Абрамова Г.С. Психологическое консультирование. Теория и опыт

Подождите немного. Документ загружается.

Что делать с этой соматической информацией? Простой пример, если "черепашку"

гладят по голове, но редко (или почти никогда) не обнимают, то "черепашка" фиксируется

еще больше в своем соматическом образе.

Вообще, все разговоры и наблюдения за воздействием родителей на детское тело

показывают только одну печальную закономерность - воздействие на тело с целью

наказать возрастает с годами ребенка, воздействие с целью ласки уменьшается с годами

стремительно и бесповоротно. "Большого" (часто уже пятилетнего) почти не обнимают и

не целуют. Стараются воздействовать словами или испытанным методом рывка за руку и

прочими, "полагающимися" по случаю формами воздействия.

В современной психологии существует много типологий взрослого человеческого

тела, я назову несколько авторов, чтобы читатель смог восстановить их в памяти: Э.

Фромм, Э. Шостром, К. Юнг, Э. Кречмер, У. Шелдон, К. Леонгард, А. Е. Личко, П. Б.

Ганнушкин, Р. Мэй и другие. Каждый психолог, работая длительное время с людьми,

создает свою типологию, которая включает сведения из известных и знаменитых

типологий и содержит его собственные обобщающие наблюдения. Когда разговариваешь

об этом с коллегами, то замечаешь, что они выделяют какую-то одну группу признаков,

которая кажется наиболее важной, а потом дополняют ее другими. Выстраивается как бы

индивидуальный

140

портрет живого человека, обладающего телом, по которому можно распознать

признаки психической жизни и определить виды воздействия человека на свое тело и

степень принятия воздействия другого человека.

Не все впечатления от этих наблюдений легко верифицируются, такие понятия, как

"типичное тело", "тренированное тело", "открытое тело", "закрытое тело", создают

определенное представление о психической жизни человека и возможности воздействия

на нее.

Пользуясь этими понятиями, можно обсуждать тело человека с ним самим,

анализировать возможности воздействия и самовоздействия на тело с целью снятия

психической боли - напряжения, вызванного воздействием другого человека. Известны

способы воздействия на тело - это физиотерапевтические процедуры (вода, свет, воздух,

запахи, движение под музыку и без музыки), но большинство людей, переживающих боль,

редко находят эти формы воздействия сами, поэтому разговор о них может оказаться

весьма продуктивным, а демонстрация некоторых движений, особенно дыхательных, -

очень полезной для человека. Не менее содержательным может быть разговор о

рассматривании (смотрении) своего тела - о том, что можно и нужно увидеть в своем теле,

на своем теле. Работа человека с зеркалом всегда осложняется оценочным отношением к

себе. Научиться смотреть, чтобы видеть свои сущностные характеристики, перспективу в

своей собственной улыбке - это трудное искусство, которое крайне редко встречается в

быту и обычно воспринимается людьми как "чудачество" психолога, но можно

продемонстрировать варианты смотрения на человека, чтобы он пережил силу

воздействующего взгляда - своего или чужого (взгляда психолога). Обычно это приводит

к хорошим результатам - у человека возникает новое отношение к себе.

В нашей культуре пристальное внимание (разглядывание) к внешности и фигуре

человека считается неприличным, несущим в себе угрозу неожиданного воздействия,

особенно неприятным считается разглядывание в упор, многие люди не любят также

смотреть в глаза собеседнику и сами не выносят такого взгляда -для них это ситуация,

нарушающая их представления о границе возможного воздействия другого человека -

границе их тела.

Возможность пережить изменение отношения к себе, которое содержат занятия со

взглядом, часто делает ситуацию консультирования завершенной, так как она становится

анализируемой для человека в доступных его сознанию параметрах и проявлениях их не

где-то за пределами отношений с психологом, а именно здесь и теперь, как подчеркивают

гештальтпсихологи.

Воздействие на тело взрослого человека, когда его тело вместе с душой переживает

боль, - задача непростая. Здесь и может в полной мере проявиться профессиональная

власть психолога,

141

когда он скажет, обосновав перед этим свое воздействие: "Сядьте ровно, дышите

глубже, закройте глаза..." Искусство слушать свое тело дается тренировкой и желанием;

необходимость, которая вынуждает человека подчиниться психологу в ситуации

консультирования, осложняет возможности воздействия на тело, но создает саму

ситуацию перераспределения активности, что бывает важно для выделения факта

существования сознания и его "отраженности" в состоянии тела.

Еще один вид воздействия психолога - самый главный - это воздействие словом.

Так и хочется написать с большой буквы это слово - слово. В психологической литературе

столько всего написано об этом, что, кажется, не осталось неосвещенных тем, но, я

думаю, одна тема сохранится вечно - это тема воздействующего и пустого слова.

Все психологи знают цитату из классики о том, что "нам не дано предугадать, как

наше слово отзовется...,", есть и другая цитата, которая все о том же, - это А. А. Ахматова:

"О, есть невозвратимые слова, кто их сказал, потратил слишком много, неистощима

только синева небес и милосердье Бога". Эти поэтические строки о главном в слове,

которое создает и одновременно разрушает психическое, есть основания относиться к

этому как к любому качеству человеческой жизни, когда пытаешься его понять, надо его

выделить, описать и постараться понять.

Когда воздействуют словом, то возникает проблема, которую я уже упоминала в

самом начале текста, - проблема понимания. Мне бы хотелось задать три главных

вопроса, которые имеют значение для обсуждения этой проблемы:

1) "Зачем люди произносят те или иные слова?"

Хочется, чтобы читатель услышал в этом вопросе, что он не о функциях языка или

речи, не о строении речи, а об индивидуальном для каждого человека значении и звучании

тех слов, которые он говорит, будет это речь или отдельное слово, письменная речь или

вариант устной речи;

2) "Почему у человека существует индивидуальный стиль речи?";

3) "В чем выражается результат понимания речи?".

У речи, как у всякого явления человеческой жизни, много разных характеристик.

Не менее важны для ситуации консультирования такие звуковые характеристики речи, как

темп и тембр голоса, сила голоса, выраженность интонации. Все эти особенности речи

можно отнести к типологическим, описать и понять в параметрах соматотипа или

характера человека. Важно качество дыхания как характеристика уровня боли, которая

транслируется в тексте человека - задыхается человек или говорит легко, использует

только один регистр звука или разные регистры, разные тональности и т. п. Эти

особенности интонирования текста позволяют психологу услышать контекст его

появления, составить

142

более целостную характеристику индивидуальности человека - его

индивидуального говорения текста.

Сегодня у психологов есть огромная возможность использовать данные смежных

наук, изучающих тексты, для ответа на вопросы о его строении и назначении: философии,

семантики, семиотики, теории систем, психолингвистики, филологии и других наук. Все

они дают достаточно сведений, чтобы сформулировать исходные положения анализа речи

как текста.

Для меня одним из важных положений является мысль А. Потебни о том, что

человек произносит слова для того, чтобы обозначить ими собственное сознание. Вот эта

функция слова - обозначение сознания - мне представляется чрезвычайно важной для

понимания того, что происходит с людьми, взаимодействующими в ситуации

психологического консультирования. Сознание человека не формируется в слове, не

проявляется, а именно обозначается для него самого. По сути дела, когда мы говорим о

развитии речи человека и выделяем какие-то параметры ее развития (увеличение словаря,

синтаксической сложности речи, создание новых слов или новых характеристик уже

известных слов), мы имеем в виду, что человек обозначает собственное сознание в его

динамических, изменчивых характеристиках.

Думаю, обобщая, можно сказать, что человек говорящий - это человек, несущий

свое сознание. В понимании того, что происходит, когда человек несет свое сознание,

можно воспользоваться аналогией со свечой - когда несут свечу, то ее обязательно надо

защищать от ветра, а собственное сознание - от воздействия всевозможных факторов,

разрушающих его. Многие из этих факторов связаны с присутствием и воздействием

других людей, это создает предпосылки для появления ситуации, когда человек может

творить то, чего сам не понимает.

Сколько раз, например, ребенок произносит: "Прости, мамочка, больше не буду",

не придавая значения содержанию слов. Сколько раз можно сказать знаменитое: "Как

дела?" и совершенно не слышать при этом своего собственного вопроса и т. д.

Что происходит в ситуациях, когда человек произносит слова, не понимая их?

Полагаю, что это ситуации, которые показывают возможность сопротивления

индивидуального сознания Я человека. Это момент несовпадения во времени проявления

сознания и Я. Форма - слово - есть, а содержания этого слова нет. Если говорить

поэтическим языком И. Анненского, то это встреча с "пустыми тайнами слов".

...До конца все видеть, цепенея...

О, как этот воздух странно нов...

Знаешь, что... я думал, что больнее

Увидать пустыми тайны слов...

143

Психолог знает о существовании ситуаций, когда человек произносит чужие слова,

заученно воспроизводит одну и ту же тему, не выражая своего отношения к ней, когда он

отвечает (или говорит сам) шаблонами и т. д. Это все встреча с "пустыми тайнами слов",

встреча с человеком, для которого существование его сознания как индивидуального

образования не представляет ценности, в философии еще употребляется понятие

отчуждения. Отчужденная речь, отчужденный текст - это текст и речь, где во времени и в

пространстве психической реальности человека разделены его Я и сознание. По каким

признакам можно определить, что человек произносит пустое слово? Их несколько.

Перечислю самые главные:

пустое слово произносится легко, без напряжения, без Я-усилия;

пустое слово безадресно, говорящий не ориентируется на слушателя;

пустое слово не связано с контекстом (оно как бы вне контекста);

пустое слово не обладает семантической глубиной - у него практически нет

подтекста, так, например, все знают, что можно произносить "правильные слова" о чести

и долге и при этом обкрадывать пенсионеров и учителей, больных и бездомных;

пустое слово не производит воздействия ("Собака лает - ветер носит", "Мели Емеля

- твоя неделя" и т. п.);

пустое слово не обозначает индивидуальных характеристик сознания - оно не

структурирует его, а создает предпосылки для появления и существования фантомных

форм сознания.

В бытовой практике общения люди, обладающие индивидуальным сознанием,

легко отличают пустые слова от подлинных, не отдавая себе отчета в тех характеристиках,

по которым производится оценка, часто она недифференцирована, но эмоционально

насыщена и точна, что отражается в восприятии говорящего человека - пустозвон, болтун,

звонарь и т. п.

Произнося пустые слова, человек показывает тот уровень Я-присутствия в

ситуации, который может быть для психолога-консультанта основанием для принятия

решения о средствах воздействия на этого человека.

Люди, произносящие пустые слова, практически не готовы воспринимать

словесное воздействие психолога, и ему необходимо принимать решение о выборе других

средств воздействия на таких клиентов. Этими средствами могут быть уже

упоминавшиеся физические воздействия, воздействия на систему образов или

комбинированные варианты, сочетающие разные виды воздействия. (В бытовой практике

общения человека, склонного к пустым речам, обычно характеризуют как человека,

который никого, кроме себя, не слышит. Это точная характеристика.)

144

Рассуждением о пустых словах мне хотелось показать, с одной стороны, что факт

их существования ставит перед психологом вопросы о их диагностике в процессе

общения с другим человеком, с другой - что это одна из ловушек профессионального

общения, в которую психолог может попасть, если не будет (в силу разных причин)

ориентироваться на индивидуальные характеристики своего сознания в построении

общения с другим человеком. Пустое профессиональное слово психолога - это то, чего не

должно быть в ситуации профессионального воздействия. Слово - средство воздействия,

оно становится таковым, если работает индивидуальное сознание говорящего (психолога

или педагога, юриста или журналиста). В этом случае возникает порождающее слово -

антипод пустого слова.

Что это за слово и почему оно так важно для профессиональной работы психолога?

Хочу ответить на этот вопрос, начав немного издалека. В практике семейного

общения есть житейское правило, которое, к сожалению, сегодня забывается, молодых

родителей всегда предупреждали о том, что если они хотят воспитывать своих детей, то

не должны употреблять бранных слов. Надо сдержаться только один раз и тогда не будет

необходимости употреблять эти слова, но если не сдержишься, то уже не остановишься.

(Это один из путей воспитания терпения.)

Только скажите один раз своему ребенку, что он гаденыш или еще кто-то, и вы уже

не остановитесь. Что произойдет с сознанием человека, который произнес бранное слово?

Сознание человека перестанет сопротивляться содержанию этого бранного слова, оно

примет это содержание, наполнится им, и уже опосредованность отношений с другим

человеком станет иного качества. Если так можно сказать, слово создало реальность

"гаденыш", с которой, теперь нужно жить. Я не хочу сейчас уделять много места

разговорам о том, что и как происходит в сознании людей, использующих мат, язык зоны,

псевдокультурный язык для общения с собственными детьми, могу только сказать, что в

любой культуре есть средства, способствующие сохранению индивидуального сознания и

толкающие его к разрушению. Преобладание какого-то типа средств в реальном бытовом

общении людей - это показатель той концепции жизни, которая транслируется в данной

культуре. Есть много наблюдений о том, что люди, которые отказываются от

индивидуального сознания (в первую очередь в его словесной форме), склонны к тому

типу поведения, который стимулирует появление различных диктатур.

Те формы бытового воспитания терпения, которые существовали и существуют в

нашей культуре, - это своего рода психопрофилактика, необходимая для появления у

человека желания и возможности понимать и понять сознание другого человека и свое

145

собственное тоже, ценить его уникальность и уязвимость, его жизненное

разнообразие и обусловленность присутствием другого человека. Психолог в ситуации

психологического консультирования потенциально обладает большой возможностью

воздействия через порождаемое им слово, хотелось бы назвать это слово "живым".

В отличие от пустого слова оно имеет другие свойства:

 всегда произносится с затратой усилий, которые осознаются

человеком как необходимые;

 адресно, у него всегда есть слушатель, которому это слово

необходимо (это может быть и читатель);

 всегда несет в себе контекст, в котором оно создано;

 обладает семантической глубиной, оно всегда несет подтекст и

требует усилий по восприятию этого подтекста;

 производит воздействие, оно всегда переживается;

 обозначает индивидуальные характеристики сознания, оно

структурирует его, создает предпосылки для проявления индивидуальности Я-

усилий.

В бытовой практике общения люди дифференцируют такие слова, такие речи по

глубине их воздействия ("Запомнил эти слова на всю жизнь", "Это перевернуло мое

сознание", "Как сейчас помню, а сколько лет прошло" и т. п.). Обычно живые слова

запоминаются точно и воспроизводятся в памяти без особых усилий.

Живое, порожденное слово само по себе представляет текст. Оно обладает той

семантической глубиной, которая может быть восстанавливаема длительное время как

поток сознания. Наиболее распространенной формой живого слова в быту являются

прозвища и те ласковые словечки, которые люди говорят друг другу в интимных

отношениях. Найти слово, которое бы объединяло людей, всегда сложно. Когда человек

не в состоянии подобрать слова, чтобы выразить свое отношение, это иногда может

привести к настоящей трагедии. Обучение искусству общения - один из путей сохранения

индивидуального сознания человека, способ трансляции индивидуального сознания в

культуре, где формы массового сознания приобретают часто угрожающие размеры. Одной

из таких форм, которая, к сожалению, присутствует в практике работы психологов,

выступает употребление ими слова "проблема". Вопросы типа: "Какая проблема вас

привела ко мне?", "Я вас слушаю, какие у вас проблемы?", "Какая проблема вас

интересует?" и т. п. - это показатель нечувствительности психолога к собственным

высказываниям. Сейчас в быту слово "проблема" имеет несколько специфическое

содержание (одна из причин этого - частота употребления данного слова в американских и

других фильмах, транслируемых нашим телевидением), которое можно было бы описать

как

146

псевдоэмоциональное. Психолог работает в ситуации боли - он должен возможно

точно обозначать ситуацию в сознании другого человека, а слово "проблема" в силу своей

многозначности не способствует этому. Психологу и другому человеку в ситуации

консультирования надо найти проявление индивидуального сознания человека, его Я-

усилий. Это можно сделать только тогда, когда они оба будут порождать тексты. Как

этого добиться?

Обращение психолога к клиенту: "Я вас слушаю", "Что вас ко мне привело?" -

требует активизации индивидуального сознания, Я-усилий для дальнейшего построения

текста. Такое обращение позволяет выделить тот предмет общения, который будет

соответствовать профессиональным возможностям психолога и уровню индивидуального

сознания его собеседника. Это и есть начало работы и порождения живого слова. Для

психолога всегда есть возможность использовать существующие способы порождения

живого слова - это метафорическая речь, его собственная метафорическая речь, где в

содержании метафоры представлен и он сам, и другой человек. Вы уже читали описание

детского тела, которое было дано мною по работе И. Фридман. Она использовала для

характеристики очень симпатичные и содержательные метафоры. Другим примером

использования метафоры может быть фрагмент из общения с клиенткой: "Я, как угорелая

кошка, должна целый день..." Эта "угорелая кошка" и была у нас предметом обсуждения,

использование этой метафоры позволило избежать затрат времени на выяснение

"проблемы" - кошка говорила сама о себе и сама за себя.

Метафора как живое слово обладает большой возможностью воздействия, ее

использование обычно стимулируется собеседником, его готовностью к изменению.

Использование метафоры человеком, испытывающим боль, - показатель наличия у него Я-

усилий, которые он может (с помощью психолога) направить на восстановление логики

своей индивидуальной жизни. Иногда воздействие психолога состоит только в том, что он

слышит эту метафору и реагирует на нее, т. е. показывает свое индивидуализированное -

предназначенное именно этому человеку - слушание. Обычно его называют активным

слушанием.

Смысл активного слушания в отличие от всех других его видов в том, что оба

собеседника выделяют друг друга как адресатов своих текстов, т. е. каждый ориентирован

на индивидуальность другого. Эта ориентированность и создает предпосылки для

возможного воздействия друг на друга. Именно друг на друга - психолог тоже переживает

воздействие того человека, с которым работает, воздействие, связанное с тем, что человек

порождает высказывание, тратит усилия на проявление и сохранение своего сознания.

147

В работах по исследованию речи имеются факты, на которые хотелось бы обратить

внимание в связи с обсуждаемой темой, -факты сензитивности развивающегося сознания

к словесному воздействию. Есть периоды, когда ребенок очень чувствителен к слову

(знаменитый возраст от двух до пяти), есть другие, когда такой чувствительности словно

бы и нет - это период младшего, школьного возраста, описаны факты стабилизации

словаря в 14-16 лет, известны проблемы становления индивидуального стиля речи у

взрослого человека - все это свидетельствует о некоторых закономерностях развития

сознания как проявления свойств психической реальности. Показано, что развитие речи

взрослого человека возможно только в реальном общении с реальным собеседником,

способным к рождению высказывания, к созданию живого слова. Думаю, что эти факты

можно интерпретировать как факты становления индивидуального сознания и

возможности его трансформации под влиянием другого человека.

В практике психологического консультирования возможность человека породить

живое слово определяется уровнем его боли и выраженностью Я-усилий по

преобразованию психической реальности. Надо сказать, что большой редкостью является

встреча с человеком, у которого есть силы для построения Я-высказывания, проявления

Я-усилий. Обычно это ситуация, которая потенциально требует присутствия психолога

только как собеседника, обеспечивающего более интенсивный внутренний диалог и

возможность расширения сознания за счет проявления Я-усилий человека.

Чаще всего встречается ситуация, когда человек не может (не умеет) проявить в

высказывании Я-усилие, он находит всевозможные формы психологической защиты,

которые позволяют ему использовать пустые (фантомные) слова для осуществления

взаимодействия с психологом. Трансляция в бытовое сознание научных терминов

("стресс", "проблема", "комплекс" и т. п.) помогает применять их для обозначения своего

состояния без применения Я-усилий по построению высказывания.

Психологу приходится вместе с другим человеком искать и находить адекватные

средства для построения высказывания, а значит, для осуществления воздействия на

сознание человека. Психолог делает это, задавая вопросы, слушая ответы, внося

содержанием своих вопросов те моменты воздействия на другого человека, которые он

сам не мог осуществить. У него просто не было таких средств структурирования своей

психической реальности. Какие вопросы задает психолог, чтобы появились новые для

данного человека средства воздействия на свою психическую реальность? Это вопросы о

фактической стороне событий (что и как происходило или происходит?) и об отношениях,

которые были и есть в описываемых событиях. Формулировка вопросов, их сложность и

148

направленность, их лексический и синтаксический рисунок определяются целями и

задачами, которые сформулированы в конкретной ситуации. Мне кажется, что общее

правило, которое с необходимостью реализуется в общении психолога,

консультирующего другого человека, состоит в том, что психолог должен фиксировать

тему (предмет) общения, чтобы оно было конструктивным и способствовало

рефлексивной активности другого человека.

Для этого надо уметь задавать вопросы, направленные на отражение свойств

психической реальности другого человека. Покажу на примере, как это может быть

(ситуация заказа на психологическую работу). Приходит мужчина, который формулирует

свой заказ так: "Дайте какой-нибудь тест, хочу свою жену проверить - нормальная она или

нет".

Варианты ответов психологов на этот заказ:

 Почему вы считаете, что она ненормальная?

 Одним тестом проверить ничего нельзя.

 Это должен делать только специалист.

 Расскажите подробно о своей жене.

 В мои задачи как психолога не входит определение нормальности

человека.

 Почему вы хотите сами проверять свою жену?

 Знает ли ваша жена о вашем намерении?

 Я не могу вам дать никаких тестов - это литература для служебного

пользования.

Предоставляю читателю возможность самому оценить значение каждого из

вариантов ответа психолога для осуществления ситуации консультирования. Мне

представляется, что среди этих вариантов есть один, оптимальный, позволяющий сделать

предметом возможного взаимодействия психолога и другого человека свойства

психической реальности консультируемого - человека, который переживает боль от

взаимоотношений со своей женой. Это вариант вопроса предложения: "Расскажите

подробно о своей жене". В нем и воздействие на психическую реальность мужчины, и

обозначение его отношения к боли (боль в отношениях с женой), и открытая возможность

использовать воздействие психолога для этого рассказа - можно выбирать способы и

средства рассказа, ориентируясь на собеседника. Этим активно слушающим собеседником

и будет психолог. Пустое слово, которым уже была обозначена боль ("нормальная она или

нет") в этом общении, не будет иметь значения, возникнут другие формы проявления,

обозначения своего сознания, своего отношения к жене.

Одной из форм воздействия психолога при использовании слова является пауза -

она структурирует сознание другого человека в той же мере, как и сознание говорящего

(молчащего во время паузы). Пауза - молчание - обладает той силой

149

воздействия, которая позволяет пережить присутствие динамики в переживаниях,

как бы столкнуться с фактом наличия интенциональности и необходимостью ее

регулировать.

Приведу еще один пример из практики, который, надеюсь, позволит уточнить

позицию. Дверь кабинета была открыта рывком, и женщина буквально втолкнула

мальчика навстречу мне со словами: "Говорят, что вы умеете что-то с ними делать,

сделайте с этим что-нибудь..." Я предложила ей и мальчику сесть, пауза, которая возникла

после того, как они с шумом расселись, показалась мне вечностью, но я ее выдерживала

специально и сознательно, чтобы... Дальше произошло то, что стало мне уроком на всю

жизнь. Женщина огляделась и совершенно неузнаваемым голосом уверенно и спокойно

сказала: "Я смотрю, у вас тут ремонта давно не было, а ведь столько людей платно учится,

могли бы найти деньги для такого важного помещения". Потом мы встречались много раз

как психолог и клиентка и обсуждали тот первый визит и ее реакцию на мое молчание, и

слова о ремонте, и многое другое. Мальчик стал ходить в школу, перешел в следующий

класс - это было главным в нашем общении, но не менее важными были, на мой взгляд и

переживания этой женщины, которые она выразила так: "Конечно, я не подарок, я

нервная, все мы нервные от такой жизни, но тут у вас как-то особенно чувствуешь, что

нервностью ничего не сделаешь для ребенка - он только хуже будет".

Психолог как другой человек воздействует фактом своего присутствия, быть

присутствующим - это тоже особая задача, это борьба за внимание другого человека к

себе. Она может быть и борьбой на поражение, если психолог, захваченный целью

самоприсутствия, забудет все другие профессиональные задачи. Цель самоприсутствия -

это демонстрация профессиональной компетентности власти удерживать предмет

общения, регулировать и направлять общение другого человека на решение его задач. Это

момент консультирования, когда психологу необходим тот здравый эгоизм, который

позволит ему говорить от своего имени, демонстрировать свои Я-усилия в структуре Я-

высказываний, направленных на воздействие.

Сегодня, когда многие люди употребляют жаргонные слова, рекламные клише,

когда многие существующие в культуре бытового языка нормы и правила игнорируются

или пересматриваются, возможность услышать живое слово для многих людей становится

редкостью. Когда в ситуации консультирования человек слышит слова, обращенные к

нему, когда он присутствует при рождении высказывания, ориентированного на него как

адресата, это производит воздействие. Как сказал один из взрослых участников семейного

консультирования: "Пробирает, когда слышишь слова, которые хотел бы сам сказать, да

не обучен".

150

В консультировании всегда можно выделить моменты перехода человека к

порождению высказывания, зафиксировать появление интенции говорить своим языком -

порождать Я-высказывания. Какие это проявления? Прежде всего обнаруживается, что

клиенту трудно говорить, он осознает бедность собственного словаря: "Я не знаю, как об

этом сказать лучше". Можно думать, что человек приближается к той ситуации, которая

известна литераторам как муки творчества, муки рождения слова. Человек готов к тому,

чтобы осознать содержание своей активности, готов слушать свое сознание и

одновременно переживать сопротивление своего сознания Я-усилиям, т. е. готов

осознавать возможности воздействовать самому на себя.

Есть еще один важный момент, который присутствует в рождении высказываний, в

говорении человека, когда он говорит, то сталкивается со своим сознанием. Психологи

знают, как важно человеку проговорить (осознать) переживаемое, но при слушании

говорящего человека возникает вопрос о мере говорения, необходимой для осознания

содержания переживания. Говорение, как я уже пыталась сказать, бывает наполнено

пустыми словами, и их употребление закрепляет фантомизацию сознания. Это не создает

новых качеств в психической реальности, а может привести к появлению фиксированных,

навязчивых форм переживаний.

Говорение обладает инерцией, которая связана с его ориентацией во времени.

Можно проделать простой эксперимент - попросить говорящего человека точно

воспроизвести свою последнюю фразу - многим людям, особенно если они не

контролировали специально свою речь, эта задача покажется невыполнимой. Это

проявляется инерция сознания - одна из его важнейших характеристик, позволяющая

сохранять границы психической реальности от разнонаправленных воздействий.

Для регулирования психологом процесса говорения другого человека в ситуации

консультирования можно использовать закономерности, определяющие возможности

воздействия. Известно, что объем информации, которую человек способен воспринять

одновременно, равен 7 ± 2 единицы. Это значит, что из всего, что вы скажете другому

человеку, он запомнит и сумеет переработать очень немного. Выбор качества информации

за каждым конкретным человеком, но недаром на всех психологических семинарах учат

формулировать резюме. Как известно, лучше всего запоминается информация,

предъявленная в начале общения и в конце. Существуют ограничения на время

проведения ассоциативного эксперимента в любом его варианте (2-5 мин). Этого времени

достаточно для актуализации главных семантических связей, определяющих глубину

переживания, поэтому всем психологам известна информативность первых минут

сообщения человеком информации, потом возникает ситуация профессиональной работы

151

психолога, которую он строит как интервью, ориентированное на информацию,

полученную в первые 5 минут общения с другим человеком.

Это общие положения, которые каждый психолог конкретизирует в зависимости от

задач, решаемых им вместе с другим человеком.

Итак, воздействие психолога - это проблема, которую можно обсуждать

бесконечно, анализируя специфику каждой минуты профессионального общения как

особой работы - борьбы за понимание человеком самого себя с помощью другого

человека. Психолог должен в этой борьбе победить - он (по долгу профессии) переживает

свою победу как изменение в другом человеке, не в структуре его психической

реальности, пусть временное (на консультации), но изменение. Как бывает тяжело, когда

этого не происходит, когда не сумеешь "победить" косность чужого сознания, когда

очевидная для тебя необходимость изменения так и останется не пережитой другим

человеком. Такое тоже бывает...

152

Фридман И. К. О контакте родителей с детьми // Вопросы психологии. - 1990. - №