Орлова Э.А. История антропологических учений

Подождите немного. Документ загружается.

ШВА

IЩЩI.

МЕЩ",

ЩШУШШDМ

ШЩDШII

рые

принято

относить

когнитивной

антропологии.

Здесь

также

пред

лагаемые

модели

носят

большей

степени гипотетический

характер и

не

прошли

еще

необходимой

эмпирической

проверки

на

достоверность.

Тем

не

менее

это

направление

микромасштабных

исследований

пред

ставляется

перспективным,

поскольку

знание

механизмов

организации

когнитивного

и поведенческого

многообразия

позволит

перейти

изу

чению

форм

взаимодействия

коммуникации

антропологически

значимых

социокультурных

ситуациях.

IУ.

Изменчивость

артефакта.

При

рассмотрении

артефакта

как

медиатора

отношениях

людей

окружением

принято

обращать

внимание

как

на

его

устойчивость,

так

и на

изменчивость.

первом

случае

акцентируется

его

самотожде

ственность

как

организующего

начала

для

актуализации

типичных

действий

представлений

стандартных

социокультурных

ситуациях.

Во

втором

речь

идет

об

изменениях,

которые

происходят

ним

дина

мичном

культурном

контексте.

рамках

процессов

взаимодействий

коммуникаций

люди

под

держивают

идентичность

артефакта

несколькими

способами:

его

используют

одним

и тем

же

назначением

сходных

раз

личных

ситуациях;

соответственно

за

ним

конвенционально

за

крепляется

устойчивый

набор

функций;

замещают

им

одинаковые

явления,

события,

объекты

разных

контекстах

использования;

таким

образом,

он

приобретает

устой

чивое

значение;

процессах

коммуникации

люди

подтверждают

друг

другу,

что

имеют

дело

одним

тем

же

объектом;

за

счет

этого

воспроизво

дится

его

конвенциональность.

З.

Артефакт

как

устойчивая

целостность

представляет

собой

своего

рода

объективацию

интерсубъективности,

переход

результата

совмест

ной

активности

людей

культурный

факт.

этой

точки

зрения

куль

туру

можно

рассматривать

как

совокупность

упорядоченных

наборов

артефактов,

осваиваемых

ее

носителями

процессах

социализации и

используемых

стандартных

социально

значимых

ситуациях.

Функ

ции

предметное

содержание,

характерные

для

их

определенных

клас

сов,

обусловливают

устойчивость

образуемой

ими

социокультурной

среды.

Ее

помержание

социально

полезно,

поскольку

обеспечивает

людям

возможность

осуществлять

взаимодействия

коммуникации

не

каждый

раз

заново,

но

начиная,

прерывая

возобновляя

их

опорой

на

разделяемый

освоенный

культурный

опыт.

На

фундаментальном

уровне

нейронных

ансамблей

устойчивость

когнитивных

схем

определяется

двумя

классами

факторов,

проявляю

щихся

отношениях

людей

окружением.

Во-первых,

частотность

повторяющихся

воздействий:

чем

чаще

организм

встречается

одним

тем

же

значимым

стимулом,

тем

устойчивее

становится

нейронная

база

когнитивной

схемы,

опосредующей

реакцию

на

него.

Во-вторых,

сила,

интенсивность

воздействия:

чем

выше

их

значение,

тем

больше

вероятность

того,

что

эта

база

будет

сохраняться

достаточно

долго.

то

же

время

контексте

социокультурных

процессов

артефакты

претерпевают

разного

рода

изменения.

Они

обусловлены

целым

рядом

521

522

ЧАШ

У.

МIШЩАМIШШ

ТЩЩII

ТШШШlоi

АШОШШI

факторов,

связанных

их

медиативной

функцией

сложным

строени

ем.

Совершенно

очевидно, что

при

вариациях и

изменениях

состоя

ниях

людей

окружения

меняются

их

позиции

по

отношению

друг

другу, а

следовательно,

характер

опосредованности

их

связей.

Много

составность

артефактов

относительная

функциональная

автономия

их

компонент

делают

их

внутренне

подвижными

достаточно

чувстви

тельными

реактивными

отношении

изменчивости

личностных

состояний

внешних

стимулов.

Изменения

медиаторов

можно

свести

двум

основным

классам:

конфигурационные

структурные.

смене

конфигурации

артефакта

можно

говорить

связи

вари

ациями

значений

соотношений

основных

измерений,

которых

он

описьrвался

ранее:

инструментальное,

технологическое,

коммуникатив

ное,

побуждающее.

Само

же

его

воплощение

вещественное,

симво

лическое,

когнитивное

может

оставаться

неизменным.

этом

слу

чае

возможны

следующие

варианты:

оказавшись

новом

культурном

контексте,

артефакт

может

менять

значения,

характерные

для

него

предшествующих

условиях.

за

висимости

от

обстоятельств

он

может

быть

символом

либо

знаком;

оцениваться

позитивно

либо

негативно;

использоваться

прямом

либо

переносном

смысле

(в

случае

вещи

по

прямому

назначению

либо

замещая

другой

объект)

т.

п.;

одной

той

же

разных

ситуациях

артефакт

может

выполнять

разные

функции:

прагматические,

эстетические,

познавательные

т.

п.;

зависимости

от

направленности

взаимодействия

коммуникации

приоритетными

могут

становиться

разные

измерения

артефакта.

структурным

изменениям

артефакта

можно

отнести

такие,

при

которых

меняются

его

состав,

форма,

основания.

При

этом

он

может

выполнять

те

же

функции,

что

прежнем

воплощении.

основным

случаям

такого

рода

можно

отнести:

добавление

новых

значений

тем,

что

уже

были

свойственны

ар

тефакту,

полной

интегрированностью

их

систему;

расширение

круга

функций

артефакта

без

утраты

тех,

для

выпол

нения

которых

он

был

из

начально

предназначен;

размывание

исходного

ядра

значений

артефакта

за

счет

использо

вания

неподходящих

ситуациях,

результате

чего

он

перестает

выполнять

идентифицирующую

функцию,

опосредуя

связи

людей

окружением;

функциональная

перегрузка

артефакта,

приписывание

ему

несуще

ствующих

возможностей,

что

мешает

ему

быть

эффективным

ме

диатором

отношениях

людей

окружением.

первых

двух

случаях

принято

говорить

техническом

прогрессе,

развитии

понятийного

аппарата

науке

или

стиля

искусстве

т.

П.;

двух

других

артефакт

начинают

считать

устаревшим,

бесполезным

либо

полностью

отказываются

от

него,

либо

подвергают

процедуре

деконструкции

реконструкции,

возвращающей

ему

социальную

полез

ность

или

культурную

ценность.

Внимание

динамическому

потенциалу

артефакта

позволяет

рас

ширить

возможности

изучения

социальных

культурных

процессов

ШВА

IЩЩI.

МЕЩЦII

ЩШШ

ШВIМ

ШЩIВАШ

по

крайней мере

двух

направлениях.

Во-первых,

теоретическом

плане

подчеркивается

качественное

разнообразие

типов

изменений

артефак

тов.

Если

принять

во

внимание,

что

искусственными

объектами

во

многом

определяется

содержание

культуры,

то

проясняется

содержа

ние

предметного

поля

изучения

социокультурной

изменчивости

рам

ки

соотнесения

для

ее

различных

форм.

Во-вторых,

методологической

точки

зрения

становится

возможным

выделить

единицы

анализа

соци

окультурных

процессов

описать

их

доступных

наблюдению

призна

ках

показателях.

Из

всего

сказанного

следует,

что

выделение

концепции

артефакта

как

опосредующего

звена

цепи

взаимодействий

коммуникаций

людей

имеет

фундаментальное

значение

для

изучения

социальных

культур

ных

процессов

на

микродинамическом

уровне

антропологических

пози

ций.

Во-первых,

этом

случае

трансформируется

базовая

модель

социаль

ного

взаимодействия и

коммуникации.

Как

известно,

общепринятом

варианте

она

представлена

двумя

акторами

эго,

инициатором

действия,

альтер,

партнером,

связанными

взаимными

правами

обязанностя

ми.

Взаимодействие

этом

случае

описывается

как

выполнение

каждым

нормативно

предписанных

функций.

Концепция

медиации

меняет

струк

туру

модели.

Теперь

она

включает

себя

четыре

активных

компоненты

двух

акторов,

артефакт-медиатор

ситуацию

как

культурный

контекст

взаимодействия.

Иными

словами,

первоначальная

структурная

форма

социальности

дополняется

культурным

интерсубъективным

содержани

ем

закладывается

возможность

логического

объединения

социологичес

ких

антропологических

исследовательских

позиций.

Во-вторых,

открывается

возможность

пр

следить

сам

процесс

взаи

модействия.

Рассматривая

движение

артефактов

его

ходе,

можно

описать

пространство

интерсубъективности

через

функции,

значения,

связи

между

медиаторами,

используемые

акторами

изучаемой

ситу

ации.

этом

случае

нет

нужды

обращаться

личностной

специфике

акторов,

особенностям

их

психики.

Ведь

при

исследовании

социокуль

турных

процессов

предметная

область

определяется

тем,

что

происхо

дит

между

людьми,

не

внутри

них.

В-третьих,

выделение

типов

изменчивости,

относящихся

артефак

там,

позволяет

дифференцировать

формы

процессов

взаимодействия

коммуникации.

От

их

описания

классификации

можно

будет

перей

ти к

более

масштабным

моделям

социокультурной

динамики.

Уже

из

того,

что

было

сказано

выше,

следует,

что

изменения,

происходящие

артефактами,

когда

они

опосредуют

совместную

активность

людей, не

описываются

понятием

«развитие»,

если использовать

его

строгом

смысле.

Процессы

можно

дифференцировать

по

форме,

принимая

во

внимание,

что

использование

артефактов

контексте

интеракции

впол

не

наблюдаемо

именно

им

начинает

определяться

предметная

область

исследования.

Это

также

характеризует

смену

исследовательской

по

зиции

по

сравнению

прежней,

когда

описание

социокультурной

ди

намики

осуществлялось

функционалистских

терминах,

объяснение

психологических,

логический

переход

между

ними

отсутствовал.

Таким

образом,

идея

опосредованности

артефактами

любых

связей

людей

окружением,

представляет

познавательную

область

социокухь-

523

524

ЧАШ

МШIЩАМIШШ

ТЕНАЩII

ТЕВРЕТIШlui

АШШШII

турной

микродинамики

таком

аспекте,

при

котором

доступным

на

блюдению

становится

то,

что

«происходит

между

людьми»

•

Аитератgра

Anscombe

G.E.M.

Intention.

Oxford:

Баsil

Blackwell,

1957.

В1ack

М.

Metaphor

/ /

Models

and

Metaphors.

Ithaca.

У.:

Соmеll

University

Press,

1962.

Boesch

Е.Е.

Symbolic

Action

Theory

and

Cultural

Psychology.

Berlin,

Heidel-

berg, N.

У.,

L., Paris, Tokio,

Honghong,

Barselona, Budapest: Springer-Verlag, 1991.

Вооп

Other

Tribes,

other

Scribes:

Symbolic

Anthropology

The

Сотра

rative

Study

Cultures,

Histories,

Religions

and

Texts.

У.:

Cambridge

University

Press,

1982.

Вгипег

J.5.

Child's

Talk.

Acts

Meaning.

Cambridge,

Mass.:

Harward

University

Press,

1990.

Вгипег

J.5.

Neural

mechanisms

perception

/ /

Brain

and

Нитап

Behavior.

Solomon

Н.

al. (eds.).

Baltimore,

1958.

Р.

118-143.

Burke

К.

Grammar

of Motives. Berkeley: University of

СаШоmiа

Press. 1969.

Burke

К.

Language

Symbolic

Action;

Essays

оп

Life,

Literature

and

Method.

Berkeley:

University

Califomia

Press,

1966.

Conklin

н.С

Lexicographical

treatment

folk

taxonomies

/ /

Problems

Lexicography.

Householder

F.W.

and

Saporta

S. (eds.).

Вloomington:

Indiana

University

Research

Center

Anthropology.

Folklore

and

Linguistics,

1962.

D'Andrade

Cultural

meaning

systems

/ /

СиНше

Theory:

Essays

оп

Mind,

Self

and

Emotion.

Shweder

R.A,

Vine

R. (eds.).

Cambridge,

UK:

Cambridge

University

Press,

1984.

Р.

39-119.

D'Andrade

R.G.

and

5trauss

(eds.).

Нитап

Motives

and

Cultural

Models.

Cambridge:

Cambridge

University

Press,

1992.

D'Andrade

R.G.

Schemes

and

motivation

/ /

Нитап

Motives

and

Cultural

Models.

D'Andrade

R.G.

and

Strauss

С.

(eds.).

Cambridge:

Cambridge

University

Press,

1992.

De No L.

Cerebral

cortex

architecture

/ /

Physiology

Nervous

System

Fulton

J.F. (ed.). N.

У.,

1943.

Firth

Symbols,

Public

and

Private.

L.:

Lawrence

Erlbaum

Associates

Publishers,

1988.

Fivush

R.,

5tockman

Р.

The

acquisition

and

development

scripts

/ /

Event

Knowledge

Structure

and

Function

Development.

Nelson

К.

(ed.).

Hillsdale,

У.,

L.:

Lawrence

Erlbaum

Associates

Publishers,

1966.

Fodor

Modulatory

Mind.

Cambridge,

Mass.:

MIТ

Press,

1983.

Frake

со.

The

ethnographic

study

cognitive

systems

/ /

Anthropology

and

Нитап

Behavior.

Gladwin

Т.,

Sturtevan

W.C.

(eds.).

Washington

D.C.:

Anthropological

Society

Washington,

1962.

Goffman

Е.

The

Presentation

Self

Everyday

Life -

Garden

City.

У.:

Doubleday,

1959.

Goodenough

W.н.

Componential

analysis

and

the

study

meaning

/ /

Language.

1956.

32.

Р.

195-216.

Granit

Receptors

and

Sensory

Perception.

New

Haven,

1955.

Greenberg

J.н.

Language

Universals

with

Special

Reference

Feature

Hierarchies.

The

Hague:

Mouton,

1966.

ГША

IЩЩI.

МЕаЩII

ЩШJВШРНВМ

ШЩUВШI

Habermas

Actions,

speech

acts,

linguistically

mediated

шгегаспопв

and

the

lifeworld

/ /

Philosophical

Problems

today.

1994. Vol. 1.

Р.

-74.

НеЬЬ

D.O.

The

problem

consciousness

and

introspection

/ /

Brain

Mechanics

and

Consciousness.

Adrian

Е.

al. (eds.).

Oxford,

1954.

Hebdige

Subculture:

The

Meaning

Style.

L.:

Methuen,

1979.

Непlе

Р.

(ed.).

Language,

Thought,

and

Сцйцге.

Апп

Arbor.

1958.

Hugnet

Р.,

Latane

В.

Social

representations

dynamic

social

impact

/ /

Journal

Communication.

1996. Vol. 46. N24.

Р.

57-63.

Kampinen

М.

(ed.).

Conscionsness,

Cognitive

Schemata

and

Relativism.

Multidisciplinary

Exploration

Cognitive

Science.

Dordrecht

etc.:

Kluwer

Academic

Publishers,

1993.

Карlап

R.M.

general

syntactic

processor

/ /

Natural

Language

Proceeding.

Rustin

R. (ed.). N.

У.:

Algorithmics

Press,

1973.

Кеllег

J.D.

Schemes

for

schemata

/ /

New

Direction

Psychological

Anthro-

pology.

Schwartz

Т.,

White

G.M.,

Lutz

с.А

(eds.).

Cambridge:

Cambridge

University

Press,

1994.

К1uckhohn

Т.,

5trodtbeck

F.L.

Variation

Value

Orientations.

Evenstone,

Ш.:

Elmsford.

У.:

Row

Peterson

and

Со.,

1961.

Kripke

5.А.

Wittgenstein:

оп

Rules

and

Private

Language.

Cambridge.

Mass.:

Harward

University

Press,

1982.

Langer

5.К.

Philosophical

Sketches.

Study

Нитап

Mind

Relation

Feeling,

Explored

through

Art,

Language

and

Symbol.

У.,

1964.

Langer

5.К.

Phylosophy

New

Кеу.

Study

Symbolism

Reason,

Rite,

and

Art.

Cambridge,

Mass,

1951.

Lash1y

К.5.

Cerebral

organization

and

Behavior

/ /

Brain

and

Нитап

Behavior.

Solomon

Н.

al. (eds.).

Baltimore,

1958.

Lashly

K.S.

The

problem

serial

order

behavior

/ /

Cerebral

Mechanisms

and

Behavior.

Jeffress

L. (ed.). N.

У.,

1951.

Р.

112-136.

Mandler

С.,

Kahlman

СК.

Proactive

and

retroactive

effects

overlearning

/ /

Journal

Experimental

Psychology.

1961. N261.

Р.

76-81.

Mead

С.н.

Mind,

Self

and

Society

from

the

Standpoint

Social

Behaviorist.

Мопis

C.W.

(ed.).

Chicago:

University

Chicago

Press,

1939.

Mead

СЛ.

The

Philosophy

the

Act.

Мопis

C.W.

(ed.).

Chicago:

University

Chicago

Press,

1938.

Merleau-Ponty

М.

Sens

поп-вепв.

Paris,

1966.

Merleau-Ponty

М.

Signes.

Paris,

1962.

Мi11ег

С.,

Calanter

Е.,

and

Pribram

К,

Plans

and

Structures

Behaviour.

L.:

Holt,

Rinehart,

and

Winston,

1960.

Мi11ег

С.А.,

Calanter

Е.Н,

Pribram

к,н

Plans

and

Structures

of Behavior. N.

У.,

1960.

Мопis

Ch.

Signs,

Language

and

Behavior.

У.:

Braziller

В.,

1946.

Nelson

К.

Cognition

script

framework

/ /

Social

Cognitive

De-

velopment.

Flavell

J.H.

and

Ross.

(eds.).

Cambridge:

Cambridge

University

Press,

1981.

Nykri

J.c.,

5mith

В.

(eds.).

Practical

Knowledge:

ОиШпе

Theory

Tradition

and

Skills. L.:

Сroот

Helm,

1988.

Poui11ion J.

Presentation:

ипе

essays

dMinition

/ /

Temps

modernes.

1966.

N2246.

Redfield

The

primitive

world

view

/ /

Proceedings

the

American

Philosophical

Society.

1952.

94.

525

ШТh

У.

МШШНАМШСШ

ТЩЩI.

ШРШШlоi

АШОШШI

Rommetveit

Language

aequisition

ав

inereasing

linguistie

strueturing

experienee

and

symbolie

behavior

eontrol

/ /

Culture,

Communication

and

Cognition.

Wertseh

J.V. (ed.).

Cambridge:

Cambridge

University Press, 1985.

Rumelhard

Sehemata:

the

building

bloeks

cognition

/ /

Theoretieal

Issues

Reading

Comprehension.

Spiro R.,

Bruee

В.,

and

Brewer W. (eds.). Hilsdale,

У.:

Erlbaum,

1978.

Runer

J.S.

and

Postman

Emotional

selectivity

pereeption

and

reaetion

Journal

ог

Personality.

1947.

16.

Р.

69-77.

Ryle

С.

The

Coneept

Mind.

L.:

Hutchinson,

1949.

Ryle

С.

ТЬе

Coneept

Mind.

У.,

1949.

Sapir

Е.

Language,

сиНше

and

personality

/ /

Selected

Writing

Edward

Sapir.

Mandelbaum

D.G.

(ed.).

Berkeley

and

Los

Angeles:

University

California

Press,

1949.

Schaller

М.,

Еаитё

В.

Dynamic

social

impact

and

the

evolution

social

representations:

natural

history

stereotypes

/ /

Journal

Communication.

1996. Vol. 46.

Р.

64-71.

Schank R.C.,

Abelson

R.P. Seripts, Plans, Goals,

and

Understanding.

Inquiry

into

Human

Knowledge

Structure.

Hillsdale.

У.:

Erlbaum,

1977.

Shore

В.

Twiee -

born.

Onee

eonceived:

meaning

construction

and

cultural

eognition

American

Anthropologist.

Mareh.

1991. Vol

93.

Shweder

R.A.

Thinking

through

Culture:

Expeditions

Cultural

Psyehology.

Cambridge,

МА.:

Harvard

University

Press, 1991.

Simon

Scienees

the

Artificial.

Cambridge,

МА:

MIТ

Press,

1987.

Sterelny

К.

Representational

Theory

Mind.

Oxford

(England);

Cambridge

(Mass.): Basil Blaekwell, 1990.

Swidler

СиНше

in aetion:

symbols

and

strategies

/ /

American

Soeiologieal

Review. 1986.

51.

Р.

273-286.

Trevarthen

С;

Logotheti

С.

First

symbols

and

the

nature

human

knowledge.

Symbolism

and

eonnaissanee

/ /

Cahiers.

1987.

Тиrnег

У.

The

Ritual

Process.

Chieago:

Aldine,

1969.

UгЬап

W.M.

Language

and

Reality:

the

Philosophy

Language

and

the

Prineiples

Symbolism.

L.:

Allen

and

Unwin, 1939.

Wartofski

М.

Models.

Dordrecht:

D. Reidel. 1973.

Washburn S.L. Speculations

оп

the interrelations of tools

and

biological evolution

/ /

The

Evolution of

Man's

Capaeity

for Culture.

Spuhler

J.M. (ed.). Detroit, 1959.

Wertsch J.

У.

Voices

the

Mind.

Cambridge,

МаББ.:

Harward

University

Press,

1991.

Wertsch J.

У.,

Delrio

Р.,

Alvarez

Soeioeultural

studies:

history,

action

and

mediation

/ /

Sociocultural

Studies

Mind.

Wertsch

J.V. (ed.).

Cambridge:

Cambridge

University

Press,

1995.

White

L.A

Culturological

and

psychological

interpretations

human

behavior

/ /

American

Sociological

Review.

Deeember.

1974.

White

L.A

Seience

Culture.

У.,

1949.

Whitehead

AN.

Symbolism: Its

Meaning

and

Effeet. N.

У.:

MaeMillan,

1927.

Whorf

B.L.

The

relation

habitual

thought

and

behavior

language

/ /

Classic

contribution

to Socia! Psychology.

Hollander

Е.Р.

and

Hunt

R.G. (eds.).

У.;

L.:

Toronto:

Oxford

University

Press, 1972.

Witkin

НА,

Lewis

НВ.,

Hertzman

М.,

Machover

К.,

Bretnall

Meissner

Р.,

Wapen

Personality

Through

Perception.

Experimental

and

Cliniea!

528

Study.

У.:

Harper

and

Brothers

РиЫ.,

1954.

ШВА

шqЕПЩ

МЕПЩ

СЩОIYВhIYРНОМ

ШЩОВАШ

Wuthnow

Meaning

and

Moral

Order:

Explorations

Cultural

Analysis.

Berkeley:

Vniversity

California

Press, 1987.

Zaval10ni

М.

Values

/ /

Handbook

Cross

Cultural

Psychology.

Triandis

Н.с.

and

Bristin R.W. (eds.).

Boston

etc.: Allyn

and

Васоп,

Inc. 1980. Vol. V.

528

IDIJ

Интерпретация

как

антропоnоrическая

npolineMa

Итак,

во

второй

половине

ХХ

в.

новое

поколение

антропологов

бо

лее

не

претендовало

на

построение

общих

теорий

человека,

общества,

культуры.

На

смену

поискам

универсальных

законов

их

развития

про

странственных

временных

макромасштабах

приходит

интерес

ин

терсубъективности,

формальные

модели

структурализма

уступили

ме

сто

принципам

герменевтики,

культура

стала

пониматься

как

текст.

Задачей антропологического

исследования

соответственно

становилось

его

адекватное

прочтение

понимание,

также

трансляция

понятого

изложении

исследователя.

Это

означало

смещение

акцента

онтоло

гического

вопроса

«что

такое

общество

культура»

на

методологический:

«как

понять

чужое

общество и

культуру».

поскольку

соответствующие

методы

пока

еще

разработаны

плохо,

использовался

своеобразный

син

тез

герменевтики,

семиотики

гуманитарных

приемов

сравнений,

метафор,

метонимий

др.

•

От

претензий

на

реализм

изgчению

репрезентаций

1970-

1980-х

гг.

«антропологическое

знание

представляет

собой

ре

зультат

скорее

интерпретации

герменевтических

истолкований,

чем

по

зитивных

исследований,

основанных

на

экспериментах

умозаключени

ях»

Интерпретация,

или

культурный

анализ,

представляет

собой

мето

дологический

принцип,

определяющий

роль антрополога как

посредни

ка,

не

внешнего

наблюдателя

при

трансляции

чужого

культурного

опыта.

Она

всегда

была составляющей

этнографических

антрополо

гических

исследований,

свидетельствующей

мастерстве

или

владении

искусством

осмысления

изложения

эмпирического

материала.

Но,

начиная

1960-х

ГГ.

«она

стала

теоретической

альтернативой

антропо

логии,

связанной

традицией

эмпирических

исследований,

ориенти

рованных

на

образец

естественных

науюг',

Smith

Р.В.,

MichaeJ

н.В.

(eds.)

Social

Psychology

Across

Cultures.

Analysis

and

Perspectives.

У.

etc.,

1983.

Р.263.

Winthrop

R.н.

Dictionary

Concepts

Cultural

Anthropology.

Р.

147.

ГПШ

ШЕРRРЕЩI.

АRТРIШШШШ

RРШЕМА

Культурный

анализ

это

«объяснение

значений,

выраженных

символической

форме,

через

их

интерпретацию.

Анализ

культурных

феноменов

совершенно

отличается

по

процедурам

от

описательного

метода,

базирующегося

на

научном

анализе

классификации,

отража

ющей

эволюционные

изменения

характер

взаимозависимостей.

Изу

чение

культуры

более

сходно

интерпретацией

текста,

нежели

клас

сификацией

флоры

фауныь

течение

длительного

времени,

вплоть

до

конца

1970-х

П.,

понятие

«институт»

было

центральным

при

объяснении

широкого

круга

социо

культурных

феноменов.

Однако

его

ограниченность

нормативными

аспектами

совместного

существования

людей

оставляла

за

пределами

внимания

его

микродинамику.

то

же

время

все

более

очевидным

ста

новился

тот

факт,

что

именно

вариации

повседневных

взаимодействий

коммуникаций

составляют

порождающую

область

истолкования

институциональных

норм

и правил

ролевого

поведения

применительно

конкретным

ситуациям,

что

конечном

счете

приводит

их

функци

ональному

и структурному

изменению.

Соответственно

потребовались

новые

теории

репрезентирования

социокультурных

явлений

процес

сов,

одной

стороны,

техники

интерпретации

антропологических,

прежде

всего

этнографических?

данных

другой.

Рефлексия

основаниям

способов

изучения

не-западных

обществ

до

недавних

пор

основного

типа

объектов

антропологических

исследо

ваний

началась

1960-х

гг.

Сегодня

ее

результаты

начали

интенсив

но

осваиваются

исследовательской

практике,

особенно

применитель

но

способам

описания

не

только

сравнительно

небольших

этнических

групп,

но

сложных

современных

обществ.

Появились

новые

экспери

ментальные

стратегии

фиксирования

анализа

антропологических

данных.

По

сравнению

прежними,

представляющими

культуру

как

самодостаточную,

практически

почти

закрытую

систему,

они

отмече

ны

определенными

отличительными

признаками:

внимание

процессам

глобализации,

из-за

которых

разных

куль

турах

появляется

все

больше

одинаковых

черт,

что

затрудняет

вы

деление

представление

их

самобытности;

признание

исторических

политико-экономических

реалий

в ка

честве

объяснительных

факторов

поведения

отношений

людей;

большинстве

работ

предшествующего

периода

их

влияние,

хотя

не

отрицалось,

но

и не

принималось

во

внимание

должной

мере.

настоящее

время

антропологии

отсутствуют

общие

темы,

которые

стали

бы

центрами

притяжения

для

возникновения

широкомасштабных

профессиональных

публичных

дискуссий.

Как

область

социально-науч

ного

познания,

она

сейчас

характеризуется

фрагментарностью,

многооб

разием

узконаправленных

иссхедовений,

побуждаемых

отчасти

стремле

нием

обновлению

исходных

оснований

изучения

человека,

общества,

культуры,

отчасти

сохранению

прежней

познавательной

парадигмы.

1950-х

по

1970-е

гг.

попытки

построения

общих

антропологических

теорий

были

связаны

заимствованием

моделей

из

лингвистики.

Каза-

Thompson J.B.

Ideology

and

Modern

Culture.

1990.

Р.

132.

529

530

ЧАШ

У.

МШDЩАМIЧЕШЕ

ТЩЩII

ШРЕШЕШМ

АШDШШI

лось,

что

она

может

обеспечить

четкие

формальные

рамки

для

органи

зации

антропологии

как

генерализующей

дескриптивной

науки.

Однако

со

временем

оказалось,

что

структуралистских

моделей

недостаточно

для

понимания

того,

что

происходит

изучаемой

культуре,

также

между

исследователем

информантами.

Соответственно

1970-

1980-х

гг.

воз

растает

интерес

научному

потенциалу

семиотики

семантики,

также

литературной

критике,

которые

стали

важными

источниками

но

вых

теоретических

методологических

идей

антропологии.

Сегодня

здесь

ведется

активное

экспериментирование

фиксированием

опи

санием

этнографического

материала,

что

побуждает

исследователей

продолжать

погружаться

тонкости

интерпретации.

Повышенное

внимание

репрезентации

культурных

феноменов

было

вызвано

все

возрастающей

неуверенностью

антропологов

аде

кватности

средств

описания

социокультурной

реальности.

Сомнению

подверглась

правомерность

использования

для

этого

классической

по

зитивистской

парадигмы:

характерная

для нее

ориентация

на

унифи

кацию

многообразия

фактов

при

объяснении

устойчивости

общества

культуры

оказалась

неприемлемой

для

интерпретации

как

глубинных

трансформаций,

так

микродинамики

совместного

существования

людей

современных

условиях.

Кризис

интерпретации

социокультурных

событий

и их

научной

репрезентации

нередко

рассматривается как

период

перехода

от

преды

дущей

познавательной

парадигмы,

выделяющей

макроуровень

социокуль

турной

реальности

(культуры

'и

цивилизации

целом,

историческое

время),

новой,

где

предметной

областью

становятся

микродинамика

повседневной

жизни

людей

(механизмы

межличностных

взаимодей

ствий

коммуникаций,

опосредованных

вещественными,

символиче

скими

когнитивными

артефактами).

такие

периоды

теоретические

интересы

перемещаются

отыскания

общих

социальных

законов

по

ниманию

смысла

деталей

обыденной

жизни,

для

чего

познавательные

средства

предыдущей

парадигмы

оказываются

либо

недостаточными,

либо

вовсе

непригодными.

свое

время

на

это

указывал

Х.

Уайт

работе

«Метаистория»

(1973).

Его

наблюдения

выводы

позволяют

утверждать,

что

антропологию,

как и

другие

социальные

науки,

где

доминирует

дис

курсивная,

описательная представленностъ

предметной

области,

можно

сравнить

историографией

XIX

в.

Тогда

тоже

науку

об

обществе

пыта

лись

создать

путем

реалистического

скрупулезного

изображения

усло

вий

деталей

описываемых

событий,

правда,

при

сохранении

допуще

ния

возможности

построить

«цепь

бытия»

применительно

обществу

культуре.

Уайт

исходит

из

допущения,

что

любое

дискурсивное

социокульту

ное

описание

можно

представить

трех

основных

измерениях:

сюжет,

аргументация

идеологическая

ориентация.

Тексты

могут

расходить

ся

или

находиться

неустойчивых

связях

фактами

по

каждому

из

измерений.

Эти

расхождения

обусловливают

изменения

стилистике

письма,

поскольку

связаны

более

широким

социокультурным

контек

стом

через

культурные

характеристики

самих

измерений.

Желание

примирить

эти

расхождения при

составлении

исторических

текстов

порождает

проблемы

метода

интерпретации

социокультурной

реально-