Власова О. Феноменологическая психиатрия и экзистенциальный анализ: История, мыслители, проблемы

Подождите немного. Документ загружается.

][^_^ 1. jh[Z`Zj`xhd _[hkghk

и познании как опыте, как переживании сознания, который способство-

вал пересмотру господствовавшей тогда в психиатрии ассоционистской

теории мышления. «Речь идет при этом… об исследованиях того наибо-

лее общего типа, которые принадлежат широкой сфере объективной

теории познания и к тому, что с ней взаимосвязано,

—

чистой (в первом

издании

— „чисто дескриптивной“

—

О. В.) феноменологии мышления и позна-

ния как переживаний»

⁵⁸

. Это положение о мышлении как о переживании

представления и его развитие имело значение не только для психиат-

рической теории (что мы только что отметили), но и для практики пси-

хиатрии. Ментальная продукция больного теперь могла трактоваться

не как свидетельство его когнитивной деградации, а как индикатор жиз-

ни сознания и наблюдающихся в нем трансформаций.

Но вернемся к феноменологии в ее описательной трактовке. Г. Е. Бер-

риоз отмечает, что «феноменологический метод сулил эпистемологиче-

скую выгоду, которая во многом больше той, которую могут предложить

или предполагают обычные стратегии наблюдения клинической психо-

патологии»

⁵⁹

Для того чтобы определить, является ли описание феноменологиче-

ской психиатрии и экзистенциального анализа феноменологическим,

необходимо выделить те критерии, которые отличают его от обычно-

го, в частности, клинического, описания. Берриоз отмечает четыре та-

ких особенности феноменологического описания: 1) оно не предполага-

ет систематического сбора информации о мире или функции основания

для эмпирических допущений, значимых для науки, феноменологиче-

ская философия науки обречена на провал; 2) используется лишь в отно-

шении к субъективным фактам, при этом объективные данные оно со-

вершенно не учитывает; 3) схватывание переживаемых сущностей свя-

зано с определенными способностями человека, например, интуицией

и эмпатией, обычные стратегии наблюдения с помощью органов чувств

исключаются; 4) схватывают не изменяющиеся сущности. Как мы видим,

психиатрия не может полностью соблюсти все эти критерии феномено-

логического описания.

Впоследствии Гуссерль отходит от чисто описательной трактовки фе-

номенологии и во втором издании «Логических исследований», а также

в «Идеях

» всячески стремится разграничить предметные области фе-

номенологии и психологии. Интересным для нас здесь является вопрос

⁵⁸

Там же. С. 14. В лекциях 1907 г. Гуссерль говорит: «Во всех своих формах (Ausge-

staltungen) познание есть психическое переживание: познание познающего

субъекта» (Гуссерль Э. Идея феноменологии: пять лекций… С. 77)

⁵⁹

Berrios G. E. Phenomenology, Psychopathology and Jaspers: A Conceptual History…

P. 309.

Vlasova.indb 91Vlasova.indb 91 08.02.2010 15:37:1008.02.2010 15:37:10

|^`q\ ii

о том, к чему больше склоняются в этом случае феноменологическая

психиатрия и экзистенциальный анализ. Проводя различия, Гуссерль

подчеркивает, что, в отличие от феноменологии, психология является

опытной наукой, придавая при этом самому термину «опыт» два значе-

ния: 1) психология есть наука о фактах; 2) психология есть наука о ре-

альностях, и исследуемые ею феномены являются реальными происше-

ствиями, которые составляют вместе с реальными субъектами единый

пространственно-временной мир

⁶⁰

. В противоположность этому транс-

цендентальная феноменология описывается им как наука о сущностях,

как априорная наука. Между психологией (или для нас

—

психопатоло-

гией) и трансцендентальной феноменологией стоит введенная Гуссер-

лем методологическая процедура

—

феноменологическая редукция. Это

еще один концепт, который своеобразно был воспринят психиатрией,

и в этой своеобразной трактовке оказался одним из самых значимых для

феноменологической психиатрии и экзистенциального анализа.

Воздержание от теорий и предварительных мнений для психиатрии

начала

в. было как нельзя кстати. Но если эта часть феноменологиче-

ской редукции потенциально должна пойти психиатрии только на поль-

зу, то, если так можно сказать, ее вторая составляющая

—

«заключение

в скобки» всего мира вещей, живых людей, включая самого исследовате-

ля,

—

в силу самой специфики психиатрии как науки была для нее непри-

емлемой. Да и цели психиатрии, даже философской по своей направ-

ленности, не предполагают доведение редукции до последней ступени

—

до усмотрения чистого «я».

Гуссерль различает две стадии феноменологической редукции:

1) эйдетическая редукция

—

редукция от единичных фактов к общим сущ-

ностям, устранение всех референций от индивидуального к особенному;

2) собственно феноменологическая или трансцендентальная редукция

—

очищение феномена от всех не- или трансфеноменальных составляю-

щих, т. е. приостановление или замедление всякой веры в существова-

ние, которая сопровождает повседневную жизнь или научное мышле-

ние, заключение в скобки, затем

—

интуирование сущности феномена,

анализ и описание без внимания к его существованию

⁶¹

Феноменологическая психиатрия и экзистенциальный анализ факти-

чески практикуют лишь эйдетическую редукцию, редукция трансценден-

⁶⁰

См.: Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической фило-

софии… С. 20.

⁶¹

Гусерль в своих работах не всегда разграничивает термины «эйдетический»

и «трансцендентальный». Это смещение терминологии наследует и экзистен-

циально-феноменологическая психиатрия, поэтому часто понятие «эйдетиче-

ский» отсылает в ней к трансцендентальной феноменологии.

Vlasova.indb 92Vlasova.indb 92 08.02.2010 15:37:1008.02.2010 15:37:10

][^_^ 1. jh[Z`Zj`xhd _[hkghk

тальная по причине непринятия трансцендентальной феноменологии

остается за их пределами. Но даже на этом этапе в пространстве клини-

ки остаются многочисленные вопросы, важнейшим из которых является

вопрос о том, насколько возможно достичь в психопатологии нейтраль-

ного, очищенного от влияния теории, описания? В своей статье Бер-

риоз выделяет два уровня теории, которые могут включаться в клини-

ческое описание: во-первых, теоретическая структура первого порядка,

управляющая способом использования описательных категорий и обес-

печивающая правила понимания содержания схваченного в описании,

во-вторых, скрытая теоретическая структура

—

метапространство, опре-

деляющее особенности архитектуры науки как специфического фраг-

мента реальности

⁶²

. Действительно, в клиническом описании возмож-

но, да и то с большими усилиями, преодолеть лишь первый уровень тео-

рии; второй уровень всегда сохраняется, это происходит хотя бы потому,

что при его исчезновении описание перестанет быть психопатологиче-

ским, потеряет свой предмет, цель и пространство описания. Не гово-

ря уже, например, о принципах, контролирующих само восприятие ис-

следователя. Полная редукция и полное вынесение за скобки теоретиче-

ских допущений в психиатрии невозможно. Дело здесь, несомненно, еще

и в том, что сам предмет описания

—

опыт психически больного челове-

ка

—

не может быть вынесен за рамки теории, поскольку как опыт ненор-

мальности он с необходимостью включен в систему изначальных допуще-

ний классической психиатрии.

Феноменологическая психиатрия и экзистенциальный анализ, не-

смотря на явный отказ от трансцендентальной феноменологии, тем

не менее включают некоторые ее элементы в практику психопатологи-

ческого описания.

Трансцендентальная феноменология связывается Гуссерлем с транс-

цендентальной редукцией: редукцией психологического феномена до чи-

стой сущности и редукцией фактической или эмпирической всеобщности

до сущностной

⁶³

. Трансцендентальная феноменология

—

это наука о сущ-

ностной всеобщности как необходимости, феноменологическая психи-

атрия же и экзистенциальный анализ касаются метаонтики индивидуаль-

ности как возможности. Такой статус этих направлений, возможно, будет

более понятен, если обратиться к Гуссерлевому концепту «онтология ре-

гиона». Любая эмпирическая наука о фактах, на его взгляд, связана с опре-

деленной онтологией региона, представляющей ее теоретический фун-

⁶²

Berrios G. E. Phenomenology, Psychopathology and Jaspers: A Conceptual History…

P. 310.

⁶³

См.: Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической фило-

софии… С. 21.

Vlasova.indb 93Vlasova.indb 93 08.02.2010 15:37:1008.02.2010 15:37:10

|^`q\ ii

дамент

⁶⁴

. Так, всем естественнонаучным дисциплинам соответствует он-

тология физической природы как наука о чистой сущности природы как

таковой. В этом отношении, отмечает Гуссерль, чем ближе опытная наука

будет приближаться к соответствующей онтологии региона, тем чаще она

будет располагать разработанными основаниями и, следовательно, обла-

дать большим познавательно-практическим потенциалом.

Такой своеобразной онтологией региона и стали феноменологиче-

ская психиатрия и экзистенциальный анализ

⁶⁵

. Осмысляя статус пси-

хиатрии как науки, пытаясь прикоснуться к сущностям патологических

феноменов, они конституировали не только онтическую, или психоло-

гическую в терминологии философа, эмпирическую науку, но и ее онто-

логические основания, остановившись где-то посередине между этими

двумя моментами.

Еще одним чрезвычайно важным и часто недооцениваемым в иссле-

дованиях истории взаимодействия философии и психиатрии моментом

является положение об отказе от постановки вопроса онтологического

статуса объекта феноменологического исследования. Подчеркивая, что

«любое отношение к эмпирически реальному существованию в феноме-

нологическом исследовании остается исключенным», Гуссерль пишет:

«Если предмет не существует, если, следовательно, восприятие должно

быть критически оценено как обман, галлюцинация, иллюзия и т. п., то-

гда не существует также и воспринятый, увиденный цвет

—

цвет предме-

та. Это различие между нормальным и аномальным, верным и обманчи-

вым восприятием не касается внутреннего, чисто дескриптивного, или

феноменологического, характера восприятия»

⁶⁶

. В феноменологиче-

ском отношении сам факт реального существования предмета не имеет

значения, поскольку это не имеет никакого значения для сознания. Ши-

роко известна фраза из «Логических исследований»: «Юпитера я пред-

ставляю не иначе, чем Бисмарка, Вавилонскую башню

—

не иначе, чем Кельн-

ский собор, правильный четырехугольник

—

не иначе, чем правильный

четырехгранник»

⁶⁷

. Более того, онтологический статус феномена, факт

его существования или несуществования, не имеет значения и влияния

на характер идеальной сущности и процесс ее усмотрения.

⁶⁴

Там же. С. 45

–

48.

⁶⁵

Подтверждение этой мысли можно найти в словах Хайдеггера о статусе экзи-

стенциального анализа как региональной онтологии в противоположность

его собственной фундаментальной онтологии.

⁶⁶

Гуссерль Э. Логические исследования. Т.

(1) … С. 324

–

325.

⁶⁷

Там же. С. 350. Патологический опыт, по Гуссерлю, согласуется со сфантазиро-

ванным переживанием, но при этом, добавим, патологически сфантазирован-

ным. И никакой «играющий на флейте кентавр», образ которого мы видим

в «Идеях», не может сравниться с ним в своей фантазийности.

Vlasova.indb 94Vlasova.indb 94 08.02.2010 15:37:1008.02.2010 15:37:10

][^_^ 1. jh[Z`Zj`xhd _[hkghk

Этот критерий истинности как абсолютной данности чрезвычай-

но подходил для психиатрии. В лекциях 1907 г. Гуссерль говорит: «Каж-

дое интеллектуальное переживание и каждое переживание вообще,

поскольку оно совершается, может стать предметом некоего чисто-

го усмотрения или схватывания, и в этом усмотрении являться абсо-

лютной данностью»

⁶⁸

.Тут же он добавляет, что даже если объекты есть

лишь данности в фантазии, лишь как-будто стоят перед взором и не яв-

ляются актуальными присутствиями, в каком-то определенном смысле

они

—

данности: они наглядно присутствуют, и мы созерцаем их и можем

узреть их сущность. В сфере абсолютной данности сознание всегда ос-

тается интенциональным, направленным на объект, всегда предметным.

И даже если мы не можем обнаружить такую предметность в психологи-

ческих феноменах патологии, в том, что Гуссерль описывает, используя

термин «reel», в сфере реального имманентного сознания, эта предмет-

ность всегда присутствует.

Необходимо отметить, что, начиная рассуждать о фантазии, вымыс-

ле и символическом мышлении, Гуссерль сам не приходит к однозначно-

му выводу, отмечая возникающие трудности. После подробного разбо-

ра мысленного представления Св. Георгия на коне, убивающего дракона,

а также помысливания некоторого круглого четырехугольника, он хотя

и не отступает от утверждения, что «насколько простирается действи-

тельная очевидность, настолько простирается и данность»

⁶⁹

, все же от-

мечает, что то, что эти данности являются действительными данностями

в настоящем смысле, сказать нельзя. Возникает, подчеркивает Гуссерль,

вопрос: как установить при исполнении очевидности, что в ней действи-

тельно дано, а что нет, что несобственное мышление привносит от себя

и примысливает на основании данности. Этот вопрос для него остается

открытым, но сразу же появляются термины «подлинная очевидность»

и «подлинная данность». В «Идеях» философ называет иллюзорное и гал-

люцинирующее восприятие неподлинным, т. е. не подтверждающимся

в актуальной взаимосвязи опыта и в корректном опытном мышлении

и указывает, что в случае галлюцинации отношения между реальным че-

ловеком, реальным восприятием и реальным предметом восприятия от-

сутствуют. «Тогда реальное отношение, которое раньше подразумевалось

как действительно существующее, нарушается. Остается одно восприя-

тие; нет ничего действительного, с чем бы оно сопрягалось»

⁷⁰

—

пишет он.

⁶⁸

Гуссерль Э. Идея феноменологии: пять лекций… С. 96

–

97.

⁶⁹

Там же. С. 175.

⁷⁰

Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии…

С. 283. В работе «Философия как строгая наука» Гуссерль отмечает, что фанта-

зия как таковая не является опытом, не постигает никакого существования

Vlasova.indb 95Vlasova.indb 95 08.02.2010 15:37:1008.02.2010 15:37:10

|^`q\ ii

Рассмотренные нами положения феноменологии, как мы уже отмеча-

ли выше, можно отнести к методологическим аспектам влияния. И сам

феноменологический метод, и процедура феноменологической редук-

ции с ее признанием онтологической реальности вымышленных фено-

менов дали психиатрам возможность использования феноменологии

в клинике. Но, решившись на это, необходимо было определиться с на-

правленностью поиска, и здесь важной оказалась феноменологическая

трактовка априоризма.

Сама возможность исследования «априорных структур» патологиче-

ского опыта была заложена уже в «Логических исследованиях». В этой

работе Гуссерль отмечает: «Феноменология, однако, не говорит о ка-

ких-либо состояниях живых существ (и даже о состояниях некоторой

возможной природы вообще), она говорит о восприятиях, суждениях,

чувствах и т. д. как таковых, о том, что присуще им a priori, в неограни-

ченной всеобщности…»

⁷¹

. Он развивает эту кантианскую идею в лекци-

ях 1907 г., выделяя два смысла понятия «a priori»: 1) универсальные сущно-

сти и первоначала; 2) понятия и категории, имеющие принципиальное

значение, а также основанные на этих понятиях сущностные законы

⁷²

Надо отметить, что, хотя сам Гуссерль отдает в ракурсе феноменологии

предпочтение второму смыслу, психиатры имеют дело с априорным по-

ложением вещей, конституирующихся в усмотрении на основании та-

ких же a priori. Эта двухуровневая структура a priori сохранится в феноме-

нологической психиатрии и экзистенциальном анализе.

Фактически от Гуссерля философская психиатрия наследует идею

о существовании двух разновидностей феноменов, ясно представлен-

ную во втором издании «Логических исследований»: 1) дескриптивных

психологических феноменов, составляющих реальный опыт; 2) чистых

феноменов, феноменологически составляющих первые. Одной из клю-

чевых здесь представляется фраза из лекций о внутреннем сознании

времени. «Теоретико-познавательный вопрос о возможности опыта,

—

говорит философ,

—

это вопрос о сущности опыта, и прояснение его фе-

номенологической возможности требует возврата к феноменологиче-

ским данным, из которых состоит феноменологически то, что дано

в опыте (das Erfahrene). В той мере, в какой то, что дано в опыте, рас-

щепляется на противоположность „несобственного“ и «собственного»

(eigentlich), и в той мере, в какой собственный опыт, интуитивный, и,

в конечном счете, адекватный, дает масштаб для оценки опыта [вооб-

(Гуссерль Э. Философия как строгая наука / Пер. с нем. С. Гессена



Избран-

ные работы / Сост. В. А. Куренной. М.: Территория будущего, 2005. С. 214

–

215).

⁷¹

Гуссерль Э. Логические исследования. Т.

(1) … С. 29.

⁷²

Гуссерль Э. Идея феноменологии: пять лекций… С. 137

–

138.

Vlasova.indb 96Vlasova.indb 96 08.02.2010 15:37:1108.02.2010 15:37:11

][^_^ 1. jh[Z`Zj`xhd _[hkghk

ще], требуется специфическая феноменология собственного опыта»

⁷³

Этой феноменологией собственного опыта и займутся феноменологи-

ческие психиатры.

На необходимость априорных поисков в психологии Гуссерль указы-

вает и в курсе лекций «Основные проблемы феноменологии». Рассмат-

ривая исследование априори природы, развернутое в реальных онто-

логиях естественных наук, он отмечает возможность подобного «апри-

орного подхода» и в психологии как естественной науке. «Так же, как

имеется априори, и это разумеется само собой, относительно физи-

ческой вещи… также имеется и психологическое априори…»

⁷⁴

—

под-

черкивает он. Это a priori касается отношения к сущности или смыс-

лу эмпирического полагания «душ», людей, переживаний. В этом слу-

чае психология должна анализировать смысл, заложенный в опыте «я»,

и исследовать совершенную данность модусов душевного, переживаний.

«… Сущность характера Я,

—

отмечает он,

—

должна проявляться в извест-

ных взаимосвязях опыта, в которые мы интуитивно погружаемся,

—

ска-

жем, в вымышленных, но совершенно ясных взаимосвязях данности,

в которых то самое, что мы называем характером человека, могло бы

проявляться и приводить ко все новым и новым подтверждениям…»

⁷⁵

Отметим, что сам априоризм (в какой мере он феноменологичен,

мы выясним позднее) в феноменологической психиатрии и экзистен-

циальном анализе будет тесным образом связан с исследованиями про-

странственности и темпоральности. Французский вариант феноменоло-

гической психиатрии в лице Минковски будет развивать этот концепт,

опираясь на интуитивизм Бергсона, в то время как ее швейцарские пред-

ставители будут возводить исследования феномена времени к Гуссерлю.

Одним из источников поиска оснований патологической темпораль-

ности и пространственности для феноменологической психиатрии и эк-

зистенциального анализа явились «Лекции по феноменологии внут-

реннего сознания времени». В основе представленной в этих лекциях

концепции времени лежит «исключение объективного времени», лю-

бой соотнесенности с движением объектов. «„Первичное временное

поле“,

—

говорит Гуссерль,

—

не есть некоторая часть объективного вре-

мени, переживаемое Теперь, взятое как таковое, не есть точка объек-

тивного времени и т. д. Объективное пространство, объективное время

и вместе с ними мир действительных вещей и процессов

—

все это транс-

⁷³

Гуссерль Э. Феноменология внутреннего сознания времени… С. 11.

⁷⁴

Гуссерль Э. Основные проблемы феноменологии / Пер. с нем А. А. Анипко



Гуссерль Э. Основные проблемы феноменологии. Разеев Д. В сетях феноме-

нологии.



б: Изд-во





, 2004. С. 253.

⁷⁵

Там же. С. 253

–

254.

Vlasova.indb 97Vlasova.indb 97 08.02.2010 15:37:1108.02.2010 15:37:11

|^`q\ ii

ценденция. <…> Это все есть переживания»

⁷⁶

. Именно это определение

станет исходным в исследованиях темпоральности и пространствен-

ности во всех направлениях философской психиатрии, фраза Гуссер-

ля «ощущаемое „одновременно“ не есть объективная одновременность,

ощущаемое равенство феноменологически-темпоральных интервалов

не есть объективное равенство временных интервалов»

⁷⁷

будет подтвер-

ждена во многих исследованиях.

Описывая данность временных объектов, Гуссерль фактически выде-

ляет два уровня сознания времени: 1) темпоральность содержаний (тем-

поральность данностей временных объектов) и 2) темпоральность актов

сознания, которые конституируют схватывание всех временных разли-

чий

⁷⁸

. В основе темпоральной организации акта сознания лежит удер-

жание первичного сознания Теперь-точки в шлейфе ретенций, присо-

единяющемуся к импрессиональному сознанию (первичному впечатле-

нию), и протенций (первичного ожидания, предвосхищения)

⁷⁹

Направляя свой взор на то, как в переживаниях времени полагаются

объективно темпоральные данные, Гуссерль ставит своей задачей обна-

ружение априорных истин, присущих конститутивным моментам объек-

тивности. «Мы,

—

указывает он,

—

стремимся привести к ясности Apriori

времени, исследуя сознание времени, выявляя его сущностное кон-

ституирование и выделяя специфически присущие времени содержа-

ния схватывания и свойства актов, к которым сущностно принадлежат

априорные законы времени»

⁸⁰

. Феноменологические психиатры и эк-

зистенциальные аналитики станут отыскивать модификации этих зако-

нов в психопатологии. Как отмечает сам Гуссерль, «к априорной сущно-

сти времени принадлежит то, что оно есть непрерывность временных

позиций, то с тождественными, то с изменяющимися объективностями,

которые ее наполняют, и что гомогенность абсолютного времени неиз-

бывно конституируется в потоке модификаций в прошлое и в постоян-

ном бьющем источнике определенного Теперь

—

в созидательной темпо-

ральной точке, точке-источнике темпоральных позиций вообще»

⁸¹

. Мо-

дификации непрерывности, утрата точки-источника темпоральных по-

зиций и другие изменения станут центральными в исследованиях рас-

сматриваемых нами направлений.

⁷⁶

Гуссерль Э. Феноменология внутреннего сознания времени… С. 8.

⁷⁷

Там же. С. 10.

⁷⁸

См.: Молчанов В. И. Предисловие



Гуссерль Э. Феноменология внутреннего

сознания времени… С.

⁷⁹

Концепты ретенции и протенции в своем позднем творчестве Л. Бинсвангер

будет использовать в исследованиях патологического опыта.

⁸⁰

Гуссерль Э. Феноменология внутреннего сознания времени… С. 12.

⁸¹

Там же. С. 76.

Vlasova.indb 98Vlasova.indb 98 08.02.2010 15:37:1108.02.2010 15:37:11

][^_^ 1. jh[Z`Zj`xhd _[hkghk

Если все отмеченные нами выше моменты феноменологии Гуссерля

стали для феноменологической психиатрии и экзистенциального анали-

за продуктивными, если можно так сказать, в силу их собственной про-

дуктивности, то проблема интерсубъективности, ахиллесова пята Гус-

серлевой феноменологии, оказалась не менее продуктивной в своей не-

разрешенности. Непроработанность проблемы интерсубъективности

стала одним из знаковых моментов в самом переходе от феноменологи-

ческой психиатрии к экзистенциальному анализу. Поэтому мы вкратце

остановимся и на ней.

Важнейшей составляющей феноменологической психиатрии и экзи-

стенциального анализа является опора на клиническую практику пси-

хиатрии, поэтому закономерно, что сама ситуация общения психиатра

с пациентом актуализирует проблему интерсубъективности. Как же мы

можем, по Гуссерлю, погрузиться во внутренний мир другого человека

и усмотреть феномены его сознания? В лекциях «Основные проблемы

феноменологии» он утверждает, что «я» не видит чужих «я» в том же са-

мом модусе, в котором обнаруживает себя само,

—

как центр системы коор-

динат. Оно полагает их в модусе «вчувствования», вчувствования как осо-

бой формы эмпирического опыта. Путем вчувствования можно познать

сознание другого «я», но при этом невозможно будет пережить его и вос-

принять его во внутреннем восприятии как свое собственное сознание,

невозможно будет вспомнить о нем или ожидать его. Что же тогда про-

исходит в процессе вчувствования? Однозначно на этот вопрос Гуссерль

не отвечает, обозначая лишь то, что в этом акте происходить не может.

Во-первых, отмечает философ, «в имманентном образном сознании

самоактуальное сознание должно было бы служить образным объектом

для другого сознания; а значит, собственное переживание, собственный

акт

—

например, гнева

—

должен был бы функционировать как аналог для

чужого акта»

⁸²

. Но тут же он добавляет что это невозможно, посколь-

ку, когда происходит вчувствование в «ты» гнева, само «я» не гневает-

ся, не гневается оно и если фантазирует или вспоминает о нем. Во-вто-

рых, есть и еще один путь «аналогизирования»: иллюстративное вооб-

ражение в образе фантазии. Но этот способ, на взгляд Гуссерля, также

вызывает сомнения, потому что в этом случае переживания, помещае-

мые в другого, берутся вне сознания импрессивного или имагинативно-

го воображения.

Оставляя эти противоречия неразрешенными, Гуссерль отмечает,

что «в любом случае, вчувствование

—

это опытный акт, который мы мо-

жем феноменологически редуцировать, как и всякий другой»

⁸³

. Феноменоло-

⁸²

Гуссерль Э. Основные проблемы феноменологии… С. 299.

⁸³

Там же. С. 300.

Vlasova.indb 99Vlasova.indb 99 08.02.2010 15:37:1108.02.2010 15:37:11

100

|^`q\ ii

гическая редукция здесь будет двоякого рода: 1) редукция вчувствования

в себя, которое мы созерцаем и имеем данным в феноменологическом

восприятия; 2) редукция опыта вчувствованного сознания. После прове-

денной процедуры редукции остается одно («мое») феноменологическое

«я» и другое «я». Далее эмпирически познанные природные объекты для

моего «я» вследствие включения их существования редуцируются к указа-

телям на актуальные взаимосвязи сознания и его мотивированные воз-

можности. Указатели при этом

—

это указатели на объемлющую все пото-

ки сознания регламентацию. Именно так, по Гуссерлю, и возможно ис-

следование сознания другого.

Необходимо отметить, что при использовании этого метода в пси-

хопатологии нас, разумеется, ждет провал. Во-первых, само Гуссерлево

вчувствование в мир (принципиально другой мир патологии) больного

если не невозможно, то, во всяком случае, непонятно, как это должно

происходить. Во-вторых, феноменологическая редукция вчувствования

к указателям всеобъемлющей регламентации проблематична по причи-

не иной онтологии патологического сознания.

Да и сам философ имплицитно осознает ограничения феноменоло-

гии другого сознания. Он указывает: «Здесь господствует известная иде-

альная возможность под названием некоей, но лишь идеальной, нор-

мальности, в соответствии с которой каждый из двух нормальных инди-

видов, в том случае, если они поменяются своими местами, [на самом

деле] или мысленно, и телом находятся в идеально-нормальном состоя-

нии, находят в своем сознании точь-в-точь те же явления, что раньше

были реализованы в сознании другого»

⁸⁴

. В том случае, если «я» и «дру-

гой» имеют «нормальные» глаза, если их тела находятся в одинаковом

«нормальном органическом состоянии», они видят одни и те же явле-

ния. Для феноменологической психиатрии и экзистенциального анали-

за это положение неприемлемо, что прекрасно осознавал и сам Гуссерль.

«Это,

—

говорит он,

—

идеальные рассуждения. Но в общем-то каждым

предполагается приблизительное соответствие между собственны-

ми явлениями и явлениями других [людей], а встречающиеся отклоне-

ния, именуемые болезнью и тому подобными вещами, рассматриваются

как исключение или, во всяком случае, как возможность»

⁸⁵

. Поскольку

в рамках разработки проблемы интерсубъективности Гуссерль это ис-

ключение и возможность не учитывал, продолжение его идей в психиат-

рии было затруднительно и требовало некоторых корректировок.

Вообще, как уже упоминалось, сам основатель феноменологии нико-

гда не говорил о возможности и путях феноменологического исследова-

⁸⁴

Там же. С. 231.

⁸⁵

Там же. С. 231

–

232.

Vlasova.indb 100Vlasova.indb 100 08.02.2010 15:37:1208.02.2010 15:37:12