Буассонад П. От нашествия варваров до эпохи Возрождения. Жизнь и труд в средневековой Европе
Подождите немного. Документ загружается.
ми,
которые
устанавливали
фиксированный
размер
аренд
ных
платежей,
часто
вносившихся
в
денежной
форме.
Счи
талось,
что
censitaires,
то
есть
основная
масса
земледельцев
Франции,
оставляли
себе
на
собственные
нужды
две
трети
доходов
с
земли.
Распространение
системы
аренды
земли
также
служит
доказательством
того,
что
коммерческое
веде
ние
сельского
хозяйства
имело
преимущества,
которые
при
влекали
инициативных
крестьян,
а
условия
испольщины
metayage,
видимо,
сделали
партнерство
в
сельском
хозяйстве
прибыльным
для
тех,
кто
предпочитал
такой род
деятель
ности.
Что
касается
наемных
сельскохозяйственных
рабочих,
то
нет
сомнения,
что
большинство
из
них
-
например,
поден
щики
в
Италии
и
Испании
-
входило
тогда
в
число
самых
бедных,
даже
неимущих
сельских
жителей.
Как
правило,
они,
по
крайней
мере
вначале,
получали
очень
низкую
пла
ту
за
свой
труд.
В
Тоскане
в
ХIII
в.
они
зарабатывали
2
денье
зимой
и
3
денье
летом,
когда
их
нанимали
на
один
день.
В
Англии
им
платили
от
1
до
2,5
денье
на
прополке
и
жатве
и
от
6
денье
за
акр
на
других
работах.
Женщинам
платили
со
всем
мало
-
пенни
в
день.
Но
вскоре
поденщикам
помог
постоянный
рост
цены
труда.
В
Англии
примерно
к
1330
г.
труд
подорожал
примерно
на
одну
пятую,
и
работники,
кро
ме
заработной
платы,
получали
еще
премии,
получившие
название
«любезности».
В
Пуату
около
1307
г.
носильщики
корзин
и
рабочие
на
виноградниках
получали
от
8
до
9
денье
в
день
без
еды,
а
лесорубы
от
10
до
12
денье.
Во
Франции
средняя
зарплата
достигла
этого
значения
в
первой
половине
XIV
В.,
а
в
Х
в.
работник
на
сборе
урожая
получал
только
полпенни.
Таким
образом, к
1348
г.
цена
труда,
очевидно,
удвоилась.
Затем
она
поднялась
еще
выше
и
теперь
находи
лась
в
пределах
от
3
до
2
су
6
пенсов,
а
это
бьmа
почти
по
ловина
цены
труда
горожанина
и
почти
такая
же
зарплата,
как
у
сельских
работников
в
начале
XIX
в.
Слугам
жилось
еще
лучше,
потому
что
они
бьmи
защищены
от
безработицы
и
хозяин
обеспечивал
их
едой
и
жильем,
организовывал
осве
щение
этого
жилья
и
стирку
их
одежды,
а
также
давал
им
часть
этой
одежды.
В
Каталонии
и
Руссильоне
слуги
зараба
тывали
от
25
до
75
су
в
год,
а
во
Франции
до
1348
г.
от
5
до
7
франков
в
год.
Если
учесть
разницу
в
стоимости
денег,
это
столько
же,
сколько
они
получали
в
первой
четверти
XIX
в.
291
С
тех
пор
как
странами
стали
править
монархи,
стало
меньше
войн
между
феодалами
и
разбоя.
Меньше
стало
и
голодных
лет:
во
Франции
в
ХIII
в.
их
было
в
шесть
раз
меньше,
чем
в
Х
(10
против
60).
В
обществе
еще
не
начал
ся
разгул
чрезмерной
конкуренции,
и
поэтому
не
было
крупных
экономических
кризисов.
Жизнь
бьmа
простой.
Все
это
способствовало
росту
благосостояния
сельских
масс
Запада.
Никогда
раньше
материальные
условия
жизни
крестьян
не
были
такими
благоприятными,
а
позже
такие
условия
можно
было
найти
лишь
в
середине
XIX
в.
Возникло
огромное
число
новых
деревень,
поселков,
маленьких
сел,
усадеб
и
ферм
и
множество
приходов.
Во
Франции
их
ко
личество
после
этого
не
увеличивалось
в
течение
500
лет,
а
в
некоторых
ее
областях
за
последующие
века
даже
умень
шилось.
Крестьяне
жили
иногда
группами
под
защитой
живых
изгородей
или построенных
из
земли
и
щебня
стен
со
сторожевыми
башнями,
а
иногда
селились
на
расстоя
нии
друг
от
друга
вдоль
дорог,
посреди
своих
полей,
возле
своего
колодца,
родника
или
пруда
или
укрывали
свои
дома
в
какой-нибудь
долине
или
роще.
Их
дома,
постро
енные
иногда
из
дерева,
а
иногда
из
земли,
камней или
щебня
и
в
редких
случаях
из
кирпичей
или
вырубленные
как
пещеры
в
мягком
камне
известняковых
холмов,
обыч
но
имели
всего
один
этаж.
Крыши
были
сделаны
из
со
ломы
или
черепицы;
стекол
в
окнах
и
дымовых
труб
не
было.
Дома
были
темны,
грязны,
полны
дыма
и
ценились
так низко, что
в
конце
Х
в.
деревенская
хижина
стоила
все
го
от
8
до
10
су.
Семья
теснилась
в
малом
числе
комнат,
которые
бьmи
почти
не
отделены
от
хлевов
и
амбаров.
Ме
бели
бьmо
мало,
а
состояла
она
из
кроватей
с
соломенны
ми
матрасами,
столов,
табуретов,
массивных
скамей,
сун
дука,
похожего
на
более
поздние
дорожные,
обычного
четырехугольного
сундука
и
посуды, которая
обычно
бьmа
глиняной,
а
у
более
зажиточных
крестьян
оловянной
или
медной.
Однако
по мере
того,
как
удобства
жизни
стано
вились
доступней,
описи
имущества
стали
отмечать
увели
чение
количества
посуды
в
сельских
домах
и
появление
в
них
более
удобной
мебели,
оловянных
мисок
и
даже
сере
бряной
столовой
посуды.
Крестьянин
мог
осветить
эту
об
становку
только
смоляными
свечками
или
еще
более
при-
292
митивными
средствами,
поскольку
фунт
сальных
свечей
стоил
столько,
сколько
он
зарабатывал
за
день.
Но
согре
вался
он
по-королевски:
так
много
было
дров
и
так
деше
во
они
стоили.
Одевался
крестьянин
просто'
-
в
одежду
из
шерсти
и
льна,
которые
он
производил
в
своем
хозяйстве,
пряли
его
жена
и
дочери,
а
ткал
он
сам
или
ткач
из
соседней
деревни.
Обычно
льняную
одежду
крестьянин
носил
в
будни,
а
по
воскресеньям
и
в
праздники,
конечно,
надевал
наряд
из
шерсти
или
смешанной
полушерстяной-полульняной
тка
ни.
Один
такой
наряд
стоил
ему
от
4
до
20
су.
В
XIII
в.
блуза
пастуха
быков
стоила
3
су
4
денье.
Он
часто
ходил
босиком,
но
если
желал
обуться,
то
мог
купить
себе
пару
башмаков
или
сабо
за
цену
от
7
до
8
денье,
а
башмаки,
сапоги
или
чулки
из
коровьей
шкуры
или
выделанной
кожи
по
цене
от
18
денье
до
4
су
(1325
г.).
В
качестве
меха
он
использовал
овчины,
а
также
шкуры
кроликов,
зайцев
и
лис.
Но
женщины-крестьянки
начали
уделять
внимание
своей
одежде
и
имели
немного
украшений,
а
становясь
за
житочнее,
крестьяне
с
особой
гордостью
копили
в
своем
доме
запас
нательного
и
постельного
белья,
что
было
очень
полезно
с
точки
зрения
гигиены.
Но
самые
значительные
изменения
к
лучшему
произо
шли
в
пище
крестьян.
Она
наконец
стала
обильной
и
сыт
ной, хотя
и
не
сделалась
разнообразнее.
Помимо
овощей,
молока,
сыра
и
фруктов
крестьянин
ел
хлеб из
ржи
и
яч
меня,
а
в
XIII
и
XIV
вв.
даже
пшеничный
хлеб.
К
этому
он
добавлял
много
свежей
и
еще
больше
соленой
рыбы,
бе
кон,
свежую
или
соленую
свинину,
немного
говядины,
ба
ранину
и
чем
дальше,
тем
больше
домашней
птицы.
Сель
ские
округа
Фландрии
и
Англии
были
просто
переполнены
мясом.
Вилланы
использовали
мало
пряностей,
но
много
соли,
а
вместо
сахара
у
них
было
много
меда.
В
северо
западных
странах
они
пили
пиво,
сваренное
из
ячменя
или
пшеницы,
и
эль;
сидр
все
еще
оставался
питьем
беднейших
из
бедных.
Во
французских,
немецких
и
латинских
землях
крестьяне
пили
много
вина;
привычка
пить
его
в
деревен
-
ских
кабаках
распространилась
далеко
за
пределы
этих
стран
по
всему
Западу.
Долгое
время
крестьяне
были
такими
неряшливыми,
что
авторы
сатир
- jabliaux
охотно
заявляли,
что
вонь навозной
293
кучи
-
любимый
запах
мужика,
и
описывали
виллана
как
«вонючее
существо,
родившееся
из
ослиного
навоза».
(Здесь
-
явное
отличие
германцев
от
славян,
которые
всег
да
были
чистоплотнее
и
с
древности
любили
парную
баню.
-
Ред.)
Но
в
ХН
и
еще
больше
в
XHI
в.
обычай
мыться
в
горя
чей
и
холодной
воде
распространился
в
сельских
округах;
в
крестьянских
домах
часто
бьmи
ванны
(лохани
и
т.
п.),
а в
деревнях
общественные
бани.
Для
борьбы
против
заразных
болезней
бьmо
основано
бльшое
число
лазаретов,
которые
в
Англии
составляли
пятую
часть
всех
больниц.
Медицина
и
хирургия
дошла
до
деревенских
округов,
и
в
XIV
в.
в
посел
ках
часто
можно
бьmо
найти
профессиональных
хирургов,
а
иногда
и
аптекарей.
Сельские
жители
Запада
в
те
дни
вы
глядели
тяжеловесными
и
неуклюжими,
за
что
сатирики
на
зывали
их
«уродливыми
скотами»,
но
сильными
и
закален
ными
благодаря
жизни
на
свежем
воздухе
и
физической
нагрузке;
а
часто,
особенно
в
Англии,
Франции
и
Фландрии,
их
переполняло
грубое
чувственное
веселье.
В
этой
новой
для
них
жизненной
среде,
где
у
них
бьmи
свобода
и
уют,
сельские
жители
приобрели
также
свой
соб
ственный
моральный
облик,
черты
которого
постепенно
становились
яснее.
Вкусы
у
них
бьmи
далеко
не
изыскан
ные,
но
эти
люди
бьmи
веселыми
и
деятельными,
любили
отдых
в
кабачках,
праздники,
танцы,
а
иногда
также
игру
в
кости
и
другие
азартные
игры.
Они
любили
слушать
на
зеленом
деревенском
лугу
песни
бродячего
певца
из
тех,
которых
называли
в
одних
странах
менестрелями,
а
в
дру
гих
жонглерами.
В дни
ярмарки
селяне
с
изумлением
смо
трели
на
фокусника
-
жонглера
в
нынешнем
смысле
это
го
слова
или
на
знахаря.
Они
жадно
слушали
проповедь
странствующего
монаха
или
сплетни
торговца-разносчика,
который
был
для
них
живой
газетой.
От
своего
крепост
ного
прошлого
крестьяне
унаследовали
грубость
и
нечест
ность.
Сексуальная
мораль
у
них
бьmа
на
низком
уровне,
они
очень
мало
уважали
женщин
и
видели
в
женщине
только
мать
своих
детей
и
товарища
в
труде.
Они
были
ску
пыми,
суеверными
и
доверчивыми,
но
уже
приобрели
те
общественные
добродетели,
которые
сделали
их
одной
из
сил,
возрождавших
средневековые
государства.
Те
люди
из
других
сословий,
которые
смеялись
над
крестьянами,
именно
благодаря
крестьянам
всегда
имели
на
столе
хлеб,
294
с<
который
не
сеяли,
и
могли
жить
в
праздности
за
счет
пло
дов
труда,
на
который
сами
не
были
способны.
Крестьяне,
привязанные
душой
и
сердцем
к
кормившей
их
земле,
из
бавили
ее
от
бесплодия
и
своим потом
оплодотворили
по-
чву
Запада.
.
Они
относились
К
религиозным
властям
с
уважением,
но
без
раболепия
и
при
случае
умели
противостоять
церкви,
когда
она
уделяла
слишком
много
внимания
своей
земной
власти.
Понемногу
их
умы
пробудились
от
сна,
и
крестьян
ский
ум,
дерзкий
и
насмешливый,
скоро
дал
о
себе
знать
в
Италии,
Франции,
Нидерландах
и
Испании.
Неприхотли
вые
и
медлительные
персонажи
фаблио
быстро
научились
ценить
выгоды
образования
и
сумели
сделать
свои
умы
сво
бодными,
а
некоторые
из
них
отдали
своих
детей
в
школы.
В
некоторых
странах,
например
во
Франции,
деревен
ский
народ
стал
общительным.
Повсюду
крестьяне
бесчис
ленным
множеством
дел
в
пользу
бедных
доказывали,
как
велико их
милосердие,
а
их
могучее
чувство
солидарности
ярко
проявил
ось
в
таком
же
бесчисленном
множестве
соз
данных
ими
семейных
объединений
и
союзов
для
вспашки
земли,
разведения
скота
и
взаимной
защиты.
Деревенская
элита
даже
оказалась
способной
на
великодушие,
верность,
отвагу
и
щедрость,
и
не
раз
крестьянин по
благородству
сердца
оказывался
равен
дворянам.
Эти
люди,
особенно
в
Англии
и
Нидерландах,
стали
чувствовать
свою
значимость.
В
одной
песне
того
времени
говорилось:
«Когда
фламанд
ский
крестьянин
пьян,
он
думает,
что
весь
мир
принадле
жит
ему».
Вилланы
перестали
быть
смиренными;
теперь
они
рассуждали,
спорили
и
в
споре
защищали
свои
инте
ресы.
Так
возникла
новая
сила.
Сначала
средневековое
общество даже
не
подозревало,
как
велика
ее
мощь,
но
эта
сила,
медленно
и
постепенно
проявляя
себя,
в
корне
из
менила
западный
мир.
Она
дала
начало
неудержимому
ро
сту
материального
богатства,
удобства
жизни
и
благосо
стояния.
Впервые
огромные
массы
сельских
жителей
узнали
не
только
что
такое
свобода,
но
и
что
такое
при
ятная
сторона
жизни.
Они
одарили
освободившее
их
обще
ство
своим
сокровищем
-
деревенскими
добродетелями,
то есть
трудолюбием,
бережливостью,
предусмотритель
ностью
и
энергией,
которые
стали
прочнейшими
опорами
западной
цивилизации.
295
ГЛАВА
11
Конец
экономического
главенсmва
Восmочной
Римской
империи
на
BocmoKe.
CmpYKmypa mpyga
и
ее
эволюция
В
славянских,
маgьярских
(венгерских),
румынских
и
CKaHgUHaBcKUx
госуgарсmвах
(с
Х'
по
XIV
В.)
В
течение
первых
шести
столетий
Средневековья
вели
кой
обителью
цивилизации
и
главной
мастерской
по
соз
данию
цивилизованных
народов
была
Восточная
Римская
империя.
Но
когда
закончился
XI
в.,
ее
роль
была
завер
шена,
и
Запад отнял
у
нее
первенство.
Его
деятельность
стала
более
мощной
и
охватила
как
раз
те
области,
где
раньше
господствовало
влияние
Византии.
И
действительно,
Восточная
Римская
империя
станови
лась
все
слабее.
В
XI
в.
она
потеряла
Южную
Италию,
затем
утратила
Малую
Азию
-
главный
источник
своих
солдат
и
моряков
и
своего
богатства.
Она
медленно
умирала
от
ис
тощения,
несмотря
на
все
усилия
ее
властей
при
новых
им
ператорах
из
династии
Комнинов.
Их
правление
в
ХН
в.
бьmо
последней
вспышкой
ее
яркой
славы,
но
слабость
им
перии
бьmа
уже
очевидной,
и
постепенно она
лишилась
того
главенства,
которое
до
этих
пор
имела
благодаря
силе
своих
политических,
административных,
финансовых
и
военных
учреЖдений.
Разгромленная
латинянами
(крестоносцами
4-го
Крестового
похода)
в
1204
г.
и
восстановленная
Палео
логами
в
1261
г.,
империя
агонизировала
еще
в
течение
дол
гих
200
лет.
У
нее
больше
не
было
ни
администрации,
ни
денег,
ни
армии,
ни
даже
того
морального
единства
народа,
которое
когда-то
ПОРОЖдал
патриотизм
ее
жителей.
Социальное
и
экономическое
могущество
перешло
от
государства
к
сословию
феодалов,
в
которое
входили
круп
ные
землевладельцы,
епископы
и
монахи,
захватившие
в
свои
руки
земли
империи.
Императорские
поместья,
кото
рые
Комнины
на
короткое
время
восстановили
с
помощью
конфискаций,
завоевательных
походов
и
секуляризации
церковных
земель,
вскоре
оказались
в
руках
солдат
в
каче
стве
пожалованных
воинских
феодов
(pronoiai),
или
пере
шли
в
собственность
церкви
в
качестве
подарков,
или
даже
достались
аристократам.
Именно
аристократы
господство-
296
вали
в
империи,
и к
концу
ХI
в.
они
образовали
сословие
территориальных
феодалов,
подобное
такому
же
сословию
на
Западе.
Это
сословие,
образовавшееся
в
результате
объ
единения
старой
территориальной
аристократии
с
новой
чиновной
знатью,
называлось
archontes, dunatoi, sebastades,
priтates
и
toparchs
и
создало
себе
в
Греции,
Македонии
и
Фракии
огромные
поместья
путем
получения
уступок
от
императорской
казны,
незаконного
захвата
земли
мелких
свободных
землевладельцев,
наследования
и
покупки.
По
степенно
они
подчинили
своему
влиянию
местные
органы
государственной
власти,
окружили
себя
вассалами
(stratio-
tai, kaballarioi)
и
стали
вредны
для
государства
из-за
своего
буйного
нрава.
Одновременно
с
ними
свяшенники
и
мо
нахи,
обходя
императорские
постановления,
которые
бьmи
приняты
с
целью
помешать
образованию
неотчуждаемых
поместий,
обогатились
за
счет
даров
государства
и
частных
лиц
инезаконного
присвоения
земель,
а
также
благодаря
мастерству,
с
которым
они
обрабатывали
свои
земли.
Кон
чилось
это
тем,
что
в
конце
ХН
в.
церковь
стала
владели
цей
большей
части
земельных
ресурсов
империи.
Кроме
того,
церковь
была
освобождена
от
большинства
государ
ственных
налогов
и,
став
богаче
государства,
получила
право
осуществлять
некоторые
функции
власти.
Но
тот
средний
класс,
чей
энергичный
труд
был
одним
из
главных
источников
силы
империи,
-
деревенские
мел
кие
буржуа
и
свободные
крестьяне
(chorites, eleutheroi,
еи
tourgoi,
тesoi)
-
утонул
в
волнах
феодализма,
хотя
сначала
боролся
и на
короткое
время
добliЛСЯ
для
себя
частичной
местной
автономии
под
управлением
выборных
начальни
ков
(deтogerontes,
epitropoi, proestai, phylarchs)
и
сохранения
за
собой
общинных
земель.
В
ХIII
в.
масса
сельского
на
селения
Восточной
Римской империи
была
понижена
до
положения
вилланов
(тoteles),
сохранивших
личную
сво
боду,
но
находившихся
в
зависимости
от
archontes,
или,
что
бьmо еще
хуже,
до
положения
крепостных
(paroikoi),
при
крепленных
к
земле
и
обязанных
платить
ее
владельцу
на
лог
на
землю
(сапоп),
треть
урожая
и
треть
унаследованно
го
имущества
в
качестве
налога
на
наследство,
а
также
работать
на
него
два
дня
в
неделю,
без
военной
службы,
подушного
налога
и
других
тяжелейших
государственных
поборов.
В
то
самое
время,
когда
вилланы
Запада
подни-
297
мались
к
свободе
и
благосостоянию,
их
собратья
на
Во
стоке
падали
в
пропасть
рабства
и
нищеты,
становились
угрюмым
стадом
и
потом
даже
не
поднимали
головы,
ког
да
над
ними
проносилась,
как
туча,
власть
очередного
из
множества различных
хозяев,
которые
приходили,
правили
короткое
время
и
уходили.
Пока
центральная
власть
оставалась
достаточно
сильной,
то
есть
дО
ХН
в.,
это
движение
общества
вспять
мало
влияло
на
сельскохозяйственное
производство,
которое
по-преж
нему
имело
высокую
продуктивность.
Разведение
скота,
возделывание
злаков,
виноградников,
плодовых
деревьев
и
промышленных
растений
продолжали
процветать
еще
100
лет.
Путешественники,
например
Идриси
(арабский
географ
и
путешественник
ХН
в.
-
Пер.)
и
Вениамин
из
Ту
делы
(раввин
из
города
Тудела
на
севере
Испании,
совер
шивший
в
ХН
в.
паломничество
в
Святую
землю
и
оста
вивший
об
этом
знаменитые
путевые
записки.
-
Пер.),
продолжали
восхвалять
изобилие
«всех
продуктов
ПРИРОДЫ»
В
«Романии»
(так
называлась
Восточная
Римская
империя,
когда
существовала,
Византией
ее
стали
называть
западные
ученые
после
того,
как
ее
не
стало.
-
Пер.).
Но
после
смут
ного
времени,
которое
началось,
когда
перестала
существо
вать
династия
Комнинов,
и
войн,
которые
империи
при
шлось
вести
с
латинянами
(крестоносцами),
болгарами
и
турками,
процветанию
сельских областей
пришел
конец.
В
XIII
в.
государство,
когда-то
восхищавшее
жителей
За
пада,
стало
вызывать
у
своих
соперников
презрение
и
жа
лость,
а
земли
у
него
было
недостаточно
для
нужд
даже
того
населения,
которое
уцелело
от
опустошительных
бедствий.
В
предыдущем
веке
Византия
еще
имела
многочисленную
городскую
буржуазию
и
активную
промышленность.
Визан
тия
еще
бьmа
чудом
света,
средоточием
богатства
и
велико
лепия,
чьим
блеском
быстро
начали
восхищаться
крестонос
цы
и
где,
по
словам
ВилларДУэна,
бьmи
собраны
«все
богатства
мира».
Город
Салоники
(Фессалоника),
уже
разграбленный
в
1185
г.,
тем
не
менее
показался
этому
сельскому
барону
«од
ним
из
сильнейших
и
богатейших
городов
христианского
мира».
Но
это
бьmи
последние
отблески великого
огня,
кото
рый
с
каждым
веком
горел
все
слабее.
Вскоре
западная
про
мышленность
отняла
у
Востока
его
давние
и
прибьmьные
монопольные
статьи
дохода.
Прежние
корпорации,
которые
298
когда-то
давали
силу
торговому
и
промышленному
сосло
виям,
навлекли
на
себя
подозрения
деспотической
власти
императоров
и
перестали
сушествовать.
Экономическая
ак
тивность
бьша
уничтожена
чрезмерными
требованиями
каз
начейства
и
конкуренцией
с
иностранцами.
Торговля
полностью
перешла
в
руки
венецианцев,
гену
эзцев,
пизанцев,
каталонцев
и
купцов
из
Прованса
и
Ланге
дока.
«Италия
врывается
в
Византию
на
всех
парусах»,
-
писал
Никелас.
После
возвращения
Палеологов
к
власти
настоящей
хозяйкой
торговли
стала
Генуя,
хотя
с
ней
со
перничала
Венеция.
«Она
закрывает
для
римлян
(то
есть
для
жителей
Византии,
которая
официально
называлась
Вос
точной
Римской
империей.
-
Пер.) все
торговые
пути»,
-
отметил
один
византийский
историк.
В
городах,
например
в
Салониках
и
Адрианополе,
ремесленники
воевали
с
бога
тыми
горожанами, и
эти
междоусобные
войны
до
конца
раз
рушили
процветание
городов.
Империя,
которая
в
течение
какого-то
времени
владела
«двумя
третями
всех
богатств
мира»
и
экономически
господствовала
над
ним,
меньше
чем
за
200
лет
потеряла
и
свое
богатство,
и
свое
главенство.
Вместо
нее
лидером
цивилизации
стал
Запад.
Француз
ские
бароны
принесли
западный
феодализм
в
Романию
(захваченные
ими
византийские
земли),
в
том
числе
Архи
пелаг
(острова
Эгейского
моря)
и
Грецию.
В
XIII
в.
они
на
короткое
время
вернули
материальный
достаток
в
Ахайю
(область
на
севере
Пелопоннеса.
-
Пер.),
но
не
сумели
уберечь
эти
области
от
анархии
и,
как
правило,
только
ускоряли
разорение
управляемых
земель.
Но
в
Центральной
и
Восточной
Европе
Запад
лучше
вы
полнил
свою
цивилизующую
роль,
иногда
при
этом
воз
обновляя
и
продолжая
то,
что
начал
Восток.
В
ХI
в.
варо
ды,
жившие
на
этих
обширных
землях,
-
славяне,
румыны
и
мадьяры
(венгры)
по
большей
части
еще
не
прошли
ста
дию
варварства
и
примитивной
экономики.
Они
жили
охо
той,
рыболовством
и разведением
скота.
Сельское
хозяй
ство
у
них
было
слабо
развито,
а
в
торговле
они
знали
только
ее
простейшие
формы.
Городов
у
них,
по
сути
дела,
не бьшо. (Автор необъективен.
Только
на
Руси
в
ХI
в.
было
около
100
больших
и
малых
городов,
к
ХIII
в.
-
около
300.
Домонгольская
Русь
в
ХI
-
первой
трети
XIII
в.
была
бо
гатым
и
сильным
по
тому
времени
государством
(хотя
и
299
раздробленным
на
княжества).
Правители
Византии,
Вен
грии,
Польши,
Германии,
Франции,
Норвегии
и
др.
стре
мились
к
династическим
связям
с
русскими князьями
(вспомним
дочерей
Ярослава
Мудрого,
одна
из
которых
стала
королевой
Франции).
Могучее
развитие
Руси
было
остановлено
на
взлете
страшным
моноголо-татарским
на
шествием
и
последовавшим
за
ним
игом.
-
Ред.)
Некото
рые
из них,
например
сербы,
болгары,
русские
и
влахи,
то
есть
румыны,
были
обращены
Византией
в
христианство
и
испытали
ее
влияние,
на
смену
которому
с
ХН
в.
пришло
влияние
Запада.
Другие,
например
мадьяры
(венгры),
хор
ваты,
чехи,
словаки
и
поляки,
приняли
христианство
от
западных
апостолов
и
пришли
к
цивилизованному
суще
ствованию
под
благоприятным
влиянием
самого
Запада.
Греческие
миссионеры
и
купцы
расселились
по
всем
Бал
канам,
а
французские
монахи,
итальянские
купцы
и,
в
пер
вую
очередь,
множество
колонистов
-
ремесленников,
солдат
и
торговцев
немецкого
происхождения
-
проникли
в
Центральную
Европу.
Деятельность
византийцев
по
освоению
новых
земель
по
могла
болгарам
и
южным
славянам
разрабатывать
их
при
родные
ресурсы,
но
такая
же
деятельность
жителей
Запада
значительно
превзошла
ее
по
мощи
и
влиянию.
Именно
бла
годаря
западным
поселенцам,
толпами
приезжавшим
из
Германии
и
Нидерландов,
а
также
французским
монахам
Богемия
(Чехия),
Моравия,
Словения,
Венгрия,
Трансиль
вания,
Польша,
Литва,
Пруссия
и
Ливония
начали
ту
вели
кую
работу
по
расчистке
от
леса
и
заселению
своих
земель
(насчет
Польши
и
Литвы
автор
заблуждается.
-
Ред.),
ко
торая
стала
выдающимся
событием
в
истории
этих
стран
и
областей
в
эпоху
Средних
веков.
По
призыву
королей, епи
скопов
и
аббатств
тысячи
энергичных
западных
крестьян
-
которых
часто
сопровождали
чиновники
(тinisteriales)
или
деревенские
дворяне,
желавшие
добыть
себе
поместья,
а
также
священнослужители,
желавшие
получить
бенефи
ции,
-
вырубали
леса,
осушали
болота и
основывали
мно
жество
селений
или
«новых
городов».
К
несчастью,
они
не
желали
иметь
ничего
общего
с
местным
населением.
Они
добились
для
себя
не
только
свободы,
но
и
привилегий,
ко
торые
часто
бьmи
слишком
большими,
а
потому
прошло
со
всем
немного
времени,
и
на
них
стали
смотреть
как
на
па-
300