Тема 6,
лизм, как идея сродни религии, хотя и без Бога (или
почти без Бога), это вдохновение, воображение, мечта.
Да, советская культура не была культурой реализма
(хотя официально так именовалась). Это была культу-
ра футуризма, устремленности в будущее. Ее предста-
вители, как правило, видели и понимали многие про-
блемы и трудности жизни страны, но верили, что это
временно и непременно удастся достичь поставленных
целей. Именно искренность и преданность мечте за-
частую помогала создавать удивительные художествен-
ные произведения, содержание которых было и рево-
люционным, и идеологизированным, и пафосным, и
далеким от жизненных реалий. Самый яркий пример
такого художественного произведения, несомненно,
знаменитая повесть Николая Островского «Как зака-
лялась сталь».
Н. Островский — это ключевая фигура советских
лет нашей истории и в нем разгадка того, что произош-
ло с нами и с Россией. В 1928 г. первая рукопись по-
вести не дошла до издателей: ее потеряла почта. Ост-
ровский написал заново. Новую рукопись послал в
Ленинград. Она безответно исчезла в недрах тамош-
него издательства. Тогда один из последних экземпля-
ров отдал своему друту И. Феденеву и тот отправил
текст в московское издательство «Молодая гвардия»,
но там повесть забраковали по причине «нереальнос-
ти» выведенных в ней типов. Прикованный к постели
артритом, Островский лихорадочно ждал ответа. Ему
было двадцать семь лет. Жить оставалось — пять. Но...
настоящие рукописи действительно «не горят». Феде-
нев попросил вторичного рецензирования и рукопись
попала к писателю, заместителю редактора журнала
«Молодая гвардия» М. Колосову. Так началась судьба
знакового произведения советской литературы.
Критике никогда не приходилось продвигать к
читателям повесть «Как закалялась сталь». Критике
всегда приходилось объяснять ее успех. Логика успе-
ха повести — в самом тексте, в заключенной в нем силе,
которая входила в контакт с умонастроениями масс,
выражала их устремления. Сюжет повести Островского
о поколении, которое не жалело себя. Самой смерти
бросали они вызов и от нее не бежали. Умели умирать.
Смерть не была случайностью — была ценой подвига,