Ключник Роман. Лекции в народном университете Том 3. Террористическая война в России 1878-1881гг

Подождите немного. Документ загружается.

– 122 –

отец всей европейской демократии. Поэтому, какие могут быть претен-

зии к демократии. Коммунисты — это самые первые в мире демократы,

красные демократы, а теперь у власти синие демократы. Получили, что

проповедовали.

— А вы что предлагаете? Вы против равенства людей?

— А скажите — на чём основывал идею равенства Маркс, знаете?

— Да, — ответил один грамотный рабочий, очень пламенный мар-

ксист, — на устранении разделения труда, чтобы все были равны, чтобы

каждый мог заниматься любым трудом, чтобы не было разницы между

физическим и умственным трудом, чтобы…

— Спасибо, хватит, — всё точно и верно. А теперь вы — сочините мне

симфонию, а вы — её сыграйте, а вы — выучите пять основных мировых

языков и преподавайте их в вузе, а этому пекарю скажите — пусть сде-

лает операцию на сердце или глаз. Попробуйте заняться любым делом

или освоить любое дело.

Наступила неуклюжая тишина. Затем один из них сказал неуверен-

но: «Если бы была возможность — почему бы и нет».

— Знаете, уважаемые, одно — теория молодого 27-летнего Маркса,

другое — истины жизни. Все вы, мы, — имели идеальные условия бес-

платно учиться в СССР, — однако… Даже, если я сейчас дам вам много

денег на учёбу — вот этот молодой человек может и не сделать операцию

на глаз или сердце, — ибо ещё нужно призвание, нужен ещё талант. Вы

сами понимаете, что это невозможно, что это абсурд. А самое страшное,

что это не мелочь. Это имело и имеет потрясающие последствия. Мне при

коммунистах в СССР жилось неплохо — не скрою, и сейчас не жалуюсь.

Однако в СССР, когда я ещё учился в вузе и получал 50 рублей стипен-

дию, вы не хотели учиться или у вас не было способностей, и уже работали

и получали около 180 рублей. А когда я окончил и приступил к работе,

получая 120 рублей — вы получали уже 250 рублей, а то и больше и уже,

возможно, получили квартиру. Мне, чтобы нормально жить, приходилось

не только инженерить, а ещё подрабатывать сторожем в детском саду и

грузчиком на грузовой станции. А другие мои коллеги просто играли на

работе в шашки, шахматы или мастерили какой-то левак. Ведь так было.

И что в результате? — Наша страна проиграла в экономической конкурен-

ции и рухнула. Вы теперь покупаете не мною изобретённый телевизор, а

японским интеллигентом, не мною изобретённую микроволновую печь —

а шведского интеллигента, автомобиль — немецкого и т. д. И работать

сейчас будете под руководством иностранных интеллигентов, со всей их

пресловутой эксплуатацией. Вот так. Спасибо. До свидания.

С вами приятно было поговорить.

Но никто из них не уходил. Они, как бы ждали, что я продолжу и

укажу выход из этой ситуации.

– 123 –

— Да, было так, — сказал один из них, с виду интеллигент.

— Да, были, конечно, перекосы, — сказал задумчиво рабочий, и до-

бавил, — это специально вредили, чтобы разрушить СССР.

— Нет, — сказал я, — это фундамент идеологии.

Мы стояли молча; я смотрел на них растерявшихся, а они о чём-то

думали. Чувствовалось, что между нами появилась какая-то симпатия

и общность, мы находились в одном демократическом красно-синем

дерьме, в одной беде. Я ещё раз попрощался и пошёл. Двое из них меня

догнали, и спросили очень дружелюбно — в какой я состою партии? Я

ответил им — в никакой, и опять пошёл.

Вернёмся к Марксу и убедимся ещё раз, что Маркс твёрдо стоял на

своей ошибке, послушаем несколько его маразмов — Маркс: «Дело в

том, что как только появляется разделение труда, каждый приобретает

свой определённый, исключительный круг деятельности, который ему

навязывается и из которого он не может выйти... тогда как в коммуни-

стическом обществе… общество регулирует всё производство и именно

поэтому создаёт для меня возможность делать сегодня одно, а завтра

другое…». Большую часть книги «Немецкая идеология» Маркс полеми-

зирует почти со всеми современными ему философами, «врукопашную»

кромсая их всех своей повальной критикой, показывая этим, что он один

только прав. В этой книге Маркс вписал свою находку — пролетариат

в свою философскую концепцию, и саму эту концепцию уже почти

закончил.

Далее Маркс развивает со школы знакомые нам темы: о диктатуре

пролетариата, о разрушении старой государственной машины, о «стои-

мости труда»… Стоит процитировать одно интересное высказывание

Маркса в этой книге: «Это баранье, или племенное, сознание получает

своё дальнейшее развитие, благодаря росту производительности, росту

потребностей…». Здесь у Маркса всё точно как у Руссо — эти растущие

коварные потребности есть само зло, они портят человека, развращают

и изменяют в худшую сторону.

До конца своей жизни Маркс уже ничего нового не придумает, заме-

нит лишь выражение «стоимость труда» на «стоимость рабочей силы»,

а «цена труда» — на «цена рабочей силы».

– 124 –

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Коммунизм из сионизма

Стоит обратить внимание на один очень существенный момент —

Маркс сотни раз будет повторять о диктатуре пролетариата, но ни разу с

этого момента, ему 27 лет, и до конца жизни так и не пояснит важнейшую

вещь — что должен делать конкретно пролетариат, когда придёт к вла-

сти, — что пролетариат должен делать, когда он разрушит государство.

Ленин за это будет потом крепко проклинать Маркса, когда наступит

решающий момент — разрушать Россию.

С одной стороны, по логике Маркса о новом государстве и речи не

могло быть — ведь оно «исторически отмирает»… Но, с другой, — ведь

должно же как-то выглядеть будущее? Ведь как-то будет организовано

общество? А ведь организация жизни общества — это государство…

С уверенностью можно утверждать, что долго и мучительно два

«великих» теоретика ломали головы над этим важнейшим вопросом —

трагедией «отсутствия будущего» в результате разрушения государства.

И все-таки что-то придумали. В октябре 1847 года выходит их «труд» под

многообещающим названием «Принципы коммунизма» за авторством

Энгельса. В нём наши умники попытались описать принципы будуще-

го коммунистического общества. Серьёзно эту попытку невозможно

воспринимать. Например, в этой работе мы можем обнаружить такого

рода тезисы — «Образование промышленных армий, в особенности

для сельского хозяйства» (этим советом воспользовались в Китае) или

«Одинаковое право наследования для брачных и внебрачных детей»,

или — «противоположность между городом и деревней исчезнет. Одни и

те же люди будут заниматься земледелием и промышленным трудом».

С одной стороны — мы видим характерный для марксизма маразм.

А с другой — возникает несколько закономерных вопросов — мы впер-

вые в этом исследовании встретили слово «коммунизм», и после этого

– 125 –

Маркс вставил это слово в название своего знаменитого «Манифеста

коммунистической партии», — откуда молодые люди в 40-х годах взя-

ли это слово без конкретного понятия? Как пришли к этому понятию

коллективной жизни людей?

В изданной в 2001 году в России книге американский исследователь

Давид Дюк писал: «Я искал информацию о Карле Марксе в еврейских

энциклопедиях, и к своему изумлению обнаружил, что человеком, ко-

торый научил его многим принципам коммунизма, был Моисей Хэсс.

Может показаться невероятным, но современные лидеры сионизма чтят

Моисея Хэсса (1812–1875 гг.) как предтечу современного сионизма. В

«Энциклопедии сионизма в Израиле», под библиографической сноской

на Моисея Хэсса можно найти следующую информацию:

«Пионер современной теории социализма, социальный философ и

предтеча сионизма… Хэсс был, таким образом, предтечей политического

и культурного сионизма и социалистического сионизма в особенности.

Карл Маркс и Фридрих Энгельс признавали, что они многое почерпнули

у него в течение созидательных лет коммунистического движения…».

Нет оснований сомневаться в информации еврейских учёных, рабо-

тавших над таким важным произведением. Теперь мы получаем ответы

на возникшие вопросы. Мы наблюдаем очень важный факт — один ис-

точник двух идей: старой сионистской и новой коммунистической.

Чтобы понять образ старшего товарища — помощника молодых тео-

ретиков коммунизма, послушаем его высказывание — Моисей Хэсс:

«Мы, евреи, всегда должны оставаться чужестранцами среди гоев

(неевреев)… Факт остаётся фактом, что еврейская религия — выше

всякого еврейского национализма. Каждый и всякий еврей, независимо

от того хочет он этого или нет, автоматически, в силу своего рождения,

связан узами солидарности со всей своей нацией… Человек должен быть

сначала евреем, и только во-вторых человеком».

Слово и понятие «коммунизм» произошло от «коммуна», которое

обозначает некий коллектив людей, живущих совместно на основе

определённых принципов. А, бесспорно, — из всей богатой человече-

ской истории самый успешный и живучий подобный коллектив — это

еврейский кагал. Теперь понятна осторожность авторов — почему под

«Принципами коммунизма» не подписался Маркс, а это сделал немец

Энгельс — чтобы не подавать поводов к подозрению об источниках их

новой идеи. Теперь и более понятными становятся такие удивительные

марксистские слова-понятия как — «гегемония» и «диктатура». Моло-

дые люди не без подсказки просто сняли копию, и в старой еврейской па-

радигме гегемонии старые слова заменили на новые. И старая еврейская

религиозная парадигма об избранности и гегемонии еврейского народа

над другими народами чудным образом превратилась в избранность и

– 126 –

гегемонию пролетариата над другими слоями общества. Но ведь ковар-

ный Маркс понимал, что над стоящим над всем пролетариатом кто-то

ещё должен стоять… и рулить этим пролетариатом, как катком.

Маркс из иудаизма родил свой марксизм, из иудаизма родилось и

христианство, а последователи Маркса взяли за основу и марксизм и

иудаизм и христианство — В. В. Можаровский:

«Несмотря на то, что советская идеология никогда реально не выхо-

дила за пределы православного пространства, она, как и западная инфор-

мационная экспансия, характеризовалась установками на абсолютность

и «вселенскость» своих положений, непременно должных со временем

охватить и переустроить все человечество. Средоточием подобной

идеологии выступала, во-первых, «абсолютная троица», символически

выражаемая тремя рядом поставленными головами или тремя лицами:

Марксом, Энгельсом и Лениным. Все те писания, которые исходят

непосредственно от самой троицы, полагались священными, точнее,

полагалось, что если придерживаться безотносительной и обязательной

для всех истины, заключённой в писаниях, то это приведёт к исполне-

нию определённых обетований. Ссылки на них были необходимы, они

предписывались для любой гуманитарной работы, диссертации или

исследования.

Причём два из лиц троицы (Карл Маркс и Фридрих Энгельс —

«отец» и «дух»…) оставались трансцендентными или потусторонними

для советской действительности, а третье лицо, во-вторых, воплотив-

шись, принесло себя в жертву за всех обездоленных, обделённых и стра-

ждущих людей, оно создало реальное государство, стержнем которого

всегда должна выступать священная партия (красная «церковь»)… Та-

ким образом, три основных догмата — о «троице», о «боговоплощении»,

и о «церкви» — по-прежнему выступали необходимым психологическим

содержанием советской идеологии. Впоследствии активно развивался

культ мучеников за советскую веру и культ страстотерпцев. Партий-

ные съезды, как Церковные Соборы, собирались каждые 4-5 лет. Они

изрекали непреложную истину, которую всем мирянам следовало испо-

ведовать, а также периодически осуждали еретиков…» (В. В. Можаров-

ский «Догматическое мышление и религиозно-ментальные основания

политики» (СПб, 2002 г.).

Старую еврейскую идею терпения-страдания, ставшую атрибутом

христианства, марксисты обыграли многогранно. Если раньше люди

страдали, терпели, боролись и умирали с надеждой на дальнейшую

счастливую жизнь в неком царстве небесном, то теперь они должны

будут страдать, терпеть, отчаянно бороться и героически умирать и

плюс — самозабвенно работать за гроши (!) в надежде, что скоро они

будут жить в раю на земле под названием «Коммунизм».

– 127 –

И теперь каждый оболваненный марксистом рабочий лелеял наде-

жду — если при нашей жизни эта сладкая фантастическая цель не будет

достигнута, то пусть хотя бы наши внуки поживут в этой сказочной стра-

не. И если даже ничего не получится… — зато какая красивая мечта…

А авторы также задумчиво и мечтательно могли сказать — цель,

конечно, — ерунда… — зато каков будет сам процесс — красота миро-

вой революции: много революций, многие тысячи и многие миллионы

трупов, всё в огне, разрушены глупым пролетариатом все государства

и свергнуты все национальные правительства и монархии — послед-

ние обязательно с целью безвозвратности расстреляны… Кстати, а в

конце этого процесса — кто этими обезглавленными народами будет

руководить?

Итак, «заслуги» молодого еврейского мудреца Маркса понятны, ос-

талось для полноты картины посмотреть — что он совершил на практике,

как пытался что-то реализовать из своих выдумок.

– 128 –

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Революционная практика и предательство Маркса

Теоретические изыски Маркса не остались в Европе незамеченны-

ми — Прудон написал критическую книгу под названием «Философия

нищеты». Маркс не мог не ответить и написал — «Нищета философии»,

которую издал в июле 1847 года. Ничего нового в ней не было. После

чего Маркс решил перейти от теории к практике. Вначале Маркс попы-

тался из своего пресс-центра в Брюсселе под названием «Коммунисти-

ческий корреспондентский комитет» создать некую революционную

организацию. Но сотрудники не поняли его замысла, и у Маркса ничего

не получилось. Тогда Маркс решил воспользоваться чужой готовой

организацией и использовать метод «кукушки». Для этого в 1847 году

Маркс и Энгельс едут в Англию и вступают в лондонскую организацию

под характерным масонским названием «Братские демократы», лозунг

которых был — «Все люди братья».

Вначале под влиянием новичков эта организация меняет название

на «Союз справедливых». Но для Маркса этого мало — он настаивает,

чтобы это была организация сугубо рабочих, типа партии, и чтобы со

слов Маркса — это была «особая партия, отдельная от всех других и

противостоящая им». Понятно, что после этого о всеобщем братстве

говорить уже сложно. Старый лозунг теоретики марксизма поменяли

на новый: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», который уже имел

идеологическую основу, данную Энгельсом в «Принципах коммунизма»:

«Может ли эта революция произойти в какой-нибудь стране? Нет… Она

есть всемирная революция и будет поэтому иметь всемирную арену».

Нам теперь, конечно, смешно и горько это слушать, но тогда молодые

люди типа Маркса и Энгельса вполне серьёзно подобное утверждали, а

через полвека Ленин-Бланк и Бронштейн решили вполне серьёзно это

реализовать.

– 129 –

В конце концов Маркс и Энгельс в короткий срок видоизменили

эту мирную масонскую организацию до неузнаваемости — в декабре

1847 г. на своём очередном заседании эта лондонская организация была

уже переименована в «Союз коммунистов», устав, которого звучал уже

предельно агрессивно: «Целью союза является свержение буржуазии,

господство пролетариата, уничтожение старого, основанного на антаго-

низме классов буржуазного общества и основание нового общества без

классов и без частной собственности».

Понятно, что организация, провозглашающая подобное, должна

быть тайной, террористической, а существующие власти обязательно

должны с ней бороться. Программу новой организации рьяно взялся

писать Маркс — и в начале 1848 года Европа увидела «Манифест ком-

мунистической партии» — программу международной революционной

партии рабочего класса.

По-прежнему агрессивное революционное настроение Маркса не

понимает и не поддерживает большинство его соратников по коррес-

пондентскому комитету в Брюсселе. Поэтому Маркс выходит из него

и объявляет о создании организации под названием «Демократическая

ассоциация». После создания тайной международной революционной

партии по замыслу Маркса — во всех странах Европы и в Америке долж-

ны быть созданы открытые, легальные общества рабочих, которые будут

легальными ячейками и представителями партии, и в которых партия

будет вести просветительскую и агитационно-революционную работу.

Почти одновременно с выходом «Манифеста…» и без всякой связи

с Марксом в начале 1848 года происходит очередное революционное

восстание в Париже, где восставшие захватывают власть. Маркс как

«выдающийся» революционер должен был бы ехать в Париж и возгла-

вить восставших — для полного разрушения государства Франция, но

он этого не делает, считает, вероятно, что там дело уже почти сделано и

без него братьями Бланками, и решает разрушить Бельгию — для чего

начинает интенсивно собирать деньги на оружие для своей новой ор-

ганизации. В этих условиях бельгийские власти начинают принимать

страховочные меры и объявляют о высылке из страны Маркса и других

заговорщиков-террористов, собирающихся свергать власть вооружён-

ным путём. Маркс уезжает в Париж. А немного позже приезжает в

Париж и Энгельс.

Но вместо того, чтобы принять участие в очередной французской

революции и помочь восставшим построить новое общество, — Маркс

в Париже развёртывает активную деятельность против революционной

организации немецких эмигрантов под названием «Немецкое демокра-

тическое общество», которая существовала в Париже уже давно. Он

создаёт альтернативную организацию под названием «Клуб немецких

– 130 –

рабочих», и чтобы перетянуть к себе немецких эмигрантов, просит извест-

ного революционного французского деятеля Кабэ, чтобы тот опублико-

вал в своей газете информацию о том, что единственным представителем

немецких рабочих в Париже является его — Маркса организация.

Таким образом, Маркс пытался изолировать, уничтожить конку-

рентов и добиться полной своей доминанты в эмигрантской среде. Но

ничего из этого у него не получилось. Этим он только ухудшил себе

репутацию и поссорился с немецкими революционерами, которые пред-

лагали сформировать во Франции несколько вооружённых легионов из

немецких революционеров-эмигрантов и переправить их в Пруссию,

таким образом экспортируя, перенося в Пруссию революцию. Маркс

был против этой идеи, он предлагал просочиться немецким революцио-

нерам-эмигрантам в Пруссию поодиночке и начать будоражить массы,

поднимать их на вооружённое восстание.

Пока шёл этот спор и борьба Маркса против других революционных

организаций, в Германии 18 марта 1848 года произошли революционные

события и без парижских теоретиков, типа Маркса.

И Маркс уезжает в Германию. На этом этапе необходимо кратко

описать ситуацию в Германии.

Экономический кризис в Европе отразился на Германии, состоявшей

в то время из 36 княжеств, особенно болезненно. Безработица, голод,

голодные бунты, немцы в больших количествах эмигрируют в Америку.

На фоне этого происходят беспорядки в Берлине, в котором действовала

революционная организация «Союз справедливых», созданная Вейт-

лингом, аналог одноимённой лондонской организации. В этой ситуации

5 марта собрались во Франкфурте-на-Майне 50 самых известных и

активных парламентариев, пользующихся популярностью и доверием

в обществе, чтобы создать общенемецкий парламент — Национальное

собрание, и провести необходимые реформы. Во многих городах Гер-

мании произошли многотысячные митинги в их поддержку. 18 марта

перед королевским дворцом собралась внушительная толпа, требующая

у короля поддержки нового парламента и проведения реформ. Король

дал приказ разогнать митингующих, в результате чего произошёл боль-

шой бой, длившийся до самого утра.

После этого во многих местах Германии вспыхнули восстания. Вос-

ставшие сжигали усадьбы помещиков, захватывали власть в городках и

даже в целых регионах. Но создание нового общенационального парла-

мента, которое должно было провести реформы и принять Конституцию,

шло очень медленно. В этих условиях в апреле 1848 года в Германию

приезжают с целью принять участие в революции Маркс и Энгельс, кото-

рые выбирают для обоснования один из самых промышленных городов

южной Германии — Кёльн, знакомый Марксу по прежней работе.

– 131 –

Участие Маркса и Энгельса в революции по их замыслу должно

выглядеть в виде создания в Кёльне собственной газеты и выражения

с её страниц своих взглядов и мнений — проповедей для пролетариата,

эта газета должна была быть учителем пролетариата. Это выглядело не

столько как помощь революции, но как реванш — когда Маркса выгнали

из газеты в 1844 году.

И в начале июня выходит первый номер газеты Маркса «Новая

рейнская газета», название которой очень напоминает ту, с которой

Маркса выгнали. Но это уже совсем другая газета.

И. Р. Шафаревич в своём исследовании постарался и нашёл в архи-

вах эту газету, заглянем в парочку её номеров: «…существует только одно

средство для того, чтобы сократить, упростить и локализовать кровожад-

ную агонию старого общества и кровавые родовые муки родов нового

общества, только одно средство — революционный террор» (Маркс,

«Новая Рейнская газета» от 7 ноября 1848 года), «Мы беспощадны и не

ждём никакой пощады. Когда придёт наш черед, мы не будем прикра-

шивать террор» (Маркс, та же газета от 8 мая 1849 года).

Когда пришёл черёд марксистов-террористов в России, они террор

не прикрашивали — они им упивались. По-моему, даже Бен Ладен или

Басаев подобного не говорили. Как видим — это газета террористов,

пропагандирующая самый кровавый терроризм, и Маркс, бесспорно,

является террористом.

Во Франции летом 1848 власти легко расправляются с восставшими.

И как отголосок прекращения революции во Франции, — в Германии в

сентябре король стягивает к Берлину войска и меняет правительство.

А уже в ноябре недавно избранное Национальное собрание выражает

этому правительству недоверие. Как ответ этому — правительство

объявляет Берлин на осадном положении, распускают Национальное

собрание, закрывают газеты и многочисленные клубы. Но (!) — консер-

вативные силы одновременно с этим вводят в действие Конституцию,

выработанную распущенным Национальным собранием, и на 8 декабря

назначают созыв нового парламента. После беспорядков в Кёльне 25

сентября этот город также был объявлен на осадном положении, а из-

дание газеты Маркса и Энгельса было приостановлено.

Однако скоро осада была снята, и Маркс стал опять издавать газе-

ту. После указанных ноябрьских событий в Берлине Маркс 17 ноября

через свою газету взывал к народу: «...С сегодняшнего дня налоги отме-

няются!!! Уплата налогов является государственной изменой, отказ от

уплаты налогов — первый долг гражданина!» Запомните этот случай,

ибо в России подготовка к революции также начнётся с таких же точно

призывов к российским крестьянам еврейского интеллигента Натансона

и его ходоков в народ.