Лебедев А. Ководство. Параграфы о дизайне

Подождите немного. Документ загружается.

полужирное начертание («п/ж») и курсив.

Непозволительные: разбивка,

подчеркивание, выделение

цветом. Сразу скажем, что

непозволительны

эти три способа только в основном

наборе текста. В качестве

акциденции (т. е. специального

художественного оформления, для

заголовков, на плакатах и пр.) они

пригодны. Но в книге (по глубочайшему

убеждению автора) использовать разрядку

или подчеркивание категорически

нельзя — эти приемы появились

от безысходности во времена пишущих

машинок — надо же было хоть как-то

выделять слова.

Получается, что в наследство от предков

нам достались только два пригодных

способа выделять слова в тексте:

полужирным и курсивом.

Хозяйке

на заметку

Впервые курсив в печати

применил типограф Альд Мануций в конце

XV века. Курсив появился как подражание

начертанию документов папской

канцелярии. Поскольку дело происходило

в Италии, то распространившийся дальше

по Европе шрифт так и назвали —

итальянский. Он известен каждой

секретарше под названием «италик».

В наборе можно использовать полужирное

и курсивное начертания безо всяких

зазрений совести. Полужирный больше

подходит для заголовков, курсив — для

выделения слов без изменения оптической

равномерности полосы.

Полужирный тоже подходит для выделения

161

слов в тексте, но у него есть одна

особенность — жирное слово видно

на полосе еще до того, как читатель дошел

до выделенного места. Поскольку это

может лишить читателя заготовленного

автором сюрприза, лучше в таких случаях

использовать

курсив. Он достаточно выделяет слова,

но не бросается в глаза, пока вгляд

не подойдет к нужной строке:

При современном

развитии печатного

дела на Западе

напечатать советский

паспорт —

это такой пустяк, что

об этом смешно

говорить...

При современном

развитии печатного

дела на Западе

напечатать советский

паспорт —

это такой пустяк, что

об этом смешно

говорить...

Если говорить о том, что правильнее

использовать, то в наборном тексте лучше

применять курсивные, а в заголовках —

полужирные начертания.

Как и любым другим специальным

приемом, выделением текста стоит

пользоваться в меру. Набирать целую

страницу курсивом — неуважение

к диоптриям читателя.

Если возникает необходимость

в полужирном наборе выделить какое-либо

слово,то нужно использовать полужирный

курсив. Сам по себе он практически

не имеет права на существование:

162

При современном развитии печатного

дела на Западе напечатать советский

паспорт — это такой пустяк, что

об этом смешно говорить...

Если в курсивном наборе нужно выделить

какое-либо слово (для использования

полужирного курсива в курсивном наборе

должны быть исключительно веские

причины),то применяется обычное,

некурсивное

начертание. Особенно так любят делать

на Западе:

При современном развитии печатного

дела на Западе напечатать советский

паспорт— это такой пустяк, что

об этом смешно говорить...

Полужирное начертание имеет

иллюстративный и рекламный характер

и практически никогда не встречается

в художественном тексте. Курсив как раз

весьма пригоден для художественной

литературы и цитат:

163

Если вы не купите

наши пластиковыетрубы, вас

всю жизнь будут преследовать

кошмары, а ваше

существование потеряет всякий

смысл. Пластиковые трубы —

ваша единственная надежда

в этом сложном мире.

Солнце клонилось

к закату, и в комнате

появился нежный,

знакомый с детства

запах миндального

печенья. Тетка Ивана

всегда говорила,

что так пахнет цианид.

Что это, он пока

не знал.

Артемий Лебедев

§ 80. За спиной у президента

31 декабря 2001

Когда президент выступает по телеку,

у него кроме слов есть в арсенале еще

одно эффективное оружие —

то, что за ним находится.

Мало кто помнит, чтó именно находится

за президентом. Когда смотрят — видят,

но не осознают. Президент часто меняет

задник, но ведь это естественно, он же

не на месте сидит.

Автор давно следит

за президентом. Точнее, за тем, что у него

за спиной. И, надо заметить, в смысле

оформления задника американский

президент нашего превосходит. Ну то есть

не он, конечно, а команда стилистов

и консультантов, но это тоже о чем-то

говорит.

Давайте заглянем

в прошлое. Так выступал Леонид Ильич

Брежнев. На фоне — картаСССР:

164

Так выступал

Игорь Леонидович Кириллов, когда генсек

не мог подняться с кровати к видеокамере.

На фоне — Спасская башня Кремля

и кусок синего студийного фона, чтобы

у зрителя не создалось ощущения, что

диктор сидит на улице и мерзнет:

165

Так выступал

Михаил Сергеевич Горбачев. Мы видим

бесхитростную картину. Никакой четкой

идеологии в кадре, все слышно в голосе.

На фоне — фон:

Посмотрим теперь на американского

президента:

166

Мы застали его в момент разговора

о войне в Афганистане. На фоне —

фотокарточки детей (те, ради кого все

затевается, будущее Америки)

в золоченых рамках (дети — наше все).

Занавески почти закрыты, флаги

придвинуты к плечам —

просвет только один, да и тот занят

Джорджем У. Бушем (рамы напоминают,

что за президентом — окно в страну).

Руки президента говорят нечто среднее

между «я очень искренен» и «всех задушу».

А теперь самое главное. Так сказать,

сигнал. Поскольку «эффекта 25-го кадра»

не существует, приходится использовать

оставшиеся двадцать четыре.

Подробнее об «эффекте

25-го кадра» см. §

94, абзац №. 19

Обратим внимание на темно-синий флаг

с гербом США. Он стоит по левую руку

мистера Буша. Флаг по случаю разговора

о войне свернут и повернут так, чтобы

в кадр попадалатолько та рука (или нога?)

орла, в которой

находятся тринадцать стрел — знак

войны. Когда американский президент

167

говорит про систему национального

образования, в кадре всегда видна рука-

нога орла с оливковой веткой,

на которой тринадцать листьев — знак

мира.

Вернемся теперь к нашим

баранам, то есть к консультантам наших

президентов по оформлению задников.

Так выступал Борис Николаевич Ельцин

в 1995 году:

На фоне — зеленые

шелковые (или какие там) обои, штандарт

президента РоссийскойФедерации в виде

половой тряпки на швабре, одностороняя

елка (вторая часть обрезана, чтобы

не мешала),

бра, телефоны в ассортименте (ну когда

они себе поставят цифровую АТС с одним

аппаратом?). Спереди — обилие

малахитовых держалок для канцтоваров,

настольная лампа. Президент сидит в позе

провинившегося двоечника в учительской.

168

Руки скрещены на столешнице

высоковатого стола.

А так выступал Борис Николаевич Ельцин

в 1996 году:

На фоне — елка, часы, показывающие без

пяти двенадцать, кусок флага

РоссийскойФедерации. Галстук

президента образует единое

цветокомпозиционное целое со спинкой

кресла и часами. Спереди символ

государственной власти в виде золотой

кололки для орехов с орлом —

чернильница президента.

Так выступал Борис Николаевич Ельцин

в 1999 году, произнося знаменитые

слова«Я ухожу...»:

169

На фоне — елка в нише, огороженной

подобранными шторами, две пилястры

в непонятно-классическом

стиле. Флаг (а точнее, штандарт

президента РФ) почему-то стоит по левую

руку. Когда флаг один, его лучше ставить

справа. На флаге виден герб Москвы,

кусок правой ноги и левая голова орла —

трактуйте как хотите. На переднем плане

справа чернильница целиком («я ухожу,

смотрите, какая у меня была

чернильница»), слева —

карандашница («я ухожу, авторучек

не осталось»). Традиционноедля Ельцина

преобладание темно-зеленых оттенков.

Часы видны только на руке, который

на них час — непонятно.

А так выступал Владимир Владимирович

Путин сразу после Бориса Николаевича

Ельцина:

170