Третьяков В.Т. Как стать знаменитым журналистом. Курс лекций по теории и практике современной русской журналистики

Подождите немного. Документ загружается.

261

573

Раздел 8. МАКСИМЫ ЖУРНАЛИСТИКИ

Золотые максимы. - Афористика. - Журналистика и жизнь. - Парадоксы. - Журналист - это... - Функции

журналистики. - Журналистика и общество. - Журналистика и политика. - Журналистика и власть. - Телевиде-

ние. - Мораль и пресса. - Правда, ложь и прочее. - Свобода слова и другие свободы. - Цензура. - Журналистика и

время. Будущее. - Жанры. - Шесть правил интервьюера. - Ремесло. - Главный редактор.

Золотые максимы

Беритесь за то, что не рискуют делать другие. Будьте свободнее них. Чаще всего это не так труд-

но и опасно, как кажется.

Не пиши быстрее других, пиши лучше других. То, что ты был первым, забудется, то, что написал

лучше, — запомнится.

Пишите и говорите меньше, чем знаете, но больше, чем другие.

Главное дело журналистов (помимо сообщения новостей) — писать и говорить банальности в

момент, когда эти банальности более всего похожи на откровения.

Знай пределы своей компетентности и предполагай, что могут найтись люди более компетент-

ные или так сложатся обстоятельства, что личной компетентности окажется недостаточно.

Не бывает текстов, которые не нуждались бы в редактуре.

574

Золотая стилевая максима

Ничего лишнего, но всё необходимое минус что-то из необходимого и плюс нечто избыточное,

специфически ваше.

Золотая максима редактора

Интересную статью ставь в номер, ничего не вычеркивая и тем более не вписывая, а неинтерес-

ную брось в корзину.

Золотая максима главного редактора

Не заставляй других писать то, что они не думают, и не писать то, что думают.

Поскольку никто из журналистов не может заречься от того, чтобы не быть вынужденным одна-

жды прибегнуть к обману, отведите себе в начале своей карьеры право всего на три таких поступка. И

поскольку ваша жизнь в журналистике будет долгой, старайтесь как можно дольше оттягивать первый

такой опыт, иначе вы преждевременно используете то, к чему вам, возможно, еще придется прибегнуть,

а лимит будет уже исчерпан. Последнюю такую возможность надо вообще оставить на самый конец сво-

ей профессиональной жизни.

Афористика

Журналистика — очень простая профессия.

Собравшись вместе, сотня журналистов никогда не сделает самолет, который сможет летать. Сто

авиаконструкторов легко выпустят газету, и, возможно, хорошую.

575

Журналистика слишком всеохватна, чтобы быть чем-то одним.

Журналистика сиюминутна. Краткость в ней не только проявление таланта, но и форма сущест-

Третьяков В.Т. Как стать знаменитым журналистом: Курс лекций по теории и практике современной русской

журналистики/Предисл. С. А. Маркова. — М.: Ладомир, 2004. — 623 с.

261

262

вования.

Публичность есть то, что делает профессию журналиста общественно значимой.

Журналистика — массовая профессия, отдельно взятого журналиста не существует.

На 99% журналистика делается безвестными (фактически) журналистами.

Журналист, творя индивидуально, на самом деле есть анонимный работник конвейера, выпус-

кающего потоком тексты, то есть слова, слова, слова...

Мнение журналиста аудиторию не интересует — до тех пор, пока этот журналист не станет из-

вестным или авторитетным человеком.

Лишь известный и авторитетный журналист получает право писать нежурналистские, или экс-

пертные, статьи.

Журналистика есть просвещенный дилетантизм.

Вне технологических возможностей современных СМИ сегодняшняя журналистика в массе сво-

ей есть набор банальностей и косноязычия.

576

Журналист — профессиональный автор фольклора.

Журналистика — профессия не для гениев.

Нет худшего журналиста, чем писатель.

Свободная профессиональная качественная журналистика есть здравый смысл человечества.

Этим она искупает многие свои грехи.

Уголовный кодекс — вторая после данного курса лекций книга, которую необходимо прочесть

всем, кто собирается заниматься журналистикой.

Журналистика есть безусловная функция будущего.

Прогноз есть венец журналистики как творчества и профессии.

Ложь — такой же естественный продукт журналистики, как и правда, но в совокупности своей,

как правило, — меньший по объему.

Ложь — это часть правды.

Ложь, изреченная СМИ, есть правда (хотя бы на время).

Нельзя ни обольщаться блеском журналистики, ни впадать в уныние от ее нищеты.

Самой хорошей власти люди доверяют меньше, чем самой плохой прессе.

577

СМИ в России — больше, чем СМИ. Особенно телевидение.

Плетью обуха (то есть газетой телевидения) не перешибешь.

Журналисты суть присяжные поверенные общества.

Редакция должна поддерживать определенный уровень «святости» издания и его журналистов.

Любое сильное чувство, прежде всего любовь, выводит человека из-под влияния СМИ, — по

Третьяков В.Т. Как стать знаменитым журналистом: Курс лекций по теории и практике современной русской

журналистики/Предисл. С. А. Маркова. — М.: Ладомир, 2004. — 623 с.

262

263

крайней мере, из-под влияния по поводу отношений с объектом этого сильного чувства.

Истории не известен ни один пример того, когда кто-либо пошел на смерть собственно за свобо-

ду слова, тем более чужую. Не сделал этого и сам Вольтер.

Свобода слова (печати) для журналиста — такая же функциональная потребность, как и язык,

письменность.

Цензура не спасает от глупости, так же как и свобода печати не гарантирует появление лишь ум-

ных текстов.

И аудитория, и главные редакторы ждут от журналистов не моральной чистоты, а профессио-

нальных успехов, побед над конкурентами.

Журналистика, как и поэзия, должна быть немного глуповата.

578

Как профессиональный класс журналистика по влиянию (но иного рода) сравнима с армией, по-

лицией и спецслужбами.

Журналистика — это еще и боевое искусство, — по крайней мере, как часть политики.

Медиакратия есть политическое насилие, проводимое посредством СМИ в предельно приятных

аудитории, то есть населению, формах.

Журналист, не обращающийся к реальному знанию, опасен как общественный тип. Он не только

асоциален, но часто и антисоциален.

Журналисты — не центр управления миром, но верные бойцы, приводные ремни и передовой

отряд партий и групп, находящихся у власти.

Именно через СМИ нация каждодневно общается сама с собой.

Журналистика, почти всегда сообщая о частном, индивидуальном, по сути работает с коллектив-

ным, общественным, массовым.

Журналист — актуальный человек. По журналистам можно и нужно изучать психологию (и пси-

хопатологию тоже) общества. Ибо они суть общественные животные в полном смысле этих слов.

Если известные политические журналисты не признают себя политиками, то тогда они должны

признать себя орудиями в руках политиков.

579

Журналистика — поле битвы власти с обществом, битвы постоянной, повседневной, рутинной,

как партизанская война, и грандиозной, как Сталинград.

Журналисты суть коллаборационисты: служа обществу, сотрудничают с властью, являясь ча-

стью власти (в широком, современном смысле слова), тайно и явно работают на общество. Причем не по

ночам, а днем — на виду у всех.

В мире нет ничего идеального, кроме наших собственных идеалов. И свободная журналистика

— один из них!

Журналистика и жизнь

Цель журналистики — передать новизну событий, жизни и идей тех, кто в этих событиях являет-

ся главным действующим лицом, а не новизну журналистского экспериментаторства.

Журналистика есть передача своим стилем, но в стандартных формах (жанрах) информации и

Третьяков В.Т. Как стать знаменитым журналистом: Курс лекций по теории и практике современной русской

журналистики/Предисл. С. А. Маркова. — М.: Ладомир, 2004. — 623 с.

263

264

мнений о стандартных событиях или ситуациях.

Журналистика — это конкуренция по поводу «быстрее», «лучше» и «больше нравится» («инте-

реснее»), где справедливая самооценка в любом случае менее важна, чем даже весьма субъективная или

несправедливая оценка аудитории.

Первая максима им. Льва Толстого

Жизнь стандартна («все счастливые семьи похожи друг на друга»), потому журналистика и опи-

сывает ее через передачу стандартных сюжетных узлов, но сосредоточивая внимание на любом отклоне-

580

нии от стандарта («несчастливые семьи»). Особо привлекают журналистику резкие отклонения

от стандарта, от нормы. Однако и стандартные отклонения от нормы, и аномальные всё равно вписыва-

ются в матрицу стандартных сюжетных узлов журналистики.

Вторая максима им. Льва Толстого

Все счастливые семьи похожи друг на друга, все несчастные — тоже похожи. Но журналистику

больше интересуют несчастные семьи, поэтому в СМИ из несчастья делают событие, а счастье — про-

сто не замечают.

СМИ есть религия не в метафизическом смысле (хотя временами и в этом СМИ и религия весьма

схожи), а в институциональном и инструментальном. Если не религия, то, по крайней мере,

Церковь и культ.

Массовая культура и СМИ есть современный вариант карнавальной культуры и средств ее дос-

тавки в каждый дом, в каждую семью. Скоротечный и конечный обман античного и средневекового кар-

навала СМИ превратили в XX веке в постоянную реальность. Так, крут суровой жизненной правды, из-

редка, не чаще четырех раз в год, разрываемый считанными днями обмана, сменился круглогодичным

циклом обмана. В этом круге, циркулируя по каналам СМИ, и живет сегодняшняя журналистика.

Медиаиндустрия, то есть СМИ как бизнес, и идущая по их каналам журналистская, рекламная и

масскультовая продукция, безусловно, являются одновременно и частью, и информационной основой (в

техническом и сущностном плане) индустрии современной массовой культуры.

Нельзя, будучи вовлеченным во все политические процессы, идущие в России, в том числе и по-

литические, как отрицать оче-

581

видное (в частности, свое реальное участие в политической борьбе), так и постоянно твердить:

мы самые честные, только мы говорим правду, мы самые неподкупные. И при этом постоянно обвинять

в нечестности, лживости и купленности всех остальных. Рано или поздно кто-то проверит.

Парадоксы

Основной парадокс журналистики

Будучи голосом общества, обращенным прежде всего к ушам власти, журналистика, политиче-

ская в особенности, является частью изощренно-плюралистической системы управления обществом.

Второй парадокс журналистики

Очень простая профессия журналистика занимается очень сложными процессами и очень значи-

ма в жизни.

Первый парадокс свободы печати

Если с помощью свободы печати (или демократии) большинство решит, что Россию как госу-

дарство нужно ликвидировать, что должны выбрать граждане (и власти) России — свободу печати (и

демократию) или страну? Ответ очевиден.

Второй парадокс свободы печати

Только когда свободные СМИ грубо и регулярно нарушают национальные интересы общества,

Третьяков В.Т. Как стать знаменитым журналистом: Курс лекций по теории и практике современной русской

журналистики/Предисл. С. А. Маркова. — М.: Ладомир, 2004. — 623 с.

264

265

оно приходит к пониманию необходимости ограничения свободы СМИ, что было бы невозможно, не

имей СМИ возможности высказываться свободно, а потому грубо и постоянно нарушать эти интересы.

А проще говоря: только имея свободные СМИ, можно иметь основания для ограничения их свободы.

582

Журналист — это...

Журналистом является тот, кого общество и закон таковыми признают, основываясь, как прави-

ло, на простом критерии: данный человек работает в системе СМИ.

Журналист, как правило, не первооткрыватель, хотя аудитории и может казаться таковым. Он —

передатчик, в лучшем случае интерпретатор чужих мыслей и слов, в том числе слов подлинных свиде-

телей событий.

Труд журналиста настолько прост, даже примитивен, что и особой профессией-то назвать его

нельзя: в каждом коллективе, в каждом многоквартирном доме всегда есть два-три человека, которые

обо всем узнают раньше других и охотно рассказывают об этом коллегам и соседям. В худшем случае

их называют сплетниками, в лучшем — людьми, которые всегда в курсе случившегося. Но никак не

журналистами.

Журналист — этот тот, кто пишет не о том, что случилось с ним, и излагает в первую очередь не

свои мысли, а идеи тех, от кого зависит жизнь общества.

Журналист — лишь конечный элемент колоссальной империи современных СМИ. Вся она стоит

за его спиной, многократно усиливая эффект даже самых банальных его слов.

Журналист общественно, а порой (но редко) и юридически ответствен за свои действия и слова.

Журналист неприкасаем, хотя и подсуден — в обществе, но не в своем средстве массовой ин-

формации.

583

Функции журналистики

Обычно считается, что цель и задача журналистики — каждодневно объективно информировать

аудиторию, жителей той или иной территории о наиболее значимых событиях, происходящих на этой и

сопредельных территориях, давать оценку этим событиям, ориентировать человека относительно при-

чин этих событий, их возможных последствиях и, в конечном итоге, относительно вариантов поведения

в связи с данными событиями.

Современная журналистика выполняет пять основных и две дополнительных общественно зна-

чимых функции:

• передача информации о происходящем в мире (или его отдельных частях) — информационная

функция;

• объединение общества (или системы обществ и государств) в единое целое — коммуникатив-

но-интеграционная функция;

• провозглашение (декларация) интересов общества перед теми, кто этим обществом управляет

(перед властью), — функция vox populi (гласа народа);

• управление (вплоть до манипулирования) поведением и инстинктами общества (масс населе-

ния) со стороны власть имущих, правящего класса, государства — политическая функция;

• воспитание и отчасти образование подрастающих и уже взрослых поколений — функция со-

циализации людей;

• историографическая;

• развлекательная.

Работая в современных СМИ, нельзя заниматься отправлением по собственному желанию какой-

то одной из функций (наиболее приятной, благородной или демократической) — это вне власти журна-

листа.

Третьяков В.Т. Как стать знаменитым журналистом: Курс лекций по теории и практике современной русской

журналистики/Предисл. С. А. Маркова. — М.: Ладомир, 2004. — 623 с.

265

266

584

Информационная функция журналистики, во-первых, первородна, то есть институциональна, и

первична; во-вторых — эксклюзивна.

Журналистика и общество

СМИ есть система взаимосвязи всего мира (общества) и разных субъектов и объектов внутри не-

го по поводу самых важных для этого мира (общества) проблем.

Никто из обычных людей не может получить знания о мире иначе, чем через журналистику, го-

воря шире — чем через средства массовой информации.

Общество и закон признают за журналистами, точнее за журналистикой в целом, право говорить

от имени общества.

Общество признаёт за журналистами право говорить от его, общества, имени, а взамен требует

или, по крайней мере, предполагает, что журналисты будут распоряжаться этим правом ответственно, то

есть: не лгать, точно излагать факты, соразмерять общественную значимость события с тем, как его по-

дают в СМИ, и т. п.

Тот, кто молчит, проигрывает, кто комментирует — побеждает. Но пропагандистская победа —

не полная победа. По большому счету — это не победа вовсе. Победить в аудитории — еще не значит

победить в жизни.

И журналист не свободен от общества и противоборствующих в нем сил. А кто свободен? Но

более журналиста — никто. Разве

585

что диктатор, который всесилен и абсолютно свободен, но лишь до момента, пока заговор сорат-

ников, внешняя сила или взрыв народного гнева не свергнет его.

Журналистика и политика

Если вас не интересует журналистика, это вовсе не значит, что она не интересуется вами, а од-

нажды — например, в период выборов — не займется вами, причем с очень большим пристрастием.

Журналистика появляется там и тогда, где и когда власть становится публичной, пусть даже на-

ходясь в руках немногих, но делегированная этим немногим волею многих.

В силу разбалансированности и слабости всей системы государственной власти в России, а так-

же отсутствия у абсолютного большинства ее политиков организованной социальной базы опора на

СМИ, через которые почти единственно и можно поддержать свою популярность у населения, становит-

ся жизненно (политически жизненно) необходимой для любой политической фигуры, включая и прези-

дента.

Все очень известные журналисты, работающие на аудиторию в десятки миллионов человек в

сфере политической журналистики, выступающие одновременно как хотя бы эксперты власти (или оп-

позиции), не говоря уже о большем, являются политиками. Без всяких оговорок.

Если журналист стал реальным участником большой политики (то есть политиком), он должен:

(1) осознавать это; (2) не делать вид, что он здесь не при чем; (3) осознавать связанные с этим политиче-

ские и иные риски. Журналист-политик должен быть готов, что с ним будут бороться как с политиком:

586

• использовать все допустимые и, если допустимых недостаточно, недопустимые методы;

• пытаясь лишить его главного оружия политического влияния, в первую очередь — телеэфира;

• пытаясь дискредитировать его (как ведут себя все политики по отношению друг к другу);

• пытаясь его победить, то есть — вытеснить с политического поля (в данном случае — инфор-

мационного);

Третьяков В.Т. Как стать знаменитым журналистом: Курс лекций по теории и практике современной русской

журналистики/Предисл. С. А. Маркова. — М.: Ладомир, 2004. — 623 с.

266

267

• стараясь подорвать его социальную базу, то есть (в случае журналиста) — не среди избирате-

лей, а среди аудитории.

Политическая журналистика есть квинтэссенция журналистики вообще.

Политическая журналистика — это оперативная и тактическая, каждодневно отправляемая при-

кладная политология.

Положение журналиста дуалистично: он субъект политического процесса, в меньшей мере, ко-

нечно, чем собственно политики, но тем не менее. Но он и объект политического процесса, управляю-

щего журналистом как существом, целиком и полностью от политики зависящем. Даже в большей сте-

пени, чем просто человек. Ибо журналист — носитель политической профессии, существенно разной в

разных обществах, при разных политических режимах, при разных составах правящего класса.

Если вам хочется посоветоваться по крайне ответственному и деликатному вопросу, затрагивае-

мому в вашем материале, а не с кем, пишите так, чтобы это соответствовало национальным интересам

российского общества. А уж как вы определяете эти интересы — пусть судят читатели. И главный ре-

дактор.

587

Журналистика и власть

Журналисты нужны власти больше, чем власть им. В этом — шанс, возможность маневра, не без

ущерба для принципов, разумеется.

Из основных опор современной власти: поддержка населения, административный ресурс, воо-

руженные силы, финансы и информация (при непроцветающей экономике и политической нестабильно-

сти) — СМИ могут переориентировать первое, ослабить второе, деморализовать третье, когда четверто-

го нехватка, а пятое и вовсе в их руках.

Во всех современных демократических обществах существуют и эффективно действуют меха-

низмы мобилизации свободной прессы для выполнения тех задач, которые ставит перед страной (наци-

ей) официальная власть, в том числе и задач военных.

Для того, чтобы с помощью прессы каждый день не совершались государственные перевороты

или, по крайней мере, избранные народом властители не теряли свободу действий, политическая систе-

ма и гражданское общество достигли естественным путем (что не исключает извращений и злоупотреб-

лений в этой сфере) негласного консенсуса относительно двух вещей:

• власть может игнорировать мнение прессы;

• власть может (в рамках так называемых демократических процедур, политкорректности, здра-

вого смысла и соблюдения высших национальных интересов) влиять на прессу и даже управлять обще-

ством через СМИ (в том числе и через так называемые свободные СМИ).

100

Система современных СМИ слишком совершенна, слишком развита, слишком разветвлена и

слишком укоренена в обществе (и власти), слишком, словом, системна, чтобы даже теоретически по-

588

зволять не то что самой себе в целом, но и отдельным своим элементам (в том числе и персо-

нальным) действовать внесистемно.

101

До тех пор, пока тот или иной человек считается, хотя бы по формальным признакам, членом

журналистской корпорации, то есть журналистом, любые акции властных или правоохранительных ор-

ганов, направленные на какое-либо ограничение его профессиональной деятельности, недопустимы в

обществе, являющемся и считающем себя демократическим.

102

Журналисты и чиновники, за которыми в обоих случаях стоят свои системы, — два самых безот-

ветственных профессиональных клана в России, да и не только в ней.

103

При нынешней мощи СМИ, при том, что это реальная четвертая власть, гласность в оплате жур-

налистов не менее принципиальна, чем гласность в оплате чиновников.

Третьяков В.Т. Как стать знаменитым журналистом: Курс лекций по теории и практике современной русской

журналистики/Предисл. С. А. Маркова. — М.: Ладомир, 2004. — 623 с.

267

268

Телевидение

104

С появлением телевидения журналистика в прямом, а не в переносном смысле стала четвертой

властью.

105

Вся телевизионная реальность развёрстывается между обманом

мифологическим и обманом реальным.

106

Современное телевидение тотально. Следовательно, оно потенциально, а в некотором смысле

уже и реально тоталитарно.

107

Если тотальность — это объективное качество телевидения, то его тоталитарность, там, где она

возникает, есть результат целена-

589

правленной деятельности владельцев телеканалов или тех, кто за ними стоит.

108

Общенациональное телевидение есть политическое ядерное оружие, радиус действия которого

ограничен территорией только собственной страны, что делает это оружие еще более опасным.

109

В современной России СМИ, особенно электронные, и в первую голову общенациональные ка-

налы телевидения, являются квазипартиями, ибо именно через них, а не через какие-либо иные структу-

ры все политические силы, кроме коммунистов, могут воплотить в жизнь свою волю даже в таком тех-

нически незамысловатом и однозначном деле, как голосование на выборах.

110

Телевидение крайне несамокритично, оно позволяет лишь мелкое непринципиальное диссидент-

ство в небольших дозах, но никогда — подрыва собственных основ. Особенно перед внешним окруже-

нием.

111

Банальность, напечатанная в газете, не покажется таковой половине читателей, а банальность,

произнесенная с экрана телевизора, да еще хорошо поставленным голосом, да еще с умным видом,

большинству телезрителей представится откровением.

112

Современное телевидение переносит игровой метод познания мира с детей и умственно отста-

лых либо дефектных людей на, во-первых, взрослое население и, во-вторых, — на вполне умственно

полноценное.

Мораль и пресса

113

Во всех странах, где существует система плюралистических (условно свободных) СМИ, их воз-

действие на национальную нравствен-

590

ность если и не превосходит, то, по крайней мере, сравнимо с совокупным влиянием Церкви,

системы образования, идеологии и собственно культуры.

114

Всякая профессиональная мораль, в том числе и журналистская, есть отступление от идеальной

морали ровно на ту дистанцию, которая требуется для профессионального выполнения своей работы.

Именно это создает реальную, а не мифическую аморальность любой профессии. Журналистика в целом

аморальна ровно в той мере, в какой она профессиональна. Тот, кто в этой максиме видит особо цинич-

ное признание, пусть вспомнит палача (если законодательно такая профессия сохраняется в обществе).

Задайтесь вопросом: аморален ли он сам или общество (закон), востребующее эту профессию?

115

Плохо ошибаться, но еще хуже и крайне глупо упорствовать в своих ошибках и не признавать

их. Правда, делая это публично, следует всегда быть готовым к тому, что вашей щепетильностью поста-

раются воспользоваться ваши конкуренты, враги, а порой даже и друзья.

116

Если журналист, оставаясь в профессии, не может или не обязан жертвовать ради служебных ин-

тересов интересами своих детей, своей семьи, то эта же формула справедлива и применительно к ситуа-

ции, когда сталкиваются интересы журналистики как таковой и национальные интересы страны. Но

Третьяков В.Т. Как стать знаменитым журналистом: Курс лекций по теории и практике современной русской

журналистики/Предисл. С. А. Маркова. — М.: Ладомир, 2004. — 623 с.

268

269

журналист имеет право и обязан ставить под сомнение как определение чего-либо в качестве нацио-

нального интереса, так и особенно методы защиты этого национального интереса.

117

За пределами семейной ответственности общечеловеческая мораль должна стоять выше профес-

сиональной журналистской этики, а эта последняя — выше этики корпоративной.

118

Никогда не пренебрегайте ссылками на источники упоминаемых

591

вами фактов и выводов, ибо это, во-первых, не только не умаляет представления о вашей осве-

домленности, а напротив — подчеркивает ее; во-вторых, позволяет вам застраховаться от чужих проко-

лов, которые случаются с самыми авторитетными источниками информации и комментаторами; в-

третьих, вызывает пусть даже скрываемое уважение коллег, правда, проявляющееся порой в неадекват-

ных формах, внешне демонстрирующих прямо противоположное.

119

Будучи безупречным в ссылках на чужие источники информации и аргументацию, вы получаете

уникальную возможность выдавать аудитории собственную эксклюзивную информацию и собственные

оригинальные оценки, одновременно гарантируя максимальное соблюдение своих прав и на первое, и на

второе.

120

При активном и целенаправленном использовании против вас или вашего СМИ приемов недоб-

росовестной конкуренции вы имеете право на разовое использование аналогичных мер, если конкурент

не оставляет вам иной возможности, а легальные (например, судебные) методы борьбы не представля-

ются вам достаточно эффективными.

Правда, ложь и прочее

121

Правда, оглашаемая СМИ, — то же самое, что и выметенный дворником тротуар. Смотришь с

высоты своего роста — чисто. Если же наклонишься, да еще попристальней вглядишься — тут соринка,

там песчинка, здесь лишь слегка затертый плевок...

Словом, грязь.

122

Суммарная объективность журналистики — как шар со множеством шипов, как ёж. Возьмешь в

ладони целиком и аккуратно — всё будет нормально, можно даже поворачивать и рассматривать, дивясь

тому, сколь изящно остры эти шипы. Но ткнешь

592

в этот шар, в этого ежа пальцем — уколешься, с какой бы стороны к нему не прикоснулся.

123

Журналист всегда пристрастен, причем в моменты политических кризисов пристрастен очевид-

но, даже если утверждает обратное. Поэтому дело не в том, маскирует он свою пристрастность (тенден-

циозность) или нет, а хочет ли и умеет ли ее ограничивать.

124

Более авторитетный, более влиятельный, более известный, более убедительный журналист все-

гда и объективно обладает большей политической субъектностью и, как следствие, — большей (sic!)

субъективностью, чем менее авторитетный, менее влиятельный, et cetera.

125

Ложь — слишком сильное оружие. И иногда ею все-таки приходится пользоваться в журнали-

стике, пользоваться сознательно и целенаправленно. Но поскольку это слишком сильное оружие, его

нельзя пускать в дело без самой крайней нужды. Впрочем, правда — оружие еще более сильное. Но

удобное тем, что им можно пользоваться часто. Часто, но не всегда.

126

Чистая, ни с чем не смешанная правда есть гораздо более сильное оружие, чем любая ложь или

смесь правды и лжи. Поэтому журналистика и не может постоянно использовать это оружие — слишком

непредсказуемым может быть эффект.

127

То, что журналисты врут, причем врут много — правда. Но никому не позволено говорить об

этом публично, особенно в стране, где доверие к власти намного ниже, чем доверие к журналистам.

128

Ни одно СМИ, требующее оглашения всей правды, только правды и ничего иного, кроме прав-

ды, о деятельности или поведении

Третьяков В.Т. Как стать знаменитым журналистом: Курс лекций по теории и практике современной русской

журналистики/Предисл. С. А. Маркова. — М.: Ладомир, 2004. — 623 с.

269

270

593

какого-либо института или человека, никогда не расскажет всей правды (и далее — по формуле)

о себе.

Свобода слова и другие свободы

129

Поддержание свободы слова и свободы информации не является единственной целью современ-

ных СМИ, причем ограничители этих свобод лежат сегодня не только вне СМИ, но и в них самих.

130

Свобода слова (и в идеальном декларировании, и в реальном функционировании) является од-

ним (не единственным) из краеугольных камней современной демократической политической системы,

но не высшей ценностью ни самой системы (ее высшими ценностями являются выживание, или самосо-

хранение, и экспансия), ни тем более жизни вообще.

131

Во-первых, свобода печати есть по сути свобода слова журналистов, а не всех граждан данного

общества; во-вторых, в определенном смысле свобода печати есть ограничение свободы слова всех ос-

тальных граждан данного общества; а потому, в-третьих, даже там, где свобода печати максимально

защищена законом, и легально, и нелегально сохранены механизмы противодействия использованию

свободы печати журналистами в ущерб интересам общества, отдельных его граждан или даже собствен-

но государственной власти.

132

Свобода слова является институтом тотальной власти общества над самим государством, бюро-

кратией, деньгами и общественными пороками.

133

Всякая фиксация нового национального интереса неминуемо накладывает ограничения на фун-

даментальный принцип демократической журналистики - свободу слова и свободу печати.

594

134

Публичные политики и иные фигуры, играющие на политическом поле, демонстрируют реаль-

ную приверженность свободе и независимости средств массовой информации в том случае, если самые

мощные СМИ находятся в их руках или помогают им получить или удержать власть (или крупную соб-

ственность).

135

Свобода печати в России существует для тех журналистов, которые способны и имеют возмож-

ность работать в ее рамках, а свобода массовой информации — для тех, кто имеет возможность следить

за передачами всех основных телеканалов и регулярно читать, как минимум, шесть-семь газет и два-три

еженедельника разных политических направлений.

136

Свобода печати есть один из краеугольных камней свободного и демократического общества,

который, однако, очень часто используется и в качестве камня за пазухой, и булыжника как оружия,

причем пролетариатом реже, чем другими социальными группами.

Цензура

137

Свободно выраженную мысль государству легче контролировать, чем мысль не высказываемую.

138

Дружеская цензура — самый сильный и эффективный вид существующей сейчас неформальной

цензуры, помимо тех случаев (они не единичны, но всетаки исключительны), когда речь идет о прямых

угрозах журналисту.

139

Каждый волен писать любое слово на листе бумаги, но не любое волен публиковать — и это есть

граница, отделяющая цивилизо-

595

ванного человека от варвара, культурного — от дворового хулигана.

140

Не только власть периодически испытывает на прочность институт свободы печати. Это делает и

само общество, в том числе самое свободное и самое либеральное.

141

Цензура чаще всего — в 90 случаях из 100 — появляется тогда, когда общество вполне стихий-

Третьяков В.Т. Как стать знаменитым журналистом: Курс лекций по теории и практике современной русской

журналистики/Предисл. С. А. Маркова. — М.: Ладомир, 2004. — 623 с.

270