Толмачева Р.П. Экономическая история

Подождите немного. Документ загружается.

один год. Но ожидаемой победы социалистических элемен-

тов не наблюдалось, поэтому нэп продержался до 1929 г.,

но

"закатом" его были не только

1927—1928

гг., тенденции

свертыванию рыночных отношений проявились и раньше.

Итак,

в отличие от дореволюционного периода, трес-

ты создавались в условиях советской власти и всеобщего

обобществления средств производства. Предприятия госсек-

тора под руководством трестов и синдикатов объединились

с рынком и превратились в самостоятельных товаропроиз-

водителей. По "Положению о

трестах"

1923 г. они призна-

вались основным производственным звеном в промышлен-

ности.

Но тресты не имели права: продать, заложить, сдать

аренду основные производственные фонды, а также воз-

вести новые сооружения. Не могли они распоряжаться и

оборотными фондами, так как ВСНХ ежегодно

утверждал

для них суммы уставных капиталов. В

доход

казны посту-

пала и полученная этими предприятиями прибыль от реа-

лизованной

продукции. На нужды предприятия отчислялась

лишь пятая часть прибыли. Таким образом, администра-

тивные органы вмешивались и в деятельность трестов. Ком-

мерческий

расчет

касался в основном лишь сферы обраще-

ния.

Такая политика

государства

не способствовала пре-

вращению трестов в образцовые высокоэффективные хо-

зяйствующие субъекты.

Но

нельзя не учитывать их положительной роли в вос-

становлении промышленности после семилетней войны; в

уменьшении безработицы и социальной напряженности в

стране; в насыщении рынка потребительскими товарами.

"Новое

положение

государственных

промышленных

трестах"

1927 г. ориентировало их не на получение при-

были вообще, а на выполнение обязательного для каждого

предприятия задания. Это означало усиление централиза-

ции

в руководстве экономикой, внедрение плановых начал

свертывание работы трестов.

На

4,5 тыс. важнейших предприятий госсектора про-

мышленности трудилось 4/5

всех

рабочих. Остальные

521

предприятия были переданы местным органам власти, мел-

кие

и средние денационализированы или сданы в аренду.

Так

появилась новая форма хозяйствования в условиях

нэпа

—

аренда

на

госпредприятиях.

Таких предприятий,

относящихся к группе "Б", было к осени 1923 г. сдано в

аренду

6220,

в среднем на одно арендованное предприятие

приходилось 18 работников. Арендаторами становились ча-

стные лица, в том числе бывшие владельцы этих предпри-

ятий

(50%); кооперативы (36%); госорганы (12%). При про-

ведении конкурса претендентов предпочтение отдавалось

кооперативам.

Средний

срок арендного договора был три

года.

Аренда-

торы вкладывали собственные средства в развитие произ-

водства, закупали сырье, топливо, материалы, нанимали

работников.

Таким образом, аренда носила предпринима-

тельский характер. Арендная плата взималась в натураль-

ной

и денежной форме. Но излишне регламентировались

условия договора; завышалась арендная плата; повышение

прибыли ограничивалось высокими ценами на сырье и ма-

териалы и т. д. Несмотря на это, неплохо снабжали населе-

ние

товарами арендованные предприятия в пищевой, ко-

жевенной,

деревообрабатывающей, текстильной и силикат-

ной

промышленности.

По

постановлению

Совнаркома

от 15 мая 1928 г. пре-

кращалась

сдача

предприятий

аренду.

Напоминали

аренду по форме организации производ-

ства

концессии.

С привлечением иностранного капитала сда-

вались в эксплуатацию: территории для разработки при-

родных ресурсов; отдельные госпредприятия с целью их

укрупнения и

выхода

на мировой рынок. Концессионеров не

привлекали в ведущие отрасли промышленности. Иностран-

ные предприниматели вкладывали капитал деньгами и обо-

рудованием, продукцию

государству

продавали по договор-

ным

ценам, свою долю чаще получали продукцией и выво-

зили

за границу.

522

Смешанные

акционерные

общества

создавались в сфе-

ре внешней торговли на средства иностранных инвесторов

советского

государства.

Если отделить эти общества от

концессий,

то к осени 1927 г. их можно насчитать около

70 на территории

СССР,

государство

владело в них чаще

контрольным пакетом акций в 51%. Соответственно распре-

делялась и прибыль.

Смешанные

общества не избежали бюрократической

волокиты и жестких ограничений со стороны советского

законодательства.

Концессии

вместе со смешанными акционерными об-

ществами не играли, на первый взгляд, важной роли в на-

родном хозяйстве: им принадлежало лишь 0,5% действо-

вавших в стране предприятий, на них трудилось 0,7% ра-

бочих, они производили 0,6% объема продукции госпред-

приятий.

Но в добыче свинца удельный вес их достигал

62,2%;

марганца — 39,5%; золота — 20%; меди —

11,8%.

Они

вывозили за границу 55% каменного угля. Ввозили почти

27% различных приборов и инструментов, сыграли поло-

жительную роль в вовлечении страны в мирохозяйствен-

ные связи. К недостаткам их деятельности относится: хищ-

ническая

эксплуатация природных ресурсов; спекуляции.

Свертывание их работы было связано не только со сменой

идеологического курса, но и с падением мировых цен на

вывозимую продукцию, что явилось предвестником миро-

вого экономического кризиса

1929—1933

гг.

Аренда

применялась

и в

сельском

хозяйстве.

К началу

1926 г. доля хозяйств — арендаторов земли и

других

средств

производства достигла в стране 6%. Наиболее широко рас-

пространилась аренда земли на Северном Кавказе, всего в

государстве

в аренде находилось 7 млн дес. земли. Формы

платы за нее были: денежная, натуральная, издольная,

отработочная, смешанная.

Базой

для

развития

рыночной

экономики

должно

было

стать

восстановление

Всероссийского

рынка.

С этой целью

вновь заработали

ярмарки:

Нижегородская, Ирбитская,

523

Киевская,

Бакинская. Как элемент рыночной инфраструк-

туры воссоздавалась банковская система:

кроме

Госбанка,

действовали

кооперативные

банки;

торгово-промышлен-

ный;

банк

для

внешней

торговли;

сеть

мелких

коммуналь-

ных

банков.

Рынок

как

регулятор

экономических

процессов

восста-

навливался

помощью

воссоздания

котировальной

(фондо-

вой)

биржи.

Действовала сеть

товарных

бирж.

Первая из

них появилась в 1921 г. в Саратове, затем открылась Цент-

ральная товарная биржа. Был введен институт бирже-

вых маклеров. "Пиком" организации бирж явилась осень

1926 г. — их насчитывалось уже 114. Для защиты вступаю-

щих в торговые сделки были созданы арбитражные и экс-

пертные комиссии. Важнейшую роль в укреплении рынка

сыграла нормализация (в определенной степени) ценообра-

зования.

При нормировании цен учитывалась конъюнктура

рынка.

Глубокие исследования в этом отношении провел кол-

лектив

Конъюнктурного

института,

созданного

во

главе

выдающимся

экономистом

Н. Д.

Кондратьевым

в начале

1920-х

гг. В мировой экономической мысли важное место

занимает его учение о "больших циклах конъюнктуры". На

основе этой теории Н. Д. Кондратьев с единомышленниками

занимался

прогнозированием развития экономики различ-

ных стран.

Корреспондентская

сеть института в стране состояла

из

500 пунктов, в них трудились сотрудники местных фин-

органов. Они обрабатывали на местах данные о торговых

оборотах государственных и кооперативных предприятий,

розничных ценах. В институте вычислялись общетовар-

ные розничные индексы цен по стране и отдельным райо-

нам,

причем по каждому виду торговли: государственной,

кооперативной,

частной. Очень подробно оценивалась конъ-

юнктура сельскохозяйственного рынка.

Одной из важнейших задач нэпа было восстановление

стране

рынка

товаров.

Основным препятствием на пути

товарного рынка оставалось отсутствие достаточных запа-

524

сов товаров. Медленными темпами восстанавливалось на-

родное хозяйство. Рост товарооборота зависел не только

от покупательной способности населения, необходимо было

нейтрализовать неустойчивость денежного обращения.

Большую роль в хозяйственном подъеме страны на ос-

нове развертывания товарно-денежных отношений сыграла

денежная реформа

1922—1924

гг. Проводилась она под ру-

ководством наркома финансов Г. Я. Сокольникова. Но долгие

годы в стране замалчивалась роль профессора Л. Н.

Юровс-

кого

в разработке концепции этой реформы, его вклад в

теорию финансового оздоровления экономики. Научные

взгляды Л. Н. Юровского формировались еще в дореволю-

ционный

период под влиянием известнейших российских эко-

номистов с мировым именем — М. И.

Туган-Барановского,

П. Б.

Струве,

А. А.

Чупрова.

Подвергнув в работе "Очерки

по

теории цены" критике теорию предельной полезности

западных

ученых,

Юровский сосредоточил внимание на

теории

равновесия

обмена.

В теоретических дискуссиях

1920-х

гг. о

путях

построения социализма в стране он стре-

мился

объединить теорию с практикой. Взамен понятия "пре-

дельная полезность" от ввел понятие "предельной покуп-

ки"

и "предельного покупателя". А теорию равновесных цен

увязал с уточнением понятий статического и динамическо-

го равновесия. Со статическим равновесием все было яс-

но

— оно существовало в условиях устойчивого и гармо-

ничного

проявления

спроса

предложения.

Но динамичес-

кое равновесие было

всегда

неустойчивым. В этой связи

Юровский

еще в 1919 г. в работе "Очерки по теории цены"

предлагал изучать теорию хозяйственной эволюции и хо-

зяйственных циклов. Л. Н. Юровский в одной только этой

статье

предсказал развитие в

1920—1930-х

гг. многих на-

правлений экономической мысли, в том числе

теорию

не-

совершенной

конкуренции.

Очень серьезно ученый относился к вопросу о невидан-

ной

прежде в мировой практике Нового времени концент-

рации

средств производства в

руках

советского государ-

525

ства и монопольном его положении на рынке. Он отчетливо

осознавал

опасность

плановых

мероприятий,

идущих

враз-

рез с

требованиями

рыночного

равновесия.

Предлагал раз-

личать два вида хозяйственных планов: 1) выступающих в

форме регулирования рынком и 2) планов по выполнению

различных хозяйственных заданий при нарушении равно-

весия.

Автор выступал за долговременное "динамическое

равновесие". Одновременно Юровский высказывал надеж-

ду, что возникновение экономических кризисов можно бу-

дет предупредить путем использования государственных

ресурсов для локализации отдельных хозяйственных дис-

пропорций.

Но

главная в

научном

творчестве

Л. Н.

Юровского

кон-

цепция

хозяйственного

равновесия

не

прижилась

советс-

кой

экономической

науке

из-за

ее

несовместимости

с прак-

тикой

ускоренной

сталинской

индустриализации.

В связи с партийно-правительственным курсом, прово-

димым с конца 1917 г. до весны 1921 г. на свертывание то-

варно-денежных отношений и замены этого важнейшего

процесса

товарообменом,

необходимо было при переходе

нэпу и "оживлению капиталистических элементов в горо-

де и деревне" создать почти заново эффективно действую-

щую денежную систему.

Л. Н. Юровский явился одним из главных организаторов

денежной реформы

1922—1924

гг. Обосновывая закономер-

ный

характер денежной реформы, он исследовал историю

деградации системы денежного обращения России, начало

которой было положено еще в

ходе

Первой мировой вой-

ны.

К октябрю 1917 г. покупательная способность рубля упа-

ла до уровня 11 довоенных копеек. Но сокрушительный

удар

по

денежной системе нанесла эпоха "военного коммуниз-

ма", когда эмиссия денег стала главным средством обеспе-

чения

доходов бюджета, а беспредельное обесценение де-

нег зачастую рассматривалось как прогрессивное явление.

Поворот от "военного коммунизма" к нэпу означал вос-

становление устойчивого денежного обращения, но по-

526

скольку доходные статьи бюджета были крайне недоста-

точны, эмиссия денег продолжалась, так что цены в

1920—

1921 гг. выросли в 9,9 раза, а в

1921—1922

гг. — в 71,8 раза.

Многие советские экономисты, включая Юровского, дока-

зывали, что эмиссия денег, выходящая за определенные

пределы, разрушающе действует на всю систему обществен-

ного производства: ведет к нарушению хозяйственных свя-

зей,

росту непроизводительных расходов, обесцениванию

доходов самого государства.

В своей книге "На путях к денежной реформе"

(1924)

Юровский убедительно демонстрировал невозможность нор-

мального ведения хозяйства в условиях обесценивающейся

валюты, когда все хозяйственные действия, включая со-

ставление государственного бюджета, приобретают "харак-

тер рискованных спекуляций".

Крупная

промышленность испытывала большие

труд-

ности в развитии не только из-за Первой мировой и граж-

данской войн, но и политики национализации помышленно-

сти и натурализации сельского хозяйства, разрыва

эконо-

мических связей между различными регионами страны. При-

шел в расстройство создаваемый веками национальный на-

роднохозяйственный комплекс страны. Поэтому в

1921—1922

гг. осуществлялась денатурализация отношений: произошел

частичный переход от натуральных налогов к денежным;

восстановлена была платность снабжения и оказания

услуг

населению; перешли к денежной оплате

труда.

Но до 1923

г. частично сохранилась и натуральная заработная плата

из-за резких колебаний покупательной способности рубля.

Уже в 1921 г. расширилась сфера рыночного оборота,

что привело к временной стабилизации рубля и возникла

иллюзия, что можно не торопиться с денежной реформой.

Но

оздоровления бюджета не наблюдалось, денежная эмис-

сия

не была сокращена до размеров, соответствующих ре-

альному расширению товарооборота. Стабилизация валюты

на

могла осуществиться "сама по себе". По-прежнему про-

являлся

денежный "голод". Даже в

1921—1922

гг. некото-

527

рые товары, к примеру соль, функционировали на рынке

как

орудие обмена. К осени 1921 г. в частном обороте нача-

ло появляться золото и иностранная валюта, т. е.

совзнаки

(советские деньги) не были единственным средством обра-

щения.

Быстро растущий товарооборот требовал перехода

твердой валюте.

Воссозданная в 1921 г. деятельность Государственного

банка

была направлена на подготовку денежной реформы.

Была

разработана концепция выпуска

червонцев

— как твер-

дой устойчивой банковской валюты при сохранении временно

обороте

совзнаков

— падающей в цене валюты. Это и

стало первым этапом денежной реформы, когда Госбанку

было предоставлено постановлением СНК от 11 октября

1922 г. право эмиссии и выпуска червонцев в обращение.

Госбанк должен был увеличить оборотные средства для ком-

мерческих операций. В соответствии с этим Законом "бан-

ковские

билеты полностью обеспечивались не менее чем на

25% драгоценными металлами и устойчивой иностранной

валютой по

курсу

ее на золото, а в остальной части легко

реализуемыми товарами, краткосрочными векселями, иными

краткосрочными обязательствами". Согласно Закону от

11 октября 1922 г. эмиссия являлась ресурсом Госбанка для

краткосрочного кредитования народного хозяйства.

Госбанку вменялась обязанность беспрепятственного

обмена банковских билетов на советские денежные знаки,

но,

установив прямую связь червонца с совзнаком, закон не

определил курс обмена.

Летом

1923 г.

червонец

был принят в качестве

твердой

валюты,

устойчивой по отношению к золоту. Червонец очень

быстро, как и надеялось правительство, вытеснил из обо-

рота золото и иностранную

валюту.

Объяснялось это тем,

что червонец был выпущен Госбанком для первоочередно-

го кредитования государственных промышленных и торго-

вых организаций.

Червонец стал выполнять функции: средства

учета,

средства обращения, платежного средства, средства накоп-

528

ления

трудовых

сбережений. Носители частнособствен-

нических отношений — предприниматели и торговцы — дол-

жны были погашать червонцами свои долги по коммерчес-

кому и банковскому кредиту.

Постановлением СНК в

августе

1923 г.

бюджет

страны

был переведен на червонное исчисление, с октября за чер-

вонцем закреплялось монопольное положение твердой еди-

ницы

денежных расчетов, но одновременно резко повы-

сился

темп обесценения совзнаков. Из-за параллельного

обращения

двух

валют не могло быть речи о бюджетном

равновесии. В конце 1923 г. обострился

разменный

голод,

необходимо было пустить в оборот достаточное количе-

ство мелкокупюрных устойчивых денежных знаков, тем

более что появились суррогаты денег в виде бон, талонов

т. п.

Крупный

платежный оборот в

городах

обслуживался

червонцами, а совзнаки использовались как мелкокупюр-

ные средства обращения. С декабря 1923 г. по февраль

1924 г. эмиссия совзнаков ежемесячно росла на

80—100%.

Если в

городах

широко обращался червонец, а в "теневой

экономике"

золото и инвалюта, то в сельской местности —

преимущественно совзнаки, что серьезно сказывалось не

только на уровне жизни крестьян, но и состоянии сельско-

го хозяйства. В этом заключалась одна из причин хозяй-

ственного кризиса 1923 г., начавшегося с диспропорции цен

на

промышленные и сельскохозяйственные товары. Товары

(гвозди, мелкий инвентарь, предметы быта, строительный

материал) в деревню поступали вагонами с возрождающих-

ся

фабрик и заводов, а крестьянам нечем было за них пла-

тить. Незначительным было обращение червонца и среди

городских рабочих низших квалификаций. Все это сильно

сужало

внутренний

рынок,

сдерживало

развитие

промыш-

ленности.

системой параллельного обращения устойчивой и "па-

дающей" валют было покончено на втором этапе денежной

реформы в начале 1924 г. К этому времени были достигну-

529

ты определенные

успехи

в оздоровлении всей финансовой

системы. Сократились административно-управленческие

расходы. В

1922—1923

гг. народное хозяйство было профи-

нансировано

на 335 млн червонных рублей из

госбюджета

541 млн рублей из ресурсов кредитной системы. Они были

использованы на пополнение оборотных фондов и ремонт

промышленных предприятий, развитие торговой сети,

подъем сельского хозяйства.

Расширилась сеть кредитных учреждений, были созда-

ны:

Промбанк и крупные кооперативные банки, Всекобанк

Украинбанк, общество "Электрокредит", сеть городских

коммунальных банков, финансированием внешней торговли

занимался

Роскомбанк и т. д., учитывая сеть кооператив-

ных банков, условно эту систему можно назвать сетью уч-

реждений

рыночной

инфраструктуры.

Если на 1 января 1923 г. золотой и инвалютный запас

Госбанка составлял 15 млн руб., то через год он увеличился

10 раз — до 147,9 млн руб. Большую роль в накоплении

этих запасов сыграли

доходы

внешней торговли. Но золо-

той запас Госбанка

СССР

составлял в январе 1924 г. лишь

8,7% золотого запаса России 1914 г., или 13% золотого

запаса России 1897 г., накануне завершения крупномасш-

табной денежной реформы во

главе

с С. Ю. Витте.

Требовалось увеличить внешнеторговые операции, т. е.

экспорт

советских товаров, и сократить импорт. У власт-

ных

структур

вызывал озабоченность факт разрыва

между

оптовыми и розничными ценами на товары, так как это об-

стоятельство содействовало росту накоплений частного ка-

питала. Занижение реальной цены на товары массового по-

требления в целях снижения социальной напряженности в

обществе становилось одним из важнейших направлений

внутренней политики советской власти.

Накануне

завершающего этапа реформы был проведен

опыт эмиссии средств обращения с твердым курсом на зо-

лото достоинством ниже червонца — так называемых

транспортных

сертификатов

5-рублевыми

купюрами. Это

530