Шейпак А.А. История науки и техники. Материалы и технологии. Учебное пособие. Часть 2

Подождите немного. Документ загружается.

191

1912 г. Добавляемый к сточной воде ил, населенный аэробными бактерия-

ми, и активный ил были разработаны в США.

В 1890 г. в Лондоне было 5,7 млн. жителей, 184 насосные станции и

водопроводные пути общей длиной 7 700 км. Города Англии стали самыми

здоровыми в мире. В Петербурге смертность была на 15% выше, чем в са-

мом неблагоприятном

районе Лондона. Смертность в Нью-Йорке была

выше, чем в Манчестере; в Париже и Берлине - выше, чем в Ливерпуле.

Доклад Чэдвика (Edvin Chadwick) стал поворотным пунктом в исто-

рии санитарии.

5.2.2.

МОСКОВСКАЯ ВОДА

Первый водопровод появился в Москве в XIV в., в годы правления

Ивана Калиты. На территории Кремля выстроили потайной колодец, воду

в который подавали самотеком по деревянной трубе из Москвы-реки. К

1389 г. относится упоминание о гидросиловой установке в Москве: Дмит-

рий Донской завещал своей жене село с мельницей на реке Яуза

Второй кремлевский водопровод появляется на рубеже XVI в., во

времена Ивана III. Когда строили каменные стены Кремля, под Собакиной

башней обнаружили ключ с чистой питьевой водой и провели самотечную

галерею к Троицкой и Никольской башням и в центр Кремля.

Спустя полтора в. пришла пора и третьего кремлевского водопровода.

Тогда Кремль был настоящим

городом в городе. Здесь насчитывалось до

двадцати улиц, находились два монастыря, храмы, дворцы и все необхо-

димое для жизни - конюшни, поварни, бани. Многочисленные сады на тер-

ритории Кремля требовали значительного объема воды.

Горожане, жившие вне стен Кремля, черпали воду из водоемов, кото-

рые год от года становились все грязнее. Дело в

том, что нечистоты тогда

выбрасывали и на лед рек, весной в паводок эта грязь попадала в воду, что

приводило к страшным эпидемиям, выкашивавшим целые районы. Кто

был побогаче - рыли колодцы.

Во время царствования Екатерины II москвичи не раз обращались к

императрице с просьбами провести в город чистую питьевую воду. В

1779 г

. императрица издает указ, которым повелевает наладить водоснаб-

жение столицы. Работы поручаются инженеру Бауэру, генерал-поручику.

На эти цели выделяется очень большая по тем временам сумма – 1 млн.

100 тыс. руб. Императрица повелела также выделить 400 солдат для строи-

тельства водопровода.

Бауэр начал с поисков крупных источников воды. Естественные клю-

чи были вблизи подмосковного

села Большие Мытищи, на Пресне, в селе

Преображенском, за Рогожской и Трехгорной заставами и в других местах.

Наиболее сильными оказались мытищинские (Святой и Громовый ключи).

От них-то и началось строительство московского водопровода с самотеч-

ным потоком воды.

192

От села Большие Мытищи воду подавали по кирпичной подземной

галерее. Она проходила примерно по трассе нынешней Ярославской же-

лезной дороги. В районе нынешней улицы Докукина через речку Яузу

проложили акведук - сохранившийся до наших дней арочный мост, на-

званный в народе «миллионным». Строительство водопровода продолжа-

лось четверть в., ему помешали две русско

-турецкие войны. Пришла мы-

тищинская вода в столицу 28 октября 1804 г. Эта дата считается днем рож-

дения московского водопровода.

По расчетам Бауэра, из Мытищ можно было выбирать по 330 тысяч

ведер в сутки. Но за долгие годы строительства галерея просела, не очень

прочной оказалась кирпичная кладка и часть воды терялась. Поэтому, не-

смотря на несколько крупных переделок водопровода, проблема обеспече-

ния города водой сохранялась долгие годы. Москва по-прежнему задыха-

лась от ее недостатка.

После завершения строительства и начала эксплуатации к 1826 г. в

водопроводной сети был замечен ряд дефектов и просачивание в нее грун-

товых, недостаточно чистых, вод. В том же году — уже

император Нико-

лай I — приказывает привести в порядок систему водоснабжения. Полови-

ну издержек по исправлению водопровода возложили на государственное

казначейство, а другую часть, по постановлению Комитета министров, ре-

шено было взять из «экономических сумм московской столицы». Работы

были проведены к 1835 г. Часть екатерининской магистрали от Мытищ до

села Алексеевского была признана

достаточно исправной, за исключением

небольшого участка в Сокольниках, где в 1828 г. обвалилась водопровод-

ная галерея. Из Алексеевского в резервуар Сухаревой башни вода потекла

в новых чугунных трубах. Вблизи села было устроено водоподъемное зда-

ние с двумя паровыми машинами. От Сухаревой башни вода направлялась

в шесть водоразборных фонтанов на городских площадях: Шереметевский

(на Сухаревской), Лубянский (на Лубянской), Петровский (на Театраль-

ной), Воскресенский (на Воскресенской), Варварский (на Варварской) и

малый фонтан в Зарядном переулке. На последнем заканчивалась магист-

раль Мытищинского водопровода. От больших фонтанов были и отводы:

от Шереметевского — в Сандуновские бани, от Лубянского — в три водо-

ема на случай пожара в Китай

-городе (на Никольской, Ильинке и Варвар-

ке) и в бани купца Челышова. От Петровского фонтана вода шла также в

бани Челышова и поступала во Временную тюрьму («Яму», имевшую

свою баню, построенную стараниями А. Шульгина). От Воскресенского

фонтана снабжались здания Кремлевского дворца, а от Варварского —

Императорский Воспитательный дом. Обновленный водопровод давал

сутки 200 тыс. ведер воды.

Шли годы, и в водопроводе снова появились трещины. Объем дохо-

дящей до водоразборных сооружений воды уменьшился вдвое, а население

города в это время значительно увеличилось.

193

Решено было устроить при Бабьегородской плотине на Москве-реке

водоподъемное здание. От него после 1852 г. вода по чугунным трубам

пошла к Арбатской и Тверской площадям. Но в этих районах уже не уст-

раивались фонтаны. Вода лилась из публичных колодцев с бассейнами.

Излишки воды из этих колодцев запасались в подземных резервуарах.

1853-58 гг. начальником московского водопровода был инженер

Дельвиг (двоюродный брат поэта Дельвига). За пять лет он полностью пе-

рестраивает Мытищинский водопровод. Это была революция - из самотеч-

ного водопровода делают водопровод напорный, все утечки сразу прекра-

щаются. С 1 ноября 1858 года в Москву поступает 500 тыс. ведер воды в

сутки.

В Мытищах Дельвиг устанавливает

два резервуара - один надземный,

а другой под землей. В верхний резервуар подают воду под давлением - с

помощью водоподъемной машины. Вместо кирпичной галереи до села

Алексеевское прокладывают чугунную проводку, поблизости сооружают

подстанцию с водоподъемными машинами. Появляются первые элементы

настоящего водопровода - 45 км чугунных труб. Заслуга Дельвига и в том,

что в Москве были

построены первые 15 пожарных колодцев. До этого

пожары в Москве тушились в основном с помощью топора - им рубили

стоящие рядом с загоревшимся домом строения.

Мытищинкий водопровод, давая 500 тыс. ведер в сутки, снабжал во-

дою левую сторону Москвы-реки. В дополнение к существующим водо-

проводам были построены еще Ходынский, Преображенский, Андреевский

Артезианский. В 1862 г. на одного москвича приходилось в сутки 1,5

ведра.

Москва росла и через 10-15 лет ей не стало хватать и 500 тыс. ведер в

сутки. В 1890-93 гг. Мытищинский водопровод реконструируют вновь.

Там ставят современные (по меркам конца XIX в.) насосы, заменяют на

больший диаметр водовод до села Алексеевское, перестраивают тамош-

нюю водоподъемную станцию

и прокладывают в две нитки водовод до

Сухаревой башни. Вода поступала во вновь устроенные у Крестовской за-

ставы водонапорные башни. Оттуда она поступала в обширную городскую

сеть. На устройство нового Мытищинского водопровода было затрачено

5,5 млн. дореволюционных рублей. Основная масса этих средств поступи-

ла от облигационного займа.

Сначала вода для горожан

была бесплатной, но с 1894 г. начали взи-

мать с водовозов и хозяйственных лиц, берущих воду не в ручную посуду,

плату по 5 копеек за 40 ведер. С домохозяев также бралась оплата по во-

домерам (12 копеек за 100 ведер). Но москвичи, приходившие с ведрами к

водоразборам, по-прежнему наливали воду бесплатно. Так же отпускалась

вода и на тушение пожаров, поливку огородов и улиц.

В 1903 г. в 50 км выше города по течению реки Москвы у деревни

Рублево была построена первая водопроводная очистная станция (она су-

ществует и по сей день). Taм установили фильтры - механические решет-

194

ки, песколовки, отстойники. Создали и так называемые английские мед-

ленные фильтры, практически нигде в мире сегодня не используемые. Вы-

глядят они так: представьте помещение, сравнимое по размерам с подзем-

ными павильонами станции метро. Туда, на высоту около 2 м насыпается

мелкий песок. Через него вода и фильтруется - медленно, но зато качество

очистки

высокое. Вскоре эти фильтры были заменены на работающие в

более быстром темпе американские конструкции. Идея создать водохрани-

лища на реках, впадающих в Москву-реку (из-за ее маловодности в старой

литературе реку называли «тощей»), высказывалась давно. Но реализовы-

вать ее стали только в 1935 г., когда было построено Истринское водохра-

нилище.

Окончательно же задача была решена лишь в 1937 г. с сооруже-

нием канала им. Москвы протяженностью в 128 км. На его пути создано

несколько водохранилищ, в которых мутная (верховья реки проходят по

торфяникам) волжская вода хорошо отстаивается.

Какую воду мы пьем?

80% водопроводных труб в США – медные, остальные 20% - из нержа-

веющей стали и пластмасс. Это не позволяет воде загрязняться на пути от во-

дозаборов до водопроводного крана.

В нашей стране, в основном, используют трубы из простой стали, кото-

рые быстро выходят из строя. Вода в московских кранах не

самая плохая, по-

скольку в стране достаточно регионов, где она одним своим видом способна

отпугнуть жаждущего. Однако, неплохая недостаточно хороший эпитет.

Очевидно, среди нас немного любителей металлического вкуса, запаха хлора и

других сезонных вкусов и запахов (между прочим, вредных для здоровья), кото-

рыми изобилует водопроводная вода.

"Greenpeace"сообщает, что ежегодно, в

реки и озера, поставляющие воду

в московские и подмосковные краны, попало 9 300 т нефтепродуктов, 619 000 т

взвешенных веществ, фосфора, 107 000 т азота, фенолов, цинка, токсичных

металлов. И продолжает попадать. Давно и постоянно стараются в этом на-

правлении предприятия машиностроительной, химической, текстильной, пище-

вой промышленности и коммунального хозяйства. Сточные воды сливаются из

животноводческих комплексов, с

сельскохозяйственных угодий и зон отдыха. К

ним подтекают ручейки из канализационных коллекторов - накопителей про-

дуктов нашей с вами жизнедеятельности. А легкому запаху навоза водопровод-

ная вода некоторых московских районов обязана отходам очень известной под-

московной птицефабрики. Конечно, не все это попадает в наши организмы, и

смертельные исходы от одного подхода

к крану, слава Богу, пока не случались.

Но вся эта гадость обладает уникальной способностью накапливаться. Между

тем технологии очистки, которые используют на водопроводных станциях,

безнадежно устарели, поскольку были разработаны еще в конце прошлого века,

когда мы и представления не имели о нефтепродуктах и прочей химии. Воду

очищали и очищают от механических

примесей с помощью песка. Такая прак-

тика, по нормативам Всемирной организации здравоохранения, используется

только в слаборазвитых странах. Специалисты же Мосводоканала говорят,

195

что ничего страшного в этом нет и наша водопроводная вода, которая питье-

вая и хозяйственная одновременно, соответствует принятым ГОСТам.

Пить нашу водопроводную воду можно, считают в Мосводоканале. Но,

отвечая на вопрос, пьют ли сами, рассуждают о том, что "проблема питьевой

воды - интернациональная. Например, в Париже ее не пьют из-под крана

, а по-

купают в супермаркетах: пластиковые бутылки с водой входят в обязательный

набор еженедельных закупок. В американских городах в магазины приходят со

своей водопроводной водой и заливают ее в специальные фильтрующие авто-

маты. В Токио воду в квартиры подают из двух труб: в одной течет питьевая

вода, в другой - для

хозяйственных нужд. Пожалуй, это наиболее оптимальный

вариант подачи питьевой воды". Но поскольку у нас труба одна, такая подача

питьевой воды в ближайшее время нам не грозит. Тем более что эта труба та-

кая изношенная, что для начала неплохо было бы хотя бы ее заменить.

Самым массовым способом приспособления водопроводной жидкости к

употреблению всегда было кипячение. При 100°С погибает множество микро-

организмов, а при последующем отстое в осадок выпадает еще некоторое ко-

личество естественных примесей. Такую воду можно пить, но чистой ее никак

не назовешь - слишком уж сложная смесь течет из наших кранов. На сегодняш-

ний день 10% москвичей покупают воду в бутылках, 12% -

ездят к родникам

(два самых популярных - в Крылатском и на территории Тимирязевской акаде-

мии), а 35% - пропускают водопроводную воду через фильтры. Купить сегодня

фильтры не проблема: от насадок на кран до небольших приставок с отдель-

ным краном для очищенной воды - они продаются во многих магазинах. Когда

только начали выпускать фильтры, было

много смешных случаев. Например,

некий оборонный завод сконструировал насадку на кран из асбеста. Неясно,

очищал ли он воду от естественных примесей, но известно, что асбест - силь-

нейший канцероген, и к естественным примесям добавлялись еще и химические.

Сегодня, конечно, значительно снизился спрос на импортные фильтры, чья цена

в долларах практически не изменилась

. Но лидерство отечественных произво-

дителей, по мнению Конфедерации обществ потребителей, объясняется не

только кризисом. Наши фильтры изготовляются с учетом национальных осо-

бенностей воды (тогда как западные предназначены в первую очередь для улуч-

шения цвета и вкуса) и они не вычищают полезные соли. Но у фильтров есть

своя нерешенная пока проблема -

ресурсы сменных картриджей. Как для эконо-

мии воды в домах должны стоять счетчики, так и у фильтров должны быть

датчики, которые бы позволили не пропустить тот момент, когда картридж

уже очистил допустимые 1-4 тыс. л воды. Может быть, поэтому многие мо-

сквичи предпочитают воду в бутылках и из родников, не догадываясь о

том,

что и эта вода порой бывает обыкновенной водопроводной.

К сожалению, москвичи - самые неэкономные в мире горожане. Сего-

дня в Москву ежедневно подается около 7 млн. куб. м питьевой воды. Из-

за безхозяйственного ее использования около трети ее уходит сразу в ка-

нализацию. Каждый житель расходует примерно 420 л в сутки. Для срав-

нения - в крупных городах развитых стран этот показатель

составляет

примерно 280 л, а Германия снизила его вообще до 140 л. Численность на-

селения США увеличилась с 1980 по 1995 г. на 37 млн. человек, ежеднев-

196

ное потребление воды на промышленные и бытовые нужды уменьшилось

за это же время на 10%.

Наладив водоснабжение в Москве, власти почувствовали необходи-

мость в организации новой системы жизнеобеспечения — канализации.

Повышенной чистотой московские просторы не отличались никогда.

Еще в конце прошлого столетия даже по самой Красной площади текли

зловонные ручьи. Благо, что выручали

многочисленные речки первопре-

стольной столицы, приспособленные нашими предками для отведения раз-

личных отходов подальше от жилищ. Разумеется, длиться это долго не

могло. И не только потому, что жителей крупных поселений мучило жут-

кое в своей постоянности густое амбре, а в водоемах катастрофически ста-

ла исчезать благородная рыба: в первую очередь

стерлядь и судак. Свое

решение по этому вопросу вынесла в 1879 г. Московская государственная

дума, записав: "Лучше предпочесть прямой налог на устройство канализа-

ции, чем платить несравненно большую сумму за бесполезную борьбу со

смертностью …".

Трудно, поистине драматично складывалась судьба системы канали-

зации в Москве. Все более длинные обозы "золотарей", оснащенных чер-

паками

и бочками, тянулись к пригородным свалкам, а проект годами рас-

сматривался в различных комиссиях и комитетах, пылился в шкафах экс-

пертов, в том числе и заграничных. Конец этой волоките положил город-

ской голова Н.А. Алексеев. Уже в 1898 г. протяженность введенной в экс-

плуатацию канализационной сети составила 262 км (сейчас около 7

тыс.

км).

5.3. МУСОР

Мусор - совокупность твердых бытовых отходов и отбросов. Мусор

включает стекло, металлы, кости, дерево, бумагу, и т.д. Это термин эколо-

гического словаря. Имеется также житейское определения мусора: это лю-

бое вещество, которое находится не в надлежащем месте. Другое важное

понятие для экологии - вредные вещества, которые могут быть газообраз-

ными, жидкими

и твердыми. Вредные вещества могут загрязнять атмосфе-

ру, землю, реки, озера и моря.

Существуют различные аспекты проблемы: сбор мусора, его сорти-

ровка, переработка с целью получения новых материалов или энергии.

Наиболее перспективное направление - разработка новых, безотходных

технологий. Отходы - непригодные для производства данной продукции

виды сырья, его неупотребимые остатки или возникающие в

ходе техноло-

гических процессов вещества (твердые, жидкие и газообразные) и энергия,

не подвергающаяся утилизации в рассматриваемом производстве. При

учете всех видов отходов количество полученного общественного продук-

та составляет не более 2% от вовлекаемых природных веществ и энергии

197

(остальные 98% составляют отходы). Как правило, общий энергетический

КПД всех производственных процессов общества суммарно близок к 0,2%-

степени использования солнечной энергии растительностью. Вредные от-

ходы должны подвергаться нейтрализации. Неиспользуемые отходы пре-

вращаются в отбросы. Разумеется, технологии, полностью исключающие

отходы, являются лишь абстракцией, так как противоречат второму закону

(началу) термодинамики.

Бытовые отходы образуются

в результате амортизации предметов бы-

та и самой жизни людей. Свалка - это непременный элемент цивилизаций

всех времен и народов. Исторически первое упоминание об официальной

свалке относится к Риму. Это грандиозная свалка около южной окраины

вечного города еще в древности образовала большой искусственный холм.

По измерениям конца прошлого в. высота холма

была около 45 м, а его ок-

ружность - около 1200 м. Этот холм насыщен черепками битой посуды,

благодаря чему еще в древности получил название "Гора черепков" (Mons

Testaceus). Меньшие по размерам города имели соответственно и меньшие

свалки. Так городская свалка Пантикапеи (нынешняя Керчь в Крыму) дос-

тигала в высоту лишь 9 м.

И эти, и

другие, более древние свалки являются помимо всего источ-

ником информации, иногда единственной для археологов, об образе жизни

наших предков.

Пока люди жили охотой и собирательством, они были в достаточном

согласии с природой. В конце палеолита (12 тыс. лет тому назад) на земле

жило всего лишь около 5 млн. человек. В пятом тысячелетии до

н.э., когда

земледелие и скотоводство утвердились в Центральной и Восточной Евро-

пе, на Ближнем Востоке это произошло в 9 - 7 тысячелетии до н.э., в Цен-

тральной Америке - с середины восьмого тысячелетии до н.э., а на Даль-

нем Востоке немного позже, население в мире достигло 20 млн.

Дальнейший рост населения, связанный

с развитием сельского хозяй-

ства и промышленности, общеизвестен. В связи с ростом городского насе-

ления постоянно увеличивалось количество мусора. Сейчас большая часть

населения развитых стран живет в городах.

Изменяется и состав отбросов – это банки алюминиевые, жестяные,

пластмасса, бутылки и т.п. Уничтожаются они очень медленно - жестяная

банка XIX в. в течение 10 лет

, алюминиевая - за 50 лет, а некоторые виды

пластмасс могут сохраняться более 500 лет.

Европейская цивилизация - это цивилизация городов, причем средне-

вековые города чаще всего возникали на месте античных или на месте

римских военных лагерей. Однако старые города оказались слишком об-

ширными для средневековых условий жизни. Так, римский амфитеатр в

Арле (юг Галлии,

ныне Франции) оказался достаточным, чтобы вмещать

население целого города, вплоть до XVII в. В Древнем Риме население в

период расцвета Империи достигало 800 тыс. В 1300 г. в Париже было 75

198

тыс. жителей, в Лондоне – 35 тыс., в Риме – 30 тыс. В Милане в 1460 г. бы-

ло 80 тыс. жителей.

Такие социальные условия вкупе с географическими: центральная Ев-

ропа - это узкие долины с обширными горными пространствами - сформи-

ровали бережное отношение к каждому клочку земли. Россия в это время

развивалась как авторитарное государство на обширных европейских

рав-

нинах. Даже наступление промышленной революции не изменило стиля

жизни, диктуемого твердым убеждением в неисчерпаемость природных

запасов.

Проблема выброса и сбора отбросов очень насущная в нашей стране.

В деревнях и за городом выбросить мусор негде. Мусорных баков мало и

вывозят их слишком редко. Поэтому в деревне мусор подчас выбрасывает-

ся

прямо на дорогу. Или в лучшем случае в 100 м от поселка сбрасывается

в лес, через которое проложено шоссе. На переполненной самодеятельной

помойке зачастую можно увидеть надпись: «Мусор не бросать! Штраф

100 000 рублей!»

Обочины основных магистральных шоссе и железнодорожные трассы

(например, Москва-Минск) покрыты почти сплошь консервными банками,

бутылками и прочим бытовым

мусором, который природа переработает

самостоятельно только через десятки лет.

Когда автор был маленьким мальчиком и жил в небольшом городке в

центре России, его бабушка покупала масло на рынке. Масло было завер-

нуто в капустный лист. Не правда ли экологически чистая оболочка? А

сейчас используется пластмасса типа полиэтилена. Россия совершенно не

готова к массовому использованию современной санитарно-безупречной

упаковки.

Автомобильный аккумулятор достаточно дорогое устройство, исполь-

зующее дефицитный металл-свинец. После отработки срока службы вла-

дельцы выбрасывают их на свалку (в лучшем случае) или просто куда по-

пало. А ведь соединения свинца очень ядовитые вещества.

Таким образом, проблема мусора в России, по

моему мнению, это - в

первую очередь проблема социально-культурная, это проблема гуманитар-

ного образования в противовес тоталитарному. В последние 75 лет офици-

альная государственная доктрина рассматривала природу лишь как неис-

черпаемый источник ресурсов для производства ради производства.

В России есть мощная промышленная база, многие технологии близки

к современным. Государственная политика, по крайней

мере, на словах,

поддерживает инициативу создания современных технологий для произ-

водства товаров для людей. Однако европейская технология требует и ев-

ропейского образа жизни. Только две стороны медали могут создать нуж-

ное единство.

Что же делать? Это - один из вечных вопросов в России. Что же де-

лать?

199

Можно, как во времена Петра Великого, издать грозные указы (не им-

ператора, а президента, или как в Москве - мэра города). Некоторые уже

созданы. Однако они приведут лишь к тому, что мусор заметут из центра в

угол комнаты. Нужно, чтобы дело делалось не только по приказу сверху, а

шло снизу, от желания

каждого челов..

Это намного труднее. Я не знаю, сколько надо усилий и средств, что-

бы на экранах российских телевизоров вместо рекламы сигарет и культуры

негритянских гетто, непрерывно шли передачи, показывающие не только

блистающие чистотой и порядком центры европейских городов, но и про-

цесс приведения их в такое состояние. Как люди,

одетые в прекрасную

униформу, работающие на красивых машинах, делают жизнь красивой.

Для России - фантастика. И бутылки бросают не рядом с ящиком, а в тот

ящик, куда нужно. И еще нужно заняться рекламой. Рекламой западноев-

ропейских фирм, которые занимаются сбором, сортировкой и переработ-

кой мусора, производством соответствующих машин, например, для убор-

ки

городских улиц и городов.

За год из городов и других населенных мест России вывозят примерно

100 млн. т бытового мусора (твердые отходы), 100 млн. м

жидких отходов

(кроме сточных вод) и 50 млн. т снега. Твердая составляющая сточных вод

- их осадок - тоже бытовые отходы. Учтенная территория складирования

твердых бытовых и промышленных отбросов в России составляют 14000

га, на которую вывозят ежегодно около 100 млн. т бытовых и промышлен-

ных отходов. Это официальные свалки.

Однако, по нашему мнению,

главной проблемой в России является

спонтанное возникновение неучтенных свалок, площадь которых много-

кратно превышает площадь официальных мест для складирования отбро-

сов. За последние годы леса в ближнем Подмосковье стремительно пре-

вращаются в огромную неконтролируемую бытовую свалку.

В Москве выброс мусора составляет 350 кг/чел в год, что почти в 3

раза меньше, чем

в Нью-Йорке (800 - 850 кг/чел). Но состав бытового му-

сора отличается от американского. Оказывается, что примерно третью

часть составляют бумага и картон, еще одна треть - кухонные отходы, а

последняя треть - это все остальное: металл, стекло, искусственные мате-

риалы, текстиль, резина и кожа, дерево и пр. В наших отходах в несколько

раз меньше стекла (видимо, хорошо сдаем бутылки), гораздо меньше бума-

ги (маловато пока выпускаем газет и рекламного мусора), пластмассы, ме-

таллов (вещи бережем все-таки больше), керамики и камней. Зато мы поч-

ти в 2 раза больше выбрасываем дерева (этого «добра» у нас много). Труд-

нее объяснить, почему у нас в отходах

гораздо больше текстиля, резины и

кожи и почти в ТРИ раза больше пищевых отходов по сравнению с амери-

канцами. Быть может, причина в нашей привычке закупать еду впрок, или

в особенной любви к картошке, а может - в загадочном русском характере.

Всего Российская Федерация производит примерно 27 млрд. кг быто-

вых отходов

в год. Меньше 5% этих отходов перерабатывают или сжига-

200

ют, остальное - вывозят на свалки. Перерабатывать весь мусор у нас будут,

видимо, еще не скоро, хотя это самый правильный путь и уже существует

много оригинальных технологий.

Стихийные свалки вокруг дачных участков (оставим в стороне строи-

тельные отходы, которые бесконтрольно вывозят коммерческие организа-

ции) выросли отчасти из-за того, что и в

Москве, и в Подмосковье за по-

следние годы прибавилось жителей. Впрочем, всех этих объяснений не-

достаточно, мусора значительно больше. Если судить по мусору, то уро-

вень жизни в Москве не упал, а сильно вырос, ибо стали выбрасываться в

большом количестве пищевые отходы, которые, к сожалению, пока никем

не учитываются.

5.4. СТРОИТЕЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

Древесина служит человеку не меньше трех миллионов лет, и если

этот срок попытаться приравнять, например, к году, то окажется, что кера-

микой люди пользуются всего лишь около суток, железом — чуть больше

восьми часов, а пластмассами и бетоном и вовсе минут двадцать. Издревле

одним из главных направлений использования древесины стало строитель-

ство, а едва ли не первыми в истории инженерными сооружениями —

свайные постройки. Остатки их, относящиеся к третьему тысячелетию до

нашей эры, найдены археологами во многих европейских странах и, в ча-

стности, в России — Архангельской и Вологодской областях, а также в За-

уралье.

Куда более сложными были деревянные конструкции древних рим-

лян

: перекрытия для общественных зданий, многопролетные арочные и

блочные мосты. До наших времен они, конечно, не дожили, но о некото-

рых сохранились письменные свидетельства: к примеру, о большом дере-

вянном мосте — через Тибр в Риме (630 г. до н. э.) или - о построенном

всего за 10 дней 400-метровом мосте Юлия Цезаря через Рейн.

Самой старой из ныне существующих деревянных построек — храму

Хорюдзи, расположенному вблизи древней японской столицы Нары, —

около 1400 лет. На 400 лет моложе его деревянная церковь в небольшом

норвежском городке Лиллихаммере. А вот в нашей стране, где из бревен

всегда рубили все, таких старых деревянных сооружений к сожалению, не

осталось: подавляющая их часть погибла

в огне войн и пожаров. Древней-

шее сохранившееся у нас деревянное строение относится к XIII в. Это —

маленькая церковь Воскресения Лазаря на территории Муромского мона-

стыря в Карелии. О многих строениях можно судить только по летописям

и письмам иностранных путешественников.

В XVII в. в подмосковном селе Коломенском был построен целый

дворец из 270

комнат. Современники называли его «восьмым чудом све-

та».