной идеей, чем бы она ни занималась: карьерой, воспитанием детей,
устройством личной жизни и прочим.
Архетип Женственности являет себя миру Яви через женские архетипические роли, среди
которых Мать, Возлюбленная, Жена, Дочь, Воспитательница, Отшельница,
Хранительница Тайны и другие. Каждая архетипическая женская роль дает женщине
определенные силы и способности. Но в каждой архетипической роли необходимо знать
меру. В противном случае начнут проявляться ее теневые аспекты. Надо отметить, что в
жизни многих женщин теневая природа архетипической роли проявляется сразу,
порождая драматический жизненный сюжет. Это символическое приглашение женщине
к работе над собой, посланное ей Архетипом Женственности. Поэтому не стоит
расстраиваться — над всем можно работать, зная содержание и особенности
архетипических ролей.
Для примера разберем две важнейшие для женщины архетипические роли — роль матери
и роль возлюбленной.
Архетипическая роль Матери дает женщине способности и силу собирать, накапливать,
удерживать, вынашивать, трансформировать. Особенно ярко это проявляется в
деторождении. Женщина вбирает в себя семя, накапливает собственную силу для
последующего вынашивания, она удерживает плод внутри себя, вынашивает его, и
происходит трансформация, рождение в мир Яви новой жизни.
Принцип Матери проявляется во многих действиях женщины. Например, она идет
учиться. Сначала она собирает информацию из различных источников, она фильтрует ее,
оставляя жизнеспособное; она удерживает информацию в своей голове и душе,
вынашивает ее; и в определенный срок рожает в виде некоего собственного суждения,
открытия, идеи, работы.
Архетипическая роль Матери предполагает постоянное созидание, превращение одного в
другое. Простые ингредиенты: мука, дрожжи, вода, яйца, — сначала превращаются в
тесто, потом во вкуснейший пирог. Обычные слова, вынашиваемые в голове и сердце
женщины, наполняются Любовью и превращаются в удивительные колыбельные для
ребенка. Простые нити и куски материи превращаются в элегантное платье... Словом,
материнский принцип будет проявляться во всем, что бы ни делала женщина.
Ну а если она потеряет меру в исполнении архетипической роли Матери? Тогда начнет
проявляться теневая природа роли. И первый ее признак — чрезмерная привязанность к
результату своего творчества, труда, а также к ребенку. Нежелание отпустить то, что ей
уже не принадлежит. Того, кто является самостоятельным человеком со своей судьбой.
Возникают обида, разочарование, тревога, боль, — и вытесняют Любовь. Они —
типичные признаки выражения теневой природы роли.
Есть общее правило: как только женщина перестает что-либо делать с радостью и
любовью, риск проявления теневой природы роли резко увеличивается. Стоит только
потерять бдительность, как теневая природа укрепляет свои позиции. А Любовь, Архетип
Женственности отходят на второй план, и вернуть их в свою жизнь можно только пережив
некий драматический сюжет. Здесь нет ничего страшного и фатального — нормальные
условия для развития души. Сохранять Любовь в своем сердце, проявлять ее в каждом
действии чрезвычайно сложно. Но именно в эти моменты женщина чувствует себя
истинно счастливой.
Архетипическая роль Возлюбленной — пожалуй, самая трепетная и желаемая женщиной.
В большинстве сказок, мифов и легенд героиня стремится стать именно возлюбленной.
Особое магическое очарование, способность привлекать и удерживать мужчину,
изобретая для этого самые хитроумные способы, шарм, красота, уверенность в
собственной женской силе, — так проявляется архетипическая роль Возлюбленной. В
этой роли женщина подобна яркому ароматному цветку, не подойти к которому просто
невозможно. Архетип Возлюбленной делает женщину настоящим сценаристом и
режиссером отношений с мужчиной, далее если она и не осознает этого. Она создает
ситуацию, в которой ее невозможно не поцеловать: еще бы — красавица в хрустальном
гробу! Она ненароком оставляет принцу хрустальную туфельку, как бы говоря ему:
«Придумай, как меня найти!» Она забирается в самый высокий терем, чтобы он
допрыгнул до нее на своем Сивке-Бурке. А сказки Шахерезады — настоящее женское
руководство по «укрощению строптивого»! Возлюбленная невероятно изобретательна.
Великие китайские стратеги — младенцы по сравнению с нею. В этой архетипической
роли заложены азарт и огромный потенциал творчества для игр с мужчиной. Но это не
игры-манипуляции, описанные Эриком Берном. Это женские игры, разжигающие
взаимный интерес, страсть, способствующие развитию партнеров.
Но можно заиграться и не заметить, как станет проявляться теневая природа
архетипической роли Возлюбленной. Признаки здесь разные. Может возникнуть желание
«коллекционировать мужчин», чтобы «было много» (есть такая форма женского
самоутверждения). Или формируется устойчивая потребность манипулировать муж-
чинами, чтобы они «плясали под мою дудку». В то же время приходит и страх потерять
мужчину или страх быть отвергнутой им. Еще один серьезный признак «сбоя»: женщина
начинает привлекать к себе далеко не самых достойных мужчин. «Я нравлюсь
алкоголикам и неудачникам, — сказала на консультации одна привлекательная молодая
женщина. — Они просто ко мне липнут. Я уже собрала коллекцию мужчин, которую мож-
но смело называть "кунсткамерой". Теперь хочу привлекать к себе достойных». Что ж, все
эти признаки — приглашение к работе и указание на то, что в жизни женщины
разворачивается некий драматический архетипический сюжет. Нам нужно
идентифицировать его, определить ловушки и уроки, найти ресурсы для изменения
ситуации. Обо всем этом мы поговорим чуть позлее.
Давайте представим себе Архетип Женственности как Сосуд с Любовью. Любая
субстанция, попавшая в сосуд, лишившись привычного движения, рискует «прокиснуть».
То же и с Любовью. Она должна постоянно циркулировать в этом Сосуде, меняя свое
качество, утончая его. Ради этого «утончения» и происходят в жизни женщины
разнообразные испытания, драматические ситуации. В их основе — женские
архетипические сюжеты.
Женские архетипические сюжеты
В основе женских архетипических сюжетов всегда лежит тема ценности Любви. По
каким-то причинам героиня сказки не имеет любви, или теряет ее, или ей нужно сберечь
Любовь в своем сердце несмотря на серьезные помехи этому. Вариаций множество.
Валено понимать, что в одной сказке может быть несколько архетипических сюжетов,
каждый со своей динамикой, со своим уроком. Совмещение архетипических сюжетов
создает неповторимое кружево сказки.
То же и в жизни женщины. В узоре ее судьбы молено найти несколько древних сюжетов.
Некоторые из них развиваются гармонично, женщина не попадает в расставленные
ловушки, а действует так же, как и ее далекая сказочная предшественница. Чаще всего это
происходит интуитивно, иногда — осознанно, благодаря психологическим или иным
знаниям, мудрым наставникам и партнерам.
Но есть в жизни женщины такие древние сюжеты, которые стали для нее «проблемными».
Она угодила в ловушку и запуталась. В этом случае, даже если женщина будет вести себя,
как лягушка в банке со сливками, взбивая лапками калорийную массу и превращая ее в
масло, она не выберется из ловушки. Активности мало — необходимо знание законов,
уроков, динамики и других условий архетипического сюжета.
Эти соображения стали основанием для выделения и описания наиболее