Орлова Э.А. История антропологических учений
Подождите немного. Документ загружается.
ШВА
1.
АНТРОШШШШ
ТРAlТШI
IШРЩII
зиции
в
отношении
порождения
и
воспроизведения
знания:
дюркгей
мовский
социологизм
и
индивидуализм,
относящий
познание
только
и
исключительно
к
хичности/".
д,ля
этого
следовало
изучить,
«каким
об
разом
индивидуальные
мыслительные
акты
комбинируются,
чтобы
породить
[знание]
как
общественное
достояние»7З.
Она
разработала
свой
понятийный
аппарат,
введя
категорию
«мир
мышления»
(кмысхитехьный
мир»)
(thought
world),
аналогичную
таким
принятым
в
разных
областях
познания
понятиям,
как
denkkolektive
австрийского
исследователя
Л.
Фика,
переводимое
иногда
как
«когни
тивное
сообщество»,
«искусственный
мир»
(art world)
Т.
Беккера,
«па
радигма»
Т.
Куна,
«дискурсивная
формация»
М.
Фук0
7
4.
Смысл
этого
понятия
заключается
в
совмещении
личностного
опыта
познания
и
принципов
когнитивной
активности,
формируемых
коллективно.
Та
кая
совместность
возможна
в
«латентных
группах»,
где
взаимодействие
упорядочивается
на основе
неформальных,
зачастую
бессознательных
норм,
принципов,
приемов
познания,
под-лежащих
когнитивным
про
цессам
и
в
научной,
и
в
бесписьменной
культурах.
д,ля
изучения
этих
феноменов
она
разработала
особый
способ
анализа
-
«grid-group
analysis»
(grid
-
сеть,
решетка,
разметка).
Понятие
«grid»
означает,
согласно
Дуглас,
«социальное
регулирование,
не связанное
с
групповой
принадхежностъюэ
Ч.
Предполагается,
что
познание
регулируется на
уровне
социокультурного
контекста
некоторой
неопределенной
сово
купностью
установок,
из
которых
индивид
может
вбирать
наиболее
подходящие
для
него.
Тогда
как
в
рамках
«группы»,
понимаем
ой
как
формальное,
осознаваемое
и
институционально
очерченное
сообще
ство,
речь
идет
о
добровольном
признании
системы
принципов
и
пра
вил,
регулирующих
поведение
всех
ее
чхенов?".
На
основе
применения
этих
концептов
к
когнитивным
феноменам
можно
построить
типологию
сообществ
по
степени
преобладания
в
группе
либо
функциональной
дифференцированности
и
автономии
индивидов,
либо
взаимодополнительности
и
солидарности.
В
рамках
своей
символической
антропологии
В.
Тернер
также
обра
щается
к
идее
организованной
интерсубъективности.
Он,
например,
показал,
что
ритуал
получает
смысл
только
в
контексте
социального
взаимодействия
и
потому
отражает
социальную
структуру
и
способ
ствует
ее
сохранению.
Социальную
структуру
он
определяет как
ус
тановленную
определенную
«систему
специализированных
взаимоза
висимых
институтов
и
институциональной
организации
позиций
и/или
акторов,
связанных
с
этими
институтами»?".
Ее
поддержание
он
связы
вает
с
активностью
соответствующих
социальных
групп,
а
основным
инструментом
для
ее
анализа
считает
«рассмотрение
группы
И
ее
осно
ваний
как
социального
поля.
Все
происходящее
в
этом поле
трактуется
72
Douglas
М.Т.
How
Institutions
Think.
N.
У.,
1986.
Р.
8.
73 Ibid.
Р.
37.
74 Ibid.
Р.
16.
75
Douglas
М.
Т.
(ed.). Essays in
the
SocioIogy
of
Perception.
L.. 1982.
Р.
2.
76
Douglas
М.Т.
ImpIicit
Meaning.
Essays in AnthropoIogy. L., 1975.
Р.
218.
77
Тumег
V.W.
The
RituaI Process:
Structure
and
Antistructure.
Р.
155.
461
482
шть
У.
МШОПШМIШШ
ТЩЩII
в
ШРПIШlоi
АШUDВШII
как
производная
или
результат
[функционирования]
сосуществующих
социальных
единиц,
таких
как
группы,
подгруппы,
их
члены,
границы
между
группами,
канавы
коммуникаций
между
ними
и
т.
д.»78.
Ритуал
в
этом
контексте
рассматривается
как
связующее
звено
меж
ду
полем
и
структурой.
Это
не
просто
обычный
набор
ценностей,
норм,
практических
указаний
и
символических
образцов
для
повседневного
поведения.
«Это
еще
и
сплав
сил,
которые
считаются
при
сущими
лю
дям,
вещам,
отношениям,
эпизодам,
высказываниям
...
Это
мобилиза
ция
как
энергии,
так
и
идей»
79.
В
бесписьменном
обществе
«ритуаль
ные
символы
и
нормированные
отношения
между
ними
выполняют
мнемоническую
функцию.
Символический
словарь
и грамматика
явля
ются
своеобразными
аналогами
отсутствующей
пнсьменностиэ'Р.
Таким
образом,
через
ритуал
движения
социального поля
приобре
тают
структурную
форму.
•
Аинамика
интерактивнык
ПрОl(ессов
Итак,
социокультурная
реальность
зависима
от
представлений
лю
дей
о
ней
и
включенности
в
нее.
Она
образована
обратными
связями
и
динамическими
нелинейными
отношениями
между
трансформиру
ющимися
вещами,
идеями,
образами.
Многие
попытки
изучить,
смоде
лировать
ее
оказались
лишенными
смысла.
Например,
выяснилось,
что
невозможно
зафиксировать
или
стандартизировать
концептуализиацию
культуры
в
ее
структурной
и
процессуальной
модальностях
одновре
менно.
Или
же
стало
очевидным,
что
культурные
факты
нельзя
рассмат
ривать
в
гомогенном,
линейном
познавательном
пространстве и
одно
значно
определить
посредством
друг
друга.
Новый
взгляд
на
сложность
и
динамизм
культуры
как
контекста
совместной
активности
людей
формируется
с
появлением
понятий
«интенциональная
личность»
как
производная
психики
и
«интенциональный
мир»
как
одна
из
репрезен
таций
культуры.
Эти
концепты
взаимозависимы,
поскольку
определя
ются
преднамеренной
активностью,
социальной
практикой,
которые,
в
свою
очередь,
детерминируются
ими.
«Движения
психики
-
это ма
териал
для
интенциональных
состояний,
верований,
желаний,
фанта
зий,
оценок
...
Движения
психики
-
материал
для
интенциональных
процессов:
целеполагания,
расчетов,
эмоциональных
реакций,
саморе
гуляции.
На
уровне
психики
отображаются
«здесь-и-сейчас»,
интен
циональные
состояния
и
процессы
распределения и
организации
внутриличностные
и
внешние
-
включения
в
изменения,
реорганиза
ции
и
трансформации
образа
жиэния'".
Интенциональный
мир
включает
в
себя
концепции,
оценки,
сужде
ния,
цели
и другие
продукты
когнитивных
процессов,
которые
на
ин-
78
Тuглег
V.W.
Оп
the
Edge
01
the
Bush.
Anthropology
as
Experience.
The
University
01
Arizona.
1985.
Р.
55.
79
Тернер
В.
Символ
и
ритуал.
М
.. 1982.
С.
39 - 40.
80
Там
же.
С.
40-41.
81
Ibid.
Р.
101.
ШВА
1.
АНТРОШШШШ
ТРАШШ
ШЕРЩII
терсубъективном
уровне
воплощаются
в
социальные
институты,
прак
тики,
артефакты,
технологии,
художественные
стили,
тексты,
модели
дискурса.
В
этом
случае
антропологи
изучают,
как
интенциональные
личности
реагируют
на
интенциональные
предписания
и
представле
ния
и
в
соответствии
с
ними
строят
свои
отношения
даже
с
трансцен
дентальной
реальностью
как
частью
интенционального
мира.
Трансфор
мация
этих
миров
возможна,
но
только
как
процесс
превращения
одного
в
другой,
поскольку
считается,
что
они
сами
и
конструирующие
их
интенциональные
личности
постоянно
создают
друг
друга,
сталкива
ются,
порождают
взаимные
интерпретации
идентичности,
обусловли
вая
существование
друг
друга.
В
антропологии
создаются
интерпретативные
рамки
для
изучения
«субъект-зависимых
объектов
(интенциональных
миров)
и
объект-за
висимых
субъектов
(интенциональных
личностей)
с
взаимопроницае
мыми
идентичностями,
с
совместно
устанавливаемыми
условиями
су
ществования
и
развития,
меняющимися
под
влиянием
социальных
интеракцийэё-.
Следует
подчеркнуть,
что
понятие
«интеракция»
обо
значает
одновременно
как
объектно
ориентированыый,
продуктивный,
так
и
личностно
ориентированный
коммуникативный
процессы.
В
этих
случаях
Коул
использует
концепт
«активность»
в
трактовке
И.
Энгенст
рома.
Если
в
культурно-исторической
психологии
в
качестве
схемы
при
нимался
треугольник,
по
углам
которого
расположены
субъект-арте
факт
-
субъект,
то
схема
Энгенстрома
представляет
собой набор
взаимосвязанных
треугольников,
включающий
других
людей
(сообще
ство)
и
разделение
труда
между
субъектамиё-,
т. е.
активность
предпо
лагает
взаимодействие.
В
свою
очередь,
Бош
использует
понятие
«действие»
для
обозначе
ния
целенаправленного
поведения;
последнее
трактуется
широко
и
охватывает
все
виды
активности.
Термин
«асгеше»
он
относит
к
мини
мальному
осмысленному
акту.
Действие
разворачивается
во
времени
и
составлено
из
актем,
выполняющих
инструментальную
функцию
внут
ри
него
как
целого.
Актема
для
актора
является
естественным
сегмен
том
выполнения
чего-хибоё".
Цели
и
средства
их
достижения,
образ
формирования
из
актем
предвидения
и
достижения
цели
определяются
культурными
фактора
ми.
Рассматривая
символическую
активность,
Э.
Бош
подчеркивает
важность
понятия
«значение»
И
выделяет
в
нем
два
аспекта
отношения
действия,
объекта
или
их
совокупности:
-
к
субъективно
переживаемой
актором
ситуации;
-
к
опыту
актора.
В
первом
случае
значение
соотносится
с
мотивацией,
во
втором
с
ориентацией.
Оба
эти
аспекта
взаимосвязаны.
Соответственно,
когда
утверждается,
что
два
действия
сходны
по
структуре,
но
различны
по
значению,
подразумевается,
что:
82
Тернер
В.
СИМВОЛ
и
ритуал.
Р.
100-101.
83 Engenstrom
У.
Developmental
studies
оп
work
as
а
testbench
of
activity
theory.
Chaiklin
С.
and
Lame J. (eds.).
Understandig
Practice:
Perspectives
and
Context.
N.
У.,
1993.
84 Boesch
Е.Е.
Symbolic
Action
Theory
and
Cultural
Psychology.
Р.
43.
483
464
ЧАШ
V.
МШОПШМIЧЕШЕ
ТЩЩII
В
ТЕОРЕТИЧЕШМ
АНТРОПОПОГII
они
обусловлены
различными
мотивациями,
т. е.
являются
разны
ми
частями
общих
ориентаций
действия;
объект
интерпретации
принадлежит
к
различным
секторам
инди
видуальной
когнитивной
системы
ориентации
(ккогнитивной
кар
ты»,
если
речь
идет
об
отношениях
«Яь-мир»).
Что
касается
направленности
действий,
то
здесь
уместно
обратить
ся
к
социокультурному
подходу
Уэрча,
где
их
трактовка
близка
телеоло
гической
концепции
Хабермаса
и
связывается
с
ориентированностью.
Действия
и
взаимодействия
людей
опосредуются
инструментами,
язы
ком,
придающим
им
форму.
Те и
другие
связаны
настолько
фундамен
тально,
что
следовало
бы
говорить
о
них
не как
о
самих
по
себе,
но как
об
опосредованных.
Уэрч
использует
понятие «символическое
действие»,
Заимствован
ное
из
работ
К.
Бёрка
1960-х
гг.
Бёрк
проводит
различие
между
действи
ем,
связанным
с
использованием
символов,
и
экстрасимволическим
или
несимволическим
движениям
в
природе.
«Ни
одно
действие
невозмож
но
без
движения
-
даже
«символическое
действие»
чистого
мышления
требует
соответствующей
активности
мозга.
Однако
может
быть
дви
жение
без
действия:
движение
морских
приливов,
солнечного
света
и
т.
п.
Действие
не
сводимо
к
движению:
«субстанция»
или
«значение»
предложения
не
сводимы
к
его
физическому
существованию
как
зву
ков
или
записанных
знаков,
хотя
определенные материальные
действия
необходимы
для
продуцирования,
трансмиссии
и
рецепции
предложе
ния»85.
По
своей
динамической
сути
действие,
согласно
Бёрку
«являет
ся
драматическим
потому,
что
включает
в
себя
конфликт,
цель,
рефлек
сию
и
выборь'".
Ему
соответствует
«драматическая
пентагма»:
акт
предполагает
наличие
актора,
сцену,
на
которой
он
действует;
среаства,
которые
он
использует,
чтобы
действовать
на
этой
сцене;
определен
ную
цель
(если
нет
цели,
то
движение
-
это
не
акт,
а
инцидент)
87.
Действие
в
такой
трактовке
принимается
в
качестве
динамической
единицы,
фундаментального
объекта
для
интерпретации.
Примат
действия
как
источника
и
движущей
силы
социокультур
ной
динамики
не нов
для
философии
и
антропологии
(американский
прагматизм,
эволюционизм,
межкультурные
взаимодействия,
теория
социального
действия
Т.
Парсонса);
подразумевается,
что
когнитивная
активность
-
производная
от
действий
и
взаимодействий.
В
качестве
современного
образца
трактовки
этого
динамического
фактора
Уэрч
рассматривает
типологию
действий
Ю.
Хабермаса,
основанную
на
свя
зи
между
агентом
действия
(актором)
и
окружвнием'".
Типы
окруже
ния,
выделенные
в
ее
рамках,
соответствуют
трем
мирам
К
Поппера'":
мир
физических
объектов
или
состояний;
мир
состояний
сознания
или
ментальных
состояний;
мир
объективных
содержаний
Мышления.
85
Burke
Е.
Language
as Symbolic
Аспоп:
Essays
оп
Life, Literature
and
Method.
Berkeley,
1966.
Р.
53-54.
86
Burke
Е.
А
Grammar
01 Motives. Berkeley, 1969.
Р.
10.
87 Ibid.
Р.
3.
88 Habermas J. The
Theory
01 Communicative Action. VoI. 1. Reason
and
the Rationalization
of Society.
Вовгоп.
1984.
89
Роррег
К.
Objectjve
Knowledge.
Охгого.
1972.
ГDABA
1.
АНТРОШШШШ
ТРАШШ
IНТЕРЩII
в
отношениях
между
актором
и
миром
физических
объектов
Хабер
мас
выделяет
известное
со
времен
Аристотеля
понятие
телеологического
действия.
Речь идет
о
целедостижении
при
выборе
среди
альтернатив
ных
действий
и
использовании
подходящих
средств
надлежащим
обра
зом.
Анализ
фокусируется
на
акторе,
вступающем
во
взаимодействие
с
миром
объектов.
Связи
актора
с
миром
ментальных
состояний
характеризует
поня
тие
«драматургического
действия»,
навеянное
социальной
драматурги
ей
И.
Гофмана'",
С
его
помощью
актор
строит
для
окружающих
опре
деленный
образ
себя,
за
которым
он
в
большей
или
меньшей
степени
целенаправленно скрывает
свою
глубинную
Я-идентичность.
В
этом
случае
приоритет
отдается
самопрезентации,
регулирующей
спонтан
ные
экспрессивные
проявхения?'.
Связь
драматургических
и
телеоло
гических
действий
обусловлена
тем,
что
актор
может
выполнять
те
из
них,
которые
Гофман
обозначил
как
«манипулирование
производимым
впечатлением»
в
попытках
достичь
стратегических
целей
9
2
.
Третий
тип
действий
Хабермас
называет
нормативно
управляемы
ми.
В
этом
случае
члены
группы
в
своем
поведении
руководствуются
общими
нормами,
представляющими
собой
продукт
соглашений,
до
стигнутых
в
ходе
социальных
взаимодействий.
Разделяя
эти
нормы,
они
ожидают
друг
от
друга
соответствующих
действий.
Здесь
акцент
ста
вится
на
подчинении
норме'Ч,
Он
дополняет
эту
модель
четвертым
типом
«коммуникативного
дей
ствия»,
проявляющимся
В
контексте
взаимодействия
нескольких
(на
чиная
с
двух)
субъектов,
вступивших
в
межличностный
контакт
вербальный
или
невербахьный.
Акторы
стремятся
определить
ситуацию
и
планы
действий
друг
друга,
чтобы
скоординировать
их
на
основе
согласия.
Соответственно
центральное
место
принадлежит
интерпре
тации'".
Если
каждый
из
первых
трех
типов
действий
соответствует
одному
из
трех
миров
Поппера,
то
последний
распространяется
одновременно
на
все
и
оценивается
в
соответствии
с
критерием
взаимопонимания.
Навыки
действий
люди
приобретают
во
взаимодействии
друг
с
дру
гом.
Обучение
может
быть
формализованным
в
соответствии
со
стан
дартными
инструкциями.
Однако обычно
оно
состоит
внеформальной
корректировке
поведения
в
различных
ситуациях.
Люди
осваивают
обычаи,
ритуалы,
Символы
на
внерациональном
уровне.
При
этом
дви
жение
от
него к
рациональному
не
описывается
в
терминах
прогрес
сивного
развития.
Во
внерациональной
области
последовательность
появления
идей
перестает
быть
универсальным
стандартом
для
оценки
их
адекватности,
и более
поздние
формы
суждений
не
обязательно
сложнее
предшествующих.
Здесь
изменение
не
носит
универсального
эволюционного
характера,
и
не
имеет
смысла
говорить
о
развитии.
90
Gоffmал
Е.
The
Ргеsелtаtiоп
of Self in
Everyday
Life.
Garden
City~N.
У.,
1959.
91 Habermas J.
Ор.
сп,
Р.
9.
92
lbid.
Р.
91.
93
Ibid.
Р.
85.
94 Ibid.
Р.
86.
465
4ВВ
ЧАШ
У.
МIIРВЩАМIШШ
JЩЩII
В
JШШШlвi
ШРВШШI
Внерациональные
идеи
нельзя
оценить
с
точки
зрения
истинности
или
ложности,
поскольку
они
выходят
за
пределы
социально
установлен
ных
стереотипов
здравого
смысла.
д1\я
каждого
индивида
формирование
соотнесенных
с
реальностью,
интегрированных
и
обобщенных
представлений
об
окружении
обуслов
лено
различными
типами
социальных
взаимодействий
и
коммуникаций.
В
течение
жизненного
цикла
каждый
человек
переходит
от
личных
пе
реживаний
к
коллективным
представлениям,
которые
впоследствии
при
дают
им
культурную
форму.
Культурные
паттерны
ребенок
осваивает
во
взаимодействии
с
другими
в
форме
неявных
сообщений,
передаваемых
в
контексте
социальных
сетей,
в
которые
включен.
Он
получает
инфор
мацию
о
том,
что
следует
предпочитать,
ценить,
чувствовать,
классифи
цировать;
что
понимается
под
личностью
и
как
она
связана
с
обществом;
что
самоочевидно,
допустимо
и
т.
п.
При
изучении
личностного
развития
и
динамики
отношений
меж
ду
людьми
антропологи
опираются
на
разные
основания.
Шведер,
на
пример,
выделяет
три
основные
антропологические
парадигмы:
универ
сализм,
эволюционизм,
релятивизм.
-
Универсализм
предполагает,
что
интеллектуальные
различия
-
это
более
видимость,
чем
реальность,
что
системы
идей,
кажущиеся
на
блюдателю
на
первый
взгляд
экзотичными
и
чуждыми,
в
действи
тельности
больше
похожи
на
свойственные
его
культуре,
чем
ка
жется.
Соответственно
за
различиями
культурных
изменений
сле
дует искать
их
универсальные
причины.
-
В
рамках
эволюционизма
считается,
что
системы
чужеродных
идей
действительно
отличаются
от
европейских,
но
особым
образом:
это
более
ранние
и
менее
совершенные
стадии
когнитивного
развития.
Следовательно,
изменения
в
отношениях
между
людьми
следует
трактовать,
соотнося
их
с
определенной
стадией
эволюции.
-
Релятивизм
подразумевает,
что
системы
чужих
идей
фундаменталь
но
отличаются
от
наших
европейских,
и их
внутренняя
когерент
ность
может
быть
понята,
но
не
оценена
с
точки
зрения
истинно
сти
или
ложности;
что
в
человеческих
культурах
превалируют
кон
кретные,
привязанные
к
контексту
и
ситуации
представления.
Однако
при
этом
речь не
идет
о
принципиальных
различиях,
на
пример,
расовых,
в
способностях
к
познанию,
интеллектуальных
потенциалах,
о
недостаточности
информации
или
лингвистических
средств:
они
считаются
равноценными
у
всех
народов.
В
этом
слу
чае
при
изучении
социокультурной
изменчивости
основное
вни
мание
уделяется
ее
специфике
в
рамках
разных
сообществ.
Релятивисты
подразумевают,
что
«культуры
различаются
по
когни-
тивным
способностям
(к
обобщению,
абстракции
и
т.
п.]
В
меньшей
мере,
чем
в
отношении
метафор,
в
соответствии
с
которыми
живут
люди,
гипотез
и
идей
о
миропорядке,
под-лежащих
социальным
действиям.
Метафора,
согласно
которой
человек
живет,
и
образ
мира,
который
он
очерчивает,
опосредуют
отношения
между
тем,
что
и
как
он
думаеть'".
95
Shweder
R.A.•
Bouтne
E.J.
Does
the
concept
01
the
person
vary
cross-culturally?
In:
Shweder
R.A., LeVine R. (eds.).
Culure
Theory
...
Ор.
cit.
Р.
189.
rBAIA
1.
АШШШIШШ
JPAШШ
ШШIЩ
Но
независимо
от
теоретических
оснований,
из
которых
исходит
антрополог
при
анализе
изменений
в
отношениях
между
людьми,
ему
следует
одновременно
изучать
личностные,
межличностные
и
группо
вые
процессы.
Изучение
механизмов
их
взаимоконструирования
позво
ляет
избежать
односторонности
в
рассмотрении
социокультурной
ми
родинамики.
«Недостаточно
изучать
взаимосвязи
индивидуального
развития
и
социальной
интеракции
без
рассмотрения
культурной
актив
ности,
в
контексте
которой
совершаются
личностные
и
межличностные
акты,
Иначе
получится,
что
развитие
происходит
в
одной
плоскости
и
отсутствует
в
другой
-
например,
что
дети
развиваются,
а
их
культур
ные
группы
-
нет,
или
же, что
ребенок
влияет
на
родителей,
а
родители
на
ребенка
-
нет,
или
индивид
влияет
на
культуру,
а
культура
на
него
-
нет»96.
В
контексте
изучения
ранней
социализации
сегодня
в
антрополо
гии
особое
внимание
уделяется
становлению
личности
через
ее
участие
в
социокультурных
процессах;
способам,
какими
ребенок
осваивает
информацию
и когнитивные
модели
во
взаимодействии
с
родителями,
другими
взросльrми,
более
способными
сверстниками;
механизмам
«уп
равляемого
участия»
в
типичных
социокультуных
ситуациях,
а
затем
сознательного
«ученичества».
В
этих
процесс
ах
индивид
и
его
окруже
ние
влияют
друг
на
друга,
и
механизмы
такого
взаимовлияния
составля
ют
предмет
изучения
социокультурной
микродинамики.
Дети
научаются
опосредованию
своей
деятельности
артефактами
в
интеракциях
со
взрослыми,
заботящимися
о
том,
чтобы
развить
у
них
такую
способность.
Фактически
они
при
обретают
навыки
оперировать
культурными
объектами
за
счет
изменений
способов
приумножения
соответствующих
средств
в
процессепревращения
во
взрослого
пред
ставителя
своего
общества.
Чрезвычайно
важным
при
этом
является
освоение
символического
аспекта
культурного
опосредования,
тем
бо
лее что
сами
новорожденные
с
первых
дней
жизни
уже
являются
объек
тами
культурной
интерпретации
со
стороны
взрослых.
«Родители
вно
сят
будущее
в
настоящее.
Воспоминание
(чисто
идеальное)
родителей
о
своем
прошлом
и
представление
о
будущем
своих
детей
становится
фундаментальным
материальным
ограничителем
жизненного
опыта
ребенка
в
настоящем.
[Это
относится,
в
частности,
к
гендерному
вос
питанию]
....
Взросльrе
основываются
не
на
наличном
репертуаре
пове
дения
ребенка,
чтобы
изменять
его
шаг
за
шагом;
ребенок
является
для
них
существом
культуры,
и
именно
так
они
с
ним
обрещаются»?".
При
этом
важно
проводить
различие
между
социальным
и
культур
ным
аспектами
ранней
социализации,
которые
нередко
смешиваются
в
теориях
личностного
развития,
основанных
на
противопоставлениях
среды
организму
или
природы
воспитанию.
Понятие
«культура»
В
этом
случае
относится
к
закрепленному
в
вещественных
и
символических
формах
общественно
значимому
опьггу
людей,
в
то
время
как
под
«со
циальным»
понимаются
формы
отношений
между
ними,
регулируемых
96
Аltтал
1.,
Rogoff
В.
World
view
in
psychology.
Trait,
interaction,
organismic
and
transactional
perspective.
In:
Stokols
D.
and
АНтап
1. (eds.).
Handbook
of
Environmental
Psychology. N.
У.,
1987.
У.
1.
Р.
378.
97
КОУЛ
М.
Культурно-историческая
психология.
С.
208-211.
487
4Н8
ЧАСТЬ
У.
МШОЩАМ.ЧЕШЕ
ТЩЩ
••
В
шршчшоi
АШОПОПОШ
культурными
нормами
и
образцами.
Соответственно
современные
антропологи,
как и
их
предшественники,
ставят
особый
акцент
на
со
циальном
происхождении
культурных
феноменов
и
личностных
харак
теристик.
Это
относится
и
к
идее
культурного
времени.
Предполагается,
что,
как
правило,
думая
о
будущем,
индивиды
полагают,
что
дела
всегда
бу
дут
обстоять
так
же,
как
они
обстояли
прежде.
Следует
напомнить
ранее
приведенные
слова
Л.
Уайта,
о том,
что
сформированная
куль
турой
психика
во
временном
отношении
является
«континуумом,
про
стирающимся
в
бесконечность
в
обоих
направлениях»,
где
прошлое
проецируется
в
будущее,
а
затем
полученная
картина
возвращается
в
настоящее.
Положение
новорожденного
в
первичной
группе
рассматривается
в
социокультурной
микросреде,
названной
Д.
Уайтингом
«нишей
разви
тия»,
определяемой
составляющими
ее
физическими
и
социальными
компонентами.
Здесь
ближайшим
объектом
опыта
ребенка
становятся
культурные
практики
-
нормативно
установленные
и
повторяющиеся
действия,
осваиваемые
им
во
взаимодействии
и
коммуникации
со
взрос
лыми.
При
этом
активными
агентами
социализации
считаются
и
ребе
нок,
и
его
социокультурное
окружение.
Исследования
свидетельствуют
о
том,
что
дети
интегрируются
в
группу
такими
способами,
которые
одновременно
померживают
их
развитие
и
позволяют
другим
приспо
собиться
К ним,
продолжая
заниматься
своими
делами.
Информация
извне
сначала
воспринимается
ими
поверхностно
и не
подвергается
даже
первичным
преобразованиям.
Позже
она
начинает
фильтроваться
набором
культурных
моделей,
интериоризированных
ребенком
в
процессе
социализации,
а
затем
обрабатывается
в
соответ
ствии
с
накопленным
опытом.
Таким
образом,
элементы
культуры
ос
ваиваются,
и
ребенок
научается
организовывать
и
реорганизовывать
их
использование
в
соответствии
с
ситуативными
контекстами.
Таким
образом,
в
процессах
коммуникации
он
получает
и
передает
культурно
обработанную
информацию.
Способности
к
этому,
как
уже
говорилось,
являются
врожденными,
запрограммированными
на
такую
обработку.
Считается,
что
любая
информация
изначально
представлена
людям
в
культурном
контексте,
и
только
само
его
существование
делает
возмож
ной
реализацию
способности
к
различению
и
комбинаторике.
Таким
образом,
предполагается,
что
врожденной
является
не
только
языковая
модель,
как
у
Н.
Хомского,
не только
модульные
системы,
связанные
с
культурной
обработкой
информации,
но
и
модель
культуры
и
обще
ства
(например,
Р.
Гелман,
д.
Грино,
Д.
Хатано и
др.).
А.
Кармилофф-Смит
полагает,
что
познание
осуществляется
в
кон
тексте
интеракций,
где
приобретенный
ранее
опыт
модифицируется
в
процессе,
названном
ею
«переописание».
Этот
способ
обретения
знания
предполагает
внутренний
мониторинг
накопленной
информации
и
по
следующую
ее
рекомбинацию
в
различных
формах,
соответствующих
разным
культурным
ситуациям'".
Эти
формы,
будучи
выраженными
в
98
Karmiloff-Smith
А.
Beyond Modularity:
А
Developmental Perspective
оп
Cognitive Science.
Cambridge
(Mass.), 1992.
[ПШ
1.
АНТРШПШШШ
ТРАШШ
IШРАЩI
языке,
приобретают
синтаксические и
семантические
характеристики.
В
свою
очередь,
естественный
язык,
согласно
Д;ж.
Фодору,
осваивается
благодаря
врожденности
языка
мышления.
Предложения
естественного
языка
принимаются
и
используются
при
действии
антропологически
универсальных
механизмов,
в
том
числе
когнитивных.
Они
обеспечива
ют
понимание
смысла
предложений
в
контексте
различных
интеракци
онных
ситуаций.
Фодор
предлагает
для
анализа
этих
процессов
модульную
теорию
с
трехчленной
типологией
когнитивных
механизмов.
Они
представлены
формальной
технохогической
схемой
переработки
информации.
Орга
ны
чувств
рассматриваются
как
gаmчuкu,
принимающие
внешние
сиг
налы
и
преобразующие
их
в
нейроннам
коде.
Информация
с
датчиков
обрабатывается
системой
ввода
и
передается
в
так
называемый
цент
ральный
процессар,
где,
собственно,
и
осуществляются
когнитивные
процессы.
Датчики
предполагают
наличие
механизмов
связи
между
символизацией
и
внешними
воздействиями.
Теоретически
они
разме
щаются
на
границе
сознания
и
окружения.
Входной
импульс
в
датчи
ках
рассматривается
в
терминах
физической
энергии;
на
выходе
пред
полагается
симвох.
Соответственно
концептуальную
связь
между
датчиками и
системой
ввода
следует
представить
как
переход
от
физи
ческого
описания
процессов
к
математическому.
Системы
ввода
носят
специализированный
характер.
Каждая
из
них
не
гомогенна,
но
дифференцирована
по
классам
признакав,
характер
ных
для
сигнала
(цвета,
формы,
яркости
и
т.
п.
-
для
зрительного
вос
приятия).
Иными
словами,
модули
специфичны,
и
каждый
перерабаты
вает
свой
тип
поступающих
извне
воздействий.
Поскольку
у
всех
людей
отмечен
общий
набор
таких
механизмов
отбора
и
переработки
внеш
ней
информации,
правомерно
предположение
об
их
врожденной
спе
циализированности.
В
этом
случае
им
соответствует
специфичная,
локализованная
и
структурированная
нейронная
система.
Системы
ввода
в
такой
трактовке
считаются
автономными
от
«центрального
процессора»,
а
доступ
его
к
ментальным
репрезентациям,
которыми
оперируют
системы
ввода,
ограничен.
Центральный
процессор
как
устройство
общей
переработки
инфор
мации
функционирует
специфичным
образом.
С
одной
стороны,
такая
переработка
происходит
согласно
свойственным
только
ему
закономер
ностям,
а
источники
информации
-
неспецифичны,
т.
е.,
по
Фодору,
она
изотропна.
С
другой
-
здесь
верификация
каждой
возможности
интерпретации
любой
ее
порции
обусловлена
всей
совокупностью
име
ющихся
у
индивида
знаний.
Правда,
сам
Фодор
не
уверен
в
возможно
сти
построения
общей
формальной
теории преобразований
информа
ции
в
центральном
процессаре.
Эта
система,
-
по
Фодору,
«инкапсулированная»
-
допускает
прямой
контакт
с
окружением
без
его
когнитивных
преобразованиЙ.
С
этих
позиций,
восприятие
по
природе
своей
изначально
адаптиро
вано
к
общим
структурным
характеристикам
окружения,
и
это обес
печивает
возможность
адекватного
взаимодействия
с
ним.
Концепция
Фодора
отличается
от
представлений,
характерных
для
когнитивной
489
теории
более
позднего
периода,
где
связи
между
перцептивными
и
470
ЧАШ
У.
МlIPваШIIШСШ
rЩЩII
в
rШШШlоi
АШОПОШII
когнитивными
процессами
трактуются
как
нелинейные
и
более
сложные.
Однако
при
целом
ряде
несовершенств
этой
модели,
носящей,
безус
ловно,
идеально-типический
характер,
она
считается
удобным
инстру
ментом
для
описания
отношений
между
перцепцией
и
мышлением.
Гипотеза
Фодора
«продуктивна
С
экспериментальной
точки
зрения,
те
оретически
обоснована
и
последовательна.
Она
важна
и
с
общефилософ
ской
позиции,
и
с
позиции
построения
достоверной
теории
ментальных
репрезентацийвё".
Модульные
процессы
-
восприятие
и
понимание
доступны
экспериментальному
изучению,
так
как
они
осуществляются
в
контексте
контролируемой
конкретной
информации.
Представление
же
о
том,
что
происходит
в
центральном
процессоре,
является
результа
том
теоретических
рассуждений,
поскольку
речь идет
о
построении
умозаключений.
На
интерсубъективном
уровне
репрезентации
информации,
воспри
нимаемой
людьми
извне,
-
объекты,
события,
действия
-
составляют
идеациональный
уровень
культуры.
Поскольку они
участвуют
в
ингерек
ционных
процессах,
их
следует
рассматривать
в
контексте
их
проявления.
В
этом
случае
следует
найти
возможности
теоретического
совмещения
представлений
о
восприятии
объективных,
не
искаженных
культурными
факторами
сигналов
с
понятием
культурной
схемы
-
одним
из
основных
в
когнитивной
антропологии,
отражающих
социокультурную,
интврсубъ
ективную
обусловленность
познавательных
процессов.
Это
можно
сделать,
допустив
врожденность
предпосылок
культуро
генеза.
М.
Коул,
например,
предлагает
такой ход
рассуждений:
внешние
воздействия,
воспринимаясь
модульными
системами,
подвергаются
первичной
трансформации.
Затем
они
проходят
через
фильтры
куль
турных
моделей,
интериоризованных
индивидом
в
процессе
социали
зации.
После
этого
информация
поступает
в
центральный
процессор
уже
в
культурно
обработанной
форме,
поскольку
модульные
системы
являются
врожденными
механизмами,
запрограммированными
на
куль
турную
обработку
внешних
сигналов.
Следует
подчеркнуть,
что
любая
информация,
которой
оперируют
люди,
априори
«дана»
ИМ
В
культур
ном
контексте:
именно
его
наличие
придает
форму
процессам
и
резуль
татам
восприятия'Р".
Культурные
схемы
считаются
важными
составляющими
восприятия,
обеспечивающими
конструирование
интерсубъективных
значений.
Они
рассматриваются
как
производная
реального
опыта
взаимодействия
между
публичным,
конвенциональным,
культурным
контекстом
и
освое
нием,
интеграцией
его
составляющих
в
индивидуальный
опыт.
Простран
ство
между
стандартными
формами
социокультурной
жизни
и
их
инди
видуальными
когнитивными
репрезентациями
рассматривается
как
поле
воспроизведения
конвенциональных
образований
в
практике
социальных
взаимодействий
и
коммуникаций,
что
и порождает
интерсубъективность.
99 Sterenly
К.
ТЬе
Representation
Theory
of Mind. Oxford (Engl.).
Cambridge
(Mass.), 1990.
Р.78-79.
100
Коул
М. Культурно-историческая
психология.
С.
226.