Буассонад П. От нашествия варваров до эпохи Возрождения. Жизнь и труд в средневековой Европе
Подождите немного. Документ загружается.
(gfte, a/bergue),
его
право
требовать
от
них
еду
и
нужные
вещи
(prise)
и
их
обязанность
содержать
его
и
его
спут
ников
(procuration) -
были
заменены
единовременными
выплатами
или
ограничены.
Были
уменьшены
военные
обязанности
вилланов
по
обороне
мест,
где
они
жили,
и
крестьянам
было
разрешено
заменить
их
единовременным
платежом
или
денежными
рентами.
То же
произошло
с
по
лицейской
СЛУ-lКбой,
которую
они
были
обязаны
нести
во
владениях
своего
сеньора
и
которая
называлась
sauveтent.
В
дополнение
к
этим
гражданским
и
экономическим
сво
бодам
сельские
жители
завоевали
административные
и
по
литические
привилегии,
защищавшие
их
от
произвола
фео
дального
суда,
его
денежных
требований
и
его
чиновников.
Часто
крестьяне
заявляли,
что
будут
подчиняться
только
одному
суду
-
такому,
в
котором
дела
будут
рассматривать
ся
на
месте
присяжными
из
числа
людей
их
сословия
или
их
старшин
(boni
hoтines,
notarii)
согласно
установленным
пра
вилам.
Эта
процедура
защищала
крестьян
от
произвольных
арестов,
конфискаций
и
чрезмерных
поборов.
Они
получи
ли
право
быть
отпущенными
на
поруки,
укрыться
в
святом
месте,
обращаться
в
вышестоящие
суды
и
жаловаться
в
суд
на
самого
господина.
Иногда,
особенно
в
новых
деревнях
и
поселках,
возникших
на
недавно
освоенных
землях,
кресть
яне
вмешивались
в
выбор
чиновников
своего
сеньора
-
бейлифов,
провостов
или
подестатов.
Но
чаще
всего
они
ограничивались
тем,
что
добивались
подписания
хартии
о
признании
за
ними
права
собираться
на
деревенские
и
окружные
собрания
для
обсуждения
своих
дел
и
назначения
своих
должностных
лиц
-
prud'hoттes,
мэров,
провостов,
консулов,
судей,
jurats,
инспекторов
(veedores),
которых
крестьяне
наделяли
теми
или
иными
полицейскими
и
судей
скими
полномочиями,
поверенных,
которым
была
поручена
защита
крестьян
в
судах,
низших
служителей,
стражников,
лесничих,
деревенских
старост,
рядовых
лесников,
на
кото
рых
лежала
обязанность
обеспечивать
соблюдение
местных
законов,
носивших
название
bans.
Сельские
общины
имели
свое
имущество,
свои
общинные
земли,
свои
церкви и
боль
ницы.
Они
участвовали
в
управлении
приходами.
Иногда
они
достигали
еще
более
высокого
положения
-
получали
полные
политические
права.
Так
было
в
некоторых
областях
Северной
Франции
и
Фландрии,
в
долинах
Альп
и
Пирене-
281
ев,
и там
эти
общины
объединялись
в
настоящие
коммуны
(universitates)
и
даже
в
союзы
(такими,
например,
были
her-
mandades
в
Северной
Испании)
или
в
конфедерации,
такие
как
объединение
лесных
кантонов
Швейцарии
(1291-1350).
Это
освобождение
крестьян,
которое
избавило
от
нево
ли
гораздо
больше
людей,
чем
освобождение
городов,
было
одним
из
величайших
событий
в
истории.
Оно
дало
огром
ным
массам
деревенского
населения
ценнейшие
при
виле
гии,
которых
оно
никогда
не
имело
раньше.
Впервые
для
жителей
сельской
местности
была
торжественно
провоз
глашена
и
стала
существовать
на
деле
личная
свобода
и
свобода
заключать
договор.
Крестьяне
завоевали
значи
тельную
часть
свободы
распоряжаться
своим
трудом.
У
крестьянина
теперь
было
законное
место
в
обществе,
где
его
признали
ценным
человеком;
а
почувствовав
себя
не
зависимыми,
крестьяне
вскоре
ощутили
и
свою
силу.
Де
ревенские
массы
перестали
быть
покорными
стадами
и
стали
группами
людей,
гордых
своей
свободой
и
полных
решимости
заставить
всех
уважать их
права.
В
истории
крестьянства
началась
новая
эпоха,
и
условия
жизни
сель
ских
жителей
стали
лучше,
чем
были
когда-либо
раньше.
ГЛАВА
10
Органuзацuонная
cmpYKmypa u
положенuе
сельскuх
слоев
общесmва
на
Запаgе
с
Х"
по
XIV
в.
в
сельских
округах
Запада
так
же,
как
в
городах,
осво
бождение
народа
и
освоение
новых
земель
привело
к
обра
зованию
новых
слоев
общества
и
стало
причиной
возникно
вения
общественных
классов,
отличавшихся
от
тех,
которые
были
характерны
дЛя
предыдущей
эпохи.
Стали
возникать
различия
между
свободными
крестьянами-землевладельца
ми,
censitaires,
арендаторами,
которые
платили
налоги
и
не
были
владельцами
своей
земли,
хотя
пользовались
частью
прав
владельца и
их
можно
назвать
«полусобственниками»
,
и
помощниками
и
организаторами
обработки
земель.
На
ряду
с
крепостным
правом
и
даже
рабством
-
пережитками
прежнего
социально-экономического
строя
-
возник
класс
наемных
сельскохозяйственных
рабочих.
282
Верхушка
крестьянской
массы
стала
настоящей
буржуа
зией,
сельским
«третьим
сословием».
Эти
деревенские
бур
жуа
добились
полного
права
собственности
на
свою
землю
и
даже
покупали
на
свои
сбережения
земли
у
дворян.
Они
проталкивали
своих
детей
в
ряды
духовенства
и
на
адми
нистративные
посты
у
правителей
государств
и
у
крупных
феодалов.
Очень
скоро
они
добились
и
богатства,
и
уваже
ния.
Именно
к
этому
слою
крестьянства
принадлежали
те
мелкие
землевладельцы
в
Германии,
которые
назывались
«крестьяне
-
владельцы
феодов»
(lehnbauern),
а
также
мно
гочисленные
в
южных
немецких
областях
крестьяне,
осво
божденные
от
уплаты
(cens,jreizinsen, parleute),
и
поселенцы
первопроходцы
на
расчищенных
от
леса
землях,
которые
стали
наследственными
владельцами
своих
земель
(erb-
pachter).
Они
часто
объединялись
в
одну
группу
населения
с
чиновничеством,
с
деревенскими
дворянами
(knechte)
и
даже
с
сословием
рыцарей
(ritterstand).
Такая
же
элита
су
ществовала
в
Нидерландах.
Во
Франции
и
Фландрии
не
которые
из
таких
привилегированных
крестьян
сумели
проникнуть
в
ряды
дворянства,
как
бывший
крепостной
Сен-Бенуа-сюр-Луар,
который
в
ХН
в.
стал
одним
из
са
мых
известных
рыцарей
в
Бургундии.
Но
чаще
всего
они
были
родоначальниками
.духовных
лиц,
чиновников
и
городских
буржуа,
деревенскими
«пе
тухами
по
походке»,
которые,
как
сказано
в
одной
тогдаш
ней
сатире,
имели
«пастбища,
и
земли,
и
большое
имуще
ство».
В
Испании,
особенно
в
Руссильоне, если
кто-то
из
них
исполнял
должность
управляющего
или
судьи
у
своего
сеньора,
то
ездил
на
коне,
как
дворяне,
и
ел
пшеничный
хлеб.
В
Англии
мелкие
землевладельцы-крестьяне
-
среди
которых
были
и
потомки
тех,
кто
в
прежнюю
эпоху
полу
чил
землю
в
обмен
на
услуги
по
ее
обработке,
и
новые
сво
бодные
собственники
-
присягали
на
верность
непосред
ственно
королю,
заседали
в
судах
присяжных
и
в
судах
своего
графства,
приближаясь
по
своему
положению
к
мел
копоместным
дворянам,
которые
вели
такую
же
трудовую
жизнь,
как
они.
«Крестьянин
так
близко
подошел
к
при
дворному,
что
царапает
большим
пальцем
ноги
его
пят
ку»
-
эту
английскую
поговорку
сохранил
для
нас
Шек
спир.
Образование
и
развитие
этого
среднего
класса
мелких
землевладельцев-крестьян,
обеспеченных
или
даже
бога-
283
тых,
было
характерной
чертой
этого
периода
и
в
значитель
ной
мере
стало
результатом
освобождения
крестьян.
Однако
основным
и
гораздо
более
многочисленным
слоем
крестьянства
на
Западе
бьши
вилланы-арендаторы,
называвшиеся
также
censitaires,
которые
сум~ли
получить,
под
разными
названиями,
большинство
гражданских
сво
бод,
но
по-прежнему
были
обязаны
выполнять
многочис
ленные
повинности
и
не
были
полными
собственниками
своей
земли.
Земля,
которую
возделывали
эти
арендаторы,
оставалась
собственностью
ее
прежнего
владельца,
и
его
право
собственности
подтверждалось
арендной
платой
(cens),
которую
они
вносили.
Но
большинство
привилегий
истинного
собственника
перешло
к
арендаторам,
и
так
они
стали
почти
владельцами
наделов,
которые
обрабатывали.
Именно
арендаторы
обладали
основными
правами
соб
ственности
-
например,
правом
наследования,
дарения,
продажи
и
отчуждения;
они
также
могли
заложить
или
за
вещать
свою
землю.
Они
могли
не
бояться
выселения,
если
вовремя
вносили
арендную
плату,
размер
которой
стал
фиксированным
и
бьш
четко
определен
в
индивидуальном
или
коллективном
договоре.
К
этому
разряду
крестьянства
в
западном
мире принадлежали
миллионы
сельских
жите
лей,
чье
положение
определялось
множеством
весьма
раз
нообразных
соглашений
и
арендных
договоров.
В
Германии
такие
крестьяне
назывались
h6rigen.
С
по
мощью
права
лопаты
(jus
ра/ае)
они
часто
становились,
по
сути
дела,
полными
владельцами
освоенных
ими
земель,
хотя
формально
были
ее
постоянными
арендаторами
по
до
говорам
долгосрочной
или
наследственной
аренды
(егЬ
pachten).
Господа
не
могли
ни
отказаться
допустить
такого
пользователя
на
арендованный
им
надел,
ни
забрать
такое
крестьянское
имение
обратно
в
свои
руки.
В
Нидерландах
к
такому
же
результату
привело
предоставление
земель
в
бес
срочную
аренду
(bek/emregt).
В
Англии
арендаторы
добились,
чтобы
их наследственное
пользование
земельными
наделами
было
признано
законом,
и
стали
называться
копигольдера
ми,
то
есть
«держателями
по
списку»,
имея
в
виду
хранив
шуюся
у
них
копию
соответствующего
судебного
решения
-
список
со
свитка-оригинала.
Из
них
и
образовался
этот
разряд
арендаторов,
такой
многочисленный,
что
до
самого
недавнего
времени
они
держали
в
своих
руках
треть
земель
284
Британии.
Во
Франции
суть
этого
же
процесса,
то
есть
пере
ход
земли
в
руки
крестьян,
была
скрыта
под
множеством
внешних
личин
-
всевозможных
соглашений
и
арендных
договоров
с
разными
условиями
и
под
разными
названиями;
но
все
они
в
итоге
передавали
земледельцу
подлинные
пра
ва
собственности
в
обмен
на
арендную
плату
-
cens.
По
стоянная
аренда
(aforamento)
в
Португалии
и
контракт
(/i-
veZlo)
на
предоставление
земли
при
условии
платы
за
аренду
(jitto),
который
стал
обычным
в
Италии,
действовали
так
же.
При
итальянской
системе
крестьянин
даже
имел
право
оставлять
себе
доход,
который
раньше
его
господин
получал
с
наследства
(по-французски
такой
доход
назывался
lods
et
ventes).
Владелец
имел
лишь
преимущество при
покупке
в
случае
продажи
земли
и
сохранял
название
владельца
лишь
потому,
что
через
более
или
менее
долгие
промежутки
вре
мени
требовал
от
арендатора
повторно
заключить
с
ним
до
говор.
Так,
медленно
и
постепенно,
происходило
одно
из
самых
важных
событий
в
истории
-
переход
истинных
прав
собственности
в
новые
руки
под
видом
долгосрочной
или
наследственной
аренды,
пока
не
исчезли
последние
следы
прежнего
подчинения.
Крестьянская
земельная
собственность,
которая возник
ла
теперь
в
этой
лишь
слегка
замаскированной
форме,
структурно
оставалась
такой
же,
как
в
феодальную
эпоху.
Она
состояла
из
малых
по
размеру
наделов,
часто
-
из
раз
бросанных
на
расстоянии одна
от
другой
полос
земли,
ко
торые
становились
все
меньше
вследствие
обычая
делить
землю
поровну
между
наследниками
или
в
результате
про
даж
и
отчуждений.
В
Германии
средний
размер
надела
-
hufe,
который
колебался
от
14
до
120
акров,
с
начала
ХIII
в.
уменьшился
на
три
четверти.
В
Англии
свободный
кресть
янин-землевладелец
или
арендатор
«по
списку»
редко
имел
больше
одной
виргаты
земли
(30
акров).
Часто
его
участок
земли
был
в
два
раза
меньше,
а
немало
было
и
наделов
раз
мером
всего
в
4,5
акра,
к
которым
добавлялась
полоска
луга.
В
Пикардии
крестьяне,
имевшие
быков,
имели,
как
прави
ло,
около
30
акров
земли.
Дробление
наделов
зашло
так
да
леко,
что
в
Руссильоне
некоторые
сельские
земельные
вла
дения
- bordes
включали
в
себя
от
16
до
62
наделов,
а в
Пикардии
земледельцы,
которые
называли
haricotiers,
объ
единялись
по
нескольку
человек
для
обработки
своих
на-
285
делов:
те
были
слишком
маленькими,
и
упряжка
быков
не
могла
на
них
работать.
В
Италии
коммуны
на
ее
севере
должны
были
принять
меры
для
восстановления
малых
зе
мельных
владений
путем
обмена
участков.
Вскоре
после
освобождения
крестьян
стали
возникать
новые
группы
деревенского
населения
-
люди,
которые
ра
ботали
на
земле,
но
не
бьши
ни
мелкими
свободными
зем
левладельцами,
ни
арендаторами,
-
censitaires.
Вначале
они
составляли
лишь
незначительное
меньшинство
сельских
жителей.
В
него
входили
арендаторы
земли,
испольщики
(metayeurs)
и
наемные
сельскохозяйственные
рабочие.
Система
аренды
земли
позволяла
крестьянам
с
независи
мым
и
энергичным
характером,
которые
имели
небольшой
капитал
и
очень
желали
сохранить
свою
свободу,
получать
доходы
с
арендованной
земли
и
оставлять
себе
б6льшую
их
часть,
а
за
это
отдавать
фиксированную
арендную
плату
вла
дельцу
земли.
Владелец
же
оставался
полным
собственни
ком
сданной
в
аренду
земли,
мог
участвовать
в
увеличении
ее
стоимости
и
избавлял
себя
от
рисков,
которым
подверга
ется
тот,
кто
обрабатывал
землю
сам,
и
от
разочарований,
которые
часто
приносила
система
замещающих
платежей.
Возникнув,
аренда
земли
получила
наибольшее
распростра
нение
в
областях
с
самым
передовым
сельским
хозяйством
-
в
Италии
в
ХН
в.,
в
Нидерландах,
Северной
Франции,
Ка
талон
ии
и
Руссильоне
в
XHI.
Но
на
большей
части
Запада
она до
начала
XIV
в.
распространялась
медленно.
Такая
система
бьша
спекулятивным
предприятием,
и
ею
пользовались
не
только
крестьяне,
но
и
городские
буржуа.
Они
брали
на
себя
риск
обрабатывать
поместья
феодалов
и
церкви
на
условиях,
что
будут
поддерживать
угодья
в
хо
рошем
состоянии,
вводить
полезные
улучшения
и
выпла
чивать
владельцу
определенную
часть
произведенной
про
дукции
или
ее
стоимость.
В
Италии
эта
плата
называлось
сапоп.
Ее
размер
в
Тоскане
мог
составлять
от
трети
для
зер
новых
до
десятой
или
одиннадцатой
части
для
вина,
оли
вок
и фруктов.
Иногда
владелец
земли
предоставлял
фер
меру
часть
скота
и
семян
и
дополнительных
работников
для
сбора
урожая
и
для
молотьбы.
Он
должен
был
запла
тить
фермеру
возмещение
за
незаработанную
прибыль,
если
тот
значительно
улучшал
землю.
Землевладелец
и
арендатор
заключали
договор
только
на
короткий
срок
-
286
год,
два
или
три
года,
но
в
интересах
обеих
сторон
боль
шинство
аренд
продолжал
ось
от
шести
до
двадцати
девяти
лет, а
договор
несколько
раз
заключался
на
три
года,
что
соответствовало
оставлению
земли
под
парами
при
трех-
летнем
севообороте.
'
Наряду
с
такими
арендными
соглашениями
и
прослой
кой
арендаторов
земли
внутри
крестьянства
появились
арендные
договоры
аренды-испольщины
(metayage)
и
еще
один
разряд
крестьян
-
испольщики
(metayers).
Система
свободного
временного
сотрудничества
земледельца
и
вла
дельца
земли
позволяла
крестьянину
свободно
распоря
жаться
своим
трудом
после
того,
как
закончится
срок
кон
тракта,
а
землевладельцу
свободно
распоряжаться
своей
землей
без
риска
лишиться
ее.
Этот
способ
обработки
зем
ли
(mezzadria),
вместе
с
социальной
группой
занятых
им
земледельцев,
возник
в
ХН
в.
В
Тоскане
и
Центральной
Италии,
а в
последующие
два
столетия
распространился
по
всему
центру
и
северу
полуострова.
В
это
же
время
его
можно
бьшо
обнаружить
в
Провансе,
Каталонии
и
Руссиль
оне,
а
позже
-
в
Центральной
и
Западной
Франции
и
в
Нормандии,
где
система
испольщины
- metayage
исполь
зовалась
при
расчистке
земель,
во
Фландрии
с
1220
г.,
а
также
в
окрестностях
Трира
и
в
Рейнланде.
Эта
система
позволяла
крестьянам-беднякам,
не
имев
шим
своего
надела
или
не
желавшим
терять
свободу,
навсег
да
привязав
себя
к
выделенной
им
земле,
отдавать
свой
труд
в
обмен
на
определенную
долю
полученной
с
земли
про
дукции.
Землевладелец
предоставлял
им
капитал
в
виде
участка
земли,
давал
инвентарь,
семена,
удобрения,
сено
и
солому,
оплачивал
расходы
по
содержанию
построек
и
по
ловину
расходов
на сбор
урожая,
молотьбу
и
веяние
зерна.
Испольщик,
metayeur,
предоставлял
владельцу
земли
свой
труд,
ухаживал
за
скотиной,
выполнял
барщинные
работы
и
пере
возил грузы
по
указанию
землевладельца
и
отдавал
вла
дельцу
земли
часть
своих
доходов
натурой.
Хотя
в
слове
«ис
польщик»
корень
тот же,
что
в
слове
«половина»,
эта
доля
в
Италии
часто
устанавливалась
в
пределах
от
трети
до
всего
лишь
одной
десятой
и
была
равна
половине
только
для
фруктов.
Кроме
того,
испольщик
подносил
владельцу
земли
обязательные
дары
-
яйца,
домашнюю
птицу
и
сыр.
Но
крестьянин
имел
право
на
весь
выращенный
им
мелкий
287
скот,
свиней
и
иную
домашнюю
скотину.
Его
можно
было
выселить
только
за
дурное
поведение,
но
это
происходило
лишь
в
редких
особых
случаях,
так что
он
мог
пользоваться
прибылью
с
арендованной
земли
в
течение
всего
срока
дей
ствия
договора,
а
этот
срок
мог
составлять
от
двух
до
пяти
лет
или
даже
от
двенадцати
до
двадцати
девяти
лет.
С
этих
пор
стала
часто
применяться
и
еще
одна
разновидность
ограниченного
сотрудничества
-
аренда
скота,
называв
шаяся
bail
а
chepte/,
когда
крестьяне
и
землевладельцы,
объ
единившись,
совместно
покупали
скот и
делили
между
со
бой
доходы
от
скотоводства.
Особенно
такая
аренда
была
распространена
вКаталонии,
Руссильоне
и
Провансе.
И
наконец,
существовал
еще
один
слой
общества
-
сельскохозяйственные
наемные
рабочие,
земледельцы
поденщики
и
домашние
слуги.
Он
начал
формироваться
одновременно
с
сословием
городских
наемных
рабочих,
по
мере
того
как
освобождение
крепостных
уменьшало
воз
можности
землевладельцев
использовать
бесплатный
или
дешевый
труд
подневольных
работников
на
барщинных
работах
-
corvees,
а
рядом
с
системой
аренды
«по
списку»)
(копигольд)
развивалась
система
обработки
земли
самим
владельцем
в
форме
сельскохозяйственного
предпринима
тельства.
Количество
наделов,
которые
можно
было
сдать
в
аренду,
уже
не
соответствовало
спросу,
поскольку
посто
янно
росло
число
крестьян,
которые
получили
свободу,
но
больше
не
имели
доступа
к
земле
или
же
предпочитали
оставаться
полностью
независимыми
и
никак
не
привязы
вать
себя
к
земле,
а
зарабатывать
себе
на
жизнь,
отдавая
внаем
свой
труд.
Образование
социальной
группы
кресть
ян-поденщиков
можно
отметить
в
Италии
с
ХН
в.,
и
чем
ближе
был
XIV
в.,
тем
больше
их
становилось
на
всем
За
паде.
В
полуостровной
Италии
их
называли
braccianti, pi-
menti
или
«обработчики
земли»
(laboratores
'еггагum),
в
На
варре
-
villanos
asaderos,
в
Лангедоке
и
Провансе
-
brassiers,
на
западе
Франции
- hotteurs
и
bezocheurs,
в
Англии
- la-
bourers,
а
в
Нидерландах
-
koppers.
Часто
они,
как
немецкие
kotsaten,
фламандские
и
валлон
ские
cossates
и
английские
cotters,
имели
хижину,
маленький
клочок
земли
и
несколько
голов
скота,
но
бьши
вынуждены
наниматься
на
работу,
чтобы
получить
необходимые
им
для
жизни
дополнительные
средства.
Многие
другие
не
имели
288
вообще
никакого
земельного
капитала
и
жили лишь
на
пла
ту,
которую
получали
за
свой
труд.
Но
все
они,
на
каких
бы
условиях
ни
нанимались
-
поденно
или
сдельно,
имели
огромное
преимущество:
они
могли
свободно
распоряжать
ся
собой,
имели
право
торговаться
о
размере
платы
и
отда
вали
свой
труд
внаем
лишь
на короткое
время.
Более
прочным,
но
менее
независимым
было
положе
ние
другого
слоя
наемных
рабочих,
который
начал
форми
роваться
в
это
же
время,
а
именно
работников
в
хозяйстве
(servientes, valets).
Все
чаще
и
чаще
землевладельцы,
кото
рые
сами
занимались
обработкой
своей
земли,
нанимали
необходимых
для
работы
на
ней
людей
(personnel)
среди
свободных
людей,
как
совершенно
не
имевших
собствен
ности,
так
и
имевших
ее.
Так
нанимали
-
на
месяц
или,
чаще,
на
год,
раз
за
разом
продлевая
договор,
волопасов,
возчиков,
козопасов,
пастухов и
пастушек
для
овец,
сви
нопасов
и
девушек-служанок.
В
Нормандии
были
слуги,
нанимавшиеся
к
одному
хозяину
девять
лет
подряд.
Они
очень
сильно
зависели
от
землевладельца,
который
имел
над
ними
огромную
власть
и
даже
судил
их,
почти
как
аб
солютный
господин-феодал
в
прежние
времена.
Но
все
же
их
подчинение
никогда
не
было
таким
полным,
чтобы
его
можно
было
считать
потерей
свободы.
Мелкие
землевладельцы,
копигольдеры
или
censitaires,
арендаторы
земли
и
испольщики
- metayeurs,
и
сельскохо
зяйственные
наемные
рабочие
-
вот
общественные
группы,
из
которых
теперь
состояло
сельское
население
Запада.
Одни
из
них
были
богаче,
другие
беднее,
но
все
они
были
свободными.
Однако
их
превращение
в
свободных
людей
произошло
не
полностью
и
не последовательно.
Крепостни
чество
и
рабство
-
свидетельства
того,
что
прошлое
упорно
не
желало
исчезать
и
общественные
установления,
которые,
возможно,
считались
уже
не
существующими,
продолжали
существовать,
а
иногда
даже
возрождались.
Во
всей
Север
ной
Германии
те ее
прежние
жители
-
славяне
и
пруссы,
кого
завоеватели
оставили
в
живых,
превратились
в
новое
сословие
крепостных
(tides, smurdes),
«ничтожных
людей»,
которых
презирали
и
с
которыми
жестоко
обращались.
На
Британских
островах
развитие
англо-нормандского
феода
лизма
и
частичное
разрушение племенного
строя
часто
обо
рачивалось
ужесточением
крепостного
права
и
его
рас
про-
11
п.
Буассонад
289
странением
на
весь
народ
для
кельтов
Шотландии,
Уэльса
и
Ирландии.
В
Нидерландах,
а
также
в
Арагоне
и
Верхней
Ка
талонии
по-прежнему
существовали
крепостные.
В
обла
стях,
только
что
упомянутых
во
вторую
очередь,
крепостное
право
для
нескольких
категорий
христиан,
которые
называ
лись
тezquinos,
pageses
de
reтensa,
и
для
мусульман
(ejaricos)
было
настолько
суровым,
что
еще
в
XIII
и
XIV
вв.
законы
там
признавали
право
господ
«обращаться
с
ними
хорошо
или
плохо
согласно
своему
желанию»
(jus
тaltractandi).
Хотя
в
странах
Пиренейского
полуострова
и
в
Королев
стве
обеих
Сицилий
к
евреям
и
мусульманам
часто
относи
лись
благосклонно,
предоставляли
им
определенную
сте
пень
автономии
и
давали
им
права
на
собственность,
случал
ось
и
так,
что
некоторых
из
них
понижали
до
поло
жения
крепостных
и
применяли
к
ним
право
мертвой
руки
-
тainтorte.
Даже
во
Франции,
где
крепостное
право
в
основ
ном
исчезло,
право
тainтorte
кое-где
сохранилось
в
Иль-де-Франс,
в
окрестностях
Тулузы,
в
Бретани,
но
глав
ным
образом
в
Дофине,
Шампани,
Лотарингии
и
части
цен
тра
страны.
Правда,
это
крепостничество,
связанное
с
зе
мельным
наделом
и
предписывавшее
уплату
специальных
налогов на
наследство,
оставляло
земледельцу
основные
гарантии
гражданской
свободы
и
прочности
его
существо
вания.
Но
эти
смягченные
формы
крепостничества
сущест
вовали только
в
наиболее
цивилизованных
странах.
В
боль
шинстве
остальных
стран
положение
крепостных
оставалось
очень
тяжелым
-
правда,
там
они
были
лишь
меньшин
ством.
Было
положение
и
хуже
крепостничества:
в
среди
земноморских
областях
Испании,
Италии
и
Франции
в ре
зультате
войн
и
коммерции
частично
было
восстановлено
рабство,
хотя
оно
не
достигло
прежних
масштабов.
Тем
не
менее
в
целом
можно
сказать,
что
материальные
условия
жизни
сельских
слоев
общества
за
эти
три
с
поло
виной
столетия,
несомненно,
стали
гораздо
лучше.
Значи
тельное
число
крестьян
сумело
создать
себе
вполне
ком
фортные
условия
жизни,
а
некоторые
стали
состоятельными
людьми.
Большинство
из
них,
став
фактическими
владель
цами
своей
земли,
смогли
получить
выгоду
от
повышения
цен
на
сельскохозяйственную
продукцию
и
от
роста
стои
мости
земли.
Иногда
их
прибьшь
бьша
даже
больше,
чем
у
ее
формального
владельца,
чьи
руки
были
связаны
обычая-
290