Королев К.М. Энциклопедия символов, знаков, эмблем

Подождите немного. Документ загружается.

474

несут свою вахту, посему бдительным стражам и прочим, над-

лежащим такой же классификации, уподоблены могут быть»

(Беклер).

Кроме того, как ночная пти-

ца сова символизирует мрак и

смерть. Кельты называли ее

«трупной птицей». У евреев в об-

лике совы изображалась Лилит,

как кровожадный демон. У инду-

сов сова — птица богини разру-

шения и смерти Кали (Дурги).

В Китае верили, что сова прино-

сит болезни и несчастья; ацтеки

считали сову предвестником бед.

В христианстве сова олицет-

воряет нечестие, колдовство, сле-

поту безверия. Считается, что

сова обманывает других птиц, за-

манивая их в сети птицеловов,

точно так же как сатана обманы-

вает людей. Кроме того, сова сим-

волизирует одиночество и пото-

му часто присутствует на карти-

нах, изображающих моление от-

шельников. Впрочем, евангелист Лука говорит о сове как об

атрибуте Христа, который пожертвовал Собой ради спасения че-

ловечества: «Просветить сидящих во тьме и тени смертной...»

(Лк 1 : 79). Именно этим объясняется присутствие совы в сценах

распятия.

В настоящее время сова — эмблема проницательности и книж-

ной эрудиции.

Сокол. Олицетворение царской власти, символ солнца, спут-

ник солнечных богов, символ охоты, ловли, охотничьей хитрос-

ти, сильного желания, свободы.

В Египте верили, что взгляд сокола «парализует птиц так

же, как лик фараона — врагов его». Священная птица Гора, ко-

Иллюстрация из книги Ж. Одюбо-

на «Естественная история Кароли-

ны, Флориды и Багамских островов

(1731—1743).

ПТИЦЫ

475

торый часто изображался в облике человека с соколиной голо-

вой. В образе сокола представлялись также бог Солнца Ра (со-

кол с солнечным диском на голове), бог войны Монту, бог мерт-

вых Сокар и бог Херишеф (с коронами Верхнего и Нижнего

Египта). Сокол признавался «всевидящим оком богини Уто»,

символизировал в этом качестве предусмотрительность и не-

прикосновенность.

В средневековых книгах о животных сокол приобрел дурную

славу, как птица ленивая и питающаяся отбросами. Сокола срав-

нивали с человеком, помышляющим только о своей утробе, и об-

виняли в более тяжких грехах: «Трусоват сокол против большой

птицы, посему подстерегает беззащитных цыплят, чтобы их ухи-

тить. Такое творят также совратители изнеженных молодых лю-

дей и препровождают их к порочным нравам».

У инков сокол — солнечный символ и прародитель людей.

В христианстве дикий сокол олицетворяет злую мысль и злое

деяние, тогда как домашний сокол — символ святого, иногда языч-

ника, обращенного в христианскую веру.

Соловей. Символ поэтического творчества, «сладостного уме-

ния стихосложения», вдохновения, свободы, независимости (как

соловей не поет в клетке, так поэт не сочиняет стихов по прика-

зу). Пение соловья сулит удачу и несет счастливое предзнамено-

вание. Соловьиные сердца служили наградами за прекрасный го-

лос и ораторское мастерство. Впрочем, уже в античные времена

обычай убивать и есть соловьев (особенно их языки) восприни-

мался как бесчувственная роскошь.

В фольклоре песня соловья — крик о помощи «бедной души в

чистилище», предвестие близкой смерти.

В античной традиции соловей также олицетворяет боль и стра-

дание. Миф гласит, что в соловья превратилась поруганная сво-

им шурином Тереем царевна Филомела, которой Терей вырвал

язык, чтобы она не могла никому поведать о случившемся. Песня

соловья — скорбь Филомелы по сыну ее сестры Итису, которого

они с сестрой Прокной убили, чтобы отомстить Терею. По воле

богов Прокна обратилась в ласточку, а Терей — в удода. Ср. у

Овидия:

ПТИЦЫ

476

Меч обнажив, он преследовать стал дочерей Пандиона.

Но Кекропиды меж тем как будто на крыльях повисли.

Вправду — крылаты они! Одна устремляется в рощи,

В дом другая, — под кров. И поныне знаки убийства

С грудки не стерлись ее: отмечены перышки кровью.

Он же и в скорби своей, и в жажде возмездия быстрой

Птицею стал, у которой стоит гребешок на макушке,

Клюв же, чрезмерной длины, торчит как длинное древко;

Птицы названье — удод. Он выглядит вооруженным*.

Сорока. В европейской традиции олицетворение болтливос-

ти и вороватости (ср. речевые обороты «трещит как сорока», «во-

роватая сорока» и др.), причем, как правило, женской. Уже Ови-

дий в «Метаморфозах» описал превращение в сорок дочерей Пи-

ера, вызвавших на состязание муз:

Хором согласным тогда геликонским победу богиням

Нимфы судили. Когда ж побежденные стали в них сыпать

Бранью, сказала она: «Для вас недостаточно, видно,

От посрамленья страдать; к вине прибавляете ругань

Злобную, но и у нас иссякло терпенье; вступим

Мы на карающий путь, своему мы последуем гневу».

Лишь засмеялись в ответ Эмафиды, презрели угрозы.

Вновь пытались они говорить и протягивать с криком

Наглые руки свои; но увидели вдруг, что выходят

Перья у них из ногтей, что у них оперяются руки.

Видят, одна у другой, как у всех на лице вырастает

Жесткий клюв, а в лесу появляются новые птицы.

В грудь хотят ударять, но, руками взмахнув и поднявшись,

В воздухе виснут уже — злословие леса — сороки.

В птицах доныне еще говорливость осталась былая,

Резкая их трескотня и к болтливости лишней пристрастье**.

В восточной традиции сорока — олицетворение удачи, «пти-

ца удовольствия», приносящая весть о прибытии гостей. Кроме

* Метаморфозы. Перевод С. Шервинского.

** Перевод С. Шервинского.

ПТИЦЫ

477

того, сорока, как благая птица, противопоставляется воронам,

появление которых сулит беду. Изображение двенадцати сорок —

добрые пожелания; на свадебных подарках часто изображают двух

сорок или сороку на ветке сливы, что означает пожелание счас-

тья и любви в браке. Во время династии Манчу сорока олицетво-

ряла имперское правление.

Страус. Божественная птица бури в представлениях народов

Ближнего Востока. Яйцо страуса символизирует творение, жизнь,

бдительность; в раннехристианской символике яйцо этой птицы

олицетворяло воскресение Иисуса.

Аристотель приписывал страусу смешанную природу птицы

и млекопитающего. «Физиолог» утверждает, что страус «проле-

тает низко над землей... Все, что он находит, служит ему пищей.

Также ходит он к кузнецам, пожирает раскаленное железо и тот-

час, пропустив через кишку, возвращает назад, столь же раска-

ленным, как прежде. Но это железо благодаря пищеварению ста-

новится легче и звенит... Он кладет яйца и высиживает их не так,

как обычно, а садится низко напротив и смотрит на них острыми

глазами: они становятся теплыми, и тепло его глаз позволяет вы-

лупиться птенцам... Отсюда яйца его могут служить для нас в цер-

кви примером: если мы сообща встанем там с молитвой, то долж-

ны глаза свои направить к Богу, чтобы он отпустил наши грехи».

Неспособность страуса к полету привела к тому, что в средне-

вековых аллегорических сочинениях его стали трактовать как

символ лицемерия и ханжества, как птицу, которой грехи не дают

оторваться от земли. Распространенное в античности и средневе-

ковье представление о том, что страус может переваривать желе-

зо, сделало эту птицу аллегорией силы и добродетели, для кото-

рых, как для желудка страуса, ничто не будет столь твердым, что-

бы не переварить его.

В Египте страус — священная птица богини правосудия Маат

и бога воздуха Шу. Страусиное перо, по Книге мертвых, клалось

на чашу весов при взвешивании душ умерших, чтобы определить

тяжесть их грехов.

Легенда о том, что страус прячет голову в песок, вероятно,

возникла из-за неправильного толкования угрожающей позы

страуса, нагибающего голову к самой земле. Благодаря этой ле-

ПТИЦЫ

478

генде страус символизирует трусливое упрямство, нежелание

видеть и признавать факты (ср. политический термин «страуси-

ная политика»).

Утка. Посредник между небом и землей, птица, обитающая

одновременно в трех сферах бытия — в воздухе, на земле и в воде,

а потому представляющая собой «живую модель» мироздания.

У континентальных кельтов утка считалась священным живот-

ным богини Секваны. В китайской и японской традициях утка —

эмблема супружеского счастья, верности, красоты. Утка и се-

лезень — союз влюбленных, в котором утка символизирует жен-

ское начало Инь, а селезень — мужское начало Ян. Изображения

уток используются в качестве декоративного элемента в убранстве

свадебных помещений. Мо-

лодых влюбленных назы-

вают «мандариновые утки в

росе». У евреев утка — сим-

вол бессмертия.

Кроме того, в Китае ут-

ка ассоциировалась с сексу-

альной невоздержаннос-

тью. Некая секта «утиных

яиц», предписывавшая сво-

им членам вегетарианство и

диету из утиных яиц, была

запрещена ввиду предполо-

жительного распутства в

обрядах.

Фазан. В восточной тра-

диции олицетворяет добро-

детель, процветание, удачу,

красоту, защиту, материнс-

кую любовь. В символике

даосов фазан, как «птица

шумного полета», громко

хлопающая на лету крыль-

ями, символизирует гром и

Сфинкс и женщина-птица. Арабская

миниатюра.

ПТИЦЫ

479

мужское начало Ян, а как существо-оборотень, способное превра-

щаться в устрицу и в змею, — женское начало Инь. Из-за своего

яркого, блестящего оперения фазан ассоциируется с солнцем, све-

том, достоинством. В Китае фазан — одна из двенадцати регалий

императора, в Японии — гонец великой богини солнца Аматэрасу.

Крик фазана, несмотря на семантику образа этой птицы в це-

лом, предвещал беду.

Золотой фазан — символ достоинства государственного чинов-

ника (любопытно, что в нацистской Германии фазанами называли

обладателей золотого партийного значка). В античности считалось,

что испражнения золотого фазана придают человеку сил.

Ястреб (коршун). Птица солнца, спутница солнечных богов,

способная, подобно орлу, не мигая смотреть на светило. Олицет-

ворение аристократической власти и знатности. У ацтеков яст-

реб — посланец богов. В египетской традиции ястреб — птица

Хонсу, Пта, Гора, Монту и других богов, многие из которых изоб-

ражались в облике человека с головой ястреба. В античной тра-

диции ястреб — посланник Аполлона. У древних иранцев ястреб —

спутник Ахура-Мазды и птица Митры как бога Солнца.

В фольклоре ястреб и коршун — символы кровожадности и

безжалостности.

«Ястребами» называют политиков, предпочитающих действо-

вать с позиции силы. Это наименование было введено в употребле-

ние американскими журналистами в 1960-е годы.

Мифопоэтическая традиция, наделяя сложной символикой

птиц реального мира, знает и птиц фантастических — таких, на-

пример, как Феникс, Алконост или Каршиптар.

В. М. Васнецов. Сирин и Алконост.

ПТИЦЫ

480

Алконост. Чудесная, «райская»

птица византийских и славянских

легенд, птица-дева с человеческим

лицом. Яйца Алконост откладывает

на морском берегу, затем погружает

их в воду, успокаивая море на шесть-

семь дней, по истечении которых из

яиц вылупляются птенцы. Голос

Алконоста настолько дивен, что че-

ловек, который его услышал, забы-

вает обо всем на свете. В церковной

символике Алконост олицетворяет

Божий промысел.

Анзуд. В шумеро-аккадской ми-

фологии божественная птица, орел с

львиной головой, воплощение доброго и злого начал. Анзуд — по-

средник между богами и людьми. Анзуд украл таблички бога Эн-

лиля и улетел с ними в горы, из-за чего на-

рушился ход вещей. Вдогонку за птицей пу-

стился бог войны Нинурта. Он выстрелил в

Анзуда из лука, но таблички Энлиля исце-

лили рану. Нинурте удалось поразить пти-

цу только со второй или даже с третьей по-

пытки. Обитает Анзуд на дереве Хулуппу —

шумерском мировом древе.

Анка. Чудесные птицы, созданные Ал-

лахом и враждебные людям. Считается, что

Анка существуют и по сей день: просто их

столь мало, что встречаются они крайне

редко. Анка — птицы рассвета, недоступные

людскому взору.

Бхулинга. В индийском фольклоре чу-

десная птица. Она известна тем, что выби-

рает куски мяса между зубами льва, заби-

Птица Анзуд.

Шумерская статуэтка.

Птица Алконост. Русский

рисованный лубок.

ПТИЦЫ

481

раясь к нему в пасть, хотя сама наставляет людей не быть опро-

метчивыми. Как сказано в «Сабхапарве» (вторая книга «Махаб-

хараты»), «живые существа следуют своей природе, подобно пти-

це Бхулинга».

Гамаюн. Чудесная вещая птица визан-

тийских и славянских легенд, олицетворе-

ние божественной мудрости. На одном из

старинных лубков изображен «остров Ма-

карийский, первый под самым востоком

солнца, близ блаженного рая; потому его

тако нарицают, что залетают в сей остров

птицы райские Гамаюн и Феникс и благо-

ухание износят чудное».

Н. А. Клюев писал:

Я люблю малиновый падун,

Листопад горящий и горючий,

Оттого стихи мои как тучи

С отдаленным громом теплых струн.

Так во сне рыдает Гамаюн —

Что забытый туром бард могучий.

Жар-птица. Солнечная птица русско-

го фольклора. «Перья жар-птицы блиста-

ют серебром и золотом, — писал А. Н. Афа-

насьев, — глаза светятся, как кристалл, а

сидит она в золотой клетке. В глубокую

полночь прилетает она в сад и освещает его

собою так ярко, как тысячи зажженных

огней; одно перо из ее хвоста, внесенное в

темную комнату, может заменить самое

богатое освещение; такому перу... цена ни

мало ни много — побольше целого царства,

а самой птице и цены нет!» Жар-птица пи-

тается золотыми яблоками, дающими мо-

лодость, красоту и бессмертие; когда она

В. М. Васнецов. Птица

Гамаюн.

И. Билибин. Иван-царе-

вич и жар-птица. Иллю-

страция к русским народ-

ным сказкам.

ПТИЦЫ

482

поет, из ее клюва сыплются жемчуга. Пение жар-птицы исцеляет

больных и возвращает зрение слепым.

Каршиптар. В иранской мифологии крылатое существо, пра-

витель вод. В «Авесте» сказано:

О Творец плотского мира, истинный!

Кто там Веру маздаяснийскую разносил в этом

Варе, который построил Йима?

Так сказал Ахура-Мазда:

«Птица Каршипта, о Спитама Заратуштра»*.

В земном мире Каршиптар — царь пернатых, который излага-

ет «Авесту» на языке птиц, но также владеет и человеческой ре-

чью. Вместе с другими владыками животного мира Каршиптар

учил Заратуштру.

Ног-птица. В славянском фольклоре чудесная птица. Живет

на дубе, который стоит на морском берегу. А. Н. Афанасьев заме-

чал, что ног-птица «величиной будет с гору, а летит быстрее пули

из ружья». По его мнению, в образе ног-птицы народная фанта-

зия воспроизвела страуса: «Название это из переводных рукопи-

сей перешло в уста русского народа, и в наших сказках явилась

птица Ногай, с которою совершенно тождественна Стратим, или

Страфиль-птица» (от греч. «страус». — К. К.).

В том тексте Голубиной книги, который опубликован Киршей

Даниловым, ног-птица оказывается матерью всех птиц:

А нагай-птица — всем птицам мати.

А живет она на океане-море,

А вьет гнездо на белом камени;

Набежали гости корабельщики

А на то гнездо нагай-птицы

И на его детушек на маленьких.

Нагай-птица вострепенется,

* Перевод И. Стеблин-Каменского.

ПТИЦЫ

483

Океан-море восклолыблется,

Кабы быстры реки разливалися,

Топят много быстрые корабли,

Топят много червленые корабли.

Рух (ар-рухх). В арабской мифологии и «восточных» евро-

пейских легендах гигантская птица. В «Путешествиях Марко

Поло» сказано: «Обитатели острова Мадагаскар рассказывают,

что в определенное время года... у них появляется необыкновен-

ная птица, называемая Рух. Она похожа на орла, но только не-

сравненно больших размеров. Птица Рух настолько сильна, что

может поднять в своих когтях слона, взлететь с ним в небо и

сбросить вниз с высоты... Те, кто видел эту птицу, уверяют, что

размах крыльев у нее шестнадцать шагов, а длина пера равна

восьми шагам».

Симург. В иранской мифо-

логии вещая птица. В «Шах-

намэ» говорится, что Симург

вскормил в своем гнезде Заля,

отца богатыря Рустама. По

некоторым источникам, си-

мургов было два — благой и

злой. Именно благой вскор-

мил Заля, впоследствии исце-

лил Рустама и помог ему по-

бедить неуязвимого воина

Исфандияра. Злой симург пал

от руки того же Исфандияра.

Хорхе Л. Борхес упоминает в своих эссе «Беседу птиц» —

мистическую поэму Фаридаддина Абу Талиба Мухаммада бен

Ибрагима Аттара. Согласно Фаридаддину, птицы, царь которых

Симург давным-давно пропал, устали от анархии, которой не пред-

виделось конца, и отправились на поиски царя. Они преодолели

семь долин (или семь морей) и наконец достигли царской горы.

И там узнали, что Симург — это они сами, все вместе и каждая

птица в отдельности.

Симург.

ПТИЦЫ