Буассонад П. От нашествия варваров до эпохи Возрождения. Жизнь и труд в средневековой Европе
Подождите немного. Документ загружается.
округе
на
побережье
Девоншира
мы
насчитываем
1168
сви
нопасов
и
только
17
рыбаков.
В
Ирландии
скот
ценился
выше,
чем
земля,
и
богатство
человека
определялось
коли
чеством
его
коров.
В
Центральной
Германии
скот
еще
в
VII
в.
был
единицей
расчета,
заменявшей
деньги.
Везде,
кроме
приморских
и
альпийских
округов,
богатых
травя
ными
лугами,
орошаемые
луга
с
хорошим
поливом
(prata)
были
редкостью,
а
господствовали
пастбища
(pasqua)
и
об
щинные
земли.
Поэтому
крупного
рогатого
скота
и
лоша
дей
было
особенно
много
в
тех
местностях,
где
к
ним
была
благосклонна
природа,
и на
специально
выделенных
для
них
землях
крупных
имений.
Боевых
коней,
племенных
жеребцов
и
быков
выращивали
старательно
и
бережно.
Ло
шади,
которых
было
меньше,
чем
ослов,
стоили
очень
до
рого
-
в
Галлии
цена
коня
равнялась
третьей
части
или
половине
цены
раба.
Мелкого
скота
было
много:
он
не
тре
бовал
таких
больших
затрат,
как
крупный,
и
больше
под
ходил
для
примитивного
сельского
хозяйства.
Свиней
раз
водили
для
еды,
овец
ради
шерсти,
коз
ради
мяса
и шкур,
домашнюю
птицу
как
еду
для
господского
дома,
пчел
ради
меда,
заменявшего
сахар,
и
ради
воска,
свечи
из
которого
тогда
бьши
самым
дорогим
и
изысканным
средством
осве
щения.
Одна
большая
монашеская
община
-
Сен-Жер
мен-де-Пре
-
имела
7720
свиней,
другая,
Боббио,
5
тысяч.
В
IX
в.
на
одной
императорской
вилле
было
200
ягнят,
120
баранов
и
овец,
150
молодых
овец,
160
поросят
и
5
хря
ков,
17
ульев,
30
гусей,
80
цыплят
и
22
павлина,
а
на
дру
гой
-
стадо
из
100
коз.
В
Англии
количество
крупного
рогатого
скота
по
сравнению
с
мелким
бьшо
8
процентов
и
только
иногда
повышалось
до
50
процентов.
В
Испании
было
сделано
несколько
усовершенствований
в
орошении
земель.
Монахи
и
королевские
управляющие
обустраивали
луга,
увеличивали
поголовье
скота
и
даже
усовершенство
вали
отбор
животных
для
скотного
двора,
а
также
крупно
го
и
мелкого
скота,
но
это
бьши
исключения.
Запад
тогда
не
имел
ни
капиталов,
ни
тучных
пастбищ,
ни
удобного
транспорта,
ни
больших
рынков
и
потому
еще
не
владел
более
прогрессивными
формами
эксплуатации
земли.
Правда,
один
способ
повышения
плодородия
почвы
-
удобрение
ее
мергелем
-
бьш
известен
уже
во
времена
Кар
ла
Великого,
однако
навоза,
который
действительно
необ-
89
ходим
для
увеличения
плодородия,
на
фермах
было
мало,
поскольку
мало
было
крупного
скота.
Как
правило,
приме
нялась
трехпольная
система
земледелия,
при
которой
земля
отдыхала
под
паром
каждый
третий
год,
а
не
каждый
второй.
Это
был
большой
шаг
вперед,
но
недостаточный
для
того,
чтобы
создать
угрозу
господству
экстенсивного
земледелия,
из-за
которого
земля
по-прежнему
быстро
истощалась
и
приносила
только
малые
урожаи.
В
кельтских,
англосаксон
ских
и
германских
странах
землю
часто
обрабатывали
со
вместно,
используя
при
пахоте
мощную
упряжку,
которая
принадлежала
сразу
нескольким
людям.
Но
из
сельско
хозяйственных
инструментов,
как
правило,
применялись
только
мотыга,
борона
и
примитивный
деревянный
плуг.
В
сельской
местности
часто
нельзя
было
про
везти
груз
на
двухколесной
телеге,
и
грузы
переправляли
с
места
на
место
на
спинах
людей,
ослов
или
лошадей.
На
германском
и
кель
тском
Западе
продолжала
существовать
система
обязатель
ного
общинного
земледелия,
когда
участки
через
опреде
ленный
срок
перераспределялись
между
пользователями.
Римские
научные
методы
ведения
сельского хозяйства
были
известны
только
в
немногих
крупных
поместьях
и
в
имени
ях,
при
надлежащих
монахам.
Тем
не
менее
выращивание
зерновых
культур
в
кельтских
и
германских
странах
наращи
валось.
Жители
Запада
выращивали
в
основном
рожь,
из
которой
бедняки
пекли
свой
хлеб,
а
также
полбу
(группа
ви
дов
пшеницы)
и
пшеницу,
менее
распространенную,
чем
два
первых
злака,
а
также
овес
для
скота
и
ячмень
для
варки
пива.
Резкие
перепады
в
размерах
урожая
при
недостаточ
ном
количестве
посевов
в
сочетании
с
трудностями
пере
возки
часто
приводили
к
голоду.
К
тому
же
возделанные
поля,
а
также
сады,
в
том
числе
плодовые,
и
виноградники
занимали
очень
мало
места
по
сравнению
с
пастбищами,
лесами
и
зарослями
кустарников
и
пустошами.
Тем
не
менее
в
последние
четыре
столетия
Средневеко
вья
стали
заметно
распространяться
садоводство
и
цветовод
ство,
выращивание
плодовых
деревьев
и
виноградарство
-
в
основном
под
влиянием
монастырей
и
управляющих
круп
ными
поместьями,
принадлежавшими
правителям.
Жители
кельтских
стран
выращивали
яблони
и
груши.
В
южных
гер
манских
странах
появились
сады
и
посадки
плодовых
дере
вьев,
где,
как
в
римские
времена,
выращивали
горох
и
бобы,
90
немного
распространенных
цветов,
немного
лекарственных
трав
и
обычные
плодовые
деревья.
Виноградная
лоза,
кото
рую
распространяли
короли,
знатные
люди
и
монахи,
вер
нула
себе
часть
своих
прежних
владений
и
осмелилась
про
никнуть
даже
в
Ирландию.
С
VIiI
в.
ее
сажали
на
берегах
Мозеля,
Рейна
и
Дуная,
а
в
IX
в.
вина
из
Вормса
и
Майнца
имели
много
потребителей
в
этих
краях.
Во
франкском
го
сударстве
потребности
местного
населения
привели
к
тому,
что
виноградники
стали
сажать
даже
в
Нейстрии
(Северо
Западная
Франция
с
Парижем.
-
Ред.).
Бургундия
в
УП
в.
была
уже
известна
винами
района
современного
департа
мента
Kot-д'Ор,
а
области
Сентонж
и
Нарбон
и
окрестности
Бордо,
а
также
Испания
и
Италия
вернули
себе
прежнюю
славу.
Возделывание
технических
культур
стало
повсемест
ным,
поскольку
в
каждом
поместье
их
выращивали
для
сво
их
нужд.
На
Западе
самым
распространенным
из
них
был
лен,
в
тех
больших
поместьях,
где
были
мастерские,
часто
выращивали
растения-сырье
для
красок
-
марену
(сырье
для
красной
краски,
а
также,
в
зависимости
от
методов
окраски,
получения
других
цветов
-
бордо,
оранжевого,
фиолетового, коричневого,
синего,
канареечно-желтого
и
др.
-
Ред.)
и,
особенно,
вайду
(для
синей
краски.
-
Ред.).
Аквитания
и
Северная
Испания
поставляли
красильные
растения
в
большом
количестве,
но
все
же
намного
меньше,
чем
нужно,
чтобы
считать
это
их
специализацией.
Сельско
хозяйственное
производство
на
Западе
в
то
время,
несмотря
на
стимулировавшую
его
колонизацию,
всегда
осуществля
лось
в
малом
масштабе,
в
соответствии
с
размером
малых
местных
сообществ,
которые
были
почти
единственными,
кто
им
занимался.
Но
уже
перед
вторжениями
норманнов
начался
подъем
сельского
хозяйства,
который
свидетель
ствовал,
что
оно
медленно
двигал
ось
вперед.
Достойные
до
верия
свидетели
сообщают,
что
сельское
хозяйство
процве
тало
в
Ирландии
в
конце
IX
в.,
в
Рейнланде,
Галлии
и
Италии
при
Каролингах
и
даже
в
Испании
в
течение
части
периода
правления
вестготов
(пока
пришедшие
сюда
в
711-
718
гг.
новые
погромщики,
арабы
и
их
спутники,
не
опусти
ли
Испанию
снова.
-
Ред.).
Еще
одним
свидетельством
этого
частичного
и
кратко
временного
возрождения
бьmо
восстановление
прежней
чис
ленности
населения
в
части стран
христианского
Запада
в
91
УII-Х
вв.
Понемногу
разные
народы
сливались
в
один:
кельты
и
англосаксы,
германцы
и
галло-римляне,
вестготы
и
иберо-латиняне,
лангобарды
и
италийцы
перемешались
между
собой,
соответственно,
в
Британии,
Галлии
и
Ис
пании.
Правда,
в
большей
части
Запада,
и
в
первую
оче
редь
в
Галлии,
Испании
и
Италии,
германский
элемент
был
легко
ассимилирован.
Потоки
эмигрантов
и
пересе
ленцев
преобразовали
некоторые
местности,
например
Ар
морику
(Бретань),
рейнские
и
саксонские
округа.
Несмотря
на
различные
бедствия,
которые
продолжали
обрушиваться
на
людей,
хотя
и
не
так
часто,
несмотря
на
эпидемии
и
голодные
годы,
низкий
уровень
рождаемости
и
среднее
ко
личество
свадеб,
население
Западной
Европы
постепенно
опять
увеличивалось.
В
Ирландии
было
столько
жителей,
что
они
эмигрировали
в
Шотландию
и
Западную
Бретань
и участвовали
в
их
заселении.
В
Англии
(не
считая
четырех
северных
графств)
в
XI
в.
было
всего
1
миллион
500
тысяч
жителей,
но
в
Германии
сельские
области
стали
такими
многолюдными,
что
в
течение
Х
в.
количество
деревень
между
Рейном
и
Маасом
увеличилось
в
три
раза.
Галлию
во
времена
Карла
Великого
населяло
от
8
до
9
миллионов
человек.
В
лангобардской
Италии
в
VIII
в.
мир,
по
словам
Павла
Диакона,
«привел
К
тому,
что
люди
умножились,
как
колосья
пшеницы».
Именно
это
сделало
возможной
ту
пер
вую
сельскохозяйственную
колонизацию
Запада,
которая
была,
в
некотором
смысле,
предвестницей
подобного
же
великолепного
движения,
имевшего
место
в
ХII
и
XIII
вв.
ГЛАВА
8
Эволюция
института
собственности
на
Запаgе
с
V/I
по
Х
В.
- YnagoK
старых
форм
влаgения
землей.
-
Прогресс
В
развитии
больwих
имений.
-
Гонения
на
мелкую
собственность
и
на
сословие
свобоgных
простолюgинов
Колонизация
пустых
земель
и
не
который
прогресс
сель
скохозяйственного
производства
оказались
выгодны
в
пер
вую
очередь
верхним
слоям
западного
общества.
А
суще
ствовавшие
в
некоторых
частях
христианского
Запада
92
вольные
общины,
члены
которых
совместно
владели
землей,
постепенно
теряли
либо
все
свои
владения,
либо
их
часть.
С
УН
по
Х
в.
коллективная
собственность
выдержала
целый
ряд
тяжелых
ударов,
от
которых
племена
и
деревен
ские
общины
пострадали
даже
больше,
чем
семейные
об
щины.
Собственность
племени
или
рода
-
примитивная
форма
коллективизма
в
сельском
хозяйстве
уцелела
только
в
кельтских
странах
-
Ирландии,
Уэльсе
и
Шотландии.
Земля
Ирландии
в
УН
в.
еще
принадлежала
184
племенам
или
кланам,
каждый
из
которых
владел
территорией
до
статочной,
чтобы
пасти
от
3
тысяч
до
9
тысяч
коров.
Эти
земли
делились
на
552
округа,
называвшиеся
carrows,
каж
дый
из
которых
имел
площадь
от
525
до
1050
акров
(от
212,5
до
425
гектаров),
а
каждый
такой
округ,
в
свою
оче
редь,
делился
на
четыре
четверти,
и
в
каждой
четверти
было
четыре
семейных
земельных
владения.
Так
же
как
в
Шотландии
и
Уэльсе,
члены
ирландского
клана
владели
землей
совместно
и
бьmи
едины
в
дни
мира
и
в
дни
войны.
Внутри
клана
были
свои
маленькие
цари,
свои
вожди
и их
клиенты,
но
у
любого
человека
в
личной
собственности
были
только
его
домашние
вещи,
и
каждый
имел
лишь
право
пользования
на
свою
часть
племенных
земель.
Вере
сковые
пустоши,
леса
и
пастбищные
земли
находились
в
общем
пользовании,
а
пахотные
земли
через
определенные
промежутки
времени
распределялись
на
определенный
срок
между
группами
семей.
Сохранялись
даже
пережитки
древнего
совместного
владения
скотом
в
интересах
клана,
хотя
к
УН
в.
стада
уже
стали
частной
собственностью.
В
каждом
округе
Ирландии
его
свободное
население
жило
коммунами
в
огромных
деревянных
постройках,
защищен
Hыx
земляными
укреплениями
и
разделенных
на
три
про
хода.
В
этих
домах
люди жили
вместе
и
ели
все
вместе,
сидя на
скамьях,
и
все
свободные
семьи
округа
спали там
на
постелях
из
тростника.
Но
даже
в
этих
краях,
где
удаленность
от
других
стран
способствовала
сохранению
примитивных
форм
цивилизации,
основы
племенной
соб
ственности
вскоре
поколебало
возникновение
крупных
имений
племенных
вождей
(pencenedl)
и
знатных
людей
(uchelwrs
или
machtiern),
а
также
появление
обширных
зе
мельных
владений
кельтской
церкви
и
возникновение
се
мейной
собственности.
93
На
всем
христианизированном
германском
Западе
упа
док
коллективной
собственности
шел
гораздо
быстрее.
В
Англии,
как
показал
Виноградов,
нет
никаких
следов
кол
лективной
собственности
англосаксонских
племен,
в
это
время
уже
сформировавших
свои
государства,
или
коллек
тивной
собственности
жителей
шuра,
то
есть
округа.
Самое
большее,
что
можно
найти,
-
несколько
признаков
обще
го
владения
землей
у
жителей
«сотни»
-
маленькой
адми
нистративной
единицы
и
несколько
пережитков
племен
ного
строя
в
тех
местностях,
где
было
кельтское
влияние.
Однако
везде
уцелела
существовавшая
у
германских
наро
дов
с
давних
пор
коллективная
собственность
жителей
по
селка.
Леса,
пастбища,
вересковые
пустоши
и
болота
по
прежнему
оставались
не
разделенными
между
членами
деревенской
общины,
которые
все
имели
одинаковые
пра
ва
собственности
и
пользования
на
них.
Луга
и
пахотные
земли
делились
на
участки,
и
луга
часть
года
были
огоро
жены,
а
поля
не
имели
оград.
Каждый
свободный
член
об
щины
имел
право
на
определенное
количество
фарлон
гов
-
длинных
полос
земли
площадью
примерно
в
1
акр
(0,40469
гектара);
границы
между
фарлонгами
отмечались
разделительными
полосками
торфа,
и
такая
межа
называ
лась
balk.
Таким
образом,
каждая
семья
пользовал~сь
оди
наковой
долей
засеянных
земель
и
земель,
лежащих
под
паром.
После
того
как
хлеб
был
собран
и
трава
для
сена
скошена,
эти
поля
открывали
для
скота
всех
семейных
групп,
как
весь год
были
открыты
для
всех
общие
пастби
ща.
Все
члены
сельской
общины
возделывали
землю
со
вместно
одними
и
теми
же
способами;
чтобы
пахать,
в
плуг
запрягали
от
восьми
до
двенадцати
быков.
Доля
коллектив
ной
собственности
англосаксонской
деревни
по
сравнению
с
другими
формами
быстро
уменьшалась
по
мере
того,
как
создавались
имения
короля
и
знатных
господ,
которые
тре
бовали
себе
леса
и
общие
земли,
а
деревенским
общинам
оставляли
только
старые
способы
кооперативной
обработ
ки
земли
и
периодическое
перераспределение
полей.
Германия
еще
решительнее
порвала
с
коллективизмом
в
земледелии:
в
ней
больше
не
было
племенной
собствен
ности,
и
она
постепенно
отказывалась
от
коллективной
деревенской
собственности,
называвшейся
марка.
Эту
соб
ственность
сокращали,
с
одной
стороны,
законное
при-
94
своение
земель
по
праву
распахивания
опустевших
терри
торий,
а с
другой
-
добровольное
отчуждение
с
согласия
деревенских
общин
и
незаконный
захват
деревенских
зе
мель
правителя
ми
и
крупными
землевладельцами,
и
нако-,
нец
она
совершенно
исчезла во
всех
германских
областях
от
Эльбы
до
Рейна
и
Шельды.
С
тех
пор
у
деревенских
об
щин
были
только
значительные
земли,
находившиеся
в
общем
пользовании
(allтends).
В
тех
областях
Галлии,
Ис
пании
и
Италии,
где
система
марки
когда-то
была
создана
и смогла
закрепиться,
она
не смогла
выжить
и
оставила
после
себя
в
качестве
следов
лишь
совместное
пользование
членами
общины
ее
землями,
некоторые
права
пользо
вания
-
например,
право
каждого
общинника
временно
жить
в
открытом
поле
и
иногда
в
совместной
вспашке
зем
ли.
Крестьяне
романских
народов
по-прежнему
бьши
зна
комы
только
с
государственной
собственностью,
которая
перешла
в
руки
королей,
и
общей
собственностью
свобод
ных
жителей
поселков
(vici),
значение
которой
со
временем
становилось
все
меньше.
Семейная
собственность
в
ее
примитивных
формах
не
подверглась
такому
полному
разрушению, но
ее
изменили
индивидуалистическое
в
своей
основе
римское
право
и
влияние
экономической
необходимости,
которая
вела
лю
дей к
индивидуальной
частной
собственности.
Однако
в
то
же
время
семейная
собственность
вернула
себе
за
счет
кол
лективной
собственности
племени
и
деревни
часть
того
значения,
которое
потеряла
под
давлением
индивидуаль
ной
собственности,
и
потому
ее
позиции
пошатнулись
не
так
сильно.
Семейная
собственность,
которая
вначале
рас
пространялась
на
домашние
вещи,
скот,
сад
и
дом,
а
также
на
право
временного
пользования
пахотными
наделами
(у
кельтов
они
назывались
tate,
у
англосаксов
hide,
а
у
герман
цев
hu/e),
размером
от
примерно
40
до
120
акров
(от
16,2
до
48,6
гектара),
которые
перераспределялись
через
более
или
менее
постоянные
промежутки
времени,
в
конце
кон
цов
бьша
распространена
и на
эти
наделы,
и
бывшие
поль
зователи
теперь
стали
их
постоянными
владельцами.
Семейная
собственность
увеличилась
также
за
счет
опу
стевших
земель,
возрожденных
к
жизни
семейной
общи
ной
и
ставших
теперь
частной
собственностью.
Но
в
то
же
время
старая
семейная
собственность
(у
англосаксов
ethel,
95
другие
названия
terra aviatica, sa/ica),
неотчуждаемая
и
при
надлежащая
совместно
всем
мужчинам
данной
группы
родственников
-
женщины
не
входили
в
число
совладель
цев
-
собственность,
которую
обрабатывали
совместно
и
которой
пользовались
все
сообща,
эта
старинная
собствен
ность,
еще
в
VI
в.
существовавшая
в
кельтских
и
герман
ских
странах,
пере
несла
ряд
ударов
под
влиянием
инди
видуализма
римской
цивилизации.
С
VII
по
IX
в.
В
этих
странах отец
получил
право
назначить
наследника,
делить
и
дарить
семейную
землю.
Составление
завещаний
стало
общепринятой
нормой.
Женщины
и
девушки
получили
право
на
долю
в
наследстве,
причем
даже
на
часть
насле
дуемой
земли.
Было
разрешено,
в
определенных
границах,
отчуждение
семейных
земель.
Так
принцип
частной
индивидуальной
собственности
возникал
и
распространялся
среди
новых
народов.
Частные
владения,
возникшие
в
результате
деления
или
наследо
вания
земель,
увеличивались
за
счет
личного
труда
своих
хозяев,
в
результате
так
называемых
«приобретений»
и
осо
бенно
за
счет
заброшенных
земель,
заново
освоенных
тру
жениками-переселенцами.
Такая
.
земля
получила
варвар
ские
названия
-
в
Англии
bookland,
в
Германии
и
Галлии
alod,
но
в
своей
основе
была
такой
же,
как
прежнее
римское
земельное
владение
- possessio
или
sors,
на
которое
его
ин
дивидуальный
владелец
имел
все права.
Теперь старый
рим
ский
принцип
восторжествовал
над
примитивной
точкой
зрения,
долгое
время
сохранявшейся
у
галлов
и
германцев
Эта
тенденция
передавать
собственность
на
единствен
ный
источник
богатства
-
землю
от
коллективных
вла
дельцев
-
племени,
«сотни»,
деревни
или
семьи
-
отдель
ным
людям
была
благоприятна
в
первую
очередь
для
тех
социальных
слоев,
которые
имели
тогда
политическую
и
общественную
власть.
Обладание
землей
стало
уделом
тех,
кто
при
разделении
труда
в
обществе
завладел
функциями
управления,
имел
богатство,
реальную
силу
и
духовную
власть.
В
первую
очередь
новые
правители
государств,
ко
роли
и
князья
различного
происхождения,
создали
для
себя
огромные
имения.
В
кельтских
странах
они
забирали
в
свои
руки
земли,
оставшиеся
без
наследников,
третью
часть
всей
военной
добычи,
в
том
числе
завоеванных
террито
рий,
и
земли
племен.
В
германских
же
странах
они
приоб-
96
ретали
значительную
часть
земель
путем
завоевания,
судеб
ных
решений, присвоения
части земель
деревенских
общин
и
марок,
захвата
земель,
принадлежавших
ранее
Римскому
государству.
Подобное
происходило
на
всех
бывших
тер
риториях
Римской
империи.
Таким
образом
новые
власти
часто
становились
владельцами
трети
земель
страны,
а в
лангобардской
Италии
они
в
течение
короткого
времени
владели
даже
половиной
ее
земель.
Правда
и
то,
что
во
всех
этих
странах
правители
растратили
все
эти
богатства,
но
и
в
IX
в.
сохранявшиеся
у
них
остатки
еще
производили
впе
чатление
своим
великолепием.
В
это
время
девятая
часть
земли
Апеннинского
полуострова
была
королевским
вла
дением,
а
государи
из
династии
Каролингов
имели
100
по
местий
в
Ломбардии,
205
в
Пьемонте
и
320
вАлеманнии,
Баварии,
Тюрингии
и
Остмарке.
Сотни
тысяч
квадратных
миль
земли
в
странах
Запада
находились
в
руках
королей.
В
основном
это
бьши
леса
и
заброшенные
земли,
но
среди
них
было
и
много
возделанных
земель.
Наряду
с
крупной
земельной
собственностью
правителей
век
за
веком
увеличивалась
и
крупная
земельная
собствен
ность
церкви.
Церковные
владения
росли
постепенно
-
не
много
в
одном
месте,
немного
в
другом
- и
складывались
из
щедрых
пожертвований
королей,
знати
и
даже
более
низ
ких
сословий,
а
также
из
освоенных
земель.
Существуют
ясные
свидетельства
того,
что
в
IX
в.
треть
земель
христиан
ского
Запада
принадлежала
церкви,
хотя
она
и
пострадала
от
секуляризации,
которую
проводили
первые
Каролинги,
и
от
частых
захватов
ее
земель
могущественными
предста
вителями
светской
знати.
Английские
короли
могли
одним
взмахом
пера
одарить
сорок
аббатств,
разделив
между
ними
десятую
часть
своих
королевских
имений.
В
христианской
Германии
аббатства
и
епископства
были
просто
задаре
ны
землями.
Прюм
имел
2
тысячи
крестьянских
хозяйств,
119
деревень
и
2
обширных
леса,
Фульда
-
15
тысяч
карукат
земли,
Тегернзее
-
12
тысяч
карукат,
Сен-Галл
-
160
тысяч
арпанов
(1
арпан
равен
3424
квадратным
метрам,
то
есть
0,34246
гектара)
земли.
Аббатству
Лорш
принадлежали
2
ты
сячи крестьянских
хозяйств
и
2
больших
леса,
Гандерсхей
му
-
11
тысяч
карукат
земли,
Герсфельд
имед
1702
поместья.
Многие
монастыри
имели
от
тысячи
до
2
тысяч
карукат
зем
ли,
а
у
епископств
Аугсбергского,
Зальцбургского
и
Фрай-
4
П.
Буассонад
97
зингенского
было
в
собственности
от
тысячи
до
1600
кре
стьянских
хозяйств.
По
словам
одного
короля
из
династии
Меровингов,
«все
богатство
бьmо
роздано
церквям».
Карл
Великий
преподнес
церквям
Германии
72
дара,
Людовик
Благочестивый
-
600
даров,
а
два
первых
Оттона
1541.
На
бывших
землях
империи
церквям
и
монастырям
повезло
ничуть
не
меньше.
Один
епископ
Лангра
владел
целым
графством.
Аббатство
Сен-Реми
в
Реймсе
имело
693
поме
стья,
а
Сен-Жермен-де-Пре
1727
поместий,
общая
площадь
которых
бьmа
150
тысяч
гектаров.
Монастырь
Сен-Вандрий
поблизости
от
Руана
в
конце
УН
в.
имел
1727
крестьянских
хозяйств
и
10
тысяч
подданных,
а
в
IX
в.
4824
имения.
Аб
батство
Святого
Мартина
Турского
управляло
более
чем
20
тысячами
крепостных.
В
Италии
епископство
Болонское
имело
под
своей
властью
2
тысячи
крестьянских
хозяйств,
а
владения папского
престола
бьmи
похожи
на
обширное
го
сударство,
земли
которого
бьmи
разбросаны
по
значитель
ной
части
Запада.
Земельное
богатство
светской
аристократии
бьmо
осно
вано
на
сочетании
незаконных
захватов
общинной
соб
ственности,
насилия
по
отношению
к
мелким
землевла
дельцам,
давления
на
правителей
государств
и
освоения
пустых
земель.
Ее
могущество
увеличивалось
уже
при
Рим
ской
империи,
а
в
Темные
века
перешло
все
границы.
Зе
мельная
аристократия
восторжествовала на
всем
Западе
-
от
кельтских
стран,
где
uchelwers
и
machtiern
создали
себе
обширные
имения
из
племенных
и
семейных
земель,
до
романских
государств,
где
старая
и новая
знать
слились
вместе
и
обогатились,
отобрав
собственность
у
недально
видных
королей
и
мелких
землевладельцев,
ряды
которых
ослабли.
В
Англии
знатные
люди
-
эрлы,
таны
и
олдерме
ны
-
так
успешно
создавали
себе
богатые
усадьбы,
что
в
ХI
в.
небольшое
число
знатнейших
семей
смогло
завладеть
двумя
третями
английской
земли.
В
Германии
в
VIII
в.
гер
цог
Баварский
имел
276
крестьянских
дворов
в
одном
округе
и
100
в
другом.
В
ней
же
глава
знатнейшего
семей
ства
Вельфов
в
Х
в.
имел
4
тысячи
крестьянских
дворов.
Было
подсчитано,
что
средний
размер
крупного
римского
поместья
в
Галлии
бьm
900
гектаров,
а
крупное
поместье
эпохи
Меровингов
имело
площадь
от
1800
до
2600
гекта
ров.
Кроме
того,
у
одного
владельца
обычно
бьmо
несколь-
98