Буассонад П. От нашествия варваров до эпохи Возрождения. Жизнь и труд в средневековой Европе
Подождите немного. Документ загружается.
лей
-
так
бьmо,
например,
в
Верхней
Италии,
на Дунае,
Рейне,
Маасе,
Шельде
и
на
берегах
Средиземного
моря.
Так
выросли
Венеция,
Милан,
Пиза,
Амальфи,
Генуя,
Нарбон,
Монпелье,
Арль,
Амьен,
Сен-Кантен,
Валансьен,
Камбре,
Гент,
Брюгге,
Кельн,
Вормс,
Шпайер,
Страсбург,
Аугсбург
и
Регенсбург.
Эти
купцы
часто
организовывали
водные
пе
ревозки,
отчего
и
получили
в
Нидерландах
название
poorters,
и
занимались,
наряду
с
торговлей,
банковскими
операция
ми.
Богатейшие
из
них
образовали
торговую
аристократию
и
назывались
«именитые
граждане»
(meliores).
Иногда
этот
высший
слой
купечества
бьVI
многочисленным
-
например,
в
Кельне
было
600
именитых
граждан.
Некоторые
из
них
выдавали
дочерей
за
рыцарей.
В
Италии
они
настолько
при
близились
по
своему
положению
к
дворянскому
сословию,
что
иногда
их
принимали
в
ряды
дворянства.
В
Венеции
из
крупнейших
торговцев
было
образовано
сословие
патрици
ев,
и
в
их
числе
бьVI
сам
дож.
Повсюду
торговцы
старались
завоевать
себе
то
положение
в
обществе,
на
которое
им
по
зволяло
надеяться
их
богатство.
Как
во
время
всех
подобных
кризисов
в
истории
труда,
коммерческая
и
промышленная
деятельность
по
мере
того,
как
создавала
богатство,
порож
дала и
необходимость
в
свободе.
Более
того,
требования
экономики,
которые
побуждали
купца
или
ремесленника
расширять
его
дело,
вскоре
стали
несовместимы
с
его
крепостным
состоянием.
Феодальная
система,
не
позволявшая
торговцу и
производителю
ни
иметь
собственность,
ни
обладать
гражданскими
свободами
и
свободой
торговли,
так
туго
связывала
труд
своими
огра
ничениями,
что
он
не
мог
проявить
свою
жизненную
силу.
Своими
налоговыми
законами,
тиранией
и
анархией фео
дальный
строй
препятствовал
развитию
торговли
и
де
ятельности
мастерских.
Он
даже
не
обеспечивал
порядок
и
безопасность,
необходимые
для
прогресса
экономики.
Именно
по
этой
причине
купцы,
которых
в
период
между
1004
и
1080
п.
стали
называть
буржуа
(burgenses),
посколь
ку
обычно
они
жили
в
пригородах
и
новых
кварталах
укре
пленных
городов
(burgs),
стали
добровольно
объединяться
в
союзы,
чтобы
обеспечить
себе
защиту,
которой
не
могла
им
дать
феодальная
власть.
Эти
союзы
носили
разные
на
звания
-
гильдии,
ганзы,
братства,
благотворительные
общества,
общества
для
устроения
праздников,
но
всегда
219
имели
своего
главу,
секретарей
и
чиновников,
собрания,
взносы
и
казну.
Они
не
были
политическими
организа
циями.
В
них
объединялись,
давая
при
вступлении
торже
ственную
клятву,
крупные
и
мелкие
торговцы,
чтобы
поль
зоваться
выгодами
взаимопомощи
в
делах
религии
и
благотворительности
и
при
защите
общих
экономических
интересов.
У
такого
союза
бьш
общинный
дом,
иначе
на
зывавшийся
ратуша,
в
котором
собирались
его
члены.
Союз
вел
дела,
касавшиеся
рынков,
доков,
портов
и
кораблей,
организовывал
караваны
и
вооруженное
сопровождение
для
них,
гарантировал
возмещение
ущерба
в
случае
кражи,
повреждения
или
утраты,
иногда
даже
заключал
коммерче
ские
соглашения
с
феодальным
правительством.
Купцы
члены
гильдий
были
в
то
время
гораздо
смелее,
чем
ремес
ленники,
чьи
братства
тогда
имели
еще
только
религиозные
задачи,
и
намного
смелее,
чем
зарождавшиеся
профессио
нальные
союзы,
которые
робко
создавались
внебольшом
числе
профессий
с
разрешения
местного
феодала
и
под
контролем
его
чиновников.
Ремесленники
и рабочие
еще
не
имели
ни
богатства,
ни
сплоченности,
ни
широты
кру
гозора,
которые
были
у
купцов.
Именно
купцы
разработа
ли
замысел
общей
для
них
про
граммы
освобождения
и
с
успехом
осуществили
ее,
добившись
триумфа
благодаря
слаженности,
обдуманности
и
энергичности
своих
дей
ствий.
Именно
купеческие
гильдии начали
бой,
руководи
ли
им
и
одержали
победу.
Это
движение
началось
в
ХI
в.
в
тех
западных
странах,
где
возрождение
коммерции
дало
торговому
сословию
возмож
ность
применить
власть,
которая
у
него
бьша,
и
силу
духа,
чтобы
разбить
оковы.
Купцы-патриции
и
поддерживавшая
их масса
мелких
торговцев и
ремесленников,
опираясь
то
на
папу
и
духовенство,
то
на
мелкое
дворянство,
пользовались
разногласиями,
которые
существовали внутри
сословия
фе
одалов,
и
сталкивали
разные
группы
этого
сословия
одну
с
другой.
В
Венеции
купцы
в
976
г.
свергли
монархическую
власть
дожа,
в
Милане
(в
результате
четырех
восстаний
с
987
по
1067
г.)
-
власть
архиепископа,
в
Пьяченце
(1090),
в
Лоди
(1095),
в
Кремоне
(1095),
Виченце,
Болонье,
Павии,
Лукке,
Генуе
-
власть
феодальной
аристократии.
В
Про
вансе и
Лангедоке
рыцари
и
купцы
совместно
вели
насту
пление
на
власть
сеньоров.
В
Марселе
купеческое
братство
220
Святого
Духа
подняло
мятеж
в
квартале
моряков
и
про
воз
гласило
в
своем
городе
консульскую
власть
и
муниципаль
ную
автономию.
Во
Франции
в
городах
Ле-Мане
(1069),
Нуане
(1027),
Корби,
Амьене
(1030)
произошли
восстания
горожан,
добивавшихся
права
свободно
торговать.
В
Бове
(1074-1099)
войну
против
епископа
вели
красильщики.
В
Камбре
(1057-1076)
и
Кельне
богатые
купцы
вели
отчаян
ную
борьбу
против
архиепископа.
На
этом
начальном
этапе
большинство
таких
синдикалистских
революций
(так
мы
можем
их
назвать)
потерпели
поражение,
но
было
и
не
сколько
случаев
успеха.
Иногла
-
например,
в
Сен-Кантене,
Дуэ,
Аррасе
и
Сент-Омере
-
гильдии
удавалось
завоевать
свои
первые
свободы
мирным
путем.
С
XI
в.
в
Италии,
Юж
ной
Франции
и
Беарне
купеческое
сословие
некоторых
го
родов
добил
ось
права
участвовать
в
политической
жизни
через
выборы
местного
дожа,
консула
или
епископа
или
принимать
участие,
с
правом
совещательного
голоса, в ра
боте
городских
властей
и
управлении
финансовыми
делами
города.
В
большинстве
западных
стран
купцы
по-прежнему
не
имели
гражданских
и
политических
прав,
но
добились
освобождения
от
налогов,
экономических
привилегий
и,
прежде
всего,
особого
законодательства
(jus
mercatorum)
(на
латыни
это
значит
«купеческое
право».
-
Пер.)
для
решения
дел,
связанных
с
торговлей,
что
избавляло
купцов
от
капри
зов
местного
правосудия
и
особого
перемирия
-
«городско
го
мира»,
который
все
торжественно
клялись
соблюдать
и
который
обеспечивал
безопасность
самим
купцам
и их иму
ществу.
Но
этих
уступок
было
недостаточно.
Поэтому
в
ХН
и
XHI
вв.
купцы
и
рабочие
объединились
в
большие
союзы
федеративного
типа,
среди
которых
бьши
и
действовавшие
открыто,
и
тайные.
Эти
союзы
назывались
paix, communes,
communia,
conjurationes.
Напрасно
церковь
устами
своих
зна
токов
канонического
права
и
святых
Ива
Шартрского
и
Бер
нара
из
Клерво
пыталась
преградить
путь
этим
союзам
ра
бочих,
имевшим,
по
словам
историка
Гвиберта
(Губерта)
Ножанского,
«отвратительное
новое
название».
Напрасно
феодалы-бароны,
а
иногда
даже
монархи
пытались
остано
вить
эту
революцию
суровыми,
а
часто
даже
жесточайшими
репрессиями.
Движение
за
свободу.повсюду
одержало
более
или
менее
полную
победу
-
иногда
мирными,
иногда
на-
221
сильственными
средствами.
Торговые
и
промышленные
слои
общества,
используя
разногласия
между
своими
про
тивниками,
в
одном
городе
объединялись
с
мелкопоместны
ми
феодалами
против
крупных
феодалов,
в
другом
выступа
ли
вместе
с
церковью
или
королевскими
властями
против
феодальных
порядков,
в
третьем
шли
вместе
со
сторонни
ками
феодальных
порядков
против
церкви.
Пользуясь
ха
рактерной
для
феодальных
властей
жаждой
денег,
купцы
покупали
у
власти
хартии
свободы.
Иногда
наиболее
умные
люди
из
тех,
кто
стоял
у
власти,
даже
уступали
своим
под
данным
часть
своих
прав
в
надежде,
что
освобождение
уве
личит
производительность
их
труда.
Но
во
многих
городах
насилие
сыграло
роль
повивальной
бабки
при
рождении
свободы
и
нового
общества,
объеди
ненного
в
коммуны.
В
Ломбардии
и
Тоскане
буржуазия
и
народ
под
предводительством
отважных
миланских
купцов
завоевали
себе
независимость
лишь
в
результате
кровопро
литной борьбы
против
аристократов
и
императорской
вла
сти.
Трудовое
население
Лангедока
и
Прованса,
а
также
городов
Арля,
Марселя,
Нима,
Каркасона,
Авиньона,
Безье,
Монпелье
и
Тулузы
сумело
сбросить
феодальное
иго
только
в
результате
нескольких
восстаний.
По
инициативе
фран
цузских
и
итальянских
купцов
в
некоторых
местностях
Ис
пании,
в
частности
в
городах
Сантьяго-де-Компостеле,
Луго,
Саагуне;
в
итальянском
Орвието
народ
восстал
против
цер
ковных
властей.
В
ХН
в.
ветер
революции
пронесся
llOЧТИ
по
всем
городам
Запада.
В
1134
г.
город
Пуатье,
где
тогда
были
развиты
и
торговля,
и
промышленность,
попытался
объединиться
с
другими
городами
провинции
Пуату
в
феде
рацию
итальянского
образца.
Многие
города
пытались
за
щитить
свое
экономическое
будущее,
восставая
против
про
извола
своего
господина
-
феодала
или
монарха.
Так
случилось
в
Камбре
в
1127
г.,
Компьене
в
1128
г.,
Амьене
в
1113
и
1177
ГГ.,
в
Орлеане
и
Мант-ла-Жоли
в
1137
г.,
в
Везле
и
Сансе
в
1146
г.,
в
Реймсе
в
1144
г.,
а
на
севере
и
востоке
во
фламандских
и
рейнских
городах
-
Генте,
Турне,
Льеже,
Шпейере,
Вормсе,
Кельне,
Майнце,
Трире.
Даже Лондон
попытался
объявить
себя
коммуной
в
1141
г.
Иногда
эта ре
волюция
принимала
форму
беспощадной
и
трагической
классовой
войны.
В
Лане
буржуа
и
крестьяне
убили
своего
кровожадного
и
развратного
епископа.
В
Везле
и
Сансе
бо-
222
гатые
бургундские
купцы
избавились
от
алчных
угнетателей
аббатов
путем
убийства.
Упорство
и
энергия
этих
торговцев
и
ремесленников
в
борьбе
за
свободу
не
имели
себе
равных.
В
Лане
эти
люди
брались
за
оружие
три
раза,
в
Везле
пять,
а
в
Туре
двенадцать.
Победа
коммун,
завоевавших
себе
сво
боду,
показала,
насколько
сильными
могут
теперь
быть
со
юзы
горожан,
если
они
объединяются,
как
в
этих
случаях,
твердо
решив
доказать
свое
право
на
работу
инезависимую
жизнь.
Движение
за
свободу городов
бьшо
вызвано
такими
на
стоятельными
потребностями
общества
и
экономики,
что
одержало
победу
на
всем
Западе.
Но
это
вовсе
не
значит,
что
оно
принимал
о
везде
одну
и
ту
же
форму
и что
оно
сделало
всех
жителей
городов
в
одинаковой
степени
неза
висимыми.
В
тех
странах,
где
монархические
и
феодальные
правительства
сохранили
или
приобрели
достаточно
боль
шую
власть,
коммерческим
и
промышленным
сословиям
пришлось
довольствоваться
гражданскими
и
экономиче
скими
свободами
и
малым
количеством
административных
свобод.
Такие
права
предоставляли,
например,
Лоррисская,
Бретейльская
и
Бомонская
хартии,
по
которым
жили
380
го
родов
Франции,
Англии
и
Нидерландов.
Относительно
больше
свободы
бьшо
предоставлено
поселкам
с
большим
буржуазным
населением.
Они
получили
хартии
типа
руан
ской
Etablisseтents,
но
не
получили
политической
автоно
мии.
В Германии
при
Гогенштауфенах,
во
Франции
при
Капетингах,
в
Англии
при
Плантагенетах
и
в
Королевстве
обеих
Сицилий
под
властью
англо-нормандских
монархов
городское
население
смогло
отвоевать
себе
лишь
минимум
свободы.
В
Италии,
Южной
и
Северной
Франции
и
Ни
дерландах
лишь
немногие
города
-
те,
где
коммерческая
деятельность
достигла
наибольшего
развития,
-
добились
полной
независимости
и
образовали
настоящие
государ
ства,
равные
старым
феодальным
государствам,
-
буржу
азные
республики.
Но
все
же
основные
результаты
этой
борьбы
коммун
за
независимость,
которую,
быть
может,
можно
назвать
первой
синдикалистской
революцией,
все
же
принесли
большую
пользу
той
массе
горожан,
которая
зарабатывала
себе
на
жизнь
своим
трудом,
торговлей
или
промышленным
предпринимательством.
Впервые
в
исто
рии
тысячи
людей
-
возможно,
десятая
часть
всего
насе-
223
ления
Запада
-
завоевали
себе
равноправие и
гражданскую
свободу
-
преимущества,
которыми
в
античную
эпоху
и
в
Темные
века
пользовалось
лишь
ничтожное
меньшинство.
Впервые массы
городских
тружеников,
от
крупнейшего
коммерсанта
до
наемного
рабочего,
стали
членами
свобод
ного
объединения
-
союза
горожан,
имевшего
записанные
в
законе
права
и четко
определенные
привилегии.
В
этот
период
города
из
бледных
теней
стали
полно
кровными
живыми
организмами.
Молодые
и
сильные,
они
жадно
стремились
напитаться
новыми
силами,
причем
в
первую
очередь
такими,
которые
бы
работали
на
экономи
ку.
Городское
сообщество,
то
есть
община
жителей-буржуа,
горячо
желавших
добыть
себе
человеческий
капитал,
то
есть
рабочие
руки,
предоставляла
свои
права
и
привилегии
крепостным
и
вилланам,
ремесленникам
и
торговцам,
ко
торые укрывались
за
стенами
города.
Она
могла
иметь
на
это
законное
право,
которое
называлось
«право
приема»
(droit d'accueif).
Чтобы
получить
все
без
исключения
при
вилегии,
которыми
пользовались
жители
города,
человеку
было
достаточно
прожить
в
этом
городе
год
и
один
день,
вступить
в
брак
в
этом
городе
или
же
иметь
там
имущество,
способное
служить
гарантией
в
суде.
Гарантией
мог
быть
свободный,
то
есть
только
ему
принадлежащий,
а
не
арен
дованный
у
феодала,
участок
земли,
который
мог
стоить
дешево,
или
взимаемая
с
кого-то
арендная
плата.
Сообще
ство
не
отвергало
даже
тех
приезжих,
которые
не
имели
денег
и
привозили
с
собой
только свои
сильные
руки.
В
южных
странах
оно
принимало
в
свои
ряды
также
рыца
рей,
которые
не
презирали
буржуазию
так,
как
это
делали
высшие
слои
воинского
сословия.
По
сути
дела,
городское
сообщество
относилось
с
подозрением,
причем
обоснован
ным,
лишь
к
малому
числу
людей
-
к
представителям
тех
сословий,
чьи
интересы
были
противоположны
его
соб
ственным,
то
есть
феодалам
и
представителям
духовенства,
которых
оно
официально
лишало
прав
горожанина.
Это
был
союз,
созданный
для
самозащиты.
Поэтому
городское
сообщество
требовало
от
тех,
кто
в
него
входил,
абсолют
ной
верности,
которая
подтверждалась
торжественной
клятвой
-
в
обмен
на
драгоценные
права,
которые
оно
им
предоставляло
прежде
всего
в
области
практических
инте
ресов,
и на
независимость,
которую
оно
давало
их
труду.
224
П
о
м
е
щик
.
Начало
ХУI
в.
Генуэзские
банкиры.
Конец
XVI
в.
Изготовление
стекла.
ХУ
в
.
Майский
день
во
фламандском
городе.
Начало
ХУI
в.