со стороны спонсируемых существовало некое нравственное неравенство. Во-первых, художник и поэт в России, как положено, — больше, чем художник и поэт. Они —творцы, избранники
духа, мессии. А бизнесмен, торговец — торгаш, сквалыга, нувориш, духовный пария. Это во-вторых. И потому небрежная забывчивость по отношению к ним со стороны, пусть и не
признанного (пока еще), но — гения, вещь вполне понятная. Ведь гению все должны и обязаны.
В силу всей этой необязательности, взаимных недомолвок и обид, спонсорство и благотворительность носили характер «случайных связей» и «неразборчивости в отношениях». Спонсоры
и реципиенты меняли друг друга как перчатки. Вступая в «случайную связь», спонсоры быстро утрачивали смысл в отношениях, потому как его особенно и не было. Артисты брали деньги,
компьютеры, прочую технику и говорили «давай еще». Взамен донор не получал ничего — ни эффективной рекламы, ни приличной репутации, а нередко и простой благодарности.
Хотя, по идее, спонсоры могли бы рассчитывать на дружбу и любовь — с их стороны помощь нередко была вполне искренним душевным порывом.
Нередко помощь оказывалась донорами сознательно без афиширования имени. Но личных отношений не получалось. Артисты и прочие «духовно
богатые» душевно не склонны были тратиться, да и было бы чем. Сложилась даже особая добровольно-принудительная форма частного спонсорства
— практика фактического террора по отношению к мужчинам, профессионалам из различных областей (бизнеса, медиадизайна, звукорежиссуры и т.
д.). Мало у кого повернется язык отказать симпатичной, бедной и очень талантливой.
Очевидно, что все это — юношеские амбиции и комплексы роста, естественный и необходимый этап в развитии, как благотворительности, так и
бизнеса в целом.
Уже намечаются ростки организованной благотворительности в форме корпоративных фондов.
Например, Фонд им. Вернадского содержится на средства Газпрома. Показательным примером является и Фонд Владимира Потанина. Это первый
российский фонд большой благотворительности, строящий свою работу по классической схеме: организует конкурсы, определяет и реализует
программы по направлениям.
Наличие в современной России лиц с очень крупными состояниями, рост количества таких людей дает перспективу развития именно системной
благотворительности. Весь зарубежный опыт показывает, что крупная системная благотворительность — дело не коллективных образований, а
именно дело отдельных «больших людей», сделавших имя и состояние в бизнесе. Именно отдельные люди, а не коллективы и сообщества, склонны к
риску
110
МЕНЕДЖМЕНТ В СФЕРЕ КУЛЬТУРЫ
вложений в неоднозначные первоначально сферы деятельности, взять на себя ответственность за их развитие, принимать свободные решения,
открывающие новые области деятельности и жизни. В «Кодексе чести банкира», принятом в 1992 году 2-м съездом Ассоциации российских банков,
говорится, что «банкир не может быть в стороне от традиций отечественного предпринимательства: благотворительности и милосердия. Банкир готов
оказать помощь тому, кто в ней нуждается, используя для этого все имеющиеся у него возможности».
И можно надеяться, что в России с ее быстрыми деньгами, быстрой аккумуляцией крупных капиталов в частных руках у сравнительно молодых
людей, появятся свои «венчурные благотворители», которые откроют для себя возможности и для общества новые возможности самореализации в
сфере поддержки развития российских талантов в науке, искусстве, образовании, а значит, и развитии России в целом. Как говорил мудрый В. Б.
Шкловский, не историю надо делать, а биографии, из которых и складывается история.
Спонсорство неспроста является порождением именно протестантской культуры. Протестантизм, как известно, связан с идеей предопределения. С
этой позиции бедность и нищета предстают проявлениями зла, признаками бого-оставленности. Поэтому подать нищему милостыню — не проявление
добродетели, а наоборот — поощрение зла, поскольку нищета поддерживается как нищета. Но со злом можно и нужно бороться — не подавая
милостыню, а борясь с нищетой и бедностью, созданием рабочих мест, работных домов, оказанием поддержки в конкретных делах, сотрудничая,
короче говоря — спонсируя. В православии же отношение к нищете и бедности диаметрально противоположное — это признак богоизбранности. И
тогда подать нищему, не помочь ему преодолеть нищету, а именно поддержать его в его нищете — означает совершить богоугодное дело.