Балашов Л.Е. Философия

Подождите немного. Документ загружается.

абсолютно раскованно-цинично, без зазрения совести

(философской, человеческой) лепит фразы, как ему за-

благорассудится. Лишь бы было складно. Этакий фи-

лософский Хлестаков.

Тексты Ницше — сладкий яд, как сладкоголосое

пение Сирен, губивших мореходов. И это непрерывное

хвастовство-ёрничанье, этот пророческий, поучающий

тон, это злопыхательство и осмеяние-очернение всего,

что дорого нормальному человеку, эти бесконечные

попытки всё перевернуть, поставить с ног на голову.

Ницше — Гитлер философии. Лично он никого не

убил, но он подготовил-взрыхлил духовную почву для

преступников типа Гитлера, для преступлений против

человечества. Он совершил многочисленные философ-

ские «преступления», попытался реабилитировать зло,

«злую мудрость», «ложь», истину смешал-

отождествил с ложью, постоянно высмеивал позитив-

ные человеческие ценности (добро, милосердие...).

——————————

Ницше скорее не философ, а просто умник. Он ум-

ничает, использует свой ум не по назначению, не для

того, чтобы стремиться к мудрости и решать проблемы

на основе мудрости. Он вообще ничего не ищет. Он

сразу лепит всё, что приходит на ум и непременно шо-

кирующее, бьющее на внешний эффект. Он не аргу-

ментирует, не утруждает себя аргументами, а утвер-

ждает-изрекает как мистик-пророк. Он отвергает почти

всё, что выработала философская мысль до него. Объ-

являя волю к власти основным стремлением человека,

он поступает как антифилософ, как человек, который

использует свой ум для объявления неинтеллектуаль-

ной способности (воли) главной человеческой способ-

ностью, т. е. для утверждения и обоснования антиин-

теллектуализма (неразумия, безумия — говоря по-

русски).

Вот пример ницшеанской антифилософии: одно из

сочинений Ницше называется «Злая мудрость». Вду-

майтесь в это название. Оно чудовищно-нелепо как

круглый квадрат или горячий снег. Мудрость в прин-

ципе не может быть злой. Она средоточие-

объединение трех фундаментальных ценностей жизни

— добра, красоты, истины (см. об этом подробнее ни-

же, стр. 523). Мудрость тем больше мудрость, чем

лучше она ведет к добру и лучше защищает от зла, по-

скольку зло — антидобро.

Ницше — антигуманист без всяких оговорок. Он

целиком на стороне выдуманного им сверхчеловека

(господина, белокурого бестии...) и, соответственно, с

презрением-пренебрежением говорит о «человеке» (и

производном от человека: человечности, гуманности,

гуманизме). Под многими его словами с большой ра-

достью подписался бы любой фашист-нацист. (Именно

благодаря всем подобным мыслям-идеям Ницше его

главный труд «Так говорил Заратустра» оказался в

ранце фашистского солдата наряду с Библией и «Майн

кампф» Гитлера). Он не только идейный вдохновитель

гитлеризма, но и консультант, дающий конкретные со-

веты всяким гитлерам.

От Ницше пошло выражение «падающего подтолк-

ни». Если человек в чем-то слаб, то не надо ему помо-

гать – пусть сам выкарабкивается или гибнет. Нет, на-

верное, более циничного высказывания в устах фило-

софа!

Ницше — величайший философский террорист

всех времен и народов. Видманн, швейцарский критик,

увидал в его книге «По ту сторону добра и зла» руко-

водство по анархизму: «Книга пахнет динамитом», —

сказал он. Сам Ницше, отвечая этому критику, написал

«К генеалогии морали». «Я хотел, — пишет он, —

произвести пушечный выстрел более гремучим поро-

хом». Видите: Ницше даже динамита мало!

Философский терроризм Ницше даже не в этом.

Это всё внешнее, поскольку лежит на поверхности.

Ницше по своей сути духовный-моральный террорист.

Он попытался растоптать все, что дорого людям,

философам, всё, на чем держится человеческая мо-

раль и, соответственно, человеческое общежитие,

человеческое общество вообще. Ницше своим словом,

своими идеями развязывает руки всем потенциальным

убийцам, преступникам, террористам, диктаторам-

тиранам. Он как бы подталкивает их к нарушению

всех норм жизни, теоретически обосновывает поведе-

ние таких (маленьких или больших) преступников, как

Родион Раскольников или Адольф Гитлер.

Ницше — фактически духовный отец всех, кто со-

вершает преступления против человечества (человеч-

ности). Почему? Потому что о большинстве людей он

говорит презрительно-ненавидяще как о быдле, стаде,

толпе, навозе. Восхваляя тип воинственного-злого че-

ловека (господина, сверхчеловека, белокурого бестии),

он этим восхваляет войны, т. е. в конечном счете —

массовое истребление людей. Если большинство лю-

дей — навоз, то нечего с этим большинством церемо-

ниться. Оно призвано к тому, чтобы унавоживать поч-

ву для сверхчеловека.

Презрительно-пренебрежительное отношение к жен-

щине. Фраза «Ты идешь к женщинам? Не забудь плетку!»

произнесена в таком контексте: «А теперь в благодарность

прими маленькую истину! Я достаточно стара для нее! За-

верни ее хорошенько и зажми ей рот: иначе она будет кри-

чать во все горло, эта маленькая истина».

Дай мне, женщина, твою маленькую истину! — сказал

я. И так говорила старушка: «Ты идешь к женщинам? Не

забудь плетку!» —

Так говорил Заратустра.».

Это — фрагмент главного труда Ницше. А посмотрите,

какое название главки: «О старых и молодых бабенках».

Ницше не стесняется в выражениях. Он груб, развязен, ци-

ничен. Цинизм его вдвойне усиливается тем, что эти уни-

чижительные для женщины слова он вкладывает в уста

женщины же!

Ницше — ненавистник женщин. Посмотрите, как он ха-

рактеризует «женское»: «Все женское, рабское, и особенно

вся чернь: это хочет теперь стать господином всей челове-

ческой судьбы — о отвращение! отвращение! отвращение!»

(— «Так говорил Заратустра». Главка «О высшем челове-

ке»). Женское у него синоним рабского, черни. Уничижи-

тельно говорит о нем как «этом». Кроме того, он явно про-

тив эмансипации женщин. И три раза это «отвращение» с

восклицанием, звучащее как проклятие по отношению к

женскому началу жизни. Короткий текст, но сколько злобы,

презрения, отвращения к женщинам!

Ницше — расист, восхвалитель арийской расы как

расы господ. Утверждают, что он не был духовным

отцом гитлеризма. Разговоры о «крови», о расах, о ра-

се господ, об арийской (в отдельных случаях, герман-

ской) расе — разве это не протонацизм?! Да, конечно,

Ницше не был националистом в узком смысле слова,

более того, он (нещадно) критиковал немцев и «на-

циональную узость?»

. Зато он был расистом, идеоло-

гом арийской расы как благородной расы или расы

господ.

Говорят, что он не был антисемитом. Ложь! Да, он

не был примитивным, грубым антисемитом. Но он был

ненавистником евреев как расы рабов. «Все, что было

содеяно на земле, — писал Ницше, — против «знат-

ных», «могущественных», «господ», не идет ни в ма-

лейшее сравнение с тем, что содеяли против них ев-

реи»

. — Этой фразы Ницше достаточно, чтобы его

полюбили нацисты. На евреев он возлагал главную

вину за всё, что было содеяно на земле против расы

«господ».

Его высказывания о евреях лили воду на мельницу

антисемитизма. (Достаточно сравнить всю сумму вы-

сказываний Ницше о евреях с тем, что говорил о евре-

ях наш великий философ В.С.Соловьев. Разительный

контраст! В.С.Соловьев — вот был истинный против-

ник антисемитизма. Потому что он выступал против

него с позиций гуманизма. Позиция же Ницше в отно-

шении евреев двусмысленна, так как у этой позиции не

См.: Галеви Д. Жизнь Фридриха Ницше. Новосибирск,

1992. С. 201.

См.: Ницше Ф. Соч. В 2-х т. Т. 2. М., 1990. С. 422.

было этой твердой и светлой человеческой основы

[гуманизма].)

Известны англофобские высказывания Ницше. Это

тоже «дрова», которые разжигали костер гитлеризма.

Кстати, кто сказал, что философия Ницше — инди-

видуалистическая?! Его расизм, англофобия, антиев-

рейство, валовой подход к людям — разве не свиде-

тельствуют об определенном, пусть неявном, коллек-

тивизме Ницше? Похоже, Ницше использовал двойной

стандарт в отношении коллективизма. Когда ему вы-

годно было порочить коллективизм (в виде стадности)

он делал это с энтузиазмом. Когда же ему был выгоден

валовой подход к людям, не как к индивидуумам, а как

представителям разных социальных групп, к некото-

рым общностям (раса господ и раса рабов, критика ев-

реев, англичан, немцев...), то он с таким же энтузиаз-

мом выступал с коллективистских позиций. Ницше

причудливо сочетал индивидуализм с коллективиз-

мом.

Философия Ницше — это философия конфликта,

агрессии, воинственности. Стиль Ницше — напря-

женный, пророчески-безапелляционный или едкий-

иронический. Он всё время воюет (на словах, конеч-

но).

Философия Ницше в целом очень напряженная. Он

постоянно говорит сильные фразы, патетические или

язвительно-ироничные, которые показывают, что че-

ловек – хищное, злое животное, что человек должен

быть сверхчеловеком. Он абсолютизировал отношения

антагонизма, конфликта, враждебности и напряженно-

сти. Либо ты победитель, либо ты побежденный (либо

пан, либо пропал). Ницше утверждал, что общество –

стая хищных волков. По Ницше человек реализует се-

бя и всегда стремится утвердить себя как существо,

которое стремится к власти. Он делил людей на побе-

дителей и побежденных, на героев и толпу, на сверх-

человеков и всех остальных. Это логически вытекает

из его теории воли к власти. Тот, кто не стремится к

власти – ничтожество.

Философия Ницше пронизана нигилизмом. Он при-

зывал к переоценке всех ценностей, постарался разру-

шить все, что было наработано человеческой культу-

рой. Мораль добра – хлам, совесть – чепуха.

Гитлер наверняка был вдохновлен Ницше, когда

напыщенно провозглашал, обращаясь к солдатам: «Я

освобождаю вас от грязной и разлагающей химеры,

именуемой совестью и моралью»

. Ср. Ницше: «Ис-

пытывал ли я когда-нибудь угрызение совести? Па-

мять моя хранит на этот счет молчание.» (Т. 1. С. 722,

«Злая мудрость», 10). Или: Угрызение совести — такая

же глупость, как попытка собаки разгрызть камень»

(Там же. С. 817, «Странник и его тень», 38).

Мартин Лютер Кинг говорил: «Принимающий зло

без сопротивления — становится его пособником».

Ф. Ницше — это воплощенное философское зло. Кто

принимает Ф.Ницше — пособник зла.

ГЛАВА 5. РУССКАЯ ФИЛОСОФИЯ XIX – XX

ВЕКОВ

5.1. Общая характеристика русской

философии

Русская философская мысль долгое время развива-

лась в рамках религиозных представлений. Первым

известным памятником религиозно-философской мыс-

ли было «Слово о Законе и Благодати» митрополита

Илариона (11-й век). Это произведение обращено к

будущему Руси. Тема «Слова» — тема равноправности

Основной постулат Гитлера в программном обраще-

нии к армии перед Drang nach Osten звучит так: «Солдаты, я

освобождаю вас от древней химеры, именуемой совестью

во славу Великого Рейха!»

народов, резко противостоящая средневековым теори-

ям богоизбранничества лишь одного народа, теориям

вселенской империи или вселенской церкви. Иларион

указывает, что Евангелием и крещением Бог «все на-

роды спас», прославляет русский народ среди народов

всего мира и резко полемизирует с учением об исклю-

чительном праве на «богоизбранничество» только од-

ного народа.

В 15-16 веках возвышению Русского государства с

центром в Москве способствовала теория, провозгла-

шавшая Москву третьим Римом, по которой вся исто-

рия христианства сводилась к истории трех Римов

первого, погубленного католичеством, второго Кон-

стантинополя, павшего жертвой униатства, и третьего

Москвы, объявлявшейся недоступной для ереси твер-

дыней православия. Тем самым задача создания рус-

ского государства становилась всемирно-

исторической, ставилась в связь с задачей спасения

всего человечества, искупительной миссией христиан-

ства. Эта теория возникла в конце XV века (митропо-

лит Зосима, 1492 г.), а обосновал ее Филофей, старец

псковского монастыря. В Послании к великому князю

Василию III Филофей писал: «Храни и внимай, благо-

честивый царь, тому, что все христианские царства

сошлись в одно твоё, что два Рима пали, а третий сто-

ит, четвёртому же не бывать.» (// Памятники литерату-

ры Древней Руси: Конец XV — первая половина XVI

века. М., 1984. С. 441).

До XIX века светское философствование в России

было спорадическим явлением: отдельные философст-

вующие умы (например, М. В. Ломоносов,

Г. С. Сковорода, А. Н. Радищев), немногие их сочине-

ния, которые не создавали философии как отдельные

капли еще не создают дождя.

Собственно русская философия как явление куль-

туры возникла и развилась лишь в XIX веке.

По сравнению с философией других стран Европы

русская философия – более позднее явление. Это, в ча-

стности, связано с тем, что Россия влилась в мировое

русло культуры и цивилизации позже других народов

Европы. Лишь в начале XVIII в. Петр I прорубил «ок-

но» в Европу. Потом длительное время Россия перева-

ривала разные влияния со стороны Голландии, Герма-

нии, Франции, Англии и лишь в XIX веке она стала

освобождаться от иностранного влияния и заговорила

своим голосом, стала вполне самостоятельной. Появи-

лась русская поэзия (А. С. Пушкин, М. Ю. Лермонтов),

проза (Гоголь, Достоевский, Л. Толстой), музыка

(Глинка, Чайковский, Мусоргский, Бородин, Рахмани-

нов, Скрябин), живопись (Репин, Суриков, Васнецов).

Появились великие ученые (Н. И. Лобачевский,

Д. И. Менделеев), изобретатели (Яблочков,

А. С. Попов). И это все появилось в XIX веке. Если

взять конкретно философию России, то в этой области

не было каких-то выдающихся успехов, как в науке

или в искусстве. Почти весь XIX век русские филосо-

фы говорили не своим голосом, а пытались воспроиз-

вести разные западные философские концепции и уче-

ния, в основном, немцев. Было обожание Гегеля, увле-

чение Шопенгауэром...

В общем и целом русской философии дооктябрь-

ского периода был свойственен человекоцентризм или

этикоцентризм. Она обсуждала проблемы человече-

ского бытия, жизни и человеческих взаимоотношений,

по каким нормам стоит человеку жить. В этом ее сила

и слабость одновременно. Слабость в том, что ее

предмет был ограничен (вспомним: философия состо-

ит из трех частей: учения о мире; учения о человеке и

обществе и учения о разных формах-методах челове-

ческой деятельности).

Сила, ценность русской философии в том, что она

строила свои идеи о человеке и обществе на основе

литературной критики, анализа художественной куль-

туры, литературы, живописи, музыки, т. е. эмпириче-

ской базой русской философии была русская художе-

ственная культура. В этом ее главное достоинство. За-

падная философия ориентировалась главным образом

на естественные науки, а русская философия – на рус-

скую литературу, на анализ ситуаций, образов, кото-

рые давала русская художественная культура. Досто-

евский и Толстой – два титана русской культуры – бы-

ли философствующими писателями, и их литератур-

ные творения давали пищу для размышления многим

философам.

Основные дискуссии развертывались между мате-

риалистами и идеалистами, славянофилами и западни-

ками.

Нужно иметь в виду, что в царской России церковь

не была отделена от государства и закон божий препо-

давался как обязательный во всех гимназиях и школах.

Отказ от религии для русского человека был равноси-

лен нравственному подвигу. Поэтому немногие отва-

живались открыто порвать с религией и церковью. Тем

не менее в русской философии XIX века ориентиро-

ванный на естественные науки материализм стал мощ-

ным умственным движением. В. Г. Белинский,

А. И. Герцен, Н. А. Добролюбов, Н. Г. Чернышевский,

Д. И. Писарев, Г. В. Плеханов — столпы русского ма-

териализма.

Все же поддержка государством религии и церкви

сделала свое дело. В философии преобладало религи-

озно-идеалистическое направление, то есть количест-

венно философов-идеалистов было гораздо больше,

чем философов-материалистов. Это и П. Я. Чаадаев, и

славянофилы, и В. С. Соловьев, и Н. А. Бердяев, и

многие другие.

Следует упомянуть еще об одном философском на-

правлении, весьма своеобразном, нетрадиционном.

Это космизм (Н. Ф. Федоров, Н. А. Умов,

К. Э. Циолковский, В. И. Вернадский,

А. Л. Чижевский).

Таковы общие соображения, касающиеся русской

философии XIX-первых десятилетий ХХ веков.

5.2. Западники и славянофилы

30-е – 40-е гг. XIX века были отмечены дискуссией

между западниками и славянофилами. Спор о путях

развития России, о том, должна ли Россия развиваться

как самобытная страна со своей культурой или она

должна вбирать в себя достижения европейской куль-

туры и ориентироваться на западные ценности. В этом

споре обе стороны были правы и не правы. Безуслов-

но, Россия должна сохранять свою самобытность, не

должно быть общего «стандарта». Но боязнь славяно-

филов, что Россия потеряет свою особенность, не оп-

равдана. С другой стороны, западники абсолютизиро-

вали тот момент, что Россия – часть человечества и

должна быть как все. Подражание западным образцам

не во всех случаях хорошо. Это один из недостатков

позиции западников. Спор славянофилов и западников

исторически разрешается синтезом того и другого

подхода. Славянофилами были И. В. Киреевский, А. С.

Хомяков, братья Аксаковы; западниками –

П. Я. Чаадаев, В. Г. Белинский, А. И. Герцен.

Расхождения между славянофилами и западниками

были также во взглядах на соотношение коллективно-

сти и индивидуальности. Славянофилы представляли

народ как организм, как единое существо. Для них ка-

ждый русский – частица народа и должен подчинять

свои интересы и желания интересам народа. На смену

славянофилам пришли затем народники. Славянофилы

проповедовали коллективизм, общинное устройство

жизни, православную идеологию, которая должна ле-

жать в основе национальной жизни русского общества.

Это в конечном счете вылилось в большевистское уче-

ние. Там тоже коллективизм ставился на первое место.

Все должно быть общим. А западники были настроены