Корконосенко С.Г. Основы журналистики

Подождите немного. Документ загружается.

201

организационных препятствий для развития деятельности СМИ, обеспечить выполнение

законов о недопустимости вмешательства в творческую практику журналистов,

предварительного согласования материалов, контроля за идеологическим содержанием

информации. Предусмотрены также меры экономической поддержки печати и

телерадиовещания, обязанность должных лиц реагировать на критику в прессе и т.п.

Итак, классово-политический подход к свободе печати основан на объективной

дифференциации общества, и его использование для анализа современной журналистики,

следовательно, оправдано. Но он существует наряду с другими концепциями, среди

которых отнюдь не занимает приоритетного положения.

В связи с данной темой коснемся запутанного вопроса о первом нормативном акте

по вопросам прессы

в России после Октябрьской революции — Декрете о печати (1917).

Его содержание зачастую приводят в качестве примера тоталитарного притеснения

оппозиционных изданий большевистскими властями. Обвинения строятся либо на

неточном знании текста документа, либо на тенденциозном его прочтении.

У вопроса о Декрете есть две стороны — юридическое содержание и практика

применения. С правовой точки зрения

он соответствует тем нормам, которые можно было

бы назвать естественными ограничениями, накладываемыми на деятельность прессы.

Согласно Декрету, закрытию подлежали не буржуазные издания как таковые, а те,

которые призывали к открытому сопротивлению или неповиновению правительству, сеяли

смуту путем клеветнического извращения фактов или призывали к явно преступным,

уголовно наказуемым деяниям. Для сравнения сошлемся

на французский закон о печати,

принятый в 1881 г. в результате многолетней, исполненной жертв борьбы за свободу

слова и прессы. На рубеже XIX—XX вв. в других странах его воспринимали как образец

для подражания, а в самой Франции он без принципиальных изменений действует по сей

день. К преступлениям печати по этому закону относятся,

во-первых, подстрекательство к

убийствам, грабежам и т.п., а также возбуждение войск к неповиновению властям, во-

вторых, преступления против общественных интересов, в-третьих, клевета и оскорбление

частных лиц, а также глав иностранных государств и дипломатических представительств.

Как видим, набор преступлений очень схож с теми, которые перечислены в Декрете.

Подобные основания

для санкций по отношению к СМИ включены и в современное

российское законодательство.

Однако предусмотренный в Декрете механизм его действия допускал произвол в

решении судьбы той или иной газеты, ибо оно принималось во внесудебном порядке,

органами исполнительной власти.

В тексте документа резонно отмечалось, что он необходим лишь как временная

форма регулирования

в области журналистики и будет заменен самым широким и

прогрессивным законодательством, когда новый порядок упрочится и наступят

нормальные условия общественной жизни. Тогда всякие административные воздействия

Законодательство и практика СМИ. 2000. № 12. С. 19.

202

на печать прекратятся, для нее будет установлена полная свобода в пределах

ответственности перед судом. Первый опыт гласного судебного разбирательства был

предпринят в практике революционных трибуналов печати, введенных в начале 1918 г.

особым декретом. Предполагалось, что в публичных слушаниях по вопросам об искажении

прессой фактов будут на равных участвовать обвинители и защитники

. Тем самым

наметилась тенденция к изменению механизма контроля за деятельностью прессы.

Однако на практике дело обернулось совсем иначе. Во-первых, Декрет о печати

попросту не успел стать нормативным документом общероссийского значения.

Развернувшиеся через короткое время иностранная интервенция и гражданская война

фактически лишили его силы. Кроме того, в отдельных районах страны (

в Москве, на

Дону и др.) были приняты собственные декреты о печати. Во-вторых, для подавления

оппозиционной прессы использовались гораздо более мощные механизмы, чем нормы,

записанные в Декрете: экспроприация типографий и запасов бумаги, введение

государственной монополии на платные объявления и др.

С печатью крупных буржуазных партий, по существу, было покончено скоро

, хотя

мелкобуржуазные по ориентации издания еще существовали довольно длительное время.

В период нэпа частные издательства стали возрождаться, в Москве их насчитывалось

более двухсот, в Петрограде — около ста. В-третьих (и это самое главное), «нормальные

условия» не складывались еще очень долго. С середины 1920-х годов в государстве стал

утверждаться партийно-административный

тип управления журналистской деятельностью,

не опиравшийся ни на Декрет, ни на другие специальные юридические акты.

Нормативно-правовой подход к свободе печати предполагает точное

определение взаимных обязательств, возможностей и ответственности прессы,

государства, юридических лиц, граждан в процессе массово-информационной

деятельности. Эти положения закрепляются в международных договорах, национальном

законодательстве, административных решениях, этических кодексах

и других

регулятивных документах. Первое по значимости место среди них занимают законы.

Такой подход принят в качестве главного в большинстве развитых стран, в том числе и в

России.

Для нашей страны использование нормативно-правового подхода к свободе печати

играет роль принципиального выбора в пользу демократии. Хотя нормативные акты,

касающиеся прессы,

появлялись в России регулярно и в течение долгого исторического

периода, они скорее накладывали на журналистов обязанности, чем гарантировали им

свободу. Такое законодательство получило название запретительного. Первым в этом

ряду стоит указ Петра I об издании газеты «Ведомости», который предписывал

государственным учреждениям снабжать редакцию сведениями. При всех следующих

императорах, включая просвещенную Екатерину II, развивалось

и множилось цензурное

законодательство. Под цензурой понимается государственный надзор над прессой. Она

может быть предварительной (в форме официального разрешения на публикацию

материалов) и карательной (в форме наказания за нарушение границ дозволенного). По

203

сравнению с другими государствами Европы в России эта практика не только сохранилась

на чрезвычайно долгий срок, но и была особенно строгой и многообразной. Так, наряду с

общей цензурой существовала ведомственная (духовная, военная и др.), вместе с

внутренней — внешняя (разрешение на ввоз литературы).

Естественно, что прогрессивно настроенные общественные деятели выступали как

за смягчение этого порядка, так и за его полную отмену. Например, в 1850-х годах

общественность широко обсуждала записку Ф. И. Тютчева «О цензуре в России»,

направленную им канцлеру А. М. Горчакову. Тютчев сам служил по цензурному

ведомству, но прежде он много лет прожил в европейских странах и убедился, что

«нельзя

налагать на умы безусловное и слишком продолжительное стеснение и гнет без

существенного вреда для всего общественного организма». К сожалению, его мысли и

предложения, направленные на то, чтобы изменить отношение властей к печати, не были

услышаны правительством. Министр внутренних дел в докладе императору Александру II

выразил свой взгляд на печать следующими словами: «

Пресса по существу своему есть

элемент оппозиционный...»

В дальнейшем предпринимались более или менее радикальные попытки создать

правовую базу свободы слова. Энергичным толчком для этого служили революционные

события. В 1905 г. они вынудили царя выступить с манифестом, где свобода слова

провозглашалась вместе с другими либеральными обещаниями. Партия кадетов примерно

тогда же разработала проект закона о печати, согласно которому цензура

отменялась и

печать объявлялась свободной. В 1913 г. уже правительство от своего имени вынесло на

широкое обсуждение долгожданный проект закона о печати, но он так и не был принят.

Новые законопроекты создавались после Февральской революции, когда Временное

правительство объявило, что печать свободна

. Однако нормативно-правовой подход к

прессе не восторжествовал на практике.

На протяжении почти всего советского периода отечественной истории сохранялась

служба цензуры, то есть материалы прессы, радио и телевидения проходили через

жесткий административный контроль. Это не значит, что не существовало каких-либо

законодательных положений, устанавливающих правовые рамки деятельности СМИ. Они

зафиксированы

в текстах конституций, которые на разных этапах действовали в нашей

стране, причем буква и социальный смысл формулировок менялись в зависимости от

юридического определения государственного строя. В конституции 1918 г. свобода печати

гарантировалась, прежде всего, пролетариату и беднейшему крестьянству, в 1936 г. —

трудящимся, а в 1977-м — гражданам, в соответствии с интересами народа и

в целях

укрепления и развития социалистического строя. Предусматривалась также передача в

распоряжение народа материальной базы СМИ. Тем не менее фактически свобода слова

Цит. по: Жирков Г. В. Ф. И. Тютчев о цензуре//Невский наблюдатель. 1997. № 1. С.44,45.

См. подробнее: Бережной А. Ф. К истории отечественной журналистики. СПб., 1998.

204

реализовывалась в ограниченных пределах.

Первый в нашей стране закон о СМИ носил название «О печати и других средствах

массовой информации». Он был принят в СССР в 1990 г. В основе его концепции лежали

свобода массовой информации, отмена цензуры и правовое регулирование журналистской

деятельности в различных ее видах. Так завершился долгий и

трудный путь к

нормативно-правовому разрешению вопроса о свободе печати. В начале 90-х годов

собственное законодательство о СМИ начали разрабатывать некоторые тогдашние

советские республики. В Российской федерации с 1992 г. действует, с дополнениями и

изменениями. Закон «О средствах массовой информации». Он опирается на действующую

Конституцию РФ, которая имеет приоритетное значение, хотя

и была принята позднее. В

Конституции закреплены принципиальные основы информационного права: свобода

мысли и слова, запрет на антигуманную пропаганду в различных ее проявлениях,

беспрепятственное движение информации, запрет на цензуру (ст. 29), идеологический

плюрализм (ст. 13), неприкосновенность частной жизни (ст. 23 и 24) и др.

Закон «О средствах массовой информации» представляет собой объемный и

комплексный документ

. Самое существенное положение, отражающее современную

трактовку взаимоотношений журналистики с социальным миром, изложено в ст. 1:

«В Российской Федерации поиск, получение, производство и распространение

массовой информации, учреждение средств массовой информации, владение,

пользование и распоряжение ими, изготовление, приобретение, хранение и эксплуатация

технических устройств и оборудования, сырья и материалов, предназначенных для

производства и распространения

продукции средств массовой информации, не подлежат

ограничениям, за исключением предусмотренных законодательством Российской

Федерации о средствах массовой информации».

Ограничение прав общества выражается, прежде всего, в том, что не допускается

цензура СМИ, т.е. требование от редакции предварительно согласовывать сообщения и

материалы, а равно — наложение запрета на распространение сообщений и материалов

(ст

. 3). Со стороны прессы не допускается использование СМИ в целях совершения

уголовно наказуемых деяний, для разглашения сведений, составляющих государственную

или иную специально охраняемую законом тайну, для призыва к захвату власти,

насильственному изменению конституционного строя и целостности государства,

разжигания национальной, классовой, социальной, религиозной нетерпимости или розни,

для пропаганды войны (ст. 4).

Общество и

пресса как бы заключили между собой договор. обязуясь взаимно

соблюдать интересы друг друга. Общество определяет санкции, которые вводит в

действие, если журналисты нарушают поставленные условия. Но никто не решает за

редакцию, какие материалы ей следует публиковать. Такое решение принимают редактор,

редколлегия, автор — и они несут за него полную ответственность. С отменой

предварительной цензуры резко возросли и профессиональный риск, и требования к

эрудиции журналистов в специальных вопросах, особенно в правовых.

205

Данное положение соответствует нормам, принятым в мировом сообществе.

Международный пакт о гражданских и политических правах, вступивший в силу в 1976 г.,

предусматривает, что пользование свободой слова «налагает особые обязанности и

особую ответственность. Оно может быть, следовательно, сопряжено с некоторыми

ограничениями, которые, однако, должны быть установлены законом и являться

необходимыми:

а) для

уважения права и репутации других лиц,

б) для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья

или нравственности населения».

Заметим, что в интересах государственной безопасности может временно

возрождаться и институт цензуры — в случае введения чрезвычайного или военного

положения. Такая практика встречается за рубежом. Например, во время войны в

Персидском заливе США ввели

военную цензуру на видеоинформацию с театра боевых

действий, подобным образом поступал Тель-Авив и т.д.

Содержание информационного права. Чтобы разобраться в тексте Закона «О

средствах массовой информации», надо выделить те отношения, которые складываются

между участниками информационного обмена и нашли отражение в документе. Структура

отношений такова: общество и государство — СМИ;

учредитель и издатель — редакция

СМИ; редакция — автор; редакция и автор — «действующие лица» публикации (граждане

и юридические лица);

редакция и автор — источник информации; СМИ — население (граждане) и др. В

каждой «паре» стороны нагружены взаимными обязанностями и наделены правами.

В связи с темой свободы печати рассматриваются, в первую очередь, отношения,

которые складываются у

журналистов с обществом в целом. Однако и другие «пары»

ничуть не менее важны для обеспечения свободного и ответственного функционирования

прессы.

Одним из важнейших является вопрос о взаимодействии редакции и учредителя

средства информации. Действующее законодательство предусматривает, что учредитель

имеет возможность влиять на содержание СМИ в пределах, допускаемых уставом

редакции и (или)

договором с ней. Этими документами может быть предусмотрено

утверждение программы редакции, назначение и освобождение от должности главного

редактора, участие учредителя в распределении прибыли, приостановка и прекращение

выпуска издания. В остальном редакция работает на основе профессиональной

самостоятельности. Какое-либо прямое вмешательство в ее производственную

деятельность недопустимо и карается по закону.

Правда, полная

независимость печати от учредителей не только лишена логики, но

и чревата конфликтами. Основывая издание, любая организация стремится с его помощью

защищать свои интересы. Учесть их, не нарушая суверенитет СМИ, удается в тех случаях,

когда учредители не вмешиваются в мелочи производственной жизни, а действуют через

людей: заинтересованно относятся к подбору руководителей

и ведущих сотрудников,

206

регулярно информируют и ориентируют журналистов, поддерживают с ними отношения

товарищеского взаимодействия.

Особые отношения с учредителями складываются у тех средств массовой

информации, которые учреждены государственными органами федерального или

регионального уровней. Эти СМИ обязаны публиковать официальные сообщения и иные

материалы своих учредителей, а также освещать деятельность других государственных

органов в специально установленном

порядке. Кроме того, государственные

региональные СМИ должны по просьбе депутатов Федерального Собрания от своего

региона предоставлять им возможность выступлений в телерадиоэфире. По настоянию

депутата передача осуществляется в прямом эфире.

В Закон включены положения, определяющие отношения редакции с аудиторией:

граждане имеют право на оперативное получение через средства массовой информации

достоверных сведений

о деятельности государственных органов и организаций,

общественных объединений, должностных лиц (ст. 38). Оформляя подписку на газету или

журнал, читатели рассчитывают, что будут регулярно получать издание в том виде и с той

периодичностью, которые были анонсированы редакцией. Подобные ожидания резонно

возникают и у зрителей телевидения — как платного, кабельного, так и государственного,

существующего

на средства налогоплательщиков. Однако нередко возникают конфликты

из-за того, что у СМИ в течение короткого времени меняются хозяева, политическая и

творческая платформа, тематическая ориентация.

Другая часть вопроса заключается в отступлении журналистов от принципа

правдивости. Законодательство освобождает редакцию от ответственности за

распространение ложных сведений только в тех случаях, когда они были

получены из

официальных источников, от информационных агентств и пресс-служб, являются

дословным воспроизведением выступлений на официальных собраниях или были

опубликованы без предварительного редактирования (например, в прямом эфире), а

также если воспроизводят выступления других СМИ.

Закон защищает права тех людей, кто становится объектом журналистского

интереса. Усиление внимания к вопросам такого рода —

заметная тенденция развития

правовой базы деятельности прессы. Ст. 152 Гражданского кодекса гласит, что гражданин

или организация вправе требовать по суду опровержения порочащих их честь и

достоинство сведений, если распространитель не докажет, что они соответствуют

действительности.

В документах специально оговариваются ситуации, когда честь граждан задевают

средства информации. Во-первых, граждане или юридические лица

имеют право на

публикацию своего ответа в том же органе печати или эфирной программе, где вышел в

свет материал, ущемляющий их права или охраняемые законом интересы. Во-вторых,

если доказано, что порочащие сведения не соответствуют действительности, это должно

быть признано в опровержении, которое публикуется в такой же форме, что и

прежнее,

ложное сообщение.

207

Не только журналистам, но и опытным юристам бывает сложно разобраться, что

именно следует считать порочащими сведениями. Согласно разъяснению Верховного Суда

России, таковыми признаются не соответствующие действительности сведения, которые

содержат утверждение о нарушении гражданином действующего законодательства или о

нарушении моральных принципов (совершение бесчестного поступка, неправильное

поведение и т.п.). Но нельзя

путать такую дезинформацию с критикой действительных

недостатков в работе и образе жизни человека. С другой стороны, умаление чести и

достоинства в крайней форме может служить основанием для возбуждения уголовного, а

не гражданского дела, если обнаруживаются признаки такого преступления, как клевета.

Запрет на распространение порочащих сведений является одним из случаев

защиты

частной жизни, неприкосновенность которой гарантируется Конституцией РФ и

рядом специальных правовых актов. Под частной жизнью понимаются все вопросы бытия

конкретного человека, которые он вправе решать самостоятельно, без вмешательства

кого бы то ни было, включая средства информации. Лишением свободы, например,

карается разглашение тайны усыновления, нанесение психической травмы человеку,

чреватое доведением до самоубийства

, разглашение содержания личной переписки и

телефонных переговоров. Бесшабашность и бестактность, которые, к сожалению,

свойственны многим журналистам, приводят именно к таким последствиям.

Конечно, по мере расширения и детализации законодательства о личных правах

работать журналистам становится все сложнее. Возрастает количество исков к редакциям,

в том числе и необоснованных. Но несмотря на издержки,

создание прочной правовой

базы под отношениями прессы с обществом и гражданами — это благотворный процесс.

Его основное содержание заключается в том, что снимается налет субъективизма,

пренебрежения интересами людей со всей журналистской деятельности. Заметим, кстати,

что под защитой правовых норм могут оказаться и сами редакции, если претензии к ним

лишены веских оснований.

Закон

«О средствах массовой информации» является центральным звеном сложной

системы правового регулирования в области СМИ. Его содержание конкретизируется и

развивается в других законодательных актах, которые затрагивают относительно частные

аспекты журналистского производства. К их числу относится Закон «Об авторском праве и

смежных правах» (1993), описывающий нормы взаимоотношений по поводу

использования текстов произведений, включая

их публикацию в прессе. На отношениях,

регулируемых авторским правом, надо остановиться подробнее, поскольку они

постоянно возникают в редакционном производстве, на различных его стадиях — и при

сборе информации, и при изложении материала на бумаге или в виде аудиозаписи, и при

обнародовании текстов и т.д.

Редакция и автор связаны сложнейшей сетью

взаимных обязательств. В Законе «О

средствах массовой информации» перечислены права журналиста. В частности, он может

отказаться от подготовки за своей подписью сообщения, противоречащего его

убеждениям, излагать личные суждения и оценки в материалах, предназначенных к

208

распространению за его подписью, использовать либо собственное имя, либо псевдоним и

т.д. Детально отношения внутри редакции регламентируются трудовыми договорами,

контрактами и иными соглашениями производственно-трудового характера.

Закон РФ «Об авторском праве и смежных правах» существенно дополняет и

расширяет эти положения. Его действие распространяется не только на произведения

журналистов, но

и на другие материалы, включенные в редакционный производственный

оборот. В общем плане в объект авторского права включаются произведения науки,

литературы и искусства, являющиеся результатом творческой деятельности, независимо

от назначения и достоинства произведения, а также от способа его выражения.

Упоминаемые здесь признаки заслуживают специального комментария, поскольку их

смысл не очевиден при

беглом знакомстве с определением.

Во-первых, хотя журналистские произведения не называются отдельно в детальном

перечне объектов авторского права (в законе фигурируют лишь кино-, теле- и

видеофильмы и другие кино- и телепроизведения, а также фотографические

произведения), они, несомненно, включены в него. Ученые-юристы считают, что термин

«литературное произведение» здесь используется «в

более широком значении, когда им

охватывается любое произведение, в котором выражение мыслей, чувств и образов

осуществляется посредством слова в оригинальной композиции и посредством

оригинального изложения. В этом своем значении литературное произведение охватывает

не только литературно-художественные, но и научные, учебные, публицистические и

иные работы»

Во-вторых, под словами «результат творческой деятельности» надо понимать

любые оригинальные произведения, не повторяющие созданные ранее. Этот признак

свойствен и журналистским материалам, от заметки до эфирной программы, и

читательским письмам, приходящим в редакцию, и личным архивным документам,

которые корреспондент использует при подготовке очерка или статьи. В данном выше

определении как

раз подчеркивается, что назначение и достоинства произведения не

играют роли, т.е. в одинаковой мере охраняются и блистательные плоды творческого

гения, и самая заурядная, по мнению редакции, работа студента-практиканта.

В-третьих, не принимается в расчет способ выражения произведения, то есть оно

может быть как обнародованным (опубликованным), так и не увидевшим

света. Закон

требует лишь, чтобы произведение существовало в объективной форме: в письменной,

устной (публичное произнесение и др.), в виде звуко- и видеозаписи, изображения и т.п.

Следовательно, к числу объектов охраны в равной мере относятся и напечатанная в

журнале статья, и рукопись, и любительская видеосъемка. Но авторское право не

распространяется

на идеи, методы, открытия, факты. Постановка вопроса кажется

нелогичной, если мы забываем, что речь идет о произведениях, но не об их содержании.

Ни у одного корреспондента нет монополии на происшествие — о нем без риска нарушить

Сергеев А. П. Авторское право России. СПб., 1994. С. 56.

209

закон будут рассказывать многие репортеры, что и происходит ежедневно. Однако текст,

в котором отражается открытие или факт, подпадает под действие данного

законодательства. То же касается идей. В судебной практике регулярно возникают такие,

к примеру, коллизии: истец заявляет, что замысел опубликованного произведения

(кинофильма, книги, очерка) был противозаконно заимствован у него.

Иск будет

удовлетворен только в том случае, если удастся доказать, что идея каким-то образом

была зафиксирована в объективной форме: автор публично поделился своим замыслом, у

него имеются наброски сценария и т.п.

В свою очередь, не все произведения относятся к объектам авторского права. Из их

числа исключаются официальные документы (законы

, судебные решения, тексты

административного характера и др.), государственные символы и знаки, произведения

народного творчества, а также сообщения о событиях и фактах, носящие

информационный характер. В практической работе это означает, что не требуется,

например, согласия разработчиков закона на его публикацию. Несколько тоньше

решается проблема с информационными сообщениями. Правовую норму не надо

толковать так, что целый выпуск теленовостей не является оригинальным авторским

произведением. Да, элементарное по форме известие («Вчера состоялась встреча

губернатора с руководителями промышленных предприятий области») не несет в себе

признаков литературно-творческой деятельности. Однако обычно хроника событий

предстает перед зрителем в виде текста, в котором факты препарированы, «заключены» в

специально подобранные

корреспондентом слова и выражения, снабжены комментарием,

— и благодаря этому возникает полноценное авторское произведение.

Во избежание путаницы надо сказать о том, что авторское право не тождественно

праву собственности на материальный объект:

оно распространяется на видеозапись или литературный текст, но не на

физический носитель информации — видеокассету или стопу дорогостоящей бумаги, на

которой

зафиксировано сочинение нашего корреспондента.

Об охране своих прав автор может известить, поместив на экземпляре сочинения

публикации. Копирайтом принято сопровождать статьи в толстых журналах,

телевизионные фильмы и передачи, а также номера печатных изданий. Газетные

материалы, как правило, не содержат этого

символа, так же, как и, по понятным

причинам, передачи в радиоэфире. Ясно, что его лишено и большинство личных

документов. Но отсутствие знака вовсе не свидетельствует о том, что права не защищены.

Они возникают по факту создания произведения и не требуют формальной регистрации.

Субъектами авторского права могут выступать как непосредственный создатель

произведения

, так и другие лица и организации. Имеется в виду соавторство (совместное

творчество двух или нескольких лиц), переход прав по наследству и передача части из

них по договору. Типичным для журналистики случаем является использование своих

правомочий составителем (сборника или иного составного произведения) и издателем

210

периодических изданий. В выходных данных, например, популярного журнала значится:

художниками, изготовителями рекламных обращений сохраняются права на их

собственные, отдельные материалы. Но исключительное право на использование номеров

как целостных произведений принадлежит издателю. Специальное внимание

законодатель уделил аудиовизуальным произведениям. Это имеет

под собой основания,

поскольку, например, в телевизионной передаче, изначально синтетической по своей

природе, теснейшим образом переплетаются результаты различных видов творческого

труда. Ее авторами признаются режиссер-постановщик, сценарист, композитор

(специально писавший музыку к данному произведению), а также создатель литературной

основы для сценария (к примеру, писатель при экранизации романа), оператор-

постановщик, художник-

постановщик и другие участники коллективного творческого

процесса. В действительности плоды их совместных усилий сливаются в единое целое,

выделить вклад каждого участника иногда бывает так же трудно, как отделить воды моря

от потоков впадающих в него рек.

Сами по себе права образуют несколько групп. К личным неимущественным правам

относятся: право авторства, право

на имя, на обнародование произведения, на защиту

репутации автора. Некоторые из них не переходят по наследству и не передаются другим

лицам. Так, независимо от того, как сложилась судьба произведения, даже после кончины

его создателя, он всегда будет признаваться автором и будет исполняться его воля —

публиковать сочинение под своим именем, под

псевдонимом или анонимно (без имени).

Значит, поэтические и литературно-критические сочинения Николая Васильевича

Корнейчука будут снова и снова переиздаваться за подписью Корнея Ивановича

Чуковского, в великолепном писательском дуэте Илья Ильф останется соавтором Евгения

Петрова, а не Евгения Петровича Катаева, брата другого, не менее знаменитого

литератора и фельетониста В. П. Катаева, который

в молодости выступал в газете «Гудок»

как Старик Саббакин, в книгах, статьях и телепередачах Константина Симонова никогда

не появится его настоящее имя Кирилл. Ссылка на автора обязательна при цитировании и

воспроизведении текстов и изображений, даже когда не требуется его согласие на

использование уже обнародованного произведения.

В журналистской практике, где постоянно

приходится обращаться к чужим

материалам, к этому положению следует относиться особенно скрупулезно и

ответственно. Никто, например, не запрещает собственному корреспонденту

общероссийской газеты перепечатывать фрагменты публикаций из местной прессы, но он

должен упомянуть, из какого источника берутся прямые или косвенные цитаты. Студентам

полезно помнить об этом и при выполнении учебных заданий: контрольных

и курсовых

работ, дипломных сочинений и т.п. Покушение на чужое творчество, между прочим,

затрагивает не только репутацию и самолюбие автора, но и его материальные интересы. В

профессиональном мире в этой связи используется понятие плагиата. Правда,

отечественное законодательство не знает этого термина — в нем говорится о присвоении