Лиддел Гарт Б. Вторая мировая война
Подождите немного. Документ загружается.
К этому времени командование ПВО имело в своем распоряжении 1204 тяжелых
орудия и 581 легкое орудие, то есть почти вдвое больше, чем в начале
войны. Положение было бы еще более благоприятным, если бы не приходилось
по различным причинам использовать зенитно-артиллерийское вооружение
в других целях, помимо противовоздушной обороны Англии. Английские
вооруженные силы за пять недель получили 124 тяжелых и 182 легких
орудия, однако половину тяжелых орудий и четвертую часть легких орудий
пришлось выделить для учебных целей и отправить за пределы Англии
в те районы, которые могли оказаться под угрозой после вступления
Италии в войну на стороне Германии. В конце июля ПВО Англии имела
всего чуть больше половины того числа тяжелых зенитных орудий и около
одной трети числа легких орудий, которое считалось необходимым в первые
дни войны, когда обстановка в стратегическом отношении была куда более
благоприятной, чем теперь. Численность прожекторов почти достигла
штатной цифры, хотя изменившаяся обстановка требовала теперь резкого
увеличения числа этих средств.
На первоначальной стадии битвы за Англию немцы постепенно наращивали
масштабы действий своей авиации против английского судоходства и портов
на побережье Ла-Манша (Английского канала). Кроме того, они всеми
силами старались отвлечь английскую истребительную авиацию. До 6 августа
руководители люфтваффе Кессельринг и Шперль не имели четких указаний
относительно ведения воздушного наступления против Англии. Именно
этим объясняется странный характер действий немецкой авиации в первый
период битвы за Англию<$FЕжедневно генерал Пайл присылал мне схемы
полетов в надежде, что я смогу найти к ним ключ. Однако я не смог
ясно установить характер или цели этих полетов. -- Прим.
авт.>.
Регулярные удары немецкой авиации по английским судам в Ла-Манше начались
3 июля, а на следующий день 87 пикирующих бомбардировщиков в сопровождении
истребителей Ме-109 атаковали военно-морскую базу в Портленде, но
без особых успехов. 10 июля небольшая группа бомбардировщиков в сопровождении
значительного числа истребителей атаковала конвой у Дувра. Немецкие
потребители не выдержали боя с "харрикейнами", высланными
для прикрытия этого конвоя. 25 июля в этом же районе немецкая авиация
осуществила мощное нападение на конвой. Адмиралтейство решило отправлять
конвои через пролив ночью, а после нескольких удачных налетов немецкой
авиации на эсминцы приказало перевести корабли, базировавшиеся в Дувре,
в Портсмут. Немецкая радиолокационная станция, находившаяся у Виссана,
7 августа засекла движение другого конвоя, и на следующий день суда
были атакованы несколькими волнами пикирующих бомбардировщиков (до
80 машин в волне). Немецкая авиация потопила суда общим водоизмещением
около 70 тыс. т и потеряла 31 самолет.
11 июля в различных боях английские ВВС потеряли 32 истребителя. И
все же за период с 3 июля по 11 августа потери английской авиации
составили всего 203 истребителя, а немцы потеряли 364 самолета. В
течение недели английская авиационная промышленность восполнила понесенные
потери.
Во исполнение приказа Гитлера от 1 августа "уничтожить авиацию
противника как можно скорее" и после совещания, проведенного Герингом
с высшими руководителями люфтваффе, большое авиационное наступление
было назначено на 13 августа. Дата начала этого наступления получила
кодовое наименование "День орла". Слишком оптимистические
сообщения о первоначальных успехах люфтваффе убедили Геринга в том,
что при хорошей погоде он сможет за четыре дня добиться господства
в воздухе. Однако к 13 августа погода ухудшилась.
Тем не менее в "День орла" немецкая авиация начала бомбардировки
аэродромов в юго-восточной Англии, где базировалась английская истребительная
авиация и находились радиолокационные станции. Аэродромы в Менстоне,
Хокинге и Лимпне были сильно разрушены, и некоторые радиолокационные
станции на несколько часов выведены из строя. Одна такая станция в
Вентноре, на острове Уайт, была совершенно выведена из строя, но немцы
не узнали об этом, так как работу продолжала другая станция.
Ввиду густой облачности над юго-восточными районами Англии Геринг
приказал отложить основной удар до второй половины дня, однако части
немецких ВВС не получили этого распоряжения и совершили несколько
разрозненных налетов. В результате планируемый крупный налет вылился
в отдельные мелкие удары. В течение этого дня немецкая авиация произвела
1485 самолето-вылетов, то есть вдвое больше, чем английская авиация.
Потеряв 45 истребителей и бомбардировщиков, немцы сбили лишь 13 английских
истребителей, хотя утверждали, будто уничтожили 70 английских самолетов.
В первый день авиационного наступления люфтваффе наносили удары по
аэродромам, где не было самолетов истребительного командования. А
ведь именно такие аэродромы планировалось сделать главным объектами
действий немецкой авиации. Кроме того, плохо было налажено взаимодействие
между бомбардировщиками и истребителями сопровождения.
На следующий день, 14 августа, из-за облачности немцы ослабили мощь
своих ударов почти втрое, однако, когда утром 15 августа небо прояснилось,
люфтваффе нанесли свой самый мощный во всей битве удар. Они совершили
1786 самолето-вылетов, в которых участвовало более 500 бомбардировщиков.
В первую очередь налетам подверглись аэродромы в Хокинге и Лимпне.
В Хокинге разрушения были невелики, а аэродром в Лимпне оказался выведенным
из строя на два дня.
После полудня более 100 бомбардировщиков 5-го воздушного флота двумя
группами совершили налет на аэродромы у Ньюкасла и в графстве Йоркшир.
Одна из этих групп в составе 65 бомбардировщиков, базировавшихся в
Ставангере (Норвегия), сопровождалась 45 истребителями Me-110, однако
они не сумели обеспечить прикрытия. Группа встретила упорное противодействие
самолетов 15-й авиационной группы и зенитной артиллерии и, потеряв
15 самолетов, не смогла выполнить поставленную задачу. Другая группа
в составе 50 бомбардировщиков, вылетевших с базы Альборг в Дании,
сумела без истребительного сопровождения прорваться к базам английской
бомбардировочной авиации в Дриффилде, преодолев противодействие трех
эскадрилий 12-й авиационной группы английских ВВС. В результате налета
английскому аэродрому был причинен значительный ущерб, а немцы потеряли
всего семь самолетов.
На юге английская оборона оказалась более слабой. К тому же противник
здесь действовал крупными силами и гораздо разнообразнее. Кроме того,
расстояние от континента до Англии было здесь меньше. Утром 15 августа
группа из 30 бомбардировщиков в сопровождении истребителей прорвалась
к Рочестеру и подвергла бомбардировке авиационный завод. Почти в это
же время другая группа из 24 истребителей-бомбардировщиков нанесла
мощный удар по аэродрому истребительной авиации в Мертлехэм-Хите.
Одновременные удары в нескольких местах сбивали работу радиолокационных
станций. Английские истребители, высылаемые наперехват, не успевали
отразить удар в одном месте, как немецкие самолеты появлялись в другом.
К счастью для англичан, 2-й и 3-й воздушные флоты не координировали
своих действий и поэтому не воспользовались перенапряжением английской
истребительной авиации.
В 18.00 около 200 самолетов из состава 3-го воздушного флота вылетели
для нанесения ударов по аэродромам в южных районах Англии. Получив
своевременное предупреждение от радиолокационных станций, 10-я и 11-я
авиационные группы, выполнявшие задачу прикрытия этих районов, подняли
в воздух 14 эскадрилий -- всего около 170 истребителей. Благодаря
их умелым действиям налет немецкой авиации успеха не имел. Чуть позже
самолеты 2-го воздушного флота вновь нанесли удар в юго-восточных
районах. В налете участвовало около 100 самолетов, но они встретили
должный отпор и также не добились успеха. Даже когда немецким самолетам
удавалось прорваться к намеченным объектам бомбардировки, англичане
успевали рассредоточить свои истребители на базах или замаскировать
их.
В этот день, возможно самый решающий во всей битве, потери немецкой
авиации над Англией составили 75 самолетов, а англичане потеряли только
34 истребителя. Примечательно, что люфтваффе использовали меньше половины
своих бомбардировщиков. Это свидетельствует о том, что немецкое командование
пришло к выводу о невозможности их использования без истребительного
сопровождения, а сил истребительной авиации у немцев не хватало. Более
того, ход боевых действий показал непригодность в дневных операциях
немецких пикирующих бомбардировщиков, доныне грозных "штука"<$FБомбардировщик
Ю-87. -- Прим. ред.>, а также истребителей Ме-110,
на которые возлагались такие большие надежды.
Именно этот день вдохновил Черчилля на его заявление: "Никогда
еще в истории войн так много людей не были обязаны столь немногим".
На следующий день, 16 августа, командование люфтваффе, ошибочно полагая,
что английская авиация потеряла 15 августа более 100 самолетов и располагает
всего лишь 300 самолетами, предприняло новый мощный удар. И хотя в
отдельных районах ущерб был причинен значительный, в целом налеты
этого дня не дали почти никакого результата. 17 августа немецкая авиация
налетов не совершала, хотя стояла довольно хорошая погода. Предпринятые
немцами 18 августа налеты крупными силами привели к потере 71 самолета,
в том числе около половины бомбардировщиков. Потери английской истребительной
авиации составили 27 самолетов. С этого дня интенсивность налетов
уменьшалась. В результате бомбометания с малых высот в районах Кенли
и Биггин-Хилла был причинен значительный ущерб. Английская противовоздушная
оборона не в силах была что-либо сделать, поскольку самолеты шли вне
зоны радиолокационного обзора. Однако немцы не знали этого и сочли,
что их потери в этих налетах не оправданы. Наступившее ухудшение погоды
принесло затишье в боях.
19 августа Геринг собрал совещание высших чинов люфтваффе. После долгого
обсуждения было решено продолжать воздушное наступление и попытаться
вывести из строя английскую истребительную авиацию.
За две недели после 10 августа люфтваффе потеряли 167 бомбардировщиков
(включая 40 пикирующих), и командиры бомбардировочных соединений требовали
усилить истребительное сопровождение. Споры и трения между представителями
командований двух родов авиации усугублялись тем, что Геринг обычно
вставал на сторону командования бомбардировочной авиации и во всем
обвинял летчиков-истребителей.
Были разногласия и в английском командовании, особенно между командующим
4-й истребительной авиационной группой вице-маршалом авиации Парком
и командующим 12-й истребительной авиационной группой вице-маршалом
Ли-Мэллори. Парк настаивал на необходимости перехватывать немецкие
бомбардировщики на пути их следования к намеченным объектам. По мнению
Парка, это вынудило бы немцев все больше использовать истребители
Ме-109 для непосредственного сопровождения, а к выполнению такой задачи
эти самолеты были не приспособлены. Ли-Мэллори же считал, что такая
тактика осложнит действия истребителей противовоздушной обороны.
По мнению Ли-Мэллори, следовало сосредоточенно использовать силы
истребителей-перехватчиков,
а Парк полагал, что больший эффект даст тактика рассредоточенного
использования истребительной авиации, когда на основе сообщений службы
радиолокационного оповещения и предупреждения в воздух поднимается
нужное число истребителей.
Даудинг и Парк считали, что для поддержания духа гражданского населения
следует оставить передовые аэродромы на юго-востоке страны, в то время
как их было бы целесообразнее перевести за Лондон, где они находились
бы вне досягаемости для истребителей Ме-109 и сопровождаемых ими
бомбардировщиков.
За период с 8 по 18 августа истребительное командование потеряло 94
летчика убитыми и 60 -- ранеными. Нехватка в самолетах пока не
ощущалась, хотя за этот период потери в воздушных боях составили 175
самолетов. Кроме того, 63 самолетов были сильно повреждены и 30 самолетов
уничтожены на аэродромах.
24 августа погода улучшилась, и Геринг начал второе наступление с
целью завоевания господства в воздухе. На этот раз оно было спланировано
лучше. 2-й воздушный флот, которым командовал Кессельринг, обычно
держал в воздухе на французской стороне пролива несколько машин, и
Парку оставалось лишь строить догадки, поскольку радиолокационные
станции не могли отличить истребитель от бомбардировщика или оповестить
о том, когда самолеты ринутся через пролив. На этом новом этапе передовые
аэродромы 11-й истребительной авиационной группы пострадали больше,
чем раньше, а аэродром в Менстоне пришлось оставить.
Другой характерной чертой этого наступления были интенсивные налеты
на базы ВВС вокруг Лондона, наличие которых послужило причиной случайной
бомбардировки английской столицы. В ночь на 24 августа около 10 немецких
бомбардировщиков, сбившись с курса по пути к объектам у Рочестера
и Темзхейвена, сбросили бомбы на центральные районы Лондона. Эта ошибка
привела к немедленному ответному налету 80 английских бомбардировщиков
на Берлин. За этим последовало еще несколько налетов, а поскольку
угрозы в адрес англичан не подействовали, Гитлер отдал приказ о проведении
налетов на Лондон.
Перед началом нового авиационного наступления большая часть истребителей
Ме-109 из состава 3-го воздушного флота была переведена в состав 2-го
воздушного флота, чтобы увеличить численность истребителей сопровождения
в районе Па-де-Кале. Эти меры сразу дали положительный эффект. Английским
истребителям стало труднее прорывать заслон немецких истребителей
сопровождения, а немецкие бомбардировщики все чаще пробивались к назначенным
им объектам. Кроме того, немцы разработали новую тактику, в соответствии
с которой бомбардировщики делились на отдельные группы сразу после
прохождения зоны радиолокационного прикрытия.
24 августа базы английской авиации в Порт-Вилле и Хорнчерче уцелели
только благодаря активным действиям зенитной артиллерии. Части зенитной
артиллерии сумели также прикрыть доки Портсмута во время массированных
налетов бомбардировщиков из состава 3-го воздушного флота, хотя сам
город сильно пострадал от обрушившегося на него града бомб. В дальнейшем
части 3-го воздушного флота стали производить налеты только ночью
и с 28 августа ежедневно подвергали бомбардировкам Ливерпуль. Точность
бомбометания была невысокой из-за недостаточной обученности экипажей
и активности английских средств радиопротиводействия. Однако эти налеты
выявили и недостатки английской обороны при ночных атаках противника.
Последние два дня августа оказались особенно неудачными для истребительного
командования. Примечательно, что небольшие группы немецких бомбардировщиков
(15--20 самолетов) сопровождались втрое большим числом истребителей.
31 августа английская авиация понесла самые тяжелые во всей битве
потери -- 39 самолетов; у немцев потери составляли 41 самолет.
При немногочисленности сил английской авиации такие потери были
недопустимыми,
тем более что противника отпугнуть не удалось. Большинству аэродромов
на юго-западе Англии был причинен серьезный ущерб, а некоторые из
них совершенно вышли из строя.
Даудинг подумывал теперь о переводе передовых аэродромов из юго-восточной
Англии в район, недосягаемый для Ме-109. Подействовала на него и резкая
критика за то, что он держал 20 истребительных эскадрилий для прикрытия
северных районов, которые лишь однажды подверглись атаке. Кроме того,
летчики подразделений 12-й истребительной авиационной группы хотели
непосредственно участвовать в битве, а Парк обвинял их в том, что
они не так, как ему хотелось бы, взаимодействовали с подразделениями
11-й авиационной группы. Натянутые отношения между Парком и Ли-Мэллори,
а также между Даудингом и начальником штаба ВВС Ньюуоллом лишь затрудняли
нормальное решение этой проблемы.
В течение августа истребительное командование потеряло в боях 338
самолетов "харрикейн" и "спитфайер"; кроме того, серьезные
повреждения получили еще 104 самолета. Немцы потеряли 177 самолетов
Ме-109, еще 24 таких самолета получили повреждения. Соотношение потерь
в истребителях было 2 : 1, если учесть, что по различным другим причинам
из строя вышли 42 английских и 54 немецких самолета.
Таким образом, в начале сентября у Геринга были все основания полагать,
что он близок к своей цели -- сокрушению мощи английской истребительной
авиации и уничтожению ее баз на юго-востоке Англии, однако он не понял,
насколько важно развить успех, которого добился.
4 сентября немецкая авиация ослабила удары по аэродромам истребительного
командования и стала чаще подвергать бомбардировке английские авиационные
заводы в Рочестере и Брукленде. Удары по предприятиям авиационной
промышленности сами по себе имели важное значение, но они фактически
обеспечили истребительному командованию желанную передышку: ведь английские
летчики были до предела измотаны и в физическом, и в моральном отношении.
Взвесив, где немцы могут сосредоточить свои усилия, Даудинг приказал
обеспечить максимальное истребительное прикрытие авиационных, заводов
на юге. В результате налет немецкой авиации на Брукленд двумя днями
позже был отражен, так же как и налеты на пять авиационных баз вокруг
Лондона.
За две недели, с 24 августа по 6 сентября, английская авиация потеряла
295 истребителей; 171 истребитель получил серьезные повреждения. За
этот же срок в Англии было выпущено и отремонтировано 269 самолетов.
Потери немецкой авиации в истребителях Ме-109 были вдвое меньше потерь
англичан, но зато немцы потеряли больше сотни бомбардировщиков.
Потери, понесенные немецкой авиацией, и возросшие требования по обеспечению
сопровождения бомбардировщиков теперь серьезно сказались на общих
возможностях люфтваффе. Сначала немецкая авиация совершала около 1500
самолето-вылетов в день, в последние два дня число самолето-вылетов
составляло 1300--1400, а в течение первой недели сентября не достигало
и 1000. За первые два месяца битвы, которая стала борьбой на истощение,
немецкая авиация потеряла больше 800 самолетов. 2-й воздушный флот
под командованием Кессельринга, явившийся основным звеном в наступлении,
теперь имел лишь около 450 пригодных бомбардировщиков и 530 истребителей
Ме-109. Таким образом, в конце третьего этапа битвы выявилось превосходство
англичан.
3 сентября в Гааге Геринг созвал очередное совещание, на котором было
принято роковое решение переключить усилия на бомбардировки Лондона
в дневное время. На этом с самого начала настаивал Кессельринг, а
теперь с ним согласился и Гитлер. Начать удары по Лондону планировалось
7 сентября.
300 бомбардировщиков 3-го воздушного флота предполагалось использовать
для ночных бомбардировок. Это устраивало Шперля, который всегда выступал
за бомбардировки кораблей и портов и все с большим скептицизмом относился
к перспективам разгрома английской истребительной авиации и вывода
из строя ее аэродромов.
Во второй половине дня 7 сентября воздушная армада в составе почти
1000 самолетов 2-го воздушного флота (около 300 бомбардировщиков,
сопровождаемых 648 истребителями) взяла курс на Лондон. Геринг и Кессельринг
наблюдали за ее действиями из района скал между Кале и Виссаном.
Самолеты шли группами на различных высотах (между 13500 и 19500 футами)
в тесном строю в две волны. Истребители сопровождения применили новую
тактику: одна группа истребителей шла впереди на высоте 24 тыс. футов,
а другая -- параллельно курсу бомбардировщиков на удалении всего
лишь 300 футов.
Казалось, этой новой тактике трудно противостоять. Правда, при первом
налете в ней не было необходимости, поскольку в штабе 11-й авиационной
группы ожидали налета немецкой авиации на глубинные авиационные базы
и поднятые в воздух истребители (четыре эскадрильи) патрулировали
в основном районы севернее Темзы, так что путь на Лондон был открыт.
Первая волна немецких самолетов направилась к лондонским докам, а
вторая, пройдя над центральными районами города, повернула к Ист Энду
и докам. Бомбометание не было таким точным, как планировалось, однако
в густонаселенных районах Ист Энда в результате бомбардировки имелись
большие жертвы среди населения. После первого дневного налета на Лондон
более 300 человек было убито и более 1300 тяжело ранено. Для истребительного
командования это был печальный день. И все же, несмотря на то что
большинство истребительных эскадрилий прибыло к району налета с опозданием
и не сразу нашло способ борьбы с новой тактикой немцев, им удалось
уничтожить 41 самолет противника. Англичане потеряли только 28 самолетов.
Особенно эффективно действовала 303-я (польская) эскадрилья, базировавшаяся
в Нортолте.
Пожары, пылавшие в Ист Энде, послужили ориентиром для немецких самолетов,
предпринявших новый налет с наступлением темноты. Он продолжался с
20.00 почти до 5.00 следующего дня. Геринг торжествующе сообщил по
телефону своей жене о том, что Лондон объят пламенем. Отсутствие
сопротивления
навело Геринга и его подчиненных на мысль, что английская истребительная
авиация, видимо, истощила свои силы. На следующий день Геринг приказал
расширить зону бомбардировок в Лондоне.
У французского побережья Ла-Манша скапливалось все больше и больше
десантно-высадочных средств, и утром 7 сентября английское правительство
выступило с предупреждением о возможной попытке противника вторгнуться
в Англию. Налет немцев на Лондон еще больше встревожил англичан. В
район возможного вторжения стали подтягиваться некоторые вспомогательные
подразделения службы наблюдения.
Поскольку нужных ночных истребителей не было, оборона Лондона, как
и оборона других городов, в этот решающий период зависела в основном
от зенитной артиллерии и прожекторов. Вечером 7 сентября для защиты
Лондона на место оказалось лишь 264 зенитных орудия, однако благодаря
быстрым действиям Пайла в течение следующих 48 часов количество их
было удвоено. Более того, вечером 10 сентября Пайл приказал вести
огонь, не жалея боеприпасов. Хотя число попаданий было ничтожным,
частота стрельбы оказывала известный эффект, а главное, поднимала
дух у населения. Кроме того, огонь зенитной артиллерии вынудил немцев
действовать на больших высотах, что уменьшило точность бомбометания.
Второй дневной налет на Лондон Кессельринг предпринял во второй половине
дня 9 сентября. На этот раз 11-я авиационная группа была готова к
отражению налета. Ей помогали истребители из состава 10-й и 12-й авиационных
групп. Английская авиация действовала настолько успешно, что строй
немецкой армады оказался нарушенным задолго до приближения к Лондону.
Удалось прорваться лишь половине участвовавших в налете бомбардировщиков,
но и они не сумели выполнить своих задач.
Итоги нового этапа немецкого воздушного наступления имели важное значение
для англичан. Немцы, переключив свои усилия на Лондон, ослабили удары
по базам истребительного командования, переживавшего тяжелый кризис.
Жертвы, понесенные столицей и ее жителями, оказались спасительными
для обороны страны в целом.
Кроме того, потери в результате налета 9 сентября вынудили Гитлера
отдать приказ об отсрочке вторжения до 24 сентября. Теперь сигнал
к вторжению намечалось дать 14 сентября в соответствии с ранее установленным
десятидневным сроком предупреждения.
Плохая погода дала некоторую передышку обороне Лондона, однако 11
и 14 сентября немецким бомбардировщикам удалось прорваться к городу.
Английские истребители действовали настолько неорганизованно, что
командование люфтваффе в который раз объявило о разгроме англичан.
Гитлер сократил срок предупреждения о вторжении до семи дней.
В воскресенье 16 сентября утром Кессельринг предпринял новый налет.
На этот раз английские истребители действовали более согласованно.
Немецкие самолеты на всем пути от побережья подвергались атакам одной-двух
эскадрилий попеременно (всего в этих атаках участвовало 22 эскадрильи).
В зону Лондона прорвалось только 148 бомбардировщиков, но и им помешали
провести бомбометание прицельно. По возвращении на базы немецкие самолеты
были атакованы 12-й авиационной группой (около 60 истребителей). И
хотя атака не имела большого эффекта, немецкие летчики были явно напуганы
внезапным появлением множества истребителей. В полдень под прикрытием
облачности значительное число немецких бомбардировщиков беспрепятственно
прорвались к Лондону. Бомбардировка причинила большой ущерб и привела
к большим жертвам в густонаселенных кварталах Ист Энда. В течение
дня английская противовоздушная оборона вывела из строя приблизительно
четвертую часть всех участвовавших в налетах бомбардировщиков. Во
многих немецких экипажах были раненые и убитые. Это отрицательно сказалось
на моральном духе личного состава люфтваффе.
Действительные потери немцев в течение этого дня, как было установлено
позже, составили 60 самолетов, то есть в три раза меньше той цифры
(185 самолетов), которую торжественно сообщило английское министерство
авиации. Английская авиация потеряла только 26 истребителей, причем
большинству летчиков удалось спастись. Итог был более благоприятным,
чем в прошедшие недели. И все же Геринг, обвиняя во всем летчиков
истребительной авиации, продолжал сверхоптимистически утверждать,
что с английской истребительной авиацией через четыре-пять дней будет
покончено. Однако никто в Германии не разделял его оптимизма.
Гитлер выразил согласие с мнением штаба ВМС, что английская авиация
отнюдь не побеждена, 17 сентября, сославшись на ухудшение погоды,
он отложил вторжение на "неопределенный срок"<$FЧерез две
недели после подписания директивы о проведении операции "Морской
лев" в ставке Гитлера началось интенсивное обсуждение планов агрессии
против СССР. Операция "Морской лев" постепенно стала служить
целям дезинформации как Англии, так и СССР. 31 июня 1940 года после
совещания в гитлеровской станке Гальдер записал в своем дневнике:
"Надежда Англии -- Россия и Америка; если рухнут надежды на
Россию, Америка также отпадет от Англии, так как разгром России будет
иметь следствием невероятное усиление Японии в Восточной Азии".
И далее: "Маскировка: Испания, Северная Африка, Англия" (Ф.<%20>
Гальдер.<%0> Военный дневник. Т. 2. М., Воениздат, 1970, стр. 80--81). --
Прим. ред.>. На следующий день Гитлер издал приказ -- прекратить
накапливание десантно-высадочных средств в проливе и начать их
рассредоточение.
К этому времени английская авиация потопила или нанесла повреждения
21 транспорту из 170 и 214 десантным баржам из 1918. 12 октября начало
операции "Морской лев" было окончательно перенесено на весну
1941 года, а в январе Гитлер приказал прекратить все приготовления,
за исключением осуществления некоторых долгосрочных мер. Его помыслы
теперь были определенно устремлены на Восток.
Геринг продолжал настаивать на дневных налетах, однако результаты
с каждым разом все больше разочаровывали, хотя и имели место отдельные
случайные успехи. 25 сентября сильной бомбардировке подвергся авиационной
завод близ Бристоля, а на следующий день был временно выведен из строя
завод близ Саутгемптона. Полным провалом закончился крупный налет
на Лондон 27 сентября, а в последнем крупном дневном налете 30 сентября
лишь немногим немецким самолетам удалось достичь английской столицы.
Немцы потеряли 47 самолетов, в то время как английская авиация только
20.
Разочаровывающие итоги битвы во второй половине сентября и тяжелые
потери в бомбардировочной авиации заставили Геринга прибегнуть к
использованию
истребителей-бомбардировщиков, действовавших на большой высоте. Примерно
в середине сентября всем соединениям немецкой истребительной авиации,
участвовавшим в боях, было приказано выделить около трети своих самолетов
для переоборудования в истребители-бомбардировщики. Таким образом
было создано в общей сложности около 250 истребителей-бомбардировщиков.
Однако на переподготовку летчиков отводилось очень мало времени. Бомбовая
нагрузка, которую могли нести эти самолеты, оказалась недостаточной
для того, чтобы причинить значительный ущерб объектам налетов. Кроме
того, летчики инстинктивно избавлялись от бомб как можно скорее, сразу
же после начала боя.
Использование истребителей-бомбардировщиков поначалу сократило потери
немецкой авиации. Однако к концу октября потери немецкой авиации вновь
возросли до прежнего уровня, а с наступлением плохой погоды увеличилось
напряжение экипажей истребителей-бомбардировщиков, действовавших с
поспешно оборудованных взлетно-посадочных полос. В октябре немцы потеряли
325 самолетов, что значительно превысило потери англичан.
Единственную серьезную опасность представляли теперь ночные налеты
обычных бомбардировщиков. С 9 сентября 3-й воздушный флот под командованием
Шперля (около 300 бомбардировщиков), используя прежние методы действий,
в точение 57 ночей наносил удары по Лондону. В среднем в налетах участвовало
по 160 бомбардировщиков за ночь.
В начале ноября Геринг отдал новый приказ, который в корне менял методы
ведения авиационного наступления. Теперь главная роль отводилась ночным
бомбардировкам городов, промышленных центров и портов. Для этих целей
немцы имели около 750 бомбардировщиков, но фактически использовали
не больше 250 самолетов в каждой серии налетов. Поскольку ночью самолеты
могли лететь с небольшой скоростью и на относительно малых высотах,
их бомбовая нагрузка увеличивалась по сравнению с самолетами, участвовавшими
в дневных налетах. За ночь сбрасывалось около 1000 т бомб, однако
точность бомбометания была низкой.
В ночь на 14 ноября налетом на Ковентри началась еще одна серия ударов.
Проведению этого налета способствовали отличные условия видимости.
Однако последовавшие за этим налеты на Саутгемптоп, Бирмингем, Бристоль,
Плимут и Ливерпуль уже не имели такого эффекта. 29 декабря был причинен
сильный ущерб Лондону, особенно центру города. Затем до марта из-за
неблагоприятной погоды интенсивность налетов уменьшилась. Разрушительнейший
налет на Лондон в ночь на 10 мая, в годовщину начала блицкрига на
Западе, завершил серию мощных ударов. 16 мая основные силы люфтваффе
были отправлены на Восток для подготовки вторжения в Россию. "Блицу"
в небе над Англией был положен конец.
Немецкое авиационное наступление, проводившееся с июля по конец октября
1940 года, причинило в действительности гораздо больший ущерб, чем
признавалось в английских сообщениях. Последствия могли бы быть еще
более серьезными, если бы немцы проявили больше настойчивости в налетах
на основные промышленные центры. Однако главная цель наступления --
подавить английскую истребительную авиацию и сломить дух английского
народа -- достигнута не была.
В ходе битвы за Англию с июля по конец октября немцы потеряли 1733
самолета, а не 2698, как сообщали англичане. Английская авиация потеряла
915 истребителей, а не 3058, как утверждали немцы.
ГЛАВА 9. КОНТРУДАР ИЗ ЕГИПТА
Когда после прорыва обороны французских войск на рубеже Сомма, Эна
стало очевидным поражение Франции, 10 июня 1940 года Муссолини вступил
в войну, надеясь извлечь хоть какую-нибудь выгоду из этой ситуации.
С точки зрения дуче, это решение казалось совершенно безопасным, зато
ставило под смертельную угрозу позиции Англии в Средиземноморье и
Африке. Это был самый черный день в английской истории. И хотя большей
части английских экспедиционных сил удалось улизнуть из Франции морем,
они были вынуждены оставить почти все оружие и снаряжение. Кроме того,
над Англией нависла угроза вторжения победоносной немецкой армии.
У англичан совершенно не было возможностей усилить войска, охраняющие
Египет и Судан от вторжения итальянских армий из Ливии и Итальянской
Восточной Африки.
Вступление Италии в войну создавало опасность средиземноморским
коммуникациям,
и подкрепления приходилось отправлять кружным путем: вокруг побережья
Африканского континента, через Красное море. Небольшой отряд численностью
7 тыс. человек был отправлен в мае 1940 года, а прибыл в Египет лишь
в конце августа.
Итальянские войска обладали огромным численным превосходством над
силами генерала Уэйвелла, который в июле 1939 года был назначен, по
предложению Хор-Белиша, главнокомандующим английскими войсками на
Среднем Востоке. Это была первая попытка упрочить позиции на этом
театре. Однако к середине 1940 года в распоряжении Уэйвелла находилось
всего около 50 тыс. человек, которым противостояли итальянские колониальные
войска, насчитывавшие свыше 500 тыс. человек.
На юге, в Эритрее и Абиссинии, итальянцы имели свыше 200 тыс. человек
и могли нанести удар в западном направлении на Судан, где оборонялись
объединенные силы англичан и суданцев, насчитывавшие 9 тыс. человек,
или на Кению, где гарнизон был не больше. В этот опасный период Судан
спасали суровая местность, огромные просторы и те трудности, которые
испытывали итальянцы, сдерживая волнения недавно покоренных эфиопов.
Не следует сбрасывать со счетов и слабость итальянской армии. Итальянцы
не предпринимали никаких наступательных действий, если не считать
двух небольших вклинений в районах Кассалы и Галлабата.
На севере Африки 36 тыс. английских, новозеландских и индийских войск,
оборонявших Египет, противостояли превосходящие силы итальянцев под
командованием маршала Грациани. Позиции англичан в этом районе разделяла
Западная Пустыня. Передовая позиция находилась в Мерса-Матрухе, в
120 милях восточнее границы и примерно в 200 милях западнее дельты
р. Нил.
Уэйвелл не оставался пассивным. Подразделения не полностью укомплектованной
бронетанковой дивизии он использовал в качестве сил прикрытия непосредственно
перед пустыней. Эти подразделения постоянно совершали налеты на итальянские
пограничные посты. Таким образом, с самого начала боевых действий
7-я бронетанковая дивизия генерала Крея добилась морального превосходства
над противником. Особенно высокую оценку дал Уэйвелл действиям 11-го
полка бронеавтомобилей под командованием подполковника Комба.
14 июня подвижная группа под командованием бригадного генерала Каунтера
неожиданным ударом захватила важный опорный пункт противника Ридотта
Капуццо. Однако в дальнейшем англичане не пытались удерживать его.
Следуя своей тактике, они стремились сохранить мобильность, быть "хозяевами
пустыни", вынуждая итальянское командование к сосредоточению сил,
которые затем становились выгодным объектом нападения.
В опубликованном итальянским командованием списке убитых и раненых
за период с начала боевых действий до середины сентября насчитывалось
3500 человек. Потери англичан составили лишь 150 человек, хотя английские
войска часто подвергались бомбовым и штурмовым налетам итальянской
авиации. Впрочем, итальянских самолетов было немного, но они почти
не встречали сопротивления.
Только 13 сентября, сосредоточив более шести дивизий, итальянцы начали
осторожное продвижение вглубь Западной Пустыни. Пройдя 50 миль, то
есть менее полпути до английских позиций в Мерса-Матрухе, они остановились
в Сиди-Баррани и создали там цепь укрепленных лагерей, которые, однако,
оказались слишком удаленными друг от друга, чтобы вовремя оказать
поддержку соседу. Проходили недели, а никаких попыток к тому, чтобы
вновь начать наступление, не предпринималось. В это время Уэйвелл
получил подкрепление, в том числе три танковых полка, спешно переброшенных
на быстроходных торговых судах из Англии. Это было сделано по смелой
инициативе Черчилля.
Уэйвелл решил, что, поскольку итальянцы не проявляют активности, нужно
нанести им неожиданный удар. Это могло повлечь за собой разгром итальянской
армии и положить конец владычеству Италии в Северной Африке. Однако
в действительности англичане почему-то не поставили перед собой таких
решительных целей. Удар войск Уэйвелла планировался скорее как рейд,
нежели как наступление с далеко идущими целями. Войска получили задачу
лишь сковать противника на то время, пока Уэйвелл частью сил постарается
потеснить другую группировку итальянских войск в Судане. Таким образом,
фактически не было принято никаких мер для развития успеха.
Во многом это объясняется темп радикальными изменениями, которые были
внесены в ходе подготовки к операции и были вызваны возникшими сомнениями
в ее осуществимости. Вместо обходного маневра планировалось нанести
фронтальный удар, но он был обречен на неудачу, поскольку предстояло
преодолеть обширные минные поля. Изменения в плане операции были приняты
по предложению бригадного генерала Дормана-Смита, который по поручению
Уэйвелла инспектировал готовившиеся к операции войска. Однако скрытые
возможности сразу же оценил командир отряда "Западная Пустыня"
генерал О'Коннор. Именно ему принадлежит заслуга в успехе операции.
Ни Уэйвелл, ни генерал-лейтенант Уилсон, находясь вдали от поля боя.
Ее могли оказывать сколько-нибудь существенного влияния на ход операции
в условиях быстро меняющейся обстановки. Они пытались это сделать,
но, как мы увидим дальше, их деятельность, к сожалению, сыграла только
отрицательную роль.
В распоряжении O'Коннора было 30 тыс. человек, а у противника --
80 тыс., но англичане имели 275 танков против 120 танков противника.
50 танков "матильда" 7-го танкового полка, которые оказались
неуязвимыми для противотанковых орудий противника, сыграли решающую
роль в этом и последующих боях.
В ночь на 7 декабря отряд O'Коннора выступил из Мерса-Матруха и начал
свой марш через пустыню. Ему предстояло пройти 70 миль. На следующую
ночь отряд прорвал позиции противника на стыке двух укрепленных лагерей,
и рано утром 9 декабря пехотные части индийской 4-й дивизии под командованием
генерала Бересфорда-Пейрса атаковали с тыла лагерь "Нибейва".