Шубкин В.Н. Социология и общество: Научное познание и этика науки

Подождите немного. Документ загружается.

251

Глава I. Молодежь вступает в жизнь

вить, в какой мере и как влияет на сознание, психологию, по-

ведение индивидов и групп социальная среда.

Социальное окружение, с которым от рождения и до смер-

ти постоянно взаимодействует человек, крайне неоднородно

и многослойно: семья, друзья, знакомые, социальные инсти-

туты, школа, производственный коллектив, система массо-

вых коммуникаций (печать, радио, телевидение и т.п.). Все

эти элементы социальной среды взаимодействуют, а нередко и

конфликтуют друг с другом, представляя собой факторы, ко-

торые оказывают важное влияние на систему ценностей и де-

ятельность человека

126

В какой же мере дети сохраняют профессиональные и соци-

альные позиции своих родителей?

В 1962 году, когда мы начинали в Новосибирской области

«проект 17—17», одна из проблем, которая сразу заинтересо-

вала нас, была именно проблема социаль ной и профессиональ-

ной мобильности, которая обычно понимается как переход лю-

дей из одного класса, слоя, группы в другой.

Анализ материалов массовых обследований молодежи поз-

волил установить, что социальный статус родителей оказы-

вает определенное влияние на жизненную ориентацию детей,

выбор профессии, обусловливает специфические социальные

переходы. Эти различия выражаются в своеобразии личных

планов юношей и девушек. Так, например, продолжать линию

родителей желают 88% сыновей техников и математиков, 56%

сыновей естественников и лишь 5% — гуманитариев. У дочерей

же наоборот. Продолжать линию родителей хотят лишь 30% до-

черей техников и математиков, 46% дочерей естественников и

50% дочерей гуманитариев. В целом, если юноши ставят на пер-

вое место технические профессии, на второе — естественные, на

третье — гуманитарные, то девушки, наоборот, лучшими счита-

ют гуманитарные, затем естественные и, наконец, технические.

Однако когда мы изучаем реальную мобильность, то об-

наруживается, что жизнь вносит определенные коррективы.

Они прежде всего связаны с тем, какие вакансии может пред-

ложить общество в данный момент и в данном регионе. Пос-

кольку технические вузы — самые массовые в Новосибирской

126

К этому при изучении общественного поведения людей следовало бы

добавить, во-первых, действующие «изнутри» биологические факторы, во-

вторых, воздействие на человеческое общество окружающей природы.

252

Часть вторая. Выбирая жизненный путь

области, это не могло не сказаться на определенной деформации

личных планов при реальном трудоустройстве. По техническим

профессиям пошли работать и учиться 83 % юношей и 45% де-

вушек. На втором месте идут гуманитарные профессии, по кото-

рым стали работать 30% девушек и лишь 7% юношей. На тре-

тьем — естественные профессии. По ним начали работать 19%

девушек и 8% юношей. Следовательно, если ранг профессио-

нальных склонностей был таков: технические, естественные,

гуманитарные, то при реальном трудоустройстве гуманитарии

обошли естественные профессии и оказались на втором месте.

Это горизонтальная мобильность, как называют подобные

перемещения социологи, имея в виду не продвижение к более

творческим, престижным или высокооплачиваемым видам

труда, а лишь переход к занятиям иного рода, чем те, которые

были у их отцов.

Наряду с этим большой интерес представляет и анализ вер-

тикальной мобильности. Правда, в методологическом пла-

не такие разработки связаны с серьезными трудностями, ибо

возникает вопрос, что понимать под продвижением вверх по

лестнице социальной иерархии. Учитывая, что большая часть

молодежи полагает, что самое привлекательное в профессии —

это простор, который она дает для творчества, именно этот

критерий был положен нами в основу классификации. В связи

с этим все занятия отцов на основе оценок экспертов были раз-

биты на три группы: первая — наименее творческие, вторая —

промежуточные, третья — наиболее творческие профессии.

При анализе материалов была установлена следующая зако-

номерность. Большинство детей — выходцев из первой группы

стремятся перейти во вторую. Большинство из второй группы —

в третью. Большинство из третьей группы хотят в ней же и

остаться. Те же тенденции были выявлены и при анализе реаль-

ных социальных перемещений в связи с выбором профессии.

Эта эмпирически установленная «ступенчатость» в стрем-

лениях и переходах молодежи имеет, как нам кажется, важное

значение для понимания целого ряда социальных процессов в

нашем обществе. Чем больше простора для творчества дает та

или иная профессия, тем больше преемственность между за-

нятиями родителей и детей. Научно-техническая революция,

механизация и автоматизация труда, постепенное вытеснение

профессий нетворческих, а стало быть, повышение доли более

творческих занятий, с одной стороны, расширяют свободу вы-

253

Глава I. Молодежь вступает в жизнь

бора, а с другой — сохраняют условия для преемственности за-

нятий отцов и детей.

Вместе с тем эта «ступенчатость» в стремлениях и перехо-

дах различных групп молодежи обнаруживается не только при

группировке занятий отцов по творческому потенциалу. После

окончания школы большинство детей из семей колхозников и

сельскохозяйственных рабочих хотят стать промышленными

рабочими; большинство детей рабочих — служащими и работ-

никами интеллигентного труда; большинство детей интелли-

гентов — остаться в этой же группе.

Воздействие семьи и школы на субъективные и объек тивные

факторы социальной мобильности, как это было установлено,

различны. Личные планы молодежи в меньшей степени зави-

сят от социального положения семьи, чем реальные жизненные

пути, избираемые молодежью: Школа, средства массовой ин-

формации как бы приподнимают личные планы над реальными

условиями. В то же время они выравнивают, сглаживают в со-

знании молодежи те различия, которые еще объективно имеют

место между детьми из разных социальных групп.

Социальные последствия этого неоднозначны. С одной сто-

роны, это указывает на специфическую систему ценностей мо-

лодежи, в которую органически «вплетены» стремления к об-

разованию, культуре, науке. С другой — дисбалансы между

личными профессиональными шансами и реальной ситуацией

увеличивают дистанцию между желаемым и возможным, дра-

матизируют первые шаги молодежи.

Как видно, общий вопрос — наследуют ли дети профессии сво-

их отцов — при конкретном исследовании как бы расщепляется,

ибо оказываются очень сложны и многообразны социальные пе-

ремещения в обществе. Во всяком случае, система образования

здесь обусловливает интенсивную социальную и профессиональ-

ную мобильность при выборе профессии, что не может не сказы-

ваться и на воспроизводстве социальной структуры.

6. интеллектуальный потенциал

и социальное равенство

Определенная дифференциация в социальном составе уча-

щихся в разных типах учебных заведений, в выборе профес-

сии, в мобильности неизбежна, пока существуют различия

между городом и деревней, умственным и физическим трудом,

254

Часть вторая. Выбирая жизненный путь

в оплате, в образовательном и культурном уровне семей. И сис-

тематические исследования этих проблем необходимы. Но это

не значит, что мы имеем право игнорировать вторую сторону —

повышение эффективности использования интеллектуального

потенциала страны.

«Нетерпение чувств», желание немедленно решить про-

блемы социального равенства, обеспечить пропорциональное

представительство всех социальных классов во всех учебных

заведениях рождают время от времени предложения прини-

мать в вузы не путем конкурсного отбора наиболее способных,

а по социальному происхождению. Действительно, используя

процентные нормы или баллы за социальное происхождение,

можно в кратчайший срок добиться пропорционального пред-

ставительства всех социальных групп в составе учащихся. Но

почему даже самые ярые эгалитаристы вносят такие предло-

жения не очень уверенно? Откуда эти сомнения? Нет ли и в са-

мом деле здесь подводных камней?

Представим себе, что при конкурсных экзаменах мы стали

бы давать представителям некоторых групп дополнительные

баллы за социальное происхождение. К чему бы это привело?

Начнем с того, что это весьма неблагоприятно сказалось бы

на образовании взрослых, поскольку, чем упорнее учился бы

рабочий или крестьянин, чем выше образование он получал,

тем ниже становились бы шансы его детей. Парадоксальная

ситуация: родители своим стремлением к знанию, своей ак-

тивностью лишают детей льготных баллов за происхождение,

ограничивают им доступ к образованию. К тому же оказывает-

ся, что если родители повышают свое образование и изменяют

свой общественный статус, то родившиеся в одной семье дети

имеют разное социальное происхождение, а балл за социаль-

ное происхождение у младших будет ниже, чем у старших.

Балльная система исходит из предпосылки, что влия ние

крестьянских или рабочих семей на ребенка продолжается всю

жизнь и автоматически формирует у него правильные взгля-

ды, в то время как интеллигент, вышедший из рабочей семьи,

уже не передает своим детям этих правильных взглядов, поэ-

тому они лишаются права на льготы. Ни теоретически, ни эм-

пирически этот тезис не доказан и не выдерживает критики.

Практическое осуществление такой системы должно было бы

основываться на критериях социального происхождения, ко-

торые являются весьма нечеткими и размытыми.

255

Глава I. Молодежь вступает в жизнь

Сегодня основные различия в шансах на получение высшего

образования, например, не между рабочим классом и интелли-

генцией, а между рабочим классом и интеллигенцией, с одной

стороны, и крестьянством — с другой.

Высокая социальная мобильность, свойственная современ-

ному обществу, ведет к тому, что масса се мей по своему составу

является классово-смешанной: рабоче-интеллигентской, рабо-

че-крестьянской, то есть муж рабочий, а жена педагог, муж

крестьянин, а жена рабочая и т. д., что объективно создает

трудности при решении вопроса о социальной принадлежнос-

ти. Мы уже не говорим о том, что теоретически проблемы соци-

альной структуры разработаны слабо, а точек зрения о грани-

цах классов и социальных групп с каждым годом становится

все больше.

В первые годы советской власти, например, выходцы из ра-

бочего класса имели определенные льготы при получении вы-

сшего образования. Это способствовало созданию новой, совет-

ской интеллигенции, что позволило уже к началу 1930-х годов

полностью отказаться от каких-либо ограничений в области

образования, ввести единый академический критерий — «путь

конкурсного отбора наиболее достойных, подготовленных

и способных людей»

127

. Это обеспечивало, во-первых, предо-

ставление всем группам молодежи одинаковых возможностей

для получения всех видов образования. Во-вторых, стимули-

ровало стремление к знаниям, образованию, науке, культуре.

В-третьих, способствовало решению социальных задач. Что

касается имевшихся различий, то подобно тому, как нельзя

обеспечить высокие темпы роста общественного производства

на базе уравниловки, подобно этому нельзя обеспечить эффек-

тивное использование интеллектуального потенциала обще-

ства в условиях современной научно-технической революции

на базе уравниловки в области образования и введения разного

рода баллов или процентных норм. Вот почему система отбора

для вузов, основанная на льготах за социальное происхожде-

ние одним и дискриминации других, вряд ли приемлема для

развивающегося общества.

Повышение роли образования в обществе отнюдь не сво-

дится к отбору в вузы. Очень важно осуществление широкого

127

Правила приема и программа вступительных экзаменов для поступ-

ления в высшие учебные заведения СССР. М., 1969, стр. 37.

256

Часть вторая. Выбирая жизненный путь

общего образования, что создает представителям всех соци-

альных групп необходимые предпосылки для продолжения

образования, трудоустройства и переквалификации. Этим же

целям служат разработка и реализация программы непрерыв-

ного образования, то есть обеспечение прочной основы знаний

и систематической переподготовки через определенный срок.

Непрерывное образование в условиях научно-технической

революции позволяет решать не только такие вопросы, как

разгрузка учебных программ, но и проблемы социальные, пос-

кольку оно создает возможность представителям всех обще-

ственных групп возобновлять обучение, непрерывно повышать

свой уровень образования.

Необходимо прогнозирование возможностей на получение

высшего образования для выходцев из различных социальных

групп. При этом нельзя ориентироваться на успешное решение

этих вопросов админи стративными мерами (процентные нор-

мы и т. п.) или ограничиваться выявлением существующих

тенденций. На базе вариантов прогноза в области образования

могут быть разработаны социальные планы компенсирующих

мероприятий для детей из семей с низким уровнем образова-

ния, культуры. Поскольку наиболее эффективной оказывает-

ся помощь в раннем возрасте, целесообразно расширение для

определенных категорий населения дошкольной подготовки

детей в подготовительных классах.

7. Демографическое эхо войны

Могущественные и многообразные силы постоянно меня-

ют облик страны. Развивается техника, наука, растет образо-

вание, возникают новые потребности и формы связей между

людьми.

Эти изменения происходят не всегда синхронно. Профес-

сиональные склонности, например, очень подвижны: молодые

люди довольно быстро могут изменить свои планы. Система об-

разования менее мобильна, но с годами и она все-таки меняет

профиль, начинает подготовку по новым профессиям. В систе-

ме производства, которая в конечном счете определяет поступь

всего общества, создание новых вакансий, новых рабочих мест

равнозначно тому, чтобы построить новый завод. А на это ре-

ально может уйти пять, а то и десять-пятнадцать лет. Поэтому

257

Глава I. Молодежь вступает в жизнь

и возникает дисбаланс между новыми интересами и потребнос-

тями и сложившимися структурами. К тому же взаимодейс-

твие всех этих внешних условий выбора профессии еще более

осложняется потому, что на развитие каждой такой структуры

серьезное (а иногда и решающее) влияние оказывают демогра-

фические процессы, рождаемость, миграция населения, свое-

образные ритмы поколений.

Одно из таких явлений, с которыми нам пришлось столк-

нуться несколько лет тому назад при исследовании проблем

трудоустройства и выбора профессии в Сибири, мы назвали

«демографическое эхо войны». Суть его довольно проста. В пе-

риод Великой Отечественной войны в связи с массовым при-

зывом в армию и тяжелейшими испытаниями в стране резко

снизилась рождаемость. Напротив, после окончания войны и

с возвращением к мирной жизни на протяжении ряда лет на-

блюдался значительный рост рождаемости. Мы столкнулись с

этим процессом опосредованно в связи с тем, что в 1962 году

численность 17–18-летних достигла своего минимума, а затем

стала быстро возрастать.

И вот демографическая волна, подобно цунами, пронеслась

по судьбам наших детей и нас, смешав такую, казалось бы, ус-

тоявшуюся, незамутненную картину нашего бытия.

Демографическая волна прежде всего сказалась на началь-

ной школе. Число учащихся первых четырех классов сначала

сократилось в 1953–1954 годах (уча щиеся 1943–1946 годов

рождения) по сравнению с учащимися 1949–1950 годов (уча-

щиеся 1939–1942 годов рождения) почти в два раза. Число

первоклассников, например, в школах Новосибирской облас-

ти уменьшилось за эти годы с 86 тысяч до 28 тысяч, то есть

в три раза. Но именно в тот момент, когда учителя начальных

школ, почувствовав разгрузку, вздохнули с облегчением и

уже стали поговаривать, что теперь и дальше так пойдет, на

них обрушился «девятый вал». Численность учащихся на-

чальных школ вновь увеличилась с 12,1 миллиона человек в

1953–1954 годах до 18 миллионов человек в 1958–1959 годах,

а к 1963–1964 годам почти до 20 миллионов человек. И хотя

полного восстановления численности сразу не произошло, да и

не могло произойти, поскольку страна потеряла в войне 20 мил-

лионов человек, тем не менее наблюдалось резкое увеличение

соответствующих возрастных групп. Численность учащихся

восьмых классов составила в 1959–1961 годах 929 тысяч чело-

258

Часть вторая. Выбирая жизненный путь

век, а в 1963–1964 годах — 5 миллионов 654 тысячи человек.

В 10—11-х классах численность соответственно составляла

412 тысяч и 3 миллиона 34 тысячи человек. Естественно, что,

хотя в школах и имелся некоторый «запас прочности» (поме-

щения, педагоги и т. п.), тем не менее они «затрещали» от на-

пора молодежи, родившейся в послевоенные годы.

Десять лет спустя демографическое эхо войны коснулось

судеб 17–18-летних. Их проблемы имеют особое значение, ибо

это возраст окончания школы, поисков призвания, приня-

тия весьма важных решений о выборе профессий. 17–18-лет-

ние — это молодые люди, начинающие свою трудовую жизнь.

Колебание их численности затрагивает уже не только сферу

образова ния, но и сферу производства. От их численности

непосредственно зависят трудовые ресурсы страны. Поэтому

эти процессы должны особенно тщательно прогнозироваться и

планироваться.

Сокращение численности учащихся в связи со спадом рож-

даемости в годы войны привело к уменьшению отсева, повыси-

ло процент окончивших школу. Это должно было уменьшить

конкурс в вузах и техникумах, то есть увеличить процент пос-

тупивших в вузы и техникумы из числа принятых в первый

класс школы. С другой стороны, это резко уменьшило про-

цент выпускников, которые должны были работать сразу пос-

ле окончания школы, укрепляло в них скрытую «вузовскую»

ориентацию, основанную на наивной вере не только в свои

силы, но и в то, что вузы способны поглотить всех окончивших

среднюю школу. Этот психологический феномен, предшество-

вавший демографической волне, укреплял инерцию професси-

ональной ориентации в школе, порожденную в предвоенные

годы, когда школа в значительной мере ориентировалась на

подготовку учащихся для вузов.

Наоборот. Рост численности 17–18-летних в связи с демог-

рафической волной создавал свои проблемы. Если принять во

внимание темпы роста (в Новосибирской области, например,

численность выпускников средних школ за 5 лет — с 1962-го

по 1967 год — увеличилась в 5 раз), то это означало не только

рост трудовых ресурсов, но и серьезные трудности для орга-

нов управления, для планирующих организаций и работников

просвещения. Рост численности молодежи требовал новых ра-

бочих мест, новых штатов и вакансий, увеличения приема в

вузы и техникумы, расширения профтехобра зования и мно-

259

Глава I. Молодежь вступает в жизнь

гого другого. Темпы роста численности выпускников средних

школ в эти годы значительно превышали обычный прирост

рабочих мест в народном хозяйстве и обычный рост приема

в высшие и средние специальные учебные заведения. Разрыв

между численностью молодежи, оканчивающей средние шко-

лы, и числом «посадочных мест» в учебных заведениях в эти

годы увеличивался.

Демографическое эхо войны отразилось на некоторых

оценках и решениях. Оно исказило оценки эффективности

производственного обучения в школах. Дело в том, что имен-

но в тот период (конец 1950-х — начало 1960-х годов), когда

в стране особенно интенсивно началось обсуждение проблем

производственного обучения и был принят ряд решений,

произошло резкое сокращение численности молодежи, кото-

рая оканчивала средние школы. Большинство молодых лю-

дей, окончивших школы в этот период, имели возможность

поступить в высшие учебные заведения, техникумы и т. п.

Поэтому цифры, которые были получены в этот период о не-

эффективности производственного обучения, нужно рассмат-

ривать с определенными коррективами. Например, в печати

приводились наши расчеты по Новосибирской области о том,

что лишь 14% детей, получивших специальность в школе,

работают по этим специальностям в дальнейшем. При оцен-

ке этих данных, конечно, необходимо учитывать конкретную

ситуацию — то, что они отражают специфические условия

периода спада, когда молодежи в возрасте 17–18 лет по срав-

нению с предшествующим и последующим периодами остро

не хватало.

В условиях, когда численность выпускников сокращалась,

укреплялось мнение о том, что мы располагаем достаточны-

ми ресурсами для перехода к одиннадцатилетнему обучению.

И такой переход был осуществлен. Но уже через несколько

лет огромная волна, драматизировав ситуацию, заставила нас

вновь перейти к десятилетке. А этот переход, осуществленный

в 1966 году, в свою очередь, осложнил ситуацию, поскольку

он означал одновременный двойной выпуск десятых и один-

надцатых классов в 1966 году. Разумеется, анализируя причи-

ны перехода к десятилетке или оценивая эффективность про-

изводственного обучения в школах, нельзя все сводить лишь

к демографическим факторам. Но то, что их нужно обязатель-

но иметь в виду, не подлежит сомнению.

260

Часть вторая. Выбирая жизненный путь

Но не являются ли эти ритмы, эти демографические волны

уникальными феноменами? Достаточно пристально вглядеть-

ся в неровные очертания половозрастных пирамид, которые

широко используются в науке о народонаселении, чтобы по-

нять, что бурная история человечества, запечатленная в них,

обусловливала и будет обусловливать непрерывные перемены.

Через поколения до нас докатываются волны не только вто-

рой, но и первой мировой войны и других, казалось бы, давно

минувших исторических событий, как бы напоминая о связи

времен.

8. Охота к перемене мест

Демографические волны, приливы-отливы, интерфериру-

ясь, сказываются и на механическом движении населения,

не в последнюю очередь — на миграции молодежи. И хотя

интенсивность, направления, мотивы ее дифференцированы,

знаменитый статистический «закон больших чисел» помо-

гает понять, куда стремятся молодые люди, чем обуслов-

лено желание к перемене мест у разных групп юношей и

девушек.

При исследовании территориальной мобильности молоде-

жи Сибири и в личных планах, и в реальных перемещениях

отчетливо обнаруживается определенная последовательность:

больше всего мигрантов из малых городов (вот она, «пробле-

ма малых городов»), затем из сел и деревень, средних городов.

Меньше всего из Новосибирска.

Юноши смелее и чаще мигрируют, чем девушки. Из детей

служащих после окончания школы меняет место жительства

каждый четвертый, из детей рабочих — каждый третий, из де-

тей крестьян — каждый второй. Кривые миграции при этом

наиболее близки у служащих и рабочих, заметно отличаясь от

показателей крестьян.

По мере того как спад в численности 17-летних, вызван-

ный войной, исчерпывал себя, миграция стала возрастать, и

довольно круто: за год процент мигрантов из рабочих и слу-

жащих вырос на 10%, а из крестьян — на 15%. Изменились и

миграционные планы юношей и девушек. Они, правда, более

выровнены по сравнению с действительной миграцией, если

брать сравнительные данные об отъезде из сел, малых, сред-