Кармин А. Культурология

Подождите немного. Документ загружается.

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

701 -

- 701

Артановский С. Я. На перекрестке идей и цивилизаций. СПб., 1994. С. 27.

823

«Заморскими» новинками были в свое время компас, фарфор, порох, картофель, по-

мидоры, кофе, чай и многое другое, что ныне кажется искони существующим в западной

культуре. Даже русская матрешка некогда родилась из переделанных на русский лад

образцов, привезенных к нам с Востока. ♦

Восприятие культурных достижений других народов — это один из важнейших факторов

развития национальных культур. Можно сказать, что точки контакта различных культур являются

их «точками роста».

10.2. КУЛЬТУРНАЯ ДИффУЗИЯ

Первой попыткой теоретически осмыслить влияние взаимодействия культур на культурную

динамику явилась родившаяся во второй половине XIX в. концепция диффузионизма (Ф. Ратцель,

Л. Фробениус, Ф. Гребнер и др.). В отличие от сторонников эволюционизма, считавших

происходящие в каждой культуре изменения продуктами ее собственной исторической эволюции,

основатели диффузионизма выдвинули мысль, что культурные новшества, возникнув однажды в

каком-то одном обществе, распространяются затем в другие общества. Таким образом, культур-

ные достижения мигрируют в пространстве. Они переходят из одних культур в другие, и это, по

мнению диффузионистов, служит главным механизмом культурной динамики. Развитие каждой

культуры определяется ее взаимодействием с другими культурами и заимствованием элементов их

опыта.

♦ Фробениус создал теорию культурных кругов, внутри которых происходит диффузия

определенного комплекса предметов, обрядов, верований от центров, где они возникли, к

периферийным культурам, перенимавшим их. Круги могут перемещаться в пространстве и

пересекаться, в результате чего возникает сходство между отдаленными культурами. Так,

согласно Фробениусу, для культур «западноафриканского культурного круга» характерны

прямоугольные дома с двускатной крышей, лук с тетивой из растительных волокон,

музыкальные инструменты со струнами также из растительных волокон, особый род

сигнальных барабанов. Источником этих элементов культуры Фробениус считал Юго-

Восточную Азию,

поскольку там произрастают бамбук и другие растения с прочными волокнистыми тканями.

Отсюда он делал вывод, что «южноафриканский культурный круг» возник из смешения

существовавшего ранее в Южной Африке древнего «нигритского круга» с азиатским

«малайско-нигритским кругом».

Гребнер выделял на Земле 8 культурных кругов, сводя специфику каждого из них к набору

из 15-20 элементов. Например, составными частями культур «восточнопапуасского круга»

являются земледелие, культивирующее клубневые растения, рыболовство с

использованием ставных сетей, лодки из досок, спиральное плетение корзин, массовые

мужские пляски в масках, мифы о людоедах и пр.

Крайнее выражение диффузионизм получил в «панегиптизме» Г. Эллиота-Смита и У.

Сперри, которые считали, что в истории был только один мировой культурный центр —

Египет, откуда культура диффундировала во все края света, а также в «панвавилонизме»

Ф. Делича и Г. Винклера, утверждавших, что все культуры мира возникли на базе

вавилонской.

Идеи диффузионизма в XX в. привлекли внимание известного ученого-путешественника

Тура Хейердала, который совершил плавания через Атлантический и Тихий океаны на

сооруженных по древним образцам плотах, чтобы доказать возможность трансокеанских

культурных связей уже в далеком прошлом. ♦

Диффузионисты вполне оправданно обратили внимание на важную роль межкультурных

контактов в динамике развития локальных культур и всей человеческой культуры в целом. Однако

они абсолютизировали эту роль, видя в диффузии чуть ли не единственный механизм культурной

динамики. В противовес диффузионистским взглядам выдающийся английский этнограф и

культуролог Б. Малиновский отстаивал принцип функционализма, согласно которому всякий

элемент культуры вырабатывается и удерживается в ней только тогда, когда приносит какую-то

пользу. Функции, выполняемые разными элементами, взаимосвязаны и согласованы, так что

культура представляет собою единое целое. Поэтому механическое перенесение в данную

культуру элементов другой культуры невозможно. Представление Малиновского о всеобщей

функциональности, целесообразности

824

и взаимосогласованности всех элементов культуры является явным преувеличением: всякая

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

702 -

- 702

достаточно сложная культура содержит в себе разнообразные нефункциональные и противоре-

чащие друг другу явления. Но его критика диффузионизма справедлива.

Культурная диффузия, несомненно, происходит в истории и оказывает серьезное воздействие на

динамику культуры. Однако она не исключает действия внутренних механизмов культурной эво-

люции. Любая инновация возникает в ходе развития культуры и претерпевает изменения в своей

дальнейшей истории, а перенос этой инновации в другие культуры становится возможным не

просто в силу склонности к подражательному копированию, как утверждают диффузионисты, а

только при условии ее нужности для решения каких-то стоящих перед людьми задач. При этом,

как правило, заимствованные из культуры-донора элементы перерабатываются и

переосмысливаются в соответствии с имеющимися в данной культуре — культуре-рецепиенте —

знаниями, ценностями, регулятивами и с ее общим менталитетом. Что, в свою очередь, делает

такие элементы способными оказывать воздействие на различные феномены культуры-рецепиента

и на ее менталитет.

10.3. ПЕРЕКОДИРОВАНИЕ ИНОКУЛЬТУРНЫХ «ТЕКСТОВ»

Любая культура разделяет культурное пространство на внутреннюю («нашу»), и внешнюю («их»,

т. е. других народов) области. Граница между этими областями — это линия соприкосновения

культурных «текстов», выраженных в разных кодах (языках). Уже говорилось выше (§ 8.4), что

необходимость перевода с одного языка на другой, с одной стороны, затрудняет контакт и мешает

взаимопониманию, но, с другой, этот перевод требует активного «домысливания» не

поддающихся точному переводу выражений и порождает смыслообразование, т. е. возникновение

новых смыслов. Чем дальше друг от друга пространственные «ниши», занимаемые вступающими

во взаимодействие культурами, тем больше оснований ожидать, что культура-рецепиент в

процессе перевода текста из кода культуры-донора в свой код обогатится существенно новыми

смыслами, в том числе и такими, которых культура-донор в ее исходном тексте не видела.

Этим объясняется нередко наблюдаемая в истории ситуация, когда какая-то национальная

культура после того, как она впитала в себя опыт соседних культур, вступает в период бурного

развития и в некоторых областях вырывается вперед по сравнению с ними, так что они, в свою

очередь, начинают заимствовать из нее.

♦ Ярким примером тому является история возникновения итальянского Ренессанса. В

ошеломленной начавшимися с V в. нашествиями варваров (гуннов, готов, лангобардов,

норманнов и др.) Италии культурная жизнь, казалось, совершенно замерла. А в это время

за ее пределами возникли новые «горячие точки» культурного расцвета — в арабских и

славянских государствах, в Византии и Сирии, на землях Испании и Франции. К ним, в

частности, принадлежала южнофранцузская провансальская культура XI-XII вв. Италия в

этот период выступает как «получатель» текстов. В поэзии ими были, прежде всего, песни

провансальских трубадуров. Вместе с ними в Италии распространяется мода на

провансальский язык и рыцарское «куртуазное» поведение. Итальянские поэты пишут

сонеты и канцоны на провансальском языке, но в них появляются новые национальные

краски. В то же время через Сицилию и тот же Прованс в Италию проникают испано-

арабские культурные веяния, а с Востока идет воздействие греко-византийской культуры.

Италия этого периода, если судить по ее собственной культурной продукции, переживает

упадок. Но вместе с тем ее культура энергично впитывает приходящие извне новые тексты.

Оказавшись на перекрестке разных — древних и новых — культур, Италия формирует свое

новое культурное пространство, в котором сочетаются и сталкиваются в кричащих

противоречиях разнообразные направления мысли. И это, в конце концов, порождает

мощный взрыв: наступает эпоха Возрождения, в течение которой из культурного про-

странства Италии, как из вулкана, извергается грандиозный поток художественных,

825

философских, научных текстов, несущих идеи нового мировоззрения. Италия становится

культурным центром Европы, законодателем культурной моды. Эту эпоху можно назвать

«итальянским периодом» европейской культуры. Итальянский язык превращается в язык

королевских дворов и дворянских салонов, язык дипломатов, ученых, художников и

щеголей. На нем говорят в дамских альковах и в кабинетах кардиналов. Италия поставляет

всей Европе музыкантов и архитекторов, артистов и юристов, ювелиров и банкиров.

То, что сделал Ренессанс с итальянской культурой, в эпоху Просвещения повторилось с

французской. Впитав культурные токи всей Европы — идеи итальянского гуманизма и

испанского барокко, германской и швейцарской Реформации, английской эмпирической

философии Бэкона, Гоббса, Локка и ньютоновой механики, — Франция быстро вышла на

передовые рубежи в мире европейской культуры. Париж стал столицей европейской

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

703 -

- 703

мысли, французский язык вошел в обиход всех образованных европейцев, французская

литература, живопись, философия, наука стала задавать тон всей Европе.

Аналогичная история произошла и с русской культурой в послепетровское время:

хлынувший в страну по воле Петра поток иноземной культуры превратил Россию на

некоторое время в ученицу Запада, но через пару веков — уже в первой половине XIX сто-

летия — русская культура приобретает небывалый прежде международный авторитет и

заставляет Европу прислушаться к ее голосу. А к концу XIX в. блестящая плеяда русских

писателей, композиторов, ученых создает ценности, служащие образцами для их

зарубежных учеников и последователей. ♦

Заимствование новаций из чужих культур редко проходит без трудностей. Затруднения,

возникающие в процессе перевода вербальных текстов с одного национального языка на другой,

— это простейший вариант таких трудностей (примеры их см. в Части I, гл. 2, § 5.4). Работа

переводчика постоянно требует поиска соответствующих эквивалентов словам и выражениям

иностранного языка. В языке с бедным арсеналом выра-

Разумеется, здесь описан лишь семиотический аспект происходившего в Италии культурного

процесса — в отвлечении от социально-исторических причин Ренессанса; в действительности же

семиотические механизмы культурной динамики никогда не имеют самодовлеющего характера и

тесно связаны с экономическими и политическими сдвигами в жизни в общества.

зительных средств и малым запасом лексики может этих эквивалентов не найтись, и тогда

перевести на него содержание текста оказывается невозможным. Чтобы сделать это, в него прихо-

дится вводить неологизмы. Это могут быть специально придуманные новые слова и выражения

(так, Ломоносов, излагая на русском языке физику, придумал термин «удельный вес» и некоторые

другие отсутствовавшие тогда в русском языке научные термины) или просто добавленные в язык

— иногда в отчасти измененной форме — иностранные слова (так в русском языке появились

«этикет», «пальто», «интеграл», «компьютер» и т. д.). Таким образом, задачи перевода порождают

потребность в обновлении и обогащении языка.

Деловые, научные, технические тексты при наличии достаточных лексических средств обычно

удается перевести с большой точностью — это достигается за счет однозначного и логически

строгого определения терминов как в языке оригинала, так и в языке, на который он переводится.

Сложнее в искусстве. Художественный перевод требует учета нюансов, побочных смыслов и

ассоциаций, с которыми связаны слова и выражения исходного языка, а это очень нелегкая задача,

и решение ее редко дает полный эквивалент оригинала. В хорошем художественном переводе

текст оригинала не просто воспроизводится «дословно», а воссоздается заново средствами другого

языка. Поэтому такой перевод есть творчество, а переводчик становится, в сущности, не просто

ретранслятором исходного текста, а соавтором нового художественного произведения.

Но дело не сводится к одним только лингвистическим проблемам перевода вербальных текстов с

одного национального языка на другой. Главная трудность заключается в том, что «тексты» (в ши-

роком смысле этого слова) чужой культуры надо «вписать» в свою, т. е. эти «тексты» должны

быть восприняты и поняты в ином культурном контексте, нежели тот, в котором они были

созданы.

826

♦ Очевидно, что русский читатель воспринимает французский роман или американский

детектив сквозь призму своей культуры, тогда как авторы этих произведений писали их,

исходя из совсем других культурных предпосылок и установок, незнакомых русскому

читателю. Различие культур неминуемо сказывается на понимании текстов: многие детали

(обычаи, особенности поведения, условия быта и пр.), «автоматически», без всяких

раздумий порождающие у соотечественников автора определенные представления и

чувства, не вызовут никакого отклика в душе русского читателя, а то и попросту останутся у

него непонятыми. И комментарии, которыми часто сопровождают переводы иностранной

литературы, могут тут лишь частично восполнить подобные «белые пятна»: ведь одно

дело — понять умом и представить в воображении то, что объясняется в комментариях, а

совсем другое — жить в мире иной культуры, видеть и чувствовать то, что комментируется.

Точно также французы или американцы читают переводы Пушкина, Толстого и До-

стоевского другими глазами и видят в них не совсем то же самое, что русские.

«Для того, чтобы Байрон вошел в русскую культуру, должен возникнуть его культурный

двойник — „русский Байрон", который будет одновременно лицом двух культур: как

„русский" он органично вписывается во внутренние процессы русской литературы и говорит

на ее (в широком семиотическом смысле) языке. Более того, он не может быть изъят из

русской литературы без того, чтобы в ней не образовалась не заполненная ничем зияющая

пустота. Но одновременно он и Байрон — органическая часть английской литературы, и в

контексте русской он выполнит свою функцию, только если будет переживаться именно как

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

704 -

- 704

Байрон, то есть английский поэт. Только в этом контексте понятно восклицание

Лермонтова: „Нет, я не Байрон, я другой..."».

♦

Проблема перекодировки встает и при освоении невербальных «текстов» чужой культуры —

артефактов, предметов, технических изделий, технологических процессов и т. д. Правда, язык

техники достаточно интернационален и универсален. Его национальная специфика хотя и

существует, но не играет значительной роли и не ставит особых препятствий для заимствования,

освоения и использования иностранной техники. Но и здесь все же иногда воз-

Лотман Ю. М. Указ. соч. С. 262.

никают определенные трудности, связанные с приспособлением к иной культурной и

природной среде.

♦ Так, импортируемые пищевые продукты должны соответствовать нашим санитарно-

гигиеническим и другим стандартам; в заграничные технологии строительства приходится

вносить поправки, связанные с необходимостью использовать материалы с большими

теплоизоляционными свойствами или возводить более толстые стены.

Невнимание к национально-культурной специфике нередко является причиной провала

рекламы иностранных товаров, которая приносила большой успех на их родине.

Классическим примером тому является история, произошедшая с европейской фирмой,

изготавливающей обезболивающее лекарство. Рекламный плакат, посвященный этому

лекарству, содержал три рисунка: на первом была изображена женщина со страдающим,

перекошенным от боли лицом, на втором она глотала лекарство, а на третьем ее лицо

озарялось счастливой улыбкой. В Европе эта реклама была достаточно эффективной, и

поэтому было решено использовать тот же плакат для рекламной кампании в Саудовской

Аравии. Результат получился сногсшибательный — это был скандальный провал,

превративший фирму в посмешище. Ведь арабы читают справа налево и рисунки

рассматривают в том же порядке. Так что они сначала видели счастливую и веселую

женщину, у которой после приема лекарства лицо искажалось страданием и болью.

Неудачей, хотя и меньшего масштаба, была реклама «шампуня и кондиционера в одном

флаконе» на российском телевидении в 1990-х гг. В заграничном телеролике звучал

безыскусный перевод английского слогана «Wash and go!»: «Я просто мою голову и иду!»

Еще непривычная тогда к иностранной косметике публика с удивлением внимала этим

словам и ничего не понимала... ♦

Итак, органическое вхождение в какую-либо национальную культуру элементов другой культуры

— это не простое заимствование, а перекодировка или перевод, предполагающий их изменение и

приспособление к иному национально-культурному контексту. Только при этом условии они

становятся обогащающими культуру новациями и факторами ее внутренней динамики. Без такой

перекодировки они остаются чуждыми национальной культуре, и время неминуемо «вымоет» их

из нее.

827

10.4. ДИНАМИКА ВКЛЮЧЕНИЯ В КУЛЬТУРУ ИНОКУЛЬТУРНЫХ

НОВШЕСТВ

Согласно Лотману,

процесс восприятия текстов другой культуры проходит следующие основные

этапы.

Поступающие извне тексты воспринимаются в чужом языке и сохраняют облик чужих по

отношению к воспринимающей культуре. Владение их языком делается знаком принадлежности к

культурной элите. Ее представители, способные понимать эти тексты, приписывают им особую

ценность, красоту, изысканность. Они воспринимаются как новаторские, «передовые»,

«прогрессивные» и противопоставляются старым культурным традициям, приверженность

которым считается «отсталостью».

Множество импортируемых текстов растет, обращение к ним входит в моду, которая

распространяется из культурной элиты в другие слои общества, из столичных кругов в

провинцию. Семиотика этих текстов «встраивается» в культуру. Появляются их переводы.

Существовавшее на первом этапе стремление оторваться от традиций сменяется тягой к

восстановлению прерванного пути. Традиции «реабилитируются», а новое перестают

воспринимать как чужое и стараются истолковать как органическое продолжение старого.

Идеи, содержащиеся в импортируемых текстах, отделяются от той национальной культуры, из

которой эти тексты пришли. В общественное сознание входит представление, что «там» эти идеи

высказывались в «неистинной», неправильной, замутненной и искаженной форме и что именно

«здесь», в нашей культуре, они получают «истинное» истолкование и приобретают свой

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

705 -

- 705

подлинный смысл. Возникает неприязнь к «тамошней» культуре, которая хотя и подошла к этим

идеям, но не сумела их должным образом понять и выразить. Проповедуется мысль об их

Лотман Ю. М. Указ. соч. С. 272.

«нашем», исконном национальном характере.

Тексты, вошедшие ранее в культуру как чужие, полностью ассимилируются и растворяются в ней.

«Переварившая» их культура вырабатывает свои собственные новые культурные коды,

возникновение которых было первоначально стимулировано их вторжением.

На основе новых кодов культура начинает бурно продуцировать поток разнообразных текстов и

сама становится донором, снабжающим своими продуктами другие культуры. Из периферийной

культуры, идущей вслед за более развитыми, она превращается в авангардную, оказывающую

заметное влияние на культурную жизнь других стран.

Разумеется, реальный исторический процесс межкультурного взаимодействия не обязательно

протекает в точном соответствии с приведенной схемой. Она представляет собою лишь примерное

описание пути, по которому идет внедрение в национальную культуру инокультурных элементов.

В действительности этот путь зависит от конкретных условий, которые могут привести к

разнообразным отклонениям от него.

10.5. Формы реакции национальной культуры на внешние воздействия

Выше речь шла о том, как совершается вхождение в культуру инокультурных элементов. Однако

национальная культура далеко не всегда встречает их с распростертыми объятиями. Ее реакция на

внешние вторжения может быть различной. Анализ исторических данных позволяет выделить

несколько основных типов этой реакции.

Конфронтация

Конфронтация. Чужая культура считается враждебной. Все, что ей принадлежит и от нее

исходит, полностью отвергается. Она представляется безнравственной, «низшей», «варварской» .

Любые контакты с ней осуждаются. Такое отношение к другой культуре

828

нередко встречалось в прошлом. Чаще всего оно связано с войной против народа-носителя чужой

культуры. Другая частая причина его — религиозное противостояние.

♦ Эта реакция на другую культуру была характерна, например, для отношения античных

греков к варварам. В наше время позицию конфронтации по отношению к христианскому

миру занимает исламский фундаментализм. ♦

Отторжение

Отторжение. Оно возникает тогда, когда в силу исторических и географических условий

обитания народ не может избежать контактов (хозяйственных, торговых, политических) с другим

народом, но их фундаментальные культурные установки резко противоречат друг другу, и потому

идущие от одного народа к другому тексты вызывают неодобрение и неприятие. Это случается в

истории, например, при захватнических войнах, в результате которых народ-победитель

утверждает свою власть над завоеванными землями и подчиняет или порабощает живущие там

народы. Побежденный народ, особенно если он обладает более развитой культурой, не приемлет

навязываемых ему победителями нравов и форм жизни. А с другой стороны, победители смотрят

свысока на культуру побежденных.

♦ Для покоренного Римом еврейского народа была неприемлема языческая религия

римлян. Вынужденные подчиняться освященным ею порядкам, установленным римлянами

в Израиле, иудеи, однако, категорически отвергали римский образ жизни. Возникшее в

такой обстановке христианство давало выход из этого духовного тупика, который Иисус

Христос выразил формулой: «Богу Богово, а кесарю кесарево».

Войско Чингисхана формировалось из «жителей степи» — кочевых племен, ис-

пользовавших степь как пастбище для скота. Китайцы, с которыми он вступил в войну,

были более продвинутым в культурном отношении народом, занимавшимся расте-

ниеводческим сельским хозяйством. Для них возврат к кочевому образу жизни был

неприемлем. Но и воинам Чингисхана, выходцам из кочевых скотоводческих племен, была

чужда оседлая земледельческая культура китайцев. Когда Чингисхан захватил китайскую

провинцию Кан-су, военачальники сказали ему, что не знают, что делать с земельными

угодьями китайцев, чтобы использовать победу. Лучше всего, полагали они, поголовно

перебить местное население: тогда земли, предоставленные самим себе, со временем

снова вернутся к благородному состоянию пастбища. У Чингисхана хватило здравого

смысла не последовать этому совету. Но так он поступал не всегда. Позже в аналогичном

положении оказался Тамерлан. Ведомые им воины-кочевники оставляли после себя

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

706 -

- 706

пепелища, срубленные деревья, разрушенные оросительные каналы.

Отторжение культурных установок во многих случаях приводило к неудаче миссионеров,

стремившихся обратить в христианскую веру отсталые племена в Африке и Азии. Эти

«язычники» попросту не понимали, чего от них хотят. А внутренняя, хотя бы и неявно

выраженная, убежденность миссионеров в превосходстве не только христианской религии,

но и западной цивилизации над «нецивилизованностью» народов Востока и Юга, не могла

привлечь симпатии к их проповедям. Понятно, что неприятие преподносимой таким

образом христианской культуры было неизбежным. ♦

Противоположная реакция.

Эта форма реакции состоит в том, что завязывается борьба с чуждым культурным влиянием,

которая заставляет борющуюся против него сторону становиться по широкому и все более

расширяющемуся кругу вопросов на прямо противоположные позиции. При этом установки

чужой культуры не просто отторгаются и не принимаются, но активно осуждаются, критикуются и

опровергаются. Однако сам процесс такой борьбы, осуждения и критики изменяет содержание

борющейся культуры: ее эволюция оказывается подчиненной задачам этой борьбы. Попытки

внедрить какой-либо элемент другой культуры не просто отвергаются, но на них следует ответ в

виде формирования альтернативного ему «своего» элемента. Содержание культуры, таким

образом, попадает в зависимость от отвергаемых культурных влияний, но, так сказать, зави-

симость «с обратным знаком».

Артановский С. Н. Указ. соч. С. 29.

829

♦ Укрепление православия в России в известной мере шло (да и продолжается доныне)

под знаком непрерывной борьбы с влиянием католицизма. Ватикан время от времени

предпринимает попытки усилить свои позиции в России, а православные иерархи,

противодействуя этим попыткам, подвергают политику и идеологию католицизма гневной

критике. На католическую церковь обрушивалось и обрушивается пожалуй, больше

критики, чем на мусульманство и других религии. Создается впечатление, что разногласий

с нею у православия чуть ли не больше, чем с другими религиями. В этой ситуации

отстаивание догматов православия связывается с опровержением не согласующихся с

ними положений католической догматики, а борьба с политикой и идеологией католицизма

становится одним из принципов, определяющих политику и идеологию православной

церкви.

Другой пример — развитие социалистической культуры в СССР. Ожесточенное

«разоблачение» всяких проявлений «буржуазной идеологии» превратило социали-

стическую культуру в арену борьбы с врагами социализма. Противоположная реакция на

«растленную» и «загнивающую» культуру ненавистного Запада формировала в советской

культуре своего рода «комплекс противостояния», который заставлял бдительно

отслеживать малейшие признаки проникновения буржуазных идей и нравов в советское

общество и давать им немедленный отпор. Отвергались как «идейно чуждые» не только

социально-политические концепции, но и философские и научные теории (вспомним

генетику, кибернетику и т. д.), и «их» искусство, и «их» свобода нравов, и даже западные

моды и танцы. И притом — что важно — не просто отвергались: в противовес им

выдвигались «наши», советские концепции, «наши» моды и танцы, «наш» моральный

кодекс строителей социализма. Разразившейся «там» сексуальной революции было

противопоставлено заявление одной ученой дамы на телевизионном диспуте: «У нас секса

нет!». Над этим утверждением посмеялись, но оно было на самом деле не случайно: в

анекдотической форме оно выразило убеждение, что у «нас» все должно быть не так, как у

«них». Советская культура, таким образом, превращалась в вывернутую наизнанку

буржуазную культуру, в ее «зеркальную противоположность». ♦

Пассивное восприятие.

Элементы другой культуры принимаются в том виде, в каком они появляются, без внесения в них

каких-либо поправок. Они не порождают негативных реакций, но и не вызывают никаких сколь-

нибудь значительных перемен в существующих культурных традициях и установках. Это бывает

обычно в следующих случаях:

1. Дело касается мелких, малосущественных заимствований.

♦ Например, вхождение в язык новых иностранных слов часто (но не всегда) происходит

тихо и незаметно. Они постепенно приживаются, к ним привыкают. При этом в языке

никаких существенных изменений не происходит. Так в русский язык проникло множество

слов из языка татаро-монгольской Орды («ямщик», «кабак» и др.), а в наши дни вошли в

обиход многие англицизмы, связанные с рыночной экономикой, частным

предпринимательством и т. д. («тендер», «маркетинг», «менеджмент», «брокер» и пр.). ♦

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

707 -

- 707

2. Пришедшие извне элементы соответствуют потребностям и настроениям людей и легко

согласуются с привычными нормами жизни. Поэтому они охотно принимаются как естественно

появившиеся, удобные и приятные результаты развития культуры.

♦ Так воспринимаются заграничные пищевые продукты и кулинарные рецепты; популярные

музыкальные новинки иностранных звезд эстрады; приходящие из-за рубежа образцы

используемых в повседневной жизни изделий, материалов, бытовой техники более

высокого качества, чем отечественные (но не имеющие существенно нового характера и не

меняющие общую картину быта) — например, зубной пасты, моющих средств, косметики,

радиоаппаратуры. ♦

3. Сопротивление внедряемому насильно и в течение какого-то времени отторгаемому

инокультурному новшеству затухает, народ устает противиться ему и начинает без особой

радости, равнодушно относиться к его вхождению в жизнь. Это может происходить по разным

причинам. Сила сопротивления культуры зависит от ее развитости, от уровня ее целостности,

внутренней интегрированности и непротиворечивости, от интенсивности и длительности

оказываемого на нее воздействия и от

830

других конкретных исторических, экономических и политических условий. Когда сила

сопротивления иссякает, отторжение внешнего воздействия может смениться его пассивным

восприятием.

♦ Переход к христианству в Киевской Руси поначалу встречал сопротивление населения,

привязанного к старым языческим божествам, но это сопротивление довольно быстро

ослабло, и народ хоть без большого энтузиазма, но и без большого сопротивления стал

принимать крещение и другие христианские обряды в том виде, в каком они

преподносились священнослужителями. А через некоторое время пассивное восприятие

христианства перешло в уже иное отношение к нему, связанное с трансформацией всей

культуры. ♦

Адаптация

Адаптация. Культура активно реагирует на появление инородного элемента и адаптирует его к

себе. Это выражается в том, что люди сознательно или бессознательно подвергают его

преобразованию и переосмыслению, направленному на его приспособление к существующим

культурным традициям и установкам. В результате изменяется его трактовка, ему придается

новый смысл, отличающийся от того, какой он имел в породившей его культуре.

♦ В документальном кинофильме Э. Дэникена «Воспоминания о будущем» есть эпизод,

воспроизводящий случившееся на одном из тихоокеанских островов событие. Там

совершил вынужденную посадку самолет. Летчики исправили неполадку и улетели. Но

туземцы, не видевшие ранее самолетов, «вписали» это событие в свою культуру в

соответствии с принятыми в ней представлениями. Они истолковали прилет летчиков как

явление богов с неба.

Приглашенный в Москву Иваном III итальянский архитектор Аристотель Фиораванти внёс

целый ряд новшеств, которых не знало до него русское зодчество. Но технология и

архитектурное искусство итальянского Возрождения были им адаптированы к русским

условиям. В построенном Фиораванти в Кремле Успенском соборе впервые на Руси были

сооружены крестовые своды, применены железные связи, за счет новой итальянской

строительной технологии возведены более тонкие и широко поставленные столбы, что

сделало инте-

рьер собора более просторным. Но вместе с тем Успенский собор — это типично русский

храм, формы которого напоминают стиль владимиро-суздальской церковной архитектуры.

♦

Развитие

Развитие. Пришедший извне элемент порождает в принявшей его культуре «цепную реакцию»: на

его основе появляется новое направление творчества, в русле которого создаются культурные

продукты, продолжающие и развивающие содержащиеся в нем идеи, а затем, возможно, и

выходящие далеко за пределы этих идей.

♦ Храм Василия Блаженного на Красной площади в Москве — пример творческого

развития идущей из Византии концепции церковной архитектуры на основе учета русских

строительных традиций. К тому же архитектурный облик храма обогащен включением в

него восточных мотивов (храм был задуман как памятник завоевания Казанского царства).

Работы великого Эйлера, приехавшего в Санкт-Петербург и ставшего членом созданной

Петром Академии, явились невиданным прежде в России новшеством. Они стимулировали

интерес российских ученых к математике, который позже привел к возникновению русской

математической школы, давшей миру Н. Лобачевского, М. Остроградского, П. Чебышева и

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

708 -

- 708

других корифеев науки.

В первой половине XIX в. в кругах московской и петербургской интеллигенции начала

приобретать популярность немецкая классическая философия. По свидетельству Герцена,

«германская философия была привита Московскому университету М. Г. Павловым».

Первым гегельянцем среди московской молодежи стал Станкевич, увлекший за собою

большой круг друзей. Из этого круга «вышла целая фаланга ученых, литераторов и

профессоров, в числе которых были Белинский, Бакунин, Грановский».

Русские

мыслители по-своему восприняли Гегеля и стали давать его философии собственную

интерпретацию. «Русский дух переработал Гегелево учение», — пишет Герцен.

Переработка идей, содержавшихся в трудах немецких классиков философии, положила

начало «цепной реакции», в ходе, которой сформировалась русская философия с ее

особым, неповторимым обликом. Вл.Соловьев, ее крупнейший пред-

Герцен А. И. Былое и думы. Л., 1978. С. 328-329.

831

ставитель, а также Н. Бердяев, Н. Лосский и другие создали оригинальные философские

концепции, вошедшие в сокровищницу мировой философской мысли.

Аналогичным образом западноевропейская литература XX в. (Пруст, Кафка, Джойс)

переосмыслила и развила найденные Толстым и Достоевским приемы изображения

внутреннего психологического состояния героев; японская техническая мысль после

Второй мировой войны продолжила и продвинула вперед заимствованную с Запада

технологию электронного производства; современная западная поп-музыка переработала

пришедшие из культур Юга ритмико-мелодические мотивы и придала им новое звучание. ♦

Трансформация культуры

Трансформация культуры. Это глобальная, охватывающая различные стороны национальной

культуры реакция на сильное внешнее воздействие, вступающее в конфликт с ранее сложившейся

ментальностью. Культура как бы совершает крутой поворот, на котором она вынуждена что-то

утратить и что-то изменить в себе, чтобы обрести новую целостность в условиях вторжения в нее

чуждых ей существенных новшеств. Такой поворот способна выдержать, не потеряв своего

национального лица, лишь достаточно развитая культура, обладающая высоким семантическим

потенциалом.

♦ В русской истории глубокая трансформация культуры совершилась в результате

принятия христианства. Другая ее трансформация была связана с петровским поворотом к

Европе, в ходе которого в русскую культуру хлынул целый поток разнообразных

иностранных новшеств. Сейчас, в условиях приобщения нашей страны к миру рыночной

экономики, от которого она была оторвана в период социализма, наступает, возможно,

время еще одной трансформации русской культуры.

Трансформацию культуры пережила во второй половине XX в. Япония. Накануне

трансформации, по-видимому, стоят Индия, Китай и некоторые другие азиатские страны. ♦

Эрозия культуры

Эрозия культуры. Если сильному внешнему воздействию со стороны высокоразвитой культуры

подвергается культура, не имеющая достаточного «запаса прочности», то и сопротивление, и

трансформация могут оказать-

ся ей не под силу. Тогда происходит ее эрозия — она теряет лицо и разрушается. Это выражается в

утрате ее национальной специфики: выходит из употребления национальный язык, забывается

фольклор, перестают соблюдаться старые обычаи, чахнут традиционные национальные формы

хозяйства (ремесла, рыболовство, скотоводство и т. п.), «немодной» становится национальная

одежда, угасает искусство национальной кухни. На смену всему этому приходит новый быт,

новый образ жизни, новые формы трудовой деятельности. Нередко люди покидают родные края и

ассимилируются в культуре, под воздействием которой их родная культура оказалась. В конце

концов эрозия может привести к смерти данной культуры и превращению ее в архивную.

Подобная эрозия происходила в истории многократно. На всех материках разбросаны могилы

погубленных ею культур, когда-то живых, а ныне стертых с лица земли и ставших достоянием

археологов и музейных специалистов. Эрозия грозит, главным образом, культуре малых народов.

♦ Эрозии подверглась в XIX-XX вв. культура североамериканских индейцев и

южноамериканских племен, аборигенов Австралии и Новой Зеландии. В настоящее время

идет эрозия культур народов Крайнего Севера в нашей стране и ряда культур Юга

(Африки, Океании). ♦

Культурная интеграция.

Культурная интеграция. Она имеет место, когда возникает культурообмен, в котором различные

культуры впитывают достижения друг друга и в этом процессе сближаются и соединяются. Это

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

709 -

- 709

ведет к возникновению новой синтетической культуры, являющейся их совместным детищем. Она

образует некую национальную или наднациональную целостность. В истории подобные процессы

были связаны с образованием новых наций и многонациональных государств.

Культурная интеграция может завершиться полным слиянием исходных культур, при котором

каждая из них

832

теряет свою специфику и перестает существовать в качестве особой национальной культуры.

Однако это не обязательно: опыт истории показывает, что интегральная культура многонацио-

нального государства способна развиваться и при сохранении особенностей, присущих

национальным культурам живущих в нем народов.

♦ Возникновение основных современных европейских наций происходило вместе с

интеграцией культуры коренного населения европейских земель с римской культурой и

культурой пришедших с Востока и осевших на этих землях варваров. Соединенные Штаты

Америки, территория которых заселялась выходцами из разных стран, прошли через

период «притирания» их культур, и ныне американская культура представляет собою

интегральную целостность, в которой сочетаются вкрапления культурных элементов

различного происхождения. Культура современной Швейцарии — продукт интеграции куль-

тур проживающих в ней немцев, итальянцев, французов. В культуре Канады интегрируются

французская и английская культура.

Культурная интеграция происходила и в многонациональном Советском Союзе. Хотя

развернувшаяся после распада СССР — особенно в бывших его республиках — критика

национальной политики советской власти отчасти и справедлива, но основные идеи этой

политики («сближение и расцвет наций», «единая советская многонациональная

культура») по своей сути стимулировали интеграционный процесс. Распад СССР прервал

его. ♦

В условиях современной глобализации все большую силу набирает культурная интеграция

всемирного масштаба. Развитие разносторонних международных культурных контактов, создание

международных культурных, научных, спортивных и других организаций, выработка

общепринятых для всех стран норм международного права, политической жизни, морали — все

это признаки сближения национальных культур и их синтеза в единое наднациональное

интегральное целое. В сущности, это есть процесс образования культурного единства,

охватывающего все человечество.

10.6. ПРОТИВОРЕЧИЯ МЕЖКУЛЬТУРНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

Было бы недопустимым упрощением думать, что взаимодействие культур всегда есть

желательный и благотворный процесс их прогрессивного развития. На самом деле это глубоко

противоречивый процесс. Наряду с позитивными результатами он может вести и к негативным

последствиям. Признавая в общей форме ценность культурных контактов и их полезность для

развития национальных культур, многие люди, в том числе видные деятели культуры, политики и

ученые, нередко выступают против тех или иных конкретных форм внесения в свою культуру

инокультурных элементов. А некоторые занимают позицию изоляционизма, считая вредным

любые формы воздействия одних культур на другие.

♦ С резким порицанием взаимодействия культур выступал в XVIII в. Руссо: «Все, что

способствует общению между различными нациями, — писал он, — переносит другим не

их достоинства, но их пороки и изменяет повсюду нравы, присущие народам в силу

климата и формы правления».

Сторонников этого взгляда немало и поныне. ♦

Взаимодействие культур в истории человечества сплошь и рядом было связано с межэтническими

и межгосударственным конфликтами, с насилием одних народов над другими, с захватническими

войнами, с национальным угнетением. Немалую роль сыграл в распространении западной

культуры и воздействии ее на другие народы колониализм. В наше время многие общественные

деятели стран Востока и Юга протестуют против вестернизации («западничества» — внедрения

западных принципов и форм жизни) и модернизации своей традиционной культуры. Особые

опасения вызывает у многих заливающий национальные культуры поток безликого, стандартного

«масскульта»,

Цит. по: Артановский С. Н. Указ. соч. С. 13.

833

потребительства, меркантилизма, «бездуховности», вездесущей и всесильной рекламы

международных корпораций, который порожден современной западной цивилизацией. Даже в

самых развитых странах Европы —во Франции, Испании, Германии — недовольство вызывает

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

710 -

- 710

«американизация» национального искусства, связанная с засильем голливудской кинематографии,

американских «мыльных опер» на телевидении, американской детективной литературы.

Неудивительно, что в этих условиях параллельно процессам взаимопроникновения и интеграции

культур развертываются противоположно направленные процессы их конфронтации и

дифференциации. «Взрыв этничности» — бурное пробуждение этнонационального самосознания,

связанное со стремлением подчеркивать и отстаивать самобытность своей культуры, — ха-

рактерное явление нашей эпохи, представляющее собою закономерную реакцию на

ускоряющуюся работу механизмов глобализации и интеграции.

Движение к будущему всегда есть выход из области прошлого и настоящего. Внедрение нового

неминуемо отбрасывает и выводит из жизни что-то старое. Межкультурное взаимодействие ведет

к развитию национальных культур, но это развитие сопряжено с тем, что их будущее неизбежно

связано с утратами того, что характерно для их прошлого и настоящего, что устаревает и

становится ненужным. Действительно, ушли из нашей жизни, например, «исконно русские»

кочерга и коромысло, зипуны и лапти, гадания на воске и прочие «приметы старины глубокой».

Кто-то может об этом пожалеть, но вернуться вспять невозможно.

Механизмы культурной динамики вообще и механизмы взаимодействия культур в частности

производят одновременно и созидательную и разрушительную работу. Человечеству непросто и

нелегко дается развитие культуры. Оно постоянно сопряжено с жертвами.

Маркс выразил это словами о том, что исторический прогресс подобен «тому отвратительному

языческому идолу, который не желает пить нектар иначе, как из черепов убитых».

100

Проти-

воречия и конфликты были и доныне остаются постоянными спутниками процессов

межкультурного взаимодействия.

Колониализм, безусловно, принес с собой немало зла. Но в то же время он существенно

способствовал развитию экономики колониальных стран и их приобщению к лучшим

достижениям европейской культуры. Глобализация и интеграция нивелируют и унифицируют

национальные культуры, но вместе с тем делают их более гибкими, мобильными и отвечающими

потребностям людей в условиях современного мира, а также — что весьма важно — создают

условия для предотвращения мировых войн, способных при существовании атомного оружия

уничтожить человечество.

Межкультурное взаимодействие порождает в наши дни проблемы, для которых пока не найдено

хорошего решения.

♦ Как, например, решить проблему архаических этнических культур? Американцы

организовали для своих индейцев резервации, где они ведут жизнь подобно тому, как жили

их далекие предки. В свое время советская печать единодушно осуждала американцев за

это. Но как иначе сохранить не приспособленную к жизни в условиях современной

цивилизации культуру? У нас для малых народностей Севера с их архаической культурой и

примитивными прадедовскими формами рыболовства и оленеводства резерваций нет. И

мы видим, как постепенно эрозия разрушает их древнюю, существовавшую тысячелетиями

культуру. Еще немного — и потомки эвенков и ненцев станут обычными русскими

городскими жителями, а культура их предков окончательно исчезнет. Может быть, и нам

следует создать резервации? Однако ведь жизнь в резервации — это жизнь в музее под

открытым небом, жизнь в культурном архиве. Древняя культура

100

Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 9. С. 230.

834

в резервации сохраняется искусственно, архаическое хозяйство малопроизводительно и

экономически себя не оправдывает. Может быть, не стоит культивировать древний образ

жизни и обрекать людей на него? Не целесообразнее ли дать архаической культуре

спокойно умереть по мере перехода ее носителей к современному образу жизни? Или надо

искать какие-то разумные пути ее сохранения? Среди самих представителей малых

народностей единства мнений по этому вопросу нет. Но, с одной стороны, низкий уровень

жизни (и к тому же еще при высоком уровне потребления алкоголя) губит людей, а, с

другой стороны, просвещение и модернизация быта делают свое дело, и желающих жить

«по старинке» становится все меньше. Φ

Непрекращающиеся споры порождает вопрос о том, какие внешние заимствования приносят

пользу, а какие — вред развитию национальной культуры. Нет недостатка в любителях гневно

осуждать проникновение в нашу культуру различных феноменов западного образа жизни

(например, навязчивой рекламы). Но они проникают — и население потихоньку привыкает к ним.

Хорошо это или плохо? Общепринятые критерии оценки культурных заимствований не выра-

ботаны, и дискутировать здесь можно сколько угодно.

Серьезной проблемой является неспособность экономически слаборазвитых государств в

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9