Юдин С.С. Размышления хирурга
Подождите немного. Документ загружается.
эвакуированных раненых имелся почти неограниченный по численности по разнообразию
материал для хирургии центральной и периферической нервной системы.
После свержения царского правительства последовала смена на руководящих постах и
высшего санитарного командования, и Николай Нилович был призван занять должность
главного военно-санитарного инспектора действующей армии.
После окончания войны Николай Нилович вернулся к университетской работе в Воронеж,
куда был эвакуирован Юрьевский университет, а оттуда в 1923 г. он был избран на кафедру в
Москву.
Здесь из года в год прогрессивно возрастал диапазон его творческой и научно-
исследовательской работы. В орбиту его прямого руководства включались все новые и новые
медицинские учреждения и целые научные институты. Любимая им нейрохирургия,
представленная вначале лишь обособленным черепно-мозговым отделением в его факультетской
клинике на Девичьем поле, сначала находит для себя вторую базу при Рентгеновском институте.
Но вскоре дело это разрослось настолько и приносило столь громадную пользу как множеству
больных, так и в смысле обучения новых кадров нейрохирургов, что был организован новый
самостоятельный Центральный нейрохирургической институт, который ныне приобрел уже
мировую славу. При организации Нейрохирургического института академик Бурденко блестяще
использовал не только свои громадные личные специальные знания, но как зрелый ученый он
сумел отыскать, привлечь и заинтересовать целую плеяду ценных специалистов —
«смежников», обеспечив тем самым исчерпывающую полноту комплексного изучения труд-
нейших научных и лечебных вопросов нейрохирургии. Сам Николай Нилович вопреки
невероятной перегрузке, и в качестве председателя Ученого совета Наркомздрава СССР, и как
бессменный главный консультант Военно-санитарного управления, и как
крупнейший
общественно-политический деятель не уступал своего главного призвания и своего люби-
мейшего дела — хирургии. Между лекциями в университете или на курсах
усовершенствования врачей, между программным докладом на Всероссийском съезде хирургов
и заседаниями сессии Верховного совета СССР он обязательно оставлял время для опе-
рационной и для клинического обхода больных. Он никогда не отрывался от нашей главной
работы — практической хирургии, которой он обучал других и на которой непрестанно рос и
усовершенствовался сам.
Лично мне кажется, что, помимо природного таланта и феноменальной трудоспособности,
одним из главных секретов успехов Н. Н. Бурденко является именно то, что при все
возраставшем круге деятельности, при огромной важности научных, педагогических,
общественных и государственных задач, наслаивавшихся из года в год, он сумел сохранить и
отстоять свое право лечить и оперировать. А благодаря этому он мог до последних лет
совершенствовать и находить новые пути в хирургии самых сокровенных, самых недоступных
отделов — четвертого мозгового желудочка и проводников внутри самого продолговатого мозга,
каковые не только до недавних пор, но, казалось, навсегда останутся зоной noli me tangere.
Эта же самая черта — неотрывная практическая связь с хирургией — явилась залогом
выдающейся деятельности Николая Ниловича и в качестве главн
ого хирурга Красной Армии.
Как ни велик стал личный опыт Николая Ниловича в военной хирургии благодаря
непосредственному участию в стольких больших и малых войнах, как ни обширны стали его
собственные познания в клинической хирургии, возглавлять хирургию всей действующей
Красной Армии являлось делом исключительной сложности. Трудности обусловливались двумя
обстоятельствами: во-первых, руководить приходится хирургической работой не сотен и не
тысяч, а многих десятков тысяч врачей, из коих только меньшинство хирурги; во-вторых, число
апробированных и даже премированных методов лечения ран, переломов, инфекций, шока,
сепсиса и почти всех органов и систем человеческого тела возросло и продолжает
увеличиваться до такой степени, что чрезвычайно затруднительно выбирать и рекомендовать
лучшее и наиболее доступное в полевых условиях для обихода врачей неодинаковой
квалификации.
Чтобы умело разбираться во всем этом и быстро принимать необходимые решения, нужны
знания не узкого специалиста, а хирурга и ученого самого широкого диапазона. Именно эти
качества полноценного поливалентного хирурга и воспитал в себе Николай Нилович на
протяжении всей своей научно-медицинской и практической деятельности. Он никогда не за-
мыкался в интересы какой-либо узкой хирургической специальности, но в разные периоды своей
исследовательской работы проводил сам или руководил изысканиями в самых разнообразных
вопросах общей и
частной хирургии. Ему одинаково близки и интересны и проблемы
обезболивания, и вопросы травматического шока, и вся ортопедическая хирургия, и лечебная
торакопластика, хирургия абдоминальная, урологическая и пластическая. Все эти разделы
широко представлены в его клинике на Девичьем поле, и научные работы его ассистентов и
учеников ярко отражают всю эту разнообразную проблематику.
И теперь, когда на полях Великой Отечественной войны у переднего края и во всем поясе
войскового района вместе с первой квалифицированной хирургической помощью решается
участь большинства наших раненых, именно теперь в полной мере оправдал себя основной
профиль поливалентного хирурга с широким кругозором и полными знаниями всей
разнообразной хирургической патологии в противовес узким специалистам, а тем более так
называемым травматологам.
Бесспорно, что в последние годы из числа оригинальных научных работ Николая Ниловича
наибольшую славу принесли ему достижения в области нейрохирургии. Но мировую
известность и почетные избрания он заслужил как виднейший представитель русской
хирургической науки в целом и как главный хирург Красной Армии, руководитель всех
ресурсов нашей науки, направленной к спасению жизни наших раненых бойцов и командиров,
долженствующей вернуть большинство из них обратно в ряды.
* * *
Заканчиваю свою речь еще раз призывом: «Проникнитесь сознанием огромной важности
задачи, которую вам придется взять на себя, и той необыкновенно высокой чести, которая
выпадает на вашу долю прямо со студенческой скамьи. Я привел вам многие примеры блестящих
представителей русской хирургии, честно послуживших своей стране на полях сражений и
заслуживших признательность не только современников, но и потомков. Облики этих
выдающихся ученых и замечательных русских людей должны привлекать ваши интересы и
симпатии как редко досягаемый идеал, к которому все же надо стремиться, уповая на свои силы, с
любовью к хирургической науке и верой в ее дальнейший прогресс.
Этот прогресс медицинской науки в ближайшие годы сольется с общим расцветом культуры и
возрождением нашей истерзанной Родины после окончательной победы над германскими
разбойниками. Уже близится час расплаты. Залогом тому все блестящие победы, которые наша
Красная Армия одерживала над немцами неизменно в течение всего лета и всей осени. Залогом
тому сам русский народ, проявивший не только величайшее мужество и самопожертвование в
первый, трагический период Отечественной войны, но показавший миру и непревзойденные
образцы храбрости и героизма. Ведь в студеные быстрые воды Днепра в холодные октябрьские
дни вслед за отступавшими немцами бросились не одиночные смельчаки и храбрецы, а в
нескольких местах сразу на стоверстных участках вплавь переправлялись целые армии. Они
плыли на досках, деревенских изгородях, снопах сена или соломы, обернутых плащ-
палатками, плыли как и на чем попало, с одним лишь личным оружием, но с жаждой отомстить
за разоренное сожженное левобережье. Эти массовые подвиги были настолько
ошеломляющими, что враги растерялись, не сумели, не осмелились долго сопротивляться...
Лечить вот этих воинов Красной Армии, перевязывать их раны и облегчать их страдания
и выпадает вам высокая честь по окончании курса.
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Эта рукопись — плод глубоких и поучительных раздумий выдающегося врача, обладавшего большой не только
профессиональной, но и общей культурой. Чтение этого труда—огромное интеллектуальное наслаждение.
Прежде всего подкупает безмерная любовь автора к своей специальности— хирургии. С какой логической
силой и художественным очарованием описывается многогранность хирургического мастерства и как правильно
звучат слова о том, что именно в хирургии больше всего и ярче всего выражено слияние науки и искусства!
Невозможно без восхищения, читать строки, где говорится, что автор перед особо трудными операциями
привык у себя в кабинете перелистывать партитуры симфоний Чайковского и испытывать особенно
умилительное настроение и чувство успокоения от исполнения по радио музыкальных произведений
Мусоргского и других композиторов.
При чтении этого труда в сознании вырисовывае тся многогранный образ
врача-мыслителя, обладающего пламенным сердцем художника и красивой душой большого гуманиста. В
настоящее время как никогда возрос острый интерес к проблемам логики и психологии научного и
художественного творчества. Труд проф. С. С. Юдина вносит свою значимую лепту в разработку этой
чрезвычайно важной философской проблемы. В этой работе поднимается и правильно решается вопрос о
единении науки и искусства, об их взаимном проникновении, об исключительно благотворном влиянии искусства в
формировании и развитии творческого воображения, без которого нет и не может быть результативного
творчества. Автор обсуждает очень важный вопрос о значении эмоциональной сферы человеческой личности в
научном и художественном творчестве. И эти мысли его очень ценны для понимания природы творчества. Все
содержание рукописи проф. С. С. Юдина направлено против узкой ограниченности человека только своей
специальностью, что в свое время
К. Маркс назвал «профессиональным кретинизмом». Автор замечательно
говорит о том, что в удушающей атмосфере однообразия творческие возможности человека с неумолимой
неизбежнос тью глохнут. Вся рукопись и вся жизнь нашего замечательного хирурга—это апофеоз
всесторонности развития человеческой личности, как высшего идеала коммунизма. В книге С. С. Юдина
рассматривается чрезвычайно широкий круг проблем науки, культуры— в ней и мысли о судьбах хирургии, и
меткие характеристики ее выдающихся деятелей, и оптимистическая вера в ее неиссякаемые возможности,
и горькие признания в виде исповеди перед потомками в ошибках, стоивших людям жизни, и мысли о
воспитании, образовании молодых врачей, и приемы подготовки и чтения научных и научно-популярных
лекций, и драматизм, связанный с противоречием между догматизацией раз принятых принципов и непре-
рывным потоком идей, хорошо выраженный афоризмом:
«Не умирай, пока живешь
», и соотношение
эмоционального и рассудочного в театраль
ном творчестве, проанализированное на ярких примерах наших
театров, и оценка богатейших творений божественного Гомера, и мифологии, и сказок, и произведений
живописи, поэзии, прозы, и царицы всех искусств
—
музыки. Все это тонко анализируется с глубочайшим
чувством любви к искусству и со знанием его замечательных памятников. Возможно, знатоки что-то и
оспорят, с чем-то не согласятся, но и они не останутся равнодушными к блестящему по форме и тонкому по
содержанию анализу сложных и интересных проблем искусства в книге выдающегося хирурга нашей страны. Я
не ошибусь, если скажу, что каждый, кто начнет читать эту замечательную книгу, уже не остановится на
полпути... и закроет ее последнюю страницу с чувством благодарности автору за глубокие, художественно
изложенные и поучительные мысли.
Доктор философских наук
А. Г. СПИРКИН
