Власова О. Феноменологическая психиатрия и экзистенциальный анализ: История, мыслители, проблемы

Подождите немного. Документ загружается.

381

][^_^ 1. ½xuh`qdgyh^[\g^k ^gqtZlZ[Z]hk [Òf_h]^ {hg`_^g]dt^

антропология) и путем любви с учетом Эроса и Агапе. Бинсвангер от-

мечает: «Проходит то время, когда отдельные науки, страшась, отгора-

живались от философии, когда они в критической самонадеянности

оставляли без внимания непосредственное существование и в позити-

вистской гордости забывали о проблематичности собственной приро-

ды. Сегодня философы и ученые, критики и творцы с полным осозна-

нием границ своего метода обращаются друг к другу для совместного

сотрудничества. Развитие неокантианства, исследования Дильтея и фе-

номенологическое движение

—

все это указало на возможность взаимо-

действия науки и философии, которое имеет своей конечной целью по-

нимание науками себя самих»

¹⁴¹

Выход, казалось бы, прост: необходимо синтезировать философию

и естественные науки и в этом единстве постигнуть природу челове-

ка. Но, как справедливо отмечает Бинсвангер, и естественные, и гума-

нитарные науки привыкли считать собственную методологию единст-

венно верной и подходить к «чужому» предмету исследования со своими

мерками. Это, на его взгляд, совершенно недопустимо, поскольку миро-

воззрение естественников, в частности психиатров, опирается на пози-

тивизм, а мировоззрение гуманитариев по своей природе идеалистично.

В итоге, когда каждая из сторон, основываясь на своем собственном на-

учном методе, принимается судить о том, о чем можно судить лишь с точ-

ки зрения другой стороны, возникают в корне ошибочные утверждения.

Бинсвангер приводит следующий пример: случай, который психиатрия

диагностирует как симптом психического заболевания, гуманитарии мо-

гут назвать проявлением высокой нравственности, религиозности или

таланта. По этим причинам синтез философии как гуманитарной нау-

ки и психиатрии как науки естественной, исходя из его представлений,

невозможен. Как видно, он сохраняет убеждение в невозможности объ-

единения философии и психиатрии, сформировавшееся еще в гуссер-

лианский период.

Чем же, по мнению Бинсвангера, представляется то, что называется

в психиатрии психической патологией, и что получается, если отстра-

ниться от языка психиатрии и последовать «путем Бинсвангера»? При от-

вете на этот вопрос, на наш взгляд, наиважнейшим является тот факт, что

для Бинсвангера, как и для всех остальный представителей феноменоло-

гической психиатрии и экзистенциального анализа, переживания психи-

чески больных онтологически истинны, а их опыт

—

такой же подлинный

опыт, как и у здоровых людей. Вопрос заключается лишь в том, чтобы по-

¹⁴¹

Binswanger Archive, Tübingen University Archive, Germany, 443 / 36. Цит. по: Lan-

zoni S. Bridging Phenomenology and the Clinic: Ludwig Binswanger’s «Science of

Subjectivity»… P. 6.

Vlasova.indb 381Vlasova.indb 381 08.02.2010 15:38:2708.02.2010 15:38:27

382

|^`q\ iv

нять этот опыт. Как пишет Дж. Нидлман, «для Бинсвангера душевноболь-

ной видит Святую Деву

—

вопрос, однако, заключается в том, что Святая

Дева значит для него?»

¹⁴²

. Значение этого опыта невозможно исследо-

вать объективными методами, его можно лишь понять.

Бинсвангер соглашается с утверждением Ж. Э. Д. Эскироля о том,

что лишь психически инертный человек может постулировать сущест-

вование только одного объективного мира, и отмечает, что совершен-

но оправданным является постулирование существования числа миров

по числу психотиков, но эти миры отличаются от миров большинства

людей. Их постижение и научное описание и должно стать главной за-

дачей психопатологии, и в этом экзистенциальный анализ

—

ее верный

помощник. «Экзистенциальный анализ,

—

пишет Бинсвангер,

—

не толь-

ко научно объясняет пропасть, разделяющую наш „мир“ и „мир“ душев-

нобольных людей и затрудняющую их общение, но и на научной основе

строит через нее мост. Нас больше не останавливает так называемая гра-

ница между той психической жизнью, которую мы можем прочувство-

вать, и той, которую не можем»

¹⁴³

Именно направленность на исследование структуры существования

предоставляет исследователю норму и позволяет определить отклоне-

ния от нее таким же точным путем, как в естественных науках. При этом

отклонения, как считает Бинсвангер, нельзя понимать с негативной точ-

ки зрения как ненормальность. Они представляют собой новую норму,

новую форму бытия-в-мире. «Например,

—

указывает он,

—

если мы мо-

жем говорить о маниакальной форме жизни, или, скорее, существова-

ния, то это означает, что мы могли бы установить норму, которая охва-

тывает и управляет всеми модусами выражения и поведения, обозначен-

ного нами как мания. Именно эту норму мы называем „миром“ челове-

ка, страдающего манией»

¹⁴⁴

. Норма конкретного психотического мира,

например, маниакального, представляется Бинсвангером, скорее, как

особая структура бытия-в-мире. Этот методологический ход напомина-

ет логику Ясперса, который, как мы отмечали, выделял различные типы

миров психически больных: миры шизофреников, ананкастов и др. Яс-

перс характеризует эти личностные миры как аномальные, такую же ха-

рактеристику можно бы было применить и для отклоняющихся миров

Бинсвангера, поскольку, хотя он и не уделяет внимания этому аспекту,

но утверждать полную нормальность мира шизофреника, на наш взгляд,

он бы не осмелился.

¹⁴²

Нидлман Дж. Критическое введение в экзистенциальный психоанализ Л. Бинс-

вангера… С. 35.

¹⁴³

Бинсвангер Л. Экзистенциально-аналитическая школа мысли… С. 332.

¹⁴⁴

Там же. С. 319.

Vlasova.indb 382Vlasova.indb 382 08.02.2010 15:38:2708.02.2010 15:38:27

383

][^_^ 1. ½xuh`qdgyh^[\g^k ^gqtZlZ[Z]hk [Òf_h]^ {hg`_^g]dt^

Целостность бытия-в-мире психически больного, по Бинсвангеру,

не является функциональным целым, а также целым в смысле комплек-

са. Это также не объективное целое, но целое в смысле единства ми-

ро-проекта пациента. Тем самым, Бинсвангер практически повторяет

схему Фрейда, у которого частный симптом включен в целостную исто-

рию жизни пациента. Понятие симптома превращается в понятие фун-

даментального нарушения и включается теперь в целостное существо-

вание, но само понятие симптома остается. Вот что пишет Бинсвангер

о сопоставлении пространственности при шизофрении: «В то время

как клиническая психиатрия стремится сделать такое сравнение воз-

можным на основаниях сходства или различия симптомов и синдромов,

Daseinsanalyse обеспечивает нас систематическим сравнением другого

рода

—

а именно, сравнением, основанным на определенных экзистен-

циальных процессах и тенденциях. Вместо единицы заболевания, состоя-

щей из маленького и, вероятно, также клинически и симптоматически

весьма пестрого класса, у нас есть единство четких экзистенциальных

структур и процессов»

¹⁴⁵

Основной чертой миро-проекта психически больных является,

по Бинсвангеру, его суженность и ограниченность. Он пишет: «То, что

отдаляет нас от „душевнобольных“, что заставляет их казаться нам чу-

жими, это не отдельные ощущения или идеи, но, скорее, факт их тю-

ремного заключения в проекте мира, который чудовищно сужен, по-

тому что он управляется одной темой или небольшим количеством

тем»

¹⁴⁶

. Эти утверждения он подтверждает анализом многочисленных

клинических случаев. При этом основными элементами анализа каждо-

го случая у Бинсвангера выступают реконструкция жизненной истории

и экзистенциально-феноменологический анализ. Личная история паци-

ента позволяет, по его мнению, определить ключевую тему, всегда вы-

ступающую в виде константы, ключа к пониманию жизни пациента как

истории. Бинсвангер подчеркивает, что история всегда тематична. Он

пишет: «Тема, конечно, является не просто темой, а спором между „я“

и миром, обостренным определенной экзистенциальной ситуацией»

¹⁴⁷

Поэтому экзистенциально-феноменологический анализ и реконструк-

ция жизненной истории взаимосвязаны, поскольку анализ экзистен-

ции индивида всегда требует исторических данных. Исторический ана-

лиз показывает не только статичную экзистенцию, т. е. существование

в данный момент времени, но и ее трансформации в течение жизни че-

¹⁴⁵

Бинсвангер Л. Введение в Schizophrenie… С. 219.

¹⁴⁶

Binswanger L. Schizophrenie. S. 401 (Цит. по: Нидлман Дж. Критическое введение

в экзистенциальный психоанализ Л. Бинсвангера… С. 104).

¹⁴⁷

Бинсвангер Л. Экзистенциально-аналитическая школа мысли… С. 344.

Vlasova.indb 383Vlasova.indb 383 08.02.2010 15:38:2808.02.2010 15:38:28

384

|^`q\ iv

ловека. Так, в случае Эллен Вест миро-проект ограничен категориями

связности, сцепленности, непрерывности

¹⁴⁸

. Такое существование ри-

гидно, оно не может допустить изменений и обновления, поскольку но-

вое приводит к разрыву непрерывности и в дальнейшем к приступу стра-

ха, панике. Следствием ригидности существования становится исчезно-

вение подлинной ориентации на будущее и преобладание прошлого.

Если существование сужено до одного единственного миро-проекта,

если мир пуст и прост, то страх не заставляет себя ждать. В этой связи

Бинсвангер заключает, что не следует отделять страх от мира, поскольку

именно мир становится шатким и угрожает исчезновением. У здорового

человека мир имеет лабильную структуру, и ничто не может сделать его

шатким и зыбким, но мир психически больного из-за его жесткой струк-

туры и ограниченности реагирует на каждое событие жизни. Сохран-

ность мира находится под угрозой, что и приводит к усилению тревоги

и страха. При этом фобия всегда несет защитную функцию и представ-

ляется попыткой охраны мира. Чего же боится фобический больной?

Бинсвангер отвечает: «Существование как бытие-в-мире детерминиро-

вано ужасностью и ничто. Источник страха

—

само существование»

¹⁴⁹

Приводя характеристики такого существования, Бинсвангер отмеча-

ет, что оно не является длительным, не продолжается перед лицом смер-

ти, а существует, скорее, как что-то имеющееся в течение определенного

промежутка времени, нечто, что однажды перестанет существовать, рас-

сыплется в прах. Разбирая случай Эллен Вест, он отмечает: «…Ее экзи-

стенции угрожает ее собственное небытие. <…> Чего экзистенция стра-

шится, так это бытия-в-мире как такового»

¹⁵⁰

. Возникает то состояние,

которое Хайдеггер в своих работах назвал ужасом, ужасом в экзистен-

циальном смысле. Мир становится для человека угрожающим и сверхъ-

естественным. Но ничтожение существования у Бинсвангера выступа-

ет не только в хайдеггеровском, но в сартровском смысле: как тошнота.

¹⁴⁸

Этот случай является самым известным клиническим случаем Бинсвангера.

Поскольку в данной работе мы не останавливаемся на нем подробно, можно

порекомендовать: Ellen West

—

Eine Patientin Ludwig Binswanger zwischen Kreativ-

ität und destruktivem Leiden / Hrsg. A. Hirschmüller. Heidelberg: R. Asanger, 2003;

Akavia N., Hirschmüller A. Ellen West: Gedichte; Prosatexte, Tagebücher, Kran-

kengeschichte. Heidelberg: R. Asanger, 2007; Akavia N. Writing «The Case of Ellen

West»: Clinical Knowledge and Historical Representation



Science in Context.

2008. Vol. 21. № 1. P. 119

–

144; Jackson C., Davidson G., Russell J. and Vandereycken W.

Ellen West Revisited: The Theme of Death in Eating Disorders



International Jour-

nal of Eating Disorders. 1990. Vol. 9. P. 529

–

536; Lester D. Ellen West’s Suicide as a

Case of Psychic Homicide



Psychoanalytic Review. 1971. Vol. 58. P. 251

–

263.

¹⁴⁹

Бинсвангер Л. Экзистенциально-аналитическая школа мысли… С. 324.

¹⁵⁰

Там же. С. 410. Здесь Бинсвангер, разумеется, развивает идеи Хайдеггера.

Vlasova.indb 384Vlasova.indb 384 08.02.2010 15:38:2808.02.2010 15:38:28

385

][^_^ 1. ½xuh`qdgyh^[\g^k ^gqtZlZ[Z]hk [Òf_h]^ {hg`_^g]dt^

Это «червеобразное вегетативное подземное существование, желтею-

щий и рассыпающийся в прах упадок, тошнотворный мир…»

¹⁵¹

. Исчез-

новение (Schwinden) мира, на взгляд Бинсвангера,

—

основная черта от-

чаяния

¹⁵²

. Мир становится тусклым, беззвучным и погружается в темноту.

Неизбежным следствием того, что экзистенция становится жертвой

собственного страха, является ужас. Экзистенциальный ужас, тем самым,

изолирует существование и обнажает его. Но это одновременно не озна-

чает, что в ужасе внутреннее содержание мира переживается как отсут-

ствующее, наоборот, человек встречается с ним лицом к лицу, в его бес-

пощадности. Существование становится бытием перед лицом смерти,

смерть при этом дарует и ужас, и ликование. Эта радость, это ликование,

как отмечает Бинсвангер, возникает перед лицом Ничто и разгорается

от Ничто. Здесь необходимо упомянуть об отмечаемой им позитивности

Ничто. Ничто позитивно лишь в очень специфическом экзистенциаль-

ным смысле. Эта позитивность возникает как следствие того, что укоре-

ненное в Ничто существование пребывает не только в экзистенциаль-

ном ужасе, но и в абсолютной изоляции. «Позитивность Ничто и суще-

ствование в смысле полной изоляции экзистенциально-аналитически

являются одним и тем же»

¹⁵³

—

пишет исследователь.

Но вернемся к клиническим случаям Бинсвангера. Миро-проект мо-

жет быть не только неизменным. Другой случай Бинсвангера

—

случай

Юрга Цунда

—

демонстрирует другой миро-проект. Временной характе-

ристикой мира этого пациента является не ригидность, а спешка. Про-

странственность при этом характеризуется многолюдностью, теснотой,

закрытостью, давленим. Это дисгармоничный, переполненный энергией

угрожающий мир. Миро-проект Юрга Цюнда сведен не к категории непре-

рывности (как в случае Эллен Вест), а к категории давления, напора и на-

тиска, поэтому любой ценой в случае этого пациента должен был быть со-

хранен динамичный баланс. Но защитная функция та же

—

фобия; там, где

эта защита не срабатывает, появляются страх и ужас. Миро-проект Лолы

Фосс, третьей пациентки Бинсвангера, характеризуется вторжением не-

выразимого словами Сверхъестественного и Ужасного, он сведен к кате-

гориям знакомости и неизвестности или сверхъестественности. Сущест-

вованию Лолы Фосс постоянно угрожает безличная и враждебная сила,

и только особые действия (бред преследования) могли уберечь его от кра-

ха. Все этим случаи, несмотря на их разнообразие, объединены одной ха-

рактерной особенностью: все они есть проявление шизофренического

¹⁵¹

Там же. С. 416.

¹⁵²

Binswanger L. Das Raumproblem in der Psychopathologie



Zeitschrift für die

gesamte Neurologie und Psychiatrie. 1933. Bd. 145. № 1. S. 625.

¹⁵³

Бинсвангер Л. Экзистенциально-аналитическая школа мысли… С. 431.

Vlasova.indb 385Vlasova.indb 385 08.02.2010 15:38:2908.02.2010 15:38:29

386

|^`q\ iv

процесса. И основной чертой шизофренического процесса, по мнению

Бинсвангера, является экзистенциальное опустошение и обеднение. За эк-

зистенциальным опустошением стоит метаморфоза свободы в компуль-

сию, вечности

—

в темпоральность, бесконечности

—

в конечность. Сво-

бодное «я» превращается здесь в несвободный самоотчужденный объект.

Поскольку экзистенциальные a priori есть выражение заботы, то при

патологической модификации их структуры изменяется именно забота.

Dasein здесь уже не устанавливает свободную связь со своей фактично-

стью и оказывается заброшенным. Dasein всецело отдается заброшенно-

сти, отказывается от своей собственной свободы и вверяется во власть

других. «Невроз и психоз,

—

пишет Дж. Нидлман,

—

должны, следователь-

но, рассматриваться как способ, каким Dasein существует неподлинно,

способ, определяемый несоразмерно большим местом экзистенциалу за-

брошенности»

¹⁵⁴

. Свобода характеризует способ, которым Dasein уста-

навливает отношения с миром. Поскольку, например, в шизофрении эк-

зистенциальная подоснова сужена до одной категории, некоторые по-

тенциальные возможности Dasein утрачиваются, его мир и смысловой

контекст становятся ограниченными. Проектирование в будущее блоки-

руется, и Dasein погружается во вне-временность.

Нидлман представляет обобщающую схему экзистенциального a priori

и возникновения неврозов и психозов по Бинсвангеру (см. с. 387).

Тем самым, мы рассмотрели, что Л. Бинсвангер говорит об экзистен-

циальном «что» шизофрении. И здесь, на наш взгляд, уместно задаться

вопросом о том, что же дает эту суженность шизофрении, какие экзи-

стенциальные механизмы, по его мнению, приводят к ее возникнове-

нию, т. е. вопросом об экзистенциальном «почему».

Исходной чертой психического мира шизофреника Бинсвангер при-

знает несогласованность опыта. В нормальном состоянии, по его убеж-

дению, цепь естественного опыта выстраивается без затруднений и про-

блем, т. е. является связной в своей основе, находится в гармонии с ве-

щами и обстоятельствами, с другими людьми и самой собой. Такое

состояние, на взгляд Л. Бинсвангера, имеет значение непосредственно-

го пребывания

¹⁵⁵

среди вещей. Непосредственность этого пребывания за-

ключается в позволении всем сущим быть как они есть в себе.

Несогласованность ведет к блокированию возможности безмятежно

пребывать среди вещей. Примером этого, по Бинсвангеру, может быть

деспотичное распоряжение «вещами» у Эллен Вест, когда она запреща-

ет телу толстеть, или неуместная заинтересованность в других Юрга Цун-

¹⁵⁴

Нидлман Дж. Критическое введение в экзистенциальный психоанализ Л. Бинс-

вангера… С. 108.

¹⁵⁵

Бинсвангер заимствует термин Хайдеггера «Aufenthalt».

Vlasova.indb 386Vlasova.indb 386 08.02.2010 15:38:2908.02.2010 15:38:29

387

][^_^ 1. ½xuh`qdgyh^[\g^k ^gqtZlZ[Z]hk [Òf_h]^ {hg`_^g]dt^

да. В опыте появляются бреши, он не может примириться с самим собой

и развертывается свободно: пациенты не могут примириться с этой не-

согласованностью, постоянно пытаясь восстановить порядок и ища вы-

ход из этой ситуации. Бинсвангер пишет: «Повсюду мы встречаем это не-

утолимое желание восстановить нарушенный порядок, заполнить бреши

в опыте все новыми идеями, занятиями, делами, развлечениями, обязан-

ностями и идеалами…»

¹⁵⁶

. Но равновесие уже не может быть восстановле-

но. Единственным выходом является формирование экстравагантных

¹⁵⁷

(verstiegene) идеалов, которые маскируются под жизненную позицию

¹⁵⁸

¹⁵⁶

Бинсвангер Л. Введение в Schizophrenie… С. 220.

¹⁵⁷

Глагол «sich versreigen» имеет значение «взбираться слишком высоко». Дж.

Нидлман в комментарии предлагает переводить его на английский термином

«экстравагантный» (лат. extra

—

сверх, вне и vagary

—

бродить, блуждать). Он

пишет: «Чтобы почувствовать полный смысл этого слова, вообразите скало-

лаза, попавшего в ловушку на узком уступе, так что он не может ни спуститься,

ни подняться, и с которого он должен быть спасен другими» (Бинсвангер Л.

Экстравагантность

Бытие-в-мире… С. 293).

¹⁵⁸

В письме к Боссу от 10 февраля 1953 г. Хайдеггер выражает свое отношение

к понятию экстравагантности, рассказывая о встрече с Бинсвангером. Он

Dasein конституирует свой мир,

исходя из смыслового контекста

экзистенциальных a priori

Dasein находит свой мир и свое «я»,

конституируемые соответствующим

образом

Dasein постигает свой мир

и свое «я» посредством

свободного и открытого

отношения и проецирует

себя по направлению

к будущему, к смерти

Dasein отдается во власть своему миру,

фактичности и управляется как бы

извне своим собственным модусом

конституирования мира, отданностью-в-руки-

кого-либо (Ausgeliefertsein)

истощение экзистенци-

ального потенциала, дви-

жение по направлению

к неподлинности

—



Абсолютный

отказ от свободы

—



Vlasova.indb 387Vlasova.indb 387 08.02.2010 15:38:3008.02.2010 15:38:30

388

|^`q\ iv

Бинсвангер указывает, что экстравагантность означает такое состоя-

ние, когда «человеческое состояние может зайти слишком далеко, может

достичь края и сейчас, из которого нет ни отступления, ни движения впе-

ред»

¹⁵⁹

. Dasein здесь как бы застревает в определенном локусе, из кото-

рого не может вырваться. Оно больше не может расширить или пере-

смотреть горизонт своего опыта и поэтому остается приковано к этой

«ограниченной точке зрения». Но и это еще не все. Необходимым до-

полнительным условием экстравагантности является то, что Dasein под-

нимается выше, чем позволяет ему опытный и интеллектуальный го-

ризонт, т. е. ширина и высота становятся несоизмеримыми друг другу.

Ширина (или «горизонтальное») при этом понимается как пересече-

ние и захват мира, накопление опыта, «дискурсивности»; высота (или

«вертикальное»)

—

как желание преодолеть «притяжение земли», ста-

новление и реализация «я», выбор самого себя в смысле самореализа-

ции и созревания, «занятие позиции». Таков экзистенциальный модус

экстравагантности.

Восстановить нарушенный порядок при шизофрении пациенты

не могут по одной причине

—

опыт расщепляется на альтернативы, жест-

кое «или… или…». Несогласованность опыта, тем самым, достигает но-

вой упорядоченности, Dasein занимает жесткую позицию и всячески пы-

тается эту позицию сохранить. Именно поэтому экстравагантные идеа-

лы достаточно стойки, хотя и воздвигают непреодолимое препятствие

на пути к подлинному существованию. Следствием этой несогласованно-

сти и расщепления опыта становится дефектность экзистенциального

модуса при шизофрении. Dasein теперь может существовать лишь в мо-

дусе дефектности, модусе падения в мир или омирения (Verweltlichung).

Dasein не может найти выхода из экстравагантности и все больше

в ней запутывается. Но альтернатива не так уж красочна, она охватыва-

ет то, что противоречит экстравагантному идеалу. Следование ей также

невозможно. «Dasein,

—

пишет Бинсвангер,

—

не может остановиться

ни на одной из сторон альтернативы, и его бросает от одной к другой.

И чем выше становится отдельный идеал, тем сильнее и взрывоопаснее

угроза, поставленная другой стороной альтернативы»

¹⁶⁰

. Та сторона, ко-

пишет о нем: «Последний был вооружен гигантской рукописью об „экстрава-

гантности“. Эта вещь, научный труд об „экстравагантности“, была подготов-

лен им в соавторстве (с Силаши) в Бриссаго. Когда я выдвинул свою критику

и заявил, кроме всего прочего, что анализ кажется мне весьма экстравагант-

ным, Силаши согласился со мной. Бинсвангер смутился, поскольку должен был

признать, что то, против чего я высказал возражения, является идеями самого

Силаши» (Heidegger М. Zollikoner Seminare… S. 308).

¹⁵⁹

Бинсвангер Л. Экстравагантность… С. 294.

¹⁶⁰

Бинсвангер Л. Введение в Schizophrenie… С. 222.

Vlasova.indb 388Vlasova.indb 388 08.02.2010 15:38:3008.02.2010 15:38:30

389

][^_^ 1. ½xuh`qdgyh^[\g^k ^gqtZlZ[Z]hk [Òf_h]^ {hg`_^g]dt^

торая неприемлема для Dasein, скрывается (исследователь обозначает

этот процесс понятием «прикрытие»), подкрепляя, тем самым, экстра-

вагантный идеал. Dasein становится тревожным, поскольку появляет-

ся тревога преследования, свобода уходит, и существование включает-

ся в сети, кабалу, из которой невозможно выбраться. Впереди ожидает

лишь пустота, которую невозможно преодолеть. И тут Dasein, больше

неспособное выдерживать эту ситуацию, капитулирует.

Кульминацией напряжения, возникшего из-за неспособности найти

выход, следствием отречения и отказа от всей антиномической пробле-

мы как таковой становится экзистенциальный уход, истирание сущест-

вования, которые принимают форму острого психоза, умопомешатель-

ства. Этот экзистенциальный уход не означает отречения от социальной

жизни или жизни как таковой. Бинсвангер отмечает, что происходит,

скорее, отказ от жизни как независимой, автономной самости, Dasein

отдает себя в руки чуждых ему сил. «Dasein удаляет самое себя из авто-

номии своего собственного жизненного контекста. Мы вынуждены ска-

зать о таком человеке, что он жертва, игрушка или пленник в руках чуж-

дых сил»

¹⁶¹

—

указывает он. Это состояние сопровождается неразрывной

связью активности и пассивности. Активность возможна лишь как ре-

зультат пассивности, т. е. пассивного подчинения чуждым силам как ре-

зультат полного отказа Dasein от самого себя. Бинсвангер пишет о Лоле

Фосс: «То, что в этом случае Dasein предает себя в руки других людей,

а не, скажем, демонических сил, связано с базальным садизмом, кото-

рый является доминирующим в этом Dasein

—

а садизм является, в сво-

ей основе, модусом бытия в Mitwelt»

¹⁶²

. Другие при такой стратегии обя-

зательно должны стать врагами, от которых Dasein зависит и чьей воле

подчиняется.

На основании проведенного анализа Бинсвангер заключает, что со-

держание психозов не является первичным образованием, но зависит

от того способа, которым Dasein заполняет бреши естественного опыта,

возникшие вследствие неспособности найти выход, разрешить антино-

мическое напряжение. Капитуляция Dasein приводит к появлению одно-

стороннего, согласованного, непроблематичного опыта, в соответствии

с которым придается форма любому новому опыту. Тем самым, при та-

кой трактовке у Бинсвангера образуется внутренне согласованная, но де-

фектная структура шизофренического существования. То есть в принци-

пе внятный, хотя и несколько противоречивый ответ на вопрос об экзи-

стенциальном «почему».

¹⁶¹

Там же. С. 225.

¹⁶²

Там же. С. 229.

Vlasova.indb 389Vlasova.indb 389 08.02.2010 15:38:3108.02.2010 15:38:31

390

|^`q\ iv

§ 8. `qtzxqzt¿ Zl¿q^: lZufghÀ {hg`_^g]dt

Поздний Бинсвангер, творчества которого мы уже касались в параграфе

о Гуссерле, настолько значим, что заслуживает отдельного рассмотрения.

Последняя его работа «Бред: вклад в его феноменологические и Dasein-

аналитические исследования» словно знаменует пик развития феноме-

нологической психиатрии и экзистенциального анализа, где это цело-

стное направление устами Бинсвангера пытается проблематизировать

пространство своей основополагающей проблематики

—

патологический

опыт и опыт как таковой. Именно этой проблеме

—

структурам бредово-

го опыта и структурам опыта «нормального»

—

и посвящена эта работа.

В этой книге Бинсвангер в основном сохраняет свойственные его

экзистенциальному анализу общефилософские установки, но, тем

не менее, несколько уточняет и конкретизирует отдельные положе-

ния. Как и в более ранних работах, здесь он понимает Dasein как бытие-

в-мире, как свободу трансценденции: с одной стороны, как свободу воз-

можности существования сущих, в которых пребывает существование,

и с другой стороны, как свободу самораскрытия сущих. Существование,

на его взгляд, всегда явлено в близости к онтическому условию возмож-

ности раскрытия сущего.

Свое исследование Бинсвангер начинает с вопроса о том, возмож-

но ли в психическом заболевании трансцендирование: можно ли го-

ворить, что в бреде больной проектирует мир, что он трансцендирует

к миру, и о какого рода трансценденции здесь может идти речь. И сра-

зу же оговаривается: совершенно ясно, что трансценденция здесь не свя-

зана со свободой, т. е. речь может идти лишь о чрезвычайно дефицитар-

ном способе трансцендирования

¹⁶³

. Так в чем в таком случае состоит

эта дефицитарность? На место свободы в патологии, отвечает Бинсван-

гер, приходит произвол и ожидание воздействия, существование оказы-

вается во власти чуждого ей мира, становится порабощенным бытием.

Принципиально новым в контексте предыдущего творчества стано-

вится в этой работе разделение понятий существования и опыта. Если

в более ранних исследованиях основополагающим было понятие струк-

турного порядка Dasein, специфической структуры бытия, в «Бреде»

на смену ему приходит понятие опыта (Erfahrung) и исследование ме-

ханизмов его трансформации как разрушения его последовательности.

Опыт мыслится Бинсвангером как естественный опыт, в котором сущест-

вование еще не рефлексируется, не проблематизируется и предстает как

непосредственная последовательная связность

¹⁶⁴

. Последовательность

¹⁶³

Binswanger L. Wahn... Pfullingen: G. Neske, 1965. S. 20.

¹⁶⁴

Ibid. S. 27

–

28.

Vlasova.indb 390Vlasova.indb 390 08.02.2010 15:38:3108.02.2010 15:38:31