Балашенко С.А., Макаровa Т.И., Лизгаро В.Е. и др. Экологическое право
Подождите немного. Документ загружается.
Разумной формой ограничения представляется придание институту права
собственности на природные ресурсы публично-правового характера путем
признания на конституционном уровне компонентов природной среды
общественным (национальным) достоянием. Юридически значимый (а не
исключительно идеологический) характер такая формула приобретает только
в случае признания равенства форм собственности [7, ст.13], расширения
сферы применения права частной собственности на природные ресурсы (как
за счет круга субъектов, так и круга объектов) и установления гарантий того,
что при реализации своих правомочий собственник природных ресурсов будет
учитывать, в какой степени это соответствует общественным интересам.
Такой подход дает возможность рассматривать в качестве общественного
достояния, или, пользуясь экономической терминологией публичного блага
[17], природную среду в целом, вместе с входящими в нее экономически
значимыми компонентами природной среды, а не только те из них (как
предлагают некоторые специалисты [18]), которые находятся в
государственной собственности.
Таким образом, при определении правового положения компонентов
природной среды мы не ставим знак равенства между категориями
«общественное достояние» и «государственная собственность». Наша позиция
заключается в том, что определяющая функция государства состоит не в роли
монопольного собственника природных ресурсов, а в роли жесткого
контролера за соблюдением норм экологического законодательства при
эксплуатации природных ресурсов, независимо от формы собственности на
них. Весь предшествующий опыт ведения социалистического хозяйства на
основе исключительной государственной собственности на природные
ресурсы опровергает особое экологическое значение, которое до сих пор
придается государственной собственности в этой области.
В законодательстве Республики Беларусь механизм контроля за
соблюдением общественных, в том числе и экологических интересов
достаточно четко обозначен, и формы его не зависят от форм собственности
используемых природных ресурсов. Это касается и предоставления
природных ресурсов в пользование и осуществления правомочий
собственника или природопользователя.
В государствах, где институт права частной собственности на природные
ресурсы существует не одно столетие, например в США, также отмечается
«расширение сферы легального, базирующегося на праве отчуждения и
регулятивных полномочий, государственного вмешательства в процесс
использования земель, находящихся в частной собственности», что на взгляд
специалистов ведет к изменениям в традиционной концепции права частной
собственности на землю [19, с. 10].
При этом специалисты отмечают, что названные процессы происходят в
рамках «классической юриспруденции собственности и не затрагивают ее
коренных принципов», однако конкретное выражение в праве тенденций к
формированию новой концепции права собственности в различных
правовых системах определяется специфичностью земельных отношений,
которая, в свою очередь, «определяется специфичностью земельной
собственности» [19, с. 63; 20, с. 351–358].
Американский правовед профессор Дж. Сакс в результате анализа
проблемы совместимости традиционной концепции права частной
собственности как титула свободного феода (estate of free simple) с практикой
государственно-правового регулирования приходит к выводу, что наряду с
частными правами на землю существуют и публичные права, которые лишь в
совокупности составляют целое и единое право собственности. Признание
последних требует особого механизма их учета и защиты, но не путем их
отчуждения у частных лиц и последующего перехода к государству [21,
с.695]. Действительно, ограничения права собственности устанавливаются
государством, но «в отношениях между субъектами гражданского общества
оно продолжает иметь абсолютный характер» [19, с. 66–70]. Это означает, что
отдельные правомочия могут принадлежать только одному субъекту, третьи
лица обязаны воздерживаться от нарушения его прав, причем государство
рассматривается как равный другим субъект права собственности.
Трансформация классического института права частной собственности на
природные ресурсы идет в направлении установления государственно-правовых
ограничений. В законодательстве Республики Беларусь эти ограничения
закреплены в конституционной формуле: «Осуществление права
собственности не должно противоречить общественной пользе и
безопасности, наносить вреда окружающей среде, историко-культурным
ценностям, ущемлять права и защищаемые законом интересы других лиц» [7,
ст. 44].
Осуществлению права собственности без ущерба общественным интересам и
частным интересам иных собственников способствует соотнесение правового
режима комплекса природных ресурсов с функционированием
производительных сил, или так называемое зонирование. Традиционно в
американской юридической литературе выделяются три основных вида
зонирования: урбанистическое, сельскохозяйственное и экологическое. По
общему признанию зонирование было призвано служить средством
предотвращения конфликтов между различными видами землепользования
[19, с.155–181].
Понятию «зонирование» в определенном смысле соответствует деление
земель на категории в зависимости от цели их использования, существующее
в белорусском законодательстве. Ст. 3 Кодекса о земле устанавливает, что
земли подразделяются на категории в соответствии с основным целевым
назначением и независимо от форм собственности. В такой позиции
белорусского законодателя усматривается противоречие, поскольку
белорусская конструкция права частной собственности на землю такова, что
возможность предоставления земельного участка на этом титуле как раз и
зависит от категории земель. Из содержания ст. 38 Кодекса о земле вытекает,
что в частной собственности могут находиться:
- для граждан – только земли населенных пунктов, исключая земли
общего пользования и сенокосные, пастбищные и другие земли населенных
пунктов, используемые для общих нужд населения;
- для юридических лиц – земли промышленности, входящие в категорию
земель промышленности, транспорта, связи, энергетики, обороны и иного
назначения.
В норме ст. 38 Кодекса о земле содержатся и иные ограничения на
передачу земель в частную собственность, основанные на принципе
зонирования. Не подлежат передаче в частную собственность:
- земельные участки на территориях, подвергшихся радиоактивному
загрязнению вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС (зоны
эвакуации (отчуждения) и первоочередного отселения);
- земельные участки, предоставленные или предоставляемые гражданам
для целей, совпадающих с целевым использованием земель на титуле
частной собственности, если в соответствии с генеральными планами,
проектами планировки и застройки городов и других населенных пунктов
предусмотрено иное целевое использование этих участков;
- служебные земельные наделы, которые в порядке ст. 84 Кодекса о
земле предоставляются отдельным категориям работников транспорта,
лесного хозяйства, лесной промышленности, связи, водного, рыбного,
охотничьего хозяйства, других отраслей народного хозяйства в пользование
из земель, находящихся в пользовании соответствующих юридических лиц, а
при недостатке таких земель – из земель запаса и земель лесного фонда;
- земли населенных пунктов, садоводческих товариществ и дачного
строительства на площадях залегания разведанных и в установленном
порядке утвержденных месторождений полезных ископаемых [8].
Подводя итог, мы обращаем внимание на то, что современное состояние
института права частной собственности на природные ресурсы (землю) в
соответствии с белорусским законодательством отстает от основных
тенденций развития этого института в мировой практике. В свете нашего
исследования это, прежде всего, круг субъектов: не только иностранные
граждане, в том числе и граждане Российской Федерации, но даже и не все
белорусские граждане признаются субъектами этого права. Ограничения
права частной собственности в сфере использования природных ресурсов
затрагивают и сам объект – компоненты природной среды, из круга которых
выпадает значительная часть земель и все иные ресурсы (недра, воды, леса).
На взгляд автора, право частной собственности на землю следует
признать за всеми гражданами Республики Беларусь, а также за
иностранными гражданами и лицами без гражданства, постоянно
проживающими в Республике Беларусь. В первую очередь, это затрагивает
граждан Российской Федерации, равенство прав которых с гражданами
Республики Беларусь, признано одним из стратегических направлений
развития Союзного государства России и Беларуси, что предусмотрено ст. 8
Договора между Российской Федерацией и Республикой Беларусь «О
создании Союзного государства» [22].
Требует расширения круг объектов – компонентов природной среды,
подлежащих передаче в частную собственность граждан и юридических
лиц. Расширение круга природных объектов, передаваемых в частную
собственность, может быть осуществлено за счет участков лесного фонда,
примыкающих к земельным участкам, которые находятся или могут
находиться в частной собственности; водных объектов, находящихся или
оборудованных в пределах земельных участков на праве частной
собственности; участков недр, расположенных в пределах земельных
участков на праве частной собственности. Такой подход потребует внесения
изменений в Конституцию Республики Беларусь, касающихся отказа от
исключительного характера права государственной собственности на недра,
воды и леса. На наш взгляд, норма ст. 13 Конституции Республики Беларусь
об исключительном характере права государственной собственности на
недра, воды и леса, введенная в Конституцию на Республиканском
референдуме 24ноября 1996г.[6], выполнила свою политическую и
экономическую задачу и может быть заменена иной, более
соответствующей определению Республики Беларусь как демократического,
социального, правового государства с рыночной экономикой.
Конечно, частная собственность, тем более на природные ресурсы, имеет
свои недостатки. Современное состояние общественных отношений требует
установления определенных ограничений прав частных собственников,
которые проистекают из публичного характера отношений в сфере
взаимодействия общества и природы. Такой обоснованной формой
ограничения представляется придание собственности на природные ресурсы
публично-правового характера, или признание компонентов природной
среды национальным достоянием с одновременным закреплением права
частной собственности за более широким кругом субъектов (физическими и
юридическими лицами) в отношении большего круга объектов (природных
ресурсов). Ограничения права собственности, которые устанавливаются
государством, должны исходить из интересов общества и быть основаны на
том, что право частной собственности в отношениях между субъектами
имеет абсолютный характер.
Литература:
1. Гражданское право БССР. Т. I. / Под ред. В.Ф. Чигира. - Минск: Изд-во БГУ, 1975. -
384 с.
2. О государственном суверенитете Республики Беларусь: Декларация Верховного Совета
Республики Беларусь от 27.07.1990 г. № 193-XII // Ведомости Верховного Совета Респ.
Беларусь. - 1991. - № 31. - Ст.536.
3. О собственности в Республике Беларусь: Закон Республики Беларусь от11.12.1990г. //
Ведомости Верховного Совета Респ. Беларусь. - 1990. - № 2. - Ст.13.
4. О признании права частной собственности на землю на территории Республики
Беларусь: Постановление Верховного Совета Республики Беларусь от 1 окт. 1991 г. №
1110-XII // Ведомости Верховного Совета Респ. Беларусь. - 1991. - № 30. - Ст. 526.
5. О праве собственности на землю: Закон Республики Беларусь, 16 июня 1993 г. В ред.
Закона от 24 дек. 1997 г. // Ведомости Верховного Совета Респ. Беларусь. - 1993. - №
23. - Ст.285; Ведомости Нац. собрания Респ. Беларусь. - 1997. - № 36. - Ст. 767.
6. О республиканском референдуме 24 ноября 1996 г. в Республике Беларусь: Закон
Республики Беларусь, 26 нояб. 1996 г. // Ведомости Верховного Совета Респ. Беларусь.
1996. № 35. Ст.632.
7. Конституция Республики Беларусь от15 марта 1994 г. С изм. и доп. от 24нояб. 1996 г.,
17 окт. 2004 г. // Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь. - 1999. -
№1. - 1/0; 2004. - №133. - 1/6032.
8. Кодекс Республики Беларусь о земле: Кодекс Республики Беларусь, 4янв. 1999 г. (с
изм. и доп. Закон Республики Беларусь, 8 мая 2002 г.) // Ведомости Национального
собрания Респ. Беларусь. - 1999. - №15. - Ст.316; Нац. реестр правовых актов Респ.
Беларусь. - 2002. - № 55, - 2/848.
9. О растительном мире: Закон Республики Беларусь, 14 июня 2003 г. (с изм. и доп. от 29
окт. 2004 г.; 19 июля 2005 г.) // Нац. реестр правовых актов Респ. Беларусь. - 2003. - №
73, - 2/954; - 2004. - №174, - 2/1068; - 2005. - №121, - 2/1139.
10. Василевич, Г.А. Правовые основы взаимоотношений личности, общества, государства
(комментарий к разделам Конституции Республики Беларусь) / Г.А. Василевич. –
Минск: Право и экономика, 1999. – 192 с.
11. Василевич, Г.А. Конституционно-правовые основы суверенитета Республики Беларусь
/ Г.А. Василевич, А.В. Шавцова. – Минск: ЗАО«Веды», 2002. – 176 с.
12. Водный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон,16 нояб. 1995г. №167-ФЗ
// Собр. законодательства Российской Федерации. - 1995. - №47. - Ст. 4471.
13. Земельный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон,25 окт. 2001 г. № 136-
ФЗ // Собр. законодательства Российской Федерации. - 2001. - № 44. - Ст. 4147.
14. О личных подсобных хозяйствах граждан: Закон Республики Беларусь, 11 нояб. 2002 г.
// Нац. реестр правовых актов Респ. Беларусь. - 2002. - № 128. - 2/898.
15. О крестьянском (фермерском) хозяйстве: Закон Республики Беларусь, 18 февраля 1991
г. В ред. Закона от 19 июля 2005 г. // Нац. реестр правовых актов Респ. Беларусь. -
2005. - № 122. - 2/1141.
16. Научно-практический комментарий к Закону Республики Беларусь от 18февраля 1991
года «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» в редакции Закона от 19 июля 2005
года / С.П. Кацубо [и др.]; науч. ред. И.С. Шахрай; Нац. акад. Наук Беларуси, Ин-т
государства и права. – Минск: Бел. Наука, 2006. – 327 с.
17. Васильева, Е.Э. Экономические аспекты экологической политики /Е.Э.Васильева. -
Минск: Европейский гуманитарный университет, 2000. –50с.
18. Бринчук, М.М. Экологическое право: учебник. – 2-е изд., перераб. и доп. / М.М.
Бринчук. – М.: Юристъ, 2005. – 670 с.
19. Галятин, М.Ю. США: правовое регулирование использования земель / М.Ю. Галятин.
- М.: Наука, 1991. - 252 с.
20. Кикоть, В.А. Правовое регулирование земельных отношений в капиталистических
странах / В.А. Кикоть // Земельное законодательство зарубежных стран. - М.: Юрид
лит., 1982. - Гл. 13. - С. 351–358.
21. Sax, J. Property, philosophy and public rights / J Sax. // Harvard Law Revue. - 1972. -
Vol.85. - P. 695–702.
22. Договор о создании Союзного государства: Договор от 8 декабря 1999г. // Ведамасці
Нацыянальнага сходу Рэсп. Беларусь. – 2000. - № 1-2. - Ст.1.
Статья опубликована:
Макарова, Т.И. Право частной собственности на природные ресурсы:
некоторые теоретические и прикладные проблемы / Т.И. Макарова // Юрид.
журн. – 2007. - №1(9). – С.57-61.
Тема 6. ПРАВО ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ
Т.И. Макарова
ПРАВО ОБЩЕГО ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ:
ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО ЗАКРЕПЛЕНИЯ
Использование человечеством природных ресурсов осуществляется в
направлениях общего и специального природопользования. Специальное
природопользование реализуется в процессе экономической деятельности и
сопряжено со значительным, зачастую необратимым воздействием на
окружающую среду. Общее природопользование присуще физическим лицам
в силу принадлежащих им естественных прав, возникающих и
существующих как результат рождения и существования человека.
131
Закон
Республики Беларусь «Об охране окружающей среды» гарантирует
гражданам право общего пользования природными ресурсами для
удовлетворения их материальных и иных – оздоровительных, культурных,
эстетических потребностей.
132
На первый взгляд, общее природопользование как правоотношение - это
бесконфликтное правовое поле. Действительно в отличие от специального
пользования природными ресурсами, осуществляемого только на
разрешительной основе, оно реализуется без получения соответствующего
разрешения, без закрепления природных ресурсов за пользователями,
бесплатно, в силу чего регламентировано самым необходимым (читай:
минимальным) количеством норм. Однако, эта бесконфликтность
кажущаяся. Акты природоресурсного законодательства (Водный и Лесной
кодексы, Кодексы о недрах и о земле, Закон «О растительном мире»),
выдвигая на первый план различные признаки общего природопользования,
неоднозначно интерпретируют его как вид экологического правоотношения.
Право общего природопользования находится на стыке права граждан на
благоприятную окружающую среду и права специального
природопользования физических лиц. Реализация права общего
природопользования, по сути, является осуществлением многих процессов
жизнедеятельности человека: когда человек дышит, любуется красотами
природы, собирает цветы, ягоды, удит рыбу, он одновременно реализует свое
право на благоприятную окружающую среду и право на общее
природопользование. Не случайно, право общего природопользования в
соответствии со ст. 16 Закона «Об охране окружающей среды»
предоставлено только физическим лицам, равно как и право на
благоприятную окружающую среду, которое рассматривается в соответствии
со ст.14 того же закона в качестве личного неимущественного права,
131
Петров В.В. Экологическое право России. - М.: Издательство БЕК, 1995. - С. 143.
132
Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь. 2002. № 85. 2/875. Ст.16.
принадлежащего человеку от рождения.
133
В таком сравнении существенным
отличием права общего природопользования является присутствие в нем
имущественной составляющей. Мы не можем рассматривать общее
природопользование вне этого элемента. Более того, законодатель вводит
определенную, весьма ограниченную регламентацию этого права именно в
силу наличия имущественного интереса, присутствующего в реализации
этого права. И если «право свободно находиться на территории
государственного лесного фонда, участвовать в культурно-оздоровительных,
туристических, спортивных и иных рекреационных мероприятиях» в порядке
общего лесопользования лишено названного элемента, то «право бесплатно
собирать для удовлетворения собственных нужд дикорастущие плоды,
ягоды, орехи, грибы, другие пищевые лесные ресурсы, лекарственные
растения и техническое сырье», предусмотренное ст.42Лесного кодекса,
безусловно имеет имущественный характер
134
. На имущественный характер
права общего природопользования указывает и ст.222ГК, которая
определяет сбор общедоступных вещей («ягод, рыбы, других вещей и
животных») в лесах, водоемах ит.д. как способ приобретения права
собственности.
135
Вопрос об объеме имущественных запросов субъектов права общего
природопользования разрешается достаточно просто. Так, ст. 42 Лесного
кодекса устанавливает право граждан бесплатно собирать для
удовлетворения собственных нужд дикорастущие плоды, ягоды, грибы…
Однако приобретение у населения дикорастущих ягод в объемах свыше 30
кг, грибов - 20 кг в день является промысловой заготовкой (закупкой) и
относится к специальному природопользованию.
136
Аналогично решается эта
проблема в отношении общего пользования животным миром: ст. 50 Закона
«Об охране и использовании животного мира» предоставляет право на
любительский лов рыбы и добычу водных беспозвоночных для личного
потребления всем гражданам Республики Беларусь бесплатно при условии
соблюдения ими установленных правил рыболовства и водопользования.
137
Итак, общее природопользование имеет целью удовлетворение личных
нужд. Такой подход внятен, если право общего природопользования, как
того требует ст. 16 Закона «Об охране окружающей среды» предоставлено
физическим лицам. Такое ограничение лишается всякого смысла, когда речь
идет об общем пользовании, осуществляемом юридическими лицами.
Водный кодекс установил правило, отличное от нормы ст.16 Закона «Об
133
Там же, ст. 16, 14.
134
Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь. 2000. №70. 2/195. Ст. 42.
135
Гражданский кодекс Республики Беларусь: Закон Республики Беларусь от 7.12.1998. //
Ведомости Национального собрания Республики Беларусь. 1999. № 7–9. Ст.101.
136
О мерах по усилению контроля за промысловой заготовкой, закупками и реализацией
дикорастущей продукции и упорядочению этих видов деятельности: Постановление
Совета Министров Республики Беларусь от 2.11.1998. №1679 // Собрание декретов, указов
Президента и постановлений Правительства Республики Беларусь. 1998. №31. Ст.796.
137
Об охране и использовании животного мира: Закон Республики Беларусь, 19.09.1996. //
Ведомости Верховного Совета Республики Беларусь. 1996. N31. Ст. 571.
охране окружающей среды», определив в качестве субъекта общего
водопользования не только физических лиц, но и юридические лица.
138
Причина, на наш взгляд, кроется в том, что в качестве ведущего критерия,
определяющего общее водопользование как правоотношение, Водный кодекс
называет пользование «без применения сооружений и технических
устройств, влияющих на состояние вод»,
139
Законом же «Об охране
окружающей среды» такой признак общего природопользования не
предусмотрен.
Подход к общему природопользованию, лишь отчасти совпадающий с
общей нормой Закона «Об охране окружающей среды», содержится и в
Законе «О растительном мире»
140
. На первый взгляд, признав возможность
осуществления пользования объектами растительного мира в порядке общего
права (ст. 39), Закон воспроизводит норму ст.16 Закона «Об охране
окружающей среды», устанавливающей признаки общего
природопользования: «объекты растительного мира в порядке общего
пользования используются гражданами в личных целях, безвозмездно, без
закрепления объектов растительного мира за отдельными гражданами.
Граждане осуществляют право общего пользования объектами растительного
мира без получения соответствующих разрешений» (ст. 40). Однако далее
Закон «О растительном мире» устанавливает, что «общее пользование
объектами растительного мира осуществляется по видам пользования,
предусмотренным ст. 44 настоящего Закона» (курсив мой - Т.М.). В
качестве таких видов определены: заготовка древесных соков, сбор,
заготовка или закупка дикорастущих растений, сенокошение, пастьба скота и
др.
Установление вида или цели пользования природным ресурсом есть
признак специального, а не общего природопользования. Целевой характер
является одним из существенных признаков специального
природопользования. Предоставляя природный ресурс в пользование в
порядке специального права, государственный орган указывает цель, для
осуществления которой он предоставлен. Так, согласно ст. 4 Кодекса о земле
отнесение земель к той или иной категории производится органами,
принимающими решения о·предоставлении земельных участков, «в
соответствии с основным целевым назначением·земель».
141
Аналогично
урегулирован целевой характер пользования иными природными ресурсами.
Использование природного ресурса не в соответствии с указанной в
правоустанавливающем документе целью является основанием для
138
Водный кодекс Республики Беларусь: Закон Республики Беларусь, 15.07.1998 //
Ведамасцi Нацыянальнага Сходу Рэспублiкi Беларусь. 1998. № 33. Ст. 473.
139
Там же, ст. 1
140
О растительном мире: Закон Республики Беларусь от 14.06.2003. // Национальный
реестр правовых актов. 2003. № 73.
141
Кодекс Республики Беларусь о земле: Кодекс Республики Беларусь от 4.01.1999. с
измен. и доп.: Закон от 8.05.2002. // Национальный реестр правовых актов Республики
Беларусь. 1999. №2-3; 2002. № 55.
прекращения права специального природопользования.
142
Ограничение
пользования природными ресурсами по видам в отношении специального
права целесообразно для сохранения используемого природного ресурса.
Установление подобного ограничения для общего природопользования не
представляется обоснованным в силу того, что оно не может быть
проконтролировано (в отличие от специального права) и не соответствует
общей норме Закона «Об охране окружающей среды», регламентирующей
право общего природопользования.
Также неоднозначно обстоит дело с общим пользованием недрами.
Следует сказать, что в Кодексе о недрах отсутствует такое понятие. В то же
время ст.30 Кодекса о недрах устанавливает права и обязанности
землевладельцев, землепользователей и собственников земель, в
соответствии с которыми они имеют право в пределах предоставленных им в
установленном порядке земельных участков осуществлять добычу для своих
хозяйственных нужд общераспространенных полезных ископаемых, а также
строительство и (или) эксплуатацию подземных сооружений, не связанных с
добычей полезных ископаемых. Пользование недрами в порядке ст. 30
Кодекса о недрах осуществляется без предоставления горного отвода.
143
Очевидно, что перечисленные в ст. 30 Кодекса о недрах лица -
землепользователи, землевладельцы и собственники земельных участков не
определены как участники специальных горных отношений. Они
осуществляют пользование недрами без предоставления им горного отвода,
то есть без разрешения. В пользу того, что этот вид пользования является
общим, а не специальным говорит и то, что в соответствии со ст. 37 Кодекса
о недрах все виды пользования недрами подлежат государственной
регистрации и государственному учету. Объектом регистрации в
соответствии со ст. 9 Кодекса о недрах являются горный отвод как участок
недр, предоставляемый пользователю недр для добычи полезных
ископаемых, строительства и (или) эксплуатации подземных сооружений, не
связанных с добычей полезных ископаемых.
144
В данном случае, так же как и в случае общего водопользования в круг
субъектов включены юридические лица, поскольку право, предоставленное
ст.30 Кодекса о недрах, распространяется на землевладельцев,
землепользователей и собственников земельных участков, то есть как на
граждан, так и на юридические лица. Ограничения, введенные ст. 30 Кодекса
о недрах, касающиеся осуществления названного права для своих
хозяйственных нужд, может быть признано действенным только для
физических лиц, поскольку юридические лица, являющиеся в соответствии с
их специальной правосубъектностью землепользователями или
142
См., например, п. 4ст.49 Кодекса о земле; п. 6 ст.25 Кодекса о недрах; ч.7 ст. 34 Водного Кодекса; п. 3
ст. 88 Лесного Кодекса
143
Кодекс Республики Беларусь о недрах: Закон Республики Беларусь от 15.12.1997. //
Ведамасцi Нацыянальнага Сходу Рэспублiкi. Беларусь. 1998. № 8-9. Ст. 103.
144
Там же, ст. ст. 37, 9.
собственниками земельных участков, безусловно, преследуют извлечение
прибыли.
145
Вслед за Кодексом о недрах, установившем права землепользователей в
пользовании недрами, Закон «О растительном мире» в качестве субъектов
отношений в области обращения с объектами растительного мира называет
пользователей земельными участками или водными объектами, то есть
специальных земле- и водопользователей. Однако, в отличие от Кодекса о
недрах Закон «О растительном мире» определяет правовое положение
названных субъектов как специальных природопользователей, которые
осуществляют право специального пользования объектами растительного
мира, «реализуя при этом права и исполняя обязанности пользователей
объектов растительного мира».
146
Согласно ст.41 Закона «О растительном
мире» пользователи земельных участков или водных объектов могут
осуществлять специальное пользование объектами растительного мира,
расположенными в границах их земельных участков или водных объектов,
без принятия местными исполнительными и распорядительными органами
решения о предоставлении права специального пользования объектами
растительного мира. Обращает на себя внимание то, что установленные в
законе сроки пользования объектами растительного мира (краткосрочное - до
одного года, долгосрочное - до пяти лет
147
) значительно расходятся со
сроками земле- (до трех лет краткосрочное и от трех до десяти лет
долгосрочное
148
) и водопользования (до пяти лет - краткосрочное и от пяти до
двадцати пяти лет - долгосрочное
149
). Такой подход окончательно размывает
различия в правовом положении общих и специальных пользователей
объектами растительного мира. С одной стороны, общие пользователи
обязаны соблюдать целевой характер пользования (ст.40), а с другой
стороны, специальные пользователи вправе осуществлять пользование в
целях осуществления экономической деятельности без разрешения
уполномоченного государственного органа.
Проблема разграничения общего и специального природопользования, на
наш взгляд, кроется в том, что в ст.16 Закона «Об охране окружающей
среды» не определен ведущий критерий, отличающий общее
природопользование от специального. Разграничить же общее и специальное
пользование возможно только на основе признака разрешительного
характера специального пользования, из которого очевидно, что если,
например, землевладелец или собственник земельного участка осуществляет
пользование на основании государственного акта на землю и использует при
этом иные природные ресурсы (общераспространенные полезные
ископаемые, объекты растительного мира, воду) без специального
145
Гражданский кодекс Республики Беларусь: Закон Республики Беларусь от 7.12.1998.
Ст.46.
146
О растительном мире: Закон Республики Беларусь от 14.06.2003. // Национальный
реестр правовых актов. 2003. № 73. Ст. 8.
147
Там же, ст. 49.
148
Кодекс о земле, ст. 9.
149
Водный кодекс, ст. 29.