Власова О. Феноменологическая психиатрия и экзистенциальный анализ: История, мыслители, проблемы

Подождите немного. Документ загружается.

391

][^_^ 1. ½xuh`qdgyh^[\g^k ^gqtZlZ[Z]hk [Òf_h]^ {hg`_^g]dt^

этого опыта и разрушается в психическом заболевании. Здесь исследо-

ватель, с одной стороны, возвращается к феноменологической психиат-

рии (не зря этот период обозначает как гуссерлианский поворот) и кон-

центрирует внимание на опыте, трактуя его, в духе феноменологиче-

ских психиатров, как непосредственную связность с миром, а с другой

стороны, сохраняет ранее предложенную в работе «Шизофрения» трак-

товку патологии как разрушения последовательности опыта.

Бинсвангер подчеркивает, что в настоящей работе он несколько из-

меняет трактовку опыта и его отношения к существованию, по сравне-

нию с тем, которое было представлено в «Шизофрении». Точнее, как

нам представляется, он изменяет не трактовку, а ракурс рассмотрения,

обращая

—

по его собственному признанию, вслед за Гуссерлем

—

внима-

ние на конституцию опыта. В бреде, на его взгляд, имеет место дефици-

тарная структура опыта, и она понимается уже не экзистенциально-ана-

литически, исходя из экзистенциально-аналитической герменевтики

болезни и развертывания бредового существования, но на основании

феноменологического описания структур и структурных связей в кон-

ституции и генезисе бредового опыта

¹⁶⁵

. Бинсвангер, таким образом,

стремится следовать трансцендентальному методу Гуссерля, и поэтому

опыт здесь может быть приравнен к Гуссерлеву сознанию, в этой рабо-

те опыт

—

это опыт сознания, воспринимающего мир. Если изобразить

присутствующие во всех работах Бинсвангера трактовки опыта следую-

щим образом: «структура опыта (конституция и генезис)

—

опыт

—

суще-

ствование»

¹⁶⁶

, то в противоположность «Шизофрении», где он сосре-

доточивает свое внимание на правой части этой схемы, в работе «Бред»

он концентрируется на левой. Первым этапом анализа здесь, разумеет-

ся, оказывается вопрос о самой конституции и генезисе опыта, поэтому

Бинсвангер обращается к ступеням «нормального» и бредового опыта.

Первая ступень синтеза опыта связана с перцепцией

¹⁶⁷

. Исследователь

отмечает, что непосредственно данное предстает перед нами лишь как

хаос впечатлений и требует первичной фильтрации, оформления и син-

тетической унификации. В результате получаются синтетически оформ-

ленные единства впечатлений, и, поскольку они предлагают нам объект,

мы называем этот процесс восприятием. Уже это синтетическое оформ-

ление впечатлений (понимаемое как первичное схватывание) подчиня-

ется, на его взгляд, определенным правилам: каждый синтетический акт

происходит согласно определенному предписанию, является результа-

¹⁶⁵

Ibid. S. 36.

¹⁶⁶

Направленность стрелок в этой схеме можно оспорить.

¹⁶⁷

Ibid. S. 37

–

45.

Vlasova.indb 391Vlasova.indb 391 08.02.2010 15:38:3108.02.2010 15:38:31

392

|^`q\ iv

том установленного положения. Он связывает воедино пред-актуальное

с настоящим или актуальное с пред-восхищаемым (пред-ожидаемым) со-

гласно инструкции, удерживаемой в памяти или вновь актуализирован-

ной (следуя за Силаши, Бинсвангер обозначает ее термином «мнемети-

ческая»). Этот синтез фактически происходит на основании совокупно-

сти указаний на связь между отдельными интенциональными актами

¹⁶⁸

Эта система указаний в повседневной коммуникации идентична для всех

ее участников и всегда скрыто присутствует в ней, оставаясь незаметной

в «норме» и открываясь в «патологии». Именно здесь становится замет-

ной для психиатра первичная незавершенность опыта.

Здесь Бинсвангер наследует характерное для большинства предста-

вителей феноменологической психиатрии и экзистенциального анали-

за представление о том, что в патологии можно увидеть механизмы ор-

ганизации нормы. В. Силаши в этом отношении замечает: «Природа с ее

случаями ненормальности вообще приходит на помощь исследованию

процессов сознания; она словно бы предоставляет возможность экспе-

риментов, которые не может провести человек и которые он обнаружи-

вает в расстройствах сознания, т. е. в нарушении нормальных пунктов

указания на связь (Verweisungsstellen) и способа связываний. Нормаль-

ное движение сознания плотно сцеплено. Пункты повреждения

—

это

пробоины, в которых заметно два момента опыта: во-первых, значение

отдельного момента для структуры, во-вторых, характер нарушения и ис-

ходя из него

—

характер ненарушенной инструкции. Решение обоих во-

просов входит в круг задач Dasein-анализа Бинсвангера»

¹⁶⁹

Но вернемся к синтезу. Синтез описывается Бинсвангером, во-первых,

в связи с выбором отдельных впечатлений из всего хаоса таковых, и во-вто-

рых, в связи с их включением в осуществляемую деятельность сознания,

т. е. в связи с наглядным представлением объекта. При этом, как огова-

ривает сам Бинсвангер, деятельность сознания понимается им не как по-

следовательность надстраивающихся друг над другом этажей, а, в соответ-

ствии с представлениями Гуссерля,

—

как живое развертывание, как поток.

Этот синтез включает три момента: эстезис, мнеме и фантазию. Значи-

тельную роль в синтетическом оформлении впечатлений в соответствии

с определенными правилами, на взгляд Бинсвангера, играет мнеметиче-

¹⁶⁸

Здесь Бинсвангер заимствует положение Хайдеггера об «отсылании». «Бытие

подручного,

—

указывает Хайдеггер в „Бытии и времени“,

—

имеет струк-

туру отсылания

—

значит: оно по самому себе имеет характер отсылания.

Сущее открывается в видах того, что оно как это сущее, какое оно есть,

без чего-то не может. С ним всегда в чем-то дело. <…> Отношение „в чем…

с чем…“ должен означить термин отсылание» (Хайдеггер М. Бытие и время…

С. 104

–

105).

¹⁶⁹

Szilasi W. Philosophie und Naturwissenschaften. Bern: A. Francke, 1961. S. 111.

Vlasova.indb 392Vlasova.indb 392 08.02.2010 15:38:3108.02.2010 15:38:31

393

][^_^ 1. ½xuh`qdgyh^[\g^k ^gqtZlZ[Z]hk [Òf_h]^ {hg`_^g]dt^

ский момент. Инструкция

—

это набросок, мнеметическая схема, которая

четко зафиксирована и скрыта, только благодаря этой схематичности,

четкости и фиксированности возможно взаимопонимание. «Стол», «стул»,

«дом», «человек»

—

это не элементарные понятия, а мнеметические схе-

мы, где «мнеме»

—

совокупность моментов, приводящих к идентификации.

Здесь, на взгляд Бинсвангера, имеет смысл говорить не о категори-

альной, а о мнеметической структуре. Именно эта мнеметическая схе-

ма оказывается нарушена в патологии: ее связи чрезвычайно ослаблены

и свободны. На первый взгляд, чрезмерно жесткая, неподвижная и точ-

ная, на самом деле она становится максимально свободной по отноше-

нию к входящим в нее презентациям. Мнеметический момент при этом

не отсутствует вовсе, но имеет место лишь недостаточная строгость его

схемы, отказ от следования естественным ссылкам между отдельными

интенциональными актами. Это приводит к тому, что не человек облада-

ет впечатлениями, а впечатления начинают обладать человеком

¹⁷⁰

Вторая ступень синтеза

—

восприятие или апперцепция

¹⁷¹

. Восприя-

тие приходит на смену наглядному представлению предыдущего эта-

па и точно так же является продуктом синтеза

¹⁷²

. Здесь восприятия

становятся осознанными, поскольку перцепция еще не отмечена при-

надлежностью к сознанию. И поэтому на этом этапе основным резуль-

татом деформации становится деформация реальности (Wirklichkeit),

а центральным моментом восприятия, вслед за Кантом, оказываются

временные отношения (Zeitverhältnisse).

Как отмечает Бинсвангер, деформация реальности может проис-

ходить в бредовом восприятии, во-первых, вследствие синтеза в вос-

приятии уже деформированных наглядных представлений, во-вторых,

по причине деформации правил синтеза из-за изменения временных от-

ношений

¹⁷³

. В последнем случае время больше не является потоком, оно

не течет, а тихо стоит на месте. Фаза восприятия при этом не является, как

это описывал Гуссерль, пограничной фазой интенциональных ретенций,

а представляет собой конечную фазу, лишенную собственной протенции.

¹⁷⁰

Binswanger L. Wahn… S. 43

–

44.

¹⁷¹

Ibid. S. 45

–

50.

¹⁷²

Бинсвангер понимает этот синтез в трактовке Хайдеггера. См.: Хайдеггер М.

Кант и проблема метафизики / Пер. с нем. и послесл. О. В. Никифорова. М.:

Логос, 1997 (§ 3. Обоснование метафизики как «критики чистого разума»). См.

также: Молчанов В. Исследования по феноменологии сознания. М.: Террито-

рия будущего, 2007. С. 150

–

168.

¹⁷³

Binswanger L. Wahn… S. 46

–

47. См.: Гуссерль Э. Феноменология внутреннего

сознания времени; Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменоло-

гической философии… С. 253

–

259.

Vlasova.indb 393Vlasova.indb 393 08.02.2010 15:38:3208.02.2010 15:38:32

394

|^`q\ iv

Бинсвангер пишет: «Речь идет о „временении“ (Zeitigung), которое образ-

но можно обозначить как „короткое замыкание“, т. е. о таком, которому

недостает как подлинных ретенций, так и подлинных протенций»

¹⁷⁴

. Этот

факт, как считает Бинсвангер, еще раз доказывает истинность идей Гус-

серля и указывает как на то, что бред не следует за деформацией содержа-

ний, так и на то, что интенциональный акт связан не с отсылками к пред-

метам (den sachlichen Hinweisen), а с необъятным множеством не связан-

ных с предметами указаний (sachunge-bundener Hinweise).

Третья ступень синтеза связана с синтезом восприятий с объективным

опытом

¹⁷⁵

, и именно благодаря этому, на взгляд Бинсвангера, мы пони-

маем вещи в их объективной связности. Нарушение этого синтеза про-

исходит вследствие уже упоминавшегося ослабления мнеметического

момента (на первом этапе), вследствие замены четко связанной мне-

метической схемы на не предписываемые никакими мнеметически-

ми ссылками восприятия. Объективная мнеметическая схема заменя-

ется четко зафиксированной жизненно-исторически обусловленной,

привязанной к вещи схемой. Эти восприятия теряют свой субъектив-

ный характер и становятся объективными. Имеет место единый бредо-

вый континуум сознания, соединяющий в себе коррелирующие между

собой ноэтический и ноэматический компоненты. «Чем меньше,

—

пи-

шет Бинсвангер,

—

человек связан с положением вещей

—

(Sachverhalte),

и чем меньше он ими повелевает, чем больше он их избегает, тем боль-

ше он отдаляется от объективного опыта, и, значит,

—

от реальности»

¹⁷⁶

В бреде, по убеждению Бинсвангера, об объективно-действительном

опыте не может быть и речи, бред является его противоположностью.

И основным здесь является вопрос о том, посредством каких регулирую-

щих изменений феноменологической структуры или феноменологиче-

ской конституции сознания его нужно понимать. Одним из механизмов

изменения бредового сознания становится при этом нарушение син-

теза восприятий в единый опыт, и вместо целостного и развертываю-

щегося опыта перед нами предстают клочки опыта (Erfahrungsfetzen).

Деформация структуры сознания приводит к деформации реальности

(Wirklichkeit), и она также распадается на бессвязные фрагменты.

Одной из причин деформации реальности становится также прекра-

щение развертывания опыта в едином конститутивном стиле, утрата все-

гда сохраняющейся презумпции (Präsumption), исчезновение интенцио-

нального горизонта (Horizontintentionalität). «Реальный мир,

—

подчерки-

¹⁷⁴

Binswanger L. Wahn… S. 49.

¹⁷⁵

Ibid. S. 50

–

64.

¹⁷⁶

Ibid. S. 52

–

53.

Vlasova.indb 394Vlasova.indb 394 08.02.2010 15:38:3208.02.2010 15:38:32

395

][^_^ 1. ½xuh`qdgyh^[\g^k ^gqtZlZ[Z]hk [Òf_h]^ {hg`_^g]dt^

вает Л. Бинсвангер,

—

существует лишь в постоянно вырисовывающейся

презумции, чтобы опыт непрерывно развертывался в одном и том же кон-

ститутивном стиле»

¹⁷⁷

. Именно отсутствие этой презумции, на его взгляд,

и не позволяет говорить о существовании в бреде реального мира. Как мы

видим, в понимании реальности и нереальности опыта Бинсвангер исхо-

дит не из свойственного медицине позитивистского критерия о соответ-

ствии опыта объективному положению вещей, изолированной очевид-

ности он не признает. Здесь он использует Гуссерлев критерий интен-

циональности горизонта и наличия непрерывного саморазвертывания

сознания, конституирующей трансцендентальной субъективности.

Одной из центральных проблем феноменологического исследования

мира и сознания бредового больного является, по мнению Бинсвангера,

проблема проекции. В апрезентации больной присоединяется к физи-

ческой презентации другого и сливается с ним в единстве отчужденно-

го опыта. Изначальная, примординальная сфера, сфера свойственного

лишь «я» потока жизни (Lebensstromes) и исходно-первичный мир, кон-

кретное бытие человека проецируются в «между»

—

сферу и наоборот

¹⁷⁸

Эти две сферы начинают меняться местами.

Итак, опыт может деформироваться вследствие: 1) деформации пред-

ставлений

—

нарушения синтеза отдельных представлений, связи меж-

ду ними; 2) деформации восприятия

—

изменения нормального синте-

за представлений в восприятии; 3) изменения отношения правил вос-

приятия к опыту.

Бинсвангер подчеркивает, что бредовые больные иногда не имеют

даже и рассеянных представлений, и если нормальные актуальные пред-

ставления всегда ставят новые задачи, то здесь целостная конституция

понимания заменяется совершенно монотонной готовностью опыта,

всякая интенция опыта отсутствует. Он пишет: «Что осталось от пред-

ставления, так это саморегистрирующая машина, механическая регист-

рация, фантазия и мнеме есть лишь застывшие элементы этого регист-

рирующего аппарата»

¹⁷⁹

. Механическая схема становится неспособной

к действию, она может лишь воспринимать воздействие извне. На ме-

сто трансцендирования приходит животная регистрация, мнимое суще-

ствование (Scheinexistenz), в сфере опыта имеет место состояние, пол-

ностью аналогичное животному. И здесь появляются идеи воздействия.

¹⁷⁷

Ibid. S. 56.

¹⁷⁸

См.: Гуссерль Э. Картезианские медитации



Собрание сочинений. Т.

/ Пер.

с нем. В. И. Молчанова. М.: Дом интеллектуальной книги, 2001. С. 85

–

87. См.

также: Борисов Е. Проблема интерсубъективности в феноменологии Гуссер-

ля



Логос. 1999. № 1. С. 65

–

83.

¹⁷⁹

Binswanger L. Wahn... S. 85.

Vlasova.indb 395Vlasova.indb 395 08.02.2010 15:38:3308.02.2010 15:38:33

396

|^`q\ iv

В нормальном опыте, как Бинсвангер говорит, следуя за Гуссерлем,

имеет место сочетание трансцендентного и имманентного. Внешний

мир трансцендентен сознанию, но схватить его оно может, лишь исхо-

дя из своей имманентности, в собственном жизненном потоке

¹⁸⁰

. В бре-

де об этом не может быть и речи: трансцендентно встречаемое и им-

манентно-конституированное четко разделены. Бредовое сознание

не способно ни к трансцендентному конституированию, ни к рецепции

трансцендентных объектов. Оно не способно к интерсубъективности,

другие не даны здесь во взаимодействии, они не образуют общий с ин-

дивидуальным сознанием мир.

В этой работе Бинсвангер, используя идеи Хайдеггера, высказанные

в работе «О сущности основания»

¹⁸¹

, дает более конкретизированное

разъяснение отношений феноменологии и психиатрии. На основании

идеи Хайдеггера о том, что каждое событие или свидетельство опреде-

ляет для онтологии область возможного как область возможного катего-

риального или некатегориального обоснования, он приходит к выводу

о том, что интенциональность связана с выбором области возможного

для онтологии. В свете такого отношения между онтологией и онтикой

Бинсвангер определяет положение психиатра. «Я думаю,

—

пишет он,

—

что мы теперь можем уточнить наш собственный феноменологический

метод как психиатра и метод научной психиатрии как таковой, учитывая

представления Хайдеггера и Гуссерля для нашего случая. В том отноше-

нии, что психиатр исходит из конкретных „случаев“ и исследует их фе-

номенологически, он никогда не устремлен к „сфере возможного“ или

от возможностей, следовательно, к сфере существования как бытийной

возможности [Seinkönnen] (онтологической истины), но к сфере сущест-

вования как окончательного выбора или как судьбы (онтической истины).

Но у психиатра также должен оставаться и взгляд, исходя из окончатель-

ного выбора (онтическая истина), на сферу возможностей как таковых

(онтологическая истина), поскольку он позволяет увидеть и то, что эта

реальность есть лишь одна из множества возможностей»

¹⁸²

Этот окончательный выбор фактически определяется у него так же,

как и в «Идеях к чистой феноменологии и феноменологической филосо-

фии»

¹⁸³

, как выбор горизонта возможностей, т. е. определимого горизон-

та актуальности опыта. Интенциональность горизонта всегда оставляет

¹⁸⁰

Ibid. S. 91

–

93.

¹⁸¹

Heidegger M. Vom Wesen des Grundes



Gesamtausgabe / Hrsg. F.-W. von

Herrmann. Bd. 9. Wegmarken. Frankfurt a. M.: Vittorio Klostermann, 1976.

¹⁸²

Binswanger L. Wahn… S. 167.

¹⁸³

Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии…

С. 257

–

259.

Vlasova.indb 396Vlasova.indb 396 08.02.2010 15:38:3308.02.2010 15:38:33

397

][^_^ 1. ½xuh`qdgyh^[\g^k ^gqtZlZ[Z]hk [Òf_h]^ {hg`_^g]dt^

открытыми определенные возможности, актуальный опыт указывает со-

бой возможные опыты, и все это, по Бинсвангеру, определяется связан-

ными с априорными типами различными разновидностями правил. Все

события практической жизни, все факты науки определяются этим из-

менчивым, но одновременно постоянным горизонтом, исходя из кото-

рого мир обретает смысл. «Данный труд,

—

пишет Бинсвангер,

—

должен

был показать и показывает, что „прояснение горизонта опыта“ бредово-

го больного и „его логики“ и представляет собой подлинную задачу пси-

хиатрии»

¹⁸⁴

. За возможность такого исследования, как далее подчерки-

вает Бинсвангер, психиатрия должна быть благодарна Гуссерлю и раз-

работанной им теории, а также Силаши за его положение о том, что

перцепции являются априорными модусами опыта

¹⁸⁵

Таким образом, поздний Бинсвангер понимает экзистенциально-

априорные структуры скорее в Гуссерлевом смысле как горизонт опы-

та, и эти структуры как структуры опыта бредового больного он и стре-

мится исследовать

¹⁸⁶

. Его эскиз ступеней деструктурирования опыта от-

сылает к Хайдеггеру, Гуссерлю, Силаши, Канту и др. И в этой последней

работе перед нами предстает действительно зрелый Бинсвангер, и это

позднее экзистенциально-феноменологическое осмысление психиче-

ской патологии наиболее проработано и наиболее синкретично.

Фигура Бинсвангера является важной вехой развития и феноменоло-

гической психиатрии, и экзистенциального анализа. На примере соб-

ственной жизни и собственных исследований он показывает недоста-

точность чисто гуссерлианской феноменологии для психопатологии.

На это указывает обращение к Хайдеггеру и построение самобытной

теории экзистенциального анализа как сплава идей Ясперса, Гуссерля,

Хайдеггера, Сартра, Канта и других философов.

Особенно продуктивным для философской психиатрии оказался кон-

цепт экзистенциально-априорных структур. В теоретическом плане эта

категория позволила переосмыслить фундаментальную онтологию Хай-

деггера, введя в нее авторские элементы и изменив, таким образом, ее

ориентацию с исключительно онтологической на онтологически-онти-

ческую. В плане практики это понятие оказалось тем, что позволило

не только выстроить теорию возникновения психического заболевания,

но и наметить пути его преодоления. Несомненно, этот пласт так и ос-

тался недоработан, хотя и мог оказаться тем стержнем, который бы ус-

¹⁸⁴

Binswanger L. Wahn… S. 176.

¹⁸⁵

Szilasi W. Einführung in die Phänomenologie Edmund Husserls. Tübingen:

M. Niemeyer, 1959. S. 102.

¹⁸⁶

Бинсвангер и сам употребляет понятие «структурный анализ бредового опыта».

См.: Binswanger L. Wahn… S. 206.

Vlasova.indb 397Vlasova.indb 397 08.02.2010 15:38:3408.02.2010 15:38:34

|^`q\ iv

пешно объединил как все наработки психиатрии, так и целостный пласт

философской рефлексии.

Несмотря на это, большое количество последователей Бинсвангера

своей деятельностью и своими теориями доказали успешность и про-

дуктивность предложенной им теории. Его фигура поэтому являет-

ся своеобразным апогеем развития феноменологической психиатрии

и экзистенциального анализа. В его теории экзистенциально-феноме-

нологические поиски философской психиатрии достигают своего за-

конченного воплощения и завершения. Дальше придет уже антипси-

хиатрия, оказавшись «продуктом» другой эпохи и другой философии.

Но в экзистенциальном анализе есть и еще одна фигура, своеобразный

антипод Бинсвангера, который своей теорией и своей деятельностью

показывает, что происходит, если догматически и неизменно транспо-

нировать философские представления в клиническую практику.

Vlasova.indb 398Vlasova.indb 398 08.02.2010 15:38:3408.02.2010 15:38:34

399

][^_^ 2

DASEIN-АНАЛИЗ МЕДАРДА БОССА

§ 1. _ Zxtzwdghh v½qtZ_: whugdgg¿À lzq\

Теорию Медарда Босса, как и взгляды Бинсвангера, принято относить

к экзистенциальному анализу. Иногда для дифференциации некоторые

исследователи по отношению к последнему применяют непосредствен-

но термин «экзистенциальный анализ», к первому

—

«Dasein-анализ».

Также принято считать, что теория Босса стоит ближе к Хайдеггеру. Ис-

точник таких стереотипов лежит в заявлениях самого ученого и фак-

тах его биографии. Спор Бинсвангера и Босса можно назвать основ-

ным спором экзистенциального анализа, их теории в корне различны,

но тем не менее традиционно относятся к одному направлению. В ка-

кой же из них больше «экзистенциального» и онтологического? Этот во-

прос представляется не таким легким, как кажется на первый взгляд, по-

скольку первое впечатление бывает обманчиво. За ответом на него мы

и обратимся к взглядам Босса, и начнем, пожалуй, с их истоков.

Медард Босс родился 4 октября 1903 г. в Сант-Галлене, в Швейцарии.

В 1905 г. семья перебиралась в Цюрих, где Босс провел детские и юноше-

ские годы, а также начал изучать медицину. В детстве он, правда, мечтал

стать художником, но его отец не одобрял «не денежные» профессии,

и сыну пришлось подумать о чем-то другом. С 1925 по 1927 гг. он изучает

медицину в Париже и Вене, тогда же, в 1925 г., не взирая на возражения

отца, проходит годичный психоанализ у самого Фрейда. Мэтр психоана-

лиза был настолько благосклонен к юному студенту, что возвращал часть

заплаченных денег, чтобы тому было на что жить.

В 1928 г. Босс возвращается в Цюрих, где завершает свое обучение и по-

лучает степень доктора медицины. После этого в течение четырех лет

(1928

–

1932 гг.) под руководством профессора Г. В. Майера и самого Блейле-

ра он работает младшим ординатором в психиатрической клинике Бург-

хольцли, а также проходит трехлетний обучающий психоанализ у Х. Бен-

Эшенбурга. В 1932

–

1933 гг. в Лондоне и Берлине получает постдипломное

образование по неврологии (обучается у светила медицины К. Гольдштей-

на) и психоанализу. Последнему он учится у таких всемирно известных

Vlasova.indb 399Vlasova.indb 399 08.02.2010 15:38:3408.02.2010 15:38:34

400

|^`q\ iv

аналитиков, как Э. Джонс, К. Хорни, О. Фенихель, В. Райх. В 1933

–

1934 гг.

работает младшим ординатором в поликлинике университета Цюриха.

В 1934 г. Босс становится директором частного неврологического са-

натория «Шлосс Кнонау» в Цюрихе, а в 1935 г.

—

начинает собственную

психоаналитическую практику. В 1938 г. он знакомится с К. Г. Юнгом, ко-

торый тогда проживает неподалеку. Ежемесячные семинары Юнга он бу-

дет посещать в течение десяти лет. Тогда же он встречает Бинсвангера,

который в дальнейшем станет его соперником в борьбе за звание орто-

докса экзистенциального анализа.

В предисловии к первому изданию Цолликонских семинаров Босс

рассказывает историю своего знакомства с работами Хайдеггера и с ним

лично. Эта история весьма занимательна. Во время Второй мировой вой-

ны Босс служил военным врачом в швейцарской армии, а конкретнее

—

батальонным доктором в горах Швейцарии. В соответствии с уставом

швейцарской армии, к нему приставили, как он вспоминает, по мень-

шей мере троих врачей-ассистентов. Личный состав, за здоровьем ко-

торого он должен был наблюдать, состоял из крепких мужчин из гор-

ных районов, привыкших выполнять тяжелую работу. Поэтому в тече-

ние всего периода службы в армии он вынужден был сидеть без дела.

Но это безделье, как оказалось впоследствии, пошло ему только на поль-

зу. Босс пишет: «Впервые в моей жизни на меня часто находила скука. То,

что мы называем „временем“, стало для меня проблемой. Я начал напря-

женно размышлять об этой „вещи“. В доступной мне литературе я искал

что-либо об этом феномене. Случайно я натолкнулся на газетную замет-

ку о книге Хайдеггера „Бытие и время“. Я тотчас же погрузился в работу,

но обнаружил, что не понимаю не одной фразы. Книга ставила вопрос

за вопросом, с которыми я никогда не сталкивался в моей естественно-

научной подготовке»

В 1947 г. Босс пишет Хайдеггеру первое письмо, тот, как ни странно,

отвечает, и этим письмом открывается их многолетняя переписка:

Тодтнауберг, 3 августа 1947 г.

Уважаемый Д-р Босс!

Я благодарю Вас за Ваше доброжелательное письмо. Те, кто читает мед-

ленно, вызывают гораздо больше доверия, чем те, кто понимает все мгно-

венно. <…>

Вы знаете, проблемы психопатологии и психотерапии, включая вопрос

об их основаниях, очень интересуют меня, хотя мне и недостает профес-

Heidegger М. Zollikoner Seminare: Protokolle

—

Gespräche

—

Briefe / Hrsg. M. Boss.

Frankfurt а. М.: Vittorio Klostermann, 1987. S.

–

Vlasova.indb 400Vlasova.indb 400 08.02.2010 15:38:3508.02.2010 15:38:35