– 183 –
относится к 60–70-м гг., когда в связи с ликвидацией крепостного права
помещики выбросили на рынок массу имений и лесов». Но радостные
для либералов фразы: «расширение товарооборота между…» или увели-
чение экспорта древесины» имеет иногда и другую — черную сторону, о
которой в 1873 году с болью в сердце в журнале «Гражданин» отмечал
Ф. М. Достоевский:
«Вот Россию безлесят, помещики и мужики сводят лес с каким-то
остервенением. Положительно можно сказать, что он идет за десятую
долю цены, ибо — долго ли протянется предложение? Дети наши не ус-
пеют подрасти, как на рынке будет уже в десять раз меньше леса. Что же
выйдет, — может быть гибель. А между тем, подите, попробуйте сказать
что-нибудь о сокращении прав на истребление леса и что услышите?
С одной стороны, государственная и национальная необходимость, а
с другой — нарушение прав собственности, две идеи противополож-
ные. Тотчас же явятся два лагеря, и неизвестно еще, к чему примкнет
либеральное, всё решающее мнение… (О, — как это нам всё знакомо…
— Р. К.)
Вон жиды становятся помещиками, — и вот, повсеместно, кричат и
пишут, что они умерщвляют почву России, что жид, затратив капитал на
покупку поместья, тотчас же, чтобы воротить капитал и проценты, иссу-
шает все силы и средства купленной земли. Но попробуйте сказать что-
нибудь против этого — и тотчас же вам возопят о нарушении принципа
экономической вольности и гражданской равноправности. Но какая же
тут равноправность, если тут явный и талмудный Status in Statu прежде
всего и на первом плане, если тут не только истощение почвы, но и гря-
дущее истощение мужика нашего, который, освободясь от помещиков,
несомненно и очень скоро попадет теперь, всей своей общиной, в гораздо
худшее рабство и к гораздо худшим помещикам — к тем самым новым
помещикам, которые уже высосали соки из западнорусского мужика, к
тем самым, которые не только поместья и мужиков теперь закупают, но
и мнение либеральное начали уже закупать и продолжают это весьма
успешно. Почему это всё у нас?
Почему такая нерешимость и несогласие на всякое решение, на ка-
кое бы ни было даже решение (и заметьте: ведь это правда)? По-моему,
вовсе не от бездарности нашей и не от неспособности нашей к делу, а от
продолжающегося нашего незнания России, ее сути и особи, ее смысла
и духа, несмотря на то, что, сравнительно, со времен Белинского и сла-
вянофилов у нас уже прошло теперь двадцать лет школы».
Славянофил Ф. М. Достоевский в этом и других вопросах проти-
востоял не только западникам, либералам, и алчному еврейскому со-
обществу, но и бездарному Александру II, необоснованно спешившему
со своими «спасительными», как он думал, реформами и попутавшему