Балашов Л.Е. Философия

Подождите немного. Документ загружается.

166

Как уже говорилось, тело и группа — противопо-

ложные виды материи. Различие между ними отчетли-

во проявляется в характере их «поведения». «Поведе-

ние» тела описывается динамическими законами, «по-

ведение» группы — статистическими закономерно-

стями. В этом плане тело можно охарактеризовать как

нестатистический ансамбль частиц, а группу — как

статистический ансамбль.

Тело представляет собой целое (систему), в кото-

ром части (элементы), как правило, разнородны и за-

висимы друг от друга, находятся в тесной связи друг с

другом; «поведение» частей тела вполне упорядочено

относительно друг друга, «регулируется» внутренними

противоречиями. Вместе части тела образуют струк-

туру тела. Группа представляет собой совокупность

однородных элементов, относительно независимых

друг от друга и находящихся в различных столкнове-

ниях друг с другом. «Поведение” элементов группы

неупорядочено, хаотично, «регулируется» внешними

противоречиями. Группа является бесструктурным

образованием.

Попперовские “облака” и “часы» как нельзя лучше

характеризуют эти два крайних типа материи.

Таким образом, тело и группа — полюсы матери-

альной реальности. Они “нужны” последней как се-

верный и южный полюсы Земле. Если бы материаль-

ная реальность представляла собой только тело, то мир

похож был бы на абсолютно упорядоченный твердый

кристалл. С другой стороны, если бы материальная ре-

альность представляла собой только группу, то мир

напоминал бы мифологический Хаос.

Тело и группа — соотносительные виды материи.

Всякому телу определенного типа соответствует груп-

па этих тел. Примеры: вещество и поле, частица веще-

ства (атом или молекула) и газ.

167

8.6. Тело

На протяжении сотен лет понятие «тело» рассмат-

ривалось как философская категория. Философы,

жившие раньше, в большинстве случаев понимали ма-

терию именно как тело или совокупность тел. И вдруг

о понятии «тело» забыли. Философы выбросили его из

арсенала философских категорий, стали трактовать его

как частнонаучное понятие (главным образом, как по-

нятие механики и физики). Причина этого в общем-то

понятна: в последние сто лет выяснилось, что матери-

альная реальность является гораздо более многообраз-

ной и не укладывается в прокрустово ложе прежних

представлений о телесности. Отождествление материи

и тела, материальности и телесности стало невозмож-

ным.

Да, материя есть нечто большее, чем тело или со-

вокупность тел. Это, однако, не значит, что тело поте-

ряло значение философской категории и его нужно

выбросить на свалку истории. Просто оно нуждается в

обобщении, с одной стороны. С другой, надо ясно от-

давать отчет в том, что это понятие должно занимать в

системе категорий более скромное место, что оно пре-

вратилось из категории, равной материи, в категорию,

обозначающую вид материи. Что бы ни говорили об

устарелости прежних материалистических представле-

ний, современные философы, чувствуя необходимость

этого понятия, ищут и используют его эквиваленты

или, лучше оказать, суррогаты — в виде таких понятий

как «материальный объект», «материальное образова-

ние», «материальная система», «реальная вещь» и т. д.

——————

Раньше было определено, что тело является видом

материи, противоположным групповой материи.

Теперь рассмотрим собственное содержание кате-

гории “тело”. Здесь можно выделить два аспекта: 1)

стороны тела и 2) виды тела.

168

8.7. Целое, строение, часть; система,

структура, элемент

Тело как категориальное определение является це-

локупностью, объединяющей целое, строение, части

или систему, структуру, элементы. Указанные поня-

тия по отношению к категории тела играют роль суб-

категорий.

Категории целого, строения и части всегда играли

фундаментальную роль в осмыслении мира. Сначала

как слова, а затем как понятия. Это обусловлено тем,

что люди изначально делили что-то на части или из

разных “вещей” делали что-то одно целое, анализиро-

вали и синтезировали.

Категории системы, структуры, элементов как по-

нятия появились, видимо, несколько позже первой

троицы категорий. Во всяком случае в русском языке

они утвердились лишь в ХХ столетии.

Совершенно очевидно, с одной стороны, большое

сходство двух категориальных триад, а, с другой, раз-

личие.

Различие между целым и системой состоит в сле-

дующем.

При взгляде на соотношение целого и частей идут

от целого, видят-воспринимают в первую очередь це-

лое, а части при этом могут быть скрыты от непосред-

ственного восприятия. При взгляде же на соотношение

системы и элементов идут от элементов к системе. По-

следняя может быть скрыта от непосредственного вос-

приятия. Возьмем два примера: камень-булыжник и

солнечную систему. Мы видим перед собой камень-

булыжник и воспринимаем его как целое. Если бы мы

находились внутри камня и непосредственно наблю-

дали его части-молекулы, их связи, то тогда сказали

бы, что камень — система молекул. Поскольку этого

нет, камень-булыжник для нас — целое, а не система.

169

Напротив, о солнечной системе говорят только как о

системе, а не о целом. Мы внутри этой системы, видим

отдельные ее элементы: Землю, планеты, Солнце — и

лишь затем уже постигаем умом, наблюдениями, рас-

четами, что все они составляют систему. О системе

мы говорим и в тех случаях, когда собираем из разных

элементов какое-то сложное устройство. Опять же

здесь мы идем от элементов к системе.

Как видим, различие между целым и системой в

данном случае обусловлено различием субъективных

подходов, “точек отсчета”. Объективно любое целое

является системой, а система — целым.

Порой между целым и системой проводят такое

различие: система — слабое целое, а целое — сильная

система. Система — дискретная целостность, упоря-

доченная связь, порядок каких-то совокупностей. В

системе как дискретной целостности части-элементы

четко обозначены, выделены. Целое же — монолит,

нечто непрерывное, сплошное, в котором части не вы-

делены, не имеют никакого самостоятельного значе-

ния.

Не случайно слово “система” часто употребляют в

значении “порядок”. Между “целым” и “порядком” та-

кой непосредственной связи нет.

Еще одно видимое различие между целым и систе-

мой: система представляется обычно как связь разно-

родных элементов, а для целого как будто безразлично,

из каких — однородных или разнородных — частей

оно состоит (пример целого как единства однородных

частей: кусок камня).

Следует подчеркнуть, что целое (целостность) и

система не имеют самостоятельного значения подоб-

но телу, вещи и т. п. Целое и система — не виды мате-

рии. Их нельзя представлять как материальные обра-

зования. Они — лишь стороны-характеристики-

определения материальных образований-тел наряду с

другими сторонами-характеристиками-определениями.

170

Да, тело — целое, система. Но оно же и совокупность

частей, элементов, т. е. нечто, состоящее из частей,

элементов. Оно же имеет определенное строение,

структуру, т. е. нечто, имеющее строение, структуру.

Когда отдельное материальное образование, тело рас-

сматривают лишь как целое, систему, то волей-

неволей возникает преувеличенное представление о

целостности, системности отдельного материального

образования.

Далее, очень важно, с одной стороны, сознавать

универсально-всеобщее значение рассматриваемых ка-

тегориальных триад, а, с другой, их недостаточность

при характеристике живого, сложноорганизованных

образований. Еще Гегель подметил, что категории це-

лого и части в полную силу “действуют” в неоргани-

ческой природе, а в живой природе они могут функ-

ционировать лишь в снятом виде, как подчиненные

моменты более сложных или, как он выражается, “бо-

лее глубоких” категориальных отношений.

Ф. Энгельс, имея в виду это высказывание Гегеля,

справедливо отмечал в “Диалектике природы”: “На-

пример, уже часть и целое — это такие категории, ко-

торые становятся недостаточными в органической

природе. Выталкивание семени — зародыш — и ро-

дившееся животное нельзя рассматривать как “часть”,

отделяющуюся от “целого”: это дало бы ложное тол-

кование. Части лишь у трупа” (К. Маркс и Ф. Энгельс.

Соч., т. 20, стр. 538). К сожалению, в социально-

политической области К. Маркс и его последователи,

прежде всего В.И. Ленин, большевики, сплошь и ря-

дом игнорировали это категориальное различие между

целым и частью, с одной стороны, и органическими

понятиями, с другой. Более того, Маркс и Ленин, пред-

ставляя отношение общества и человека как отноше-

ние целого и части, явным образом абсолютизировали

общество как целое, занимая в сущности холистскую

позицию в данном вопросе.

Самое интересное, отдельные представители совет-

ской философской элиты прекрасно сознавали эту

связь между абсолютизацией целого и практическим

тоталитаризмом. В пятом томе “Философской энцик-

лопедии” (1970 г.) И.В. Блауберг писал: “односторон-

171

няя трактовка тезиса о приоритете целого над частями

сопряжена обычно с элементами мистицизма, а в сфе-

ре социально-политических теорий ведет к обоснова-

нию тоталитаризма, к обесцениванию личности”

Система, структура, элементы. Эти категории

стали в последние десятилетия играть важную роль в

научно-практических исследованиях, дав название

двум мощным методологическим направлениям: сис-

темный подход и структурализм.

Каждая из них играет свою роль в определении те-

ла. Система характеризует тело как упорядоченное

целое. Элементы характеризуют состав тела, то, из че-

го оно состоит. Структура характеризует порядок

расположения элементов относительно друг друга.

Несколько простейших примеров.

Атом водорода состоит из двух элементов (протона

и электрона), представляет собой систему этих эле-

ментов, и имеет определенную структуру, а именно,

планетарную (электрон движется вокруг протона по

стационарной орбите).

Молекула водорода H

также состоит из двух эле-

ментов, но уже не из протона и электрона, а из двух

атомов водорода, представляет собой систему этих

атомов и имеет структуру в виде восьмерки с двумя

центрами внутри. Центры — это протоны — ядра ато-

мов водорода, а восьмерка — это путь-орбита элек-

тронной пары, которая связывает ядра атомов. По-

следние колеблются-движутся относительно друг дру-

га в некоторых центрах равновесия.

Кристалл — твердое тело, в котором его элементы

(атомы, ионы, молекулы, группы атомов) расположены

правильными, симметричными, периодически повто-

ряющимися рядами, сетками, решетками. Как состоя-

щий из определенных частиц он отличен от кристал-

лов, имеющих в своем составе другие частицы. Как

система частиц он отличен от бессвязной хаотической

См.: Философская энциклопедия. Т. 5, М., 1970. С. 474.

172

совокупности этих же частиц. Как имеющий опреде-

ленную структуру он отличен от кристаллов, состоя-

щих из тех же элементов, но имеющих другую струк-

туру.

На последнем примере хорошо видно, что система,

структура, элементы дополняют друг друга в характе-

ристике, определении тела. Без них тело — черный

ящик и в лучшем случае может рассматриваться как

вещь, которая проявляет свои свойства в тех или иных

отношениях. А это чисто феноменологический подход,

не позволяющий заглянуть внутрь тела. С феномено-

логическим подходом нечего делать, когда мы пыта-

емся разделить тело на части-элементы или, напротив,

соединить отдельные тела в одно тело. В операциях

разделения и соединения, анализа и синтеза мы так

или иначе, осознанно или неосознанно, имеем дело с

категориями системы, структуры, элементов.

Философы обычно рассматривают указанные кате-

гории не в составе категориального блока “система-

структура-элементы”, а парами: “система-элементы”

или “структура-элементы”. Такой способ рассмотре-

ния этих категорий вносит путаницу в их понимание,

не позволяет достаточно точно определить их содер-

жание. Это особенно касается понятий “система” и

“структура”. Есть немало охотников отождествлять

эти понятия, путать их. В самом деле, в обеих парах

соотносительных понятий (“система-элементы” и

“структура-элементы”) они занимают одно и то же ме-

сто — как бы противоположны элементам. Отсюда

возникает иллюзия, что они суть одно. На примере

этих категорий мы видим, что парное представление

категорий (в виде диад) может сильно подвести фило-

софа, методолога, ученого. (Мы можем привести не-

мало таких не вполне удачных примеров парного

представления категорий: “вещь-свойство” и “вещь-

отношение”, “необходимость-случайность” и “необхо-

димость-свобода”, “закон-явление” и “сущность-

173

явление”, “причина-следствие” и “причина-действие”.)

Сопоставление понятий “система”, “структура”, “эле-

менты” в составе одного категориального блока “сис-

тема-структура-элементы” позволяет прежде всего

уточнить их содержание. Что ближе к элементам?

Структура или система? Расположить ли их цепочкой

“структура-система-элементы” или цепочкой “систе-

ма-структура-элементы”? Более естественно как будто

выглядит последняя цепочка. В таком случае система

и элементы — полюсы, а структура — промежуточное,

среднее звено. Система и элементы категориально-

логически противоположны друг другу, как единое и

многое. Структура же, занимая среднее положение

между ними, соединяет в себе черты того и другого,

системы и элементов. В самом деле, интуитивно ясно,

что структура, с одной стороны, похожа на систему,

представляет собой некий порядок, а, с другой, подоб-

но элементам, как бы “равнодушна” к связности-

целостности. В структуре целостность не так выраже-

на, как в системе. Структура — лишь порядок распо-

ложения элементов. А система — всегда целостность,

упорядоченная целостность, порядок как целостность.

Не случайно реальные тела, целостные образования

называют порой системами. Солнечная система имен-

но система, а не структура. Попробуйте тело назвать

структурой. Получается чепуха. (В обиходе ученые,

правда, употребляют иногда слово “структура” в зна-

чении “часть органического целого”, но никогда в зна-

чении “существующее само по себе, самостоятельное

тело, целое”). Структура лишь предполагает, подразу-

мевает целостность того, структурой чего она являет-

ся. Система же — сама эта целостность. Мы говорим о

структуре тела в одном случае и о системе элементов

— в другом.

Вот и выходит, что понятия “система”, “структура”,

“элементы” нужно выстраивать в виде цепочки “сис-

тема-структура-элементы”.

174

Система. Итак, значение категории “система” оп-

ределяется ее включенностью в категориальный блок

“система-структура-элементы”. Если же мы посмот-

рим различные употребления слова “система”, то уви-

дим, что они порой весьма далеки от категориального

значения слова. Кроме основного, категориального

значения это слово употребляется в значениях: “поря-

док”, “упорядоченность”, “структура”, “целое”,

“сложная часть целого”, “классификационная систе-

ма)” и т. д. Философы и ученые пытаются порой найти

общее (общий знаменатель) во всех этих значениях и

дать предельно широкое, всеохватное определение по-

нятия “система”. Думается, эти попытки заранее обре-

чены на неудачу поскольку, во-первых, “нельзя объять

необъятного” и, во-вторых, стремление к всеохватно-

сти в определении ведет к обеднению-выхолащиванию

содержания понятия. Нужно иметь в виду, что некото-

рые значения слова “система” несовместимы как огонь

и вода. Например, значения “упорядоченное целое” и

“классификационная система”.

Спрашивается, зачем нужно выделять категориаль-

ное значение слова “система” и почему оно именно та-

кое, а не другое?

На первую часть вопроса я могу ответить так же,

как это делал при анализе других категорий. Выделе-

ние категориального значения “системы” нужно преж-

де всего для того, чтобы очертить рамки-границы это-

го слова-понятия. Во-вторых, для того, чтобы не пре-

увеличивать и не преуменьшать его значение. К сожа-

лению, в истории философии, науки, культуры, поли-

тики мы имеем примеры того и другого. Одни фило-

софы и ученые (системщики, системосозидатели) аб-

солютизируют это понятие, другие игнорируют его и

даже открыто выражают свое неприятие системной

идеологии (антисистемщики). Системщики готовы всё

считать системой, в том числе и то, что объективно не

является таковой. Например, они готовы рассматри-

175

вать и рассматривают мир как систему. С моей точки

зрения, это грубейшая категориально-логическая

ошибка. Ведь что получается? Одно из частных опре-

делений, пусть и очень важных, относится к миру в

целом. С таким же успехом можно рассматривать мир

как пространство, как время, как движение, как каче-

ство, как количество, как организм и т. д. и т. п. (Выше

— см. п. 7.5, стр. 124 — я уже говорил о том, что поня-

тие системы в его категориальном значении неприме-

нимо к миру в целом, что лишь очень условно можно

употреблять это понятие по отношению к миру).

Абсолютизация системности может быть также

связана с трактовкой системы как порядка, т. е. в рас-

ширенном значении. Безусловно, система и порядок —

соответственные категории и в этом смысле они могут

в определенных ситуациях употребляться как взаимо-

заменяемые понятия. Однако, этих ситуаций не так

много...

Элементы. “Элемент” рассматривается со времен

Аристотеля как минимальный компонент системы или

же максимальный предел ее расчленения. Этим опре-

деляется-фиксируется внутренняя граница тела. Тело

как нечто пребывающее в самом себе, существующее

само по себе выступает по отношению к другим телам,

находящимся вне его, в виде целого, системы, а по от-

ношению к телам, находящимся внутри его, — в виде

того или иного элемента. Элементы и система как бы

окаймляют внутреннее “пространство” тела. А струк-

тура его “наполняет”.

8.8. Виды тела

Эмпирически наблюдаемыми видами тела являют-

ся неорганические микро-, макро- и мегатела. К мик-

ротелам относятся молекулы, атомы, элементарные

частицы, кварки. К макротелам относятся различные

твердые тела, сравнимые с размерами человеческого