связаны с болью и тревогой за Сына. Семь скорбей связаны со следующими
событиями: 1] обращенное к Марии пророчество Симеона Богоприимца при
принесении младенца Иисуса во храм: "И Тебе Самой оружие пройдет душу" [Лк.,
2, 35] — предвестие будущих страданий Богородицы; 2] бегство в Египет, дабы
спастись от царя Ирода, повелевшего истребить всех младенцев [Мтф., 2, 13—
21]; 3] поиски двенадцатилетнего Иисуса, исчезнувшего в Иерусалиме, куда
семья его совершала паломничество на Пасху; Мария находит Своего Сына в
храме беседующим с законоучителями, и на ее упреки он отвечает: "Зачем было
вам искать Меня? или вы не знаете, что Мне должно быть в том, что
принадлежит Отцу Моему?" [Лк., 2, 42— 50]; 4] разлука с Иисусом после
начала его служения [по Евангелиям, Мария встречается с Сыном до суда и
казни Его всего лишь раз, в Кане Галилейской — Ин., 2, 1-10]; 5] встреча на
крестном пути [Лк., 23, 27 — хотя там говорится только о женщинах, шедших
за Иисусом]; 6] присутствие на Голгофе [Ин., 19, 25]; 7] погребение Сына [в
Евангелиях об участии Марии в похоронах прямо не упоминается]. В
позднекатолической иконографии Богоматерь часто изображается с сердцем,
пронзенным семью мечами, — зримая метафора семи скорбей, опирающаяся на
вышеприведенные слова старца Симеона.
[7*]
Angelus — колокольный звон к утренней, полуденной или вечерней молитве,
начинавшейся словами "Angelus Domini" [лат. "Ангел Господень"].
[8*]
Представления о непорочном зачатии Девы Марии ее матерью св. Анной [не
смешивать с непорочным зачатием Девой Марией Иисуса!] были распространены в
Западной Европе еще в раннее Средневековье. Благодаря такому чудесному
рождению Мария оказывалась почти так же неподвластной первородному греху,
как и Иисус. Эти воззрения, популярные в массах, вызывали возражения ряда
теологов и были приняты в качестве полноправного догмата в католицизме [но
не в православии!] в 1854 г.
[9*]
Гостия [от лат. hostia — жертвенное животное, жертва] — в католичестве
хлеб причастия в виде облатки пресного теста, сделанного из пшеничной муки.
На гостии обычно изображены крест и агнец как символы искупительной жертвы
Христа. В католической обрядности миряне причащаются только гостией,
священник — также и вином [в православии все верующие причащаются обоими
видами, причем хлеб изготовляется из дрожжевого теста].
[10][*]
По ортодоксальным воззрениям, Богоматерь была девственной до рождения
Иисуса, при рождении и после рождения. Поэтому Молине должен был оговорить,
что сравнение Девы Марии с Марией Бургундской, женой Римского короля
Максимилиана и матерью двоих детей, не наносит оскорбления девству
Богородицы.
[11*]
Семь радостей Девы Марии представляют собой параллель ее семи скорбям
[см. прим. 6
[*]
к гл. XII, описания упоминаемых ниже скорбей см. в этом
прим.], но почитались они меньше [посвященный им праздник был принят только
в отдельных местах, например в Португалии, и не вошел в унифицированную
послетридентскую обрядность], видимо, потому, что они ослабляли трагичность
образа Богородицы, что могло снижать интенсивность поклонения. Эти семь
радостей связаны со следующими событиями: 1] Благовещение [Лк., 1, 26— 38];
2] испытание невинности: согласно Писанию, Иосиф хочет тайно расстаться с
женой, но явившийся ему во сне ангел убеждает его, что "родившееся в Ней
есть от Духа Святого" [Мф., 1, 20]; по апокрифическим сказаниям, Приснодева
публично очищается от подозрений в результате испытания "горькой водой",
описанного в Ветхом Завете [Чис., 5, 11-31]; 3] Рождество [Лк., 2, 6-17]; 4]
пророчество Симеона Богоприимца об Иисусе как о Мессии [Лк., 2, 28— 32, ср.
первую скорбь Марии]; 5] обретение Сына в Иерусалимском храме после Его