Бемер Г. Иезуиты. Ли Г.Ч Инквизиция

Подождите немного. Документ загружается.

ВВЕДЕНИЕ

ских. Оно вызывало безграничную преданность и

удивление, равно как и беспредельную зависть и не-

нависть даже в самом католическом мире, даже сре-

ди белого и черного духовенства. О нем почти никог-

да не говорили спокойно и беспристрастно. Нет

ничего более трудного, чем точно исследовать его ис-

торию. Работы, написанные самими иезуитами, почти

все без исключения представляют из себя сочинения,

проникнутые резко апологетической тенденцией; кро-

ме того, общество, возглавляемое самостоятельным

правительством, которое было замешано во всех

крупных вопросах мировой политики, никогда не вы-

ражало ни малейшего желания осведомлять безраз-

личные или враждебные ему общественные круги о

своих предприятиях и намерениях. Оно более чем

какое-либо другое правительство скрывало свои го-

сударственные архивы от нескромных взглядов, и

никто из лиц, не принадлежащих к обществу, не зна-

ет даже, где они находятся.

Лишь совсем недавно общество решилось изло-

жить свою историю с момента возникновения на ос-

новании хранящихся в архивах документов. Оно на-

чинает с изложения истории иезуитов каждой страны

в отдельности. Германские страны были поручены

отцу Дуру, Испания – отцу Астрену, Франция – отцу

Фукере, Италия – отцу Вентури. Этот план не лишен

определенных недостатков, так как единство и цент-

рализация управления являются основными чертами

ордена. Но такой подход имеет определенное преиму-

щество в том, что он облегчает коллективную рабо-

ту и, разделяя огромный и сложный материал, позво-

ляет лучше осветить его. Впрочем, нам обещают, что

впоследствии появится история правительства Обще-

ства Иисуса, которая увенчает собой все предприя-

тие и установит связь между всеми местными исто-

Об истории Общества Иисуса

риями. Лишь в ней мы найдем историю самого обще-

ства.

Уже появившиеся части этого обширного издания

освещают орден в самом выгодном свете. Но истори-

ки лишь тогда почувствуют полную уверенность, ког-

да они сами будут допущены к работе в архивах об-

щества и смогут проверить исследования отцов:

история иезуитов не только извращена вследствие

предвзятости точек зрения их противников и их апо-

логетов; она более чем какая-либо другая история

изобилует измышлениями, легендами и подделками;

историческая достоверность сознательно извраща-

лась иезуитами с целью оправдать себя или нанести

вред своим противникам, чтобы успешнее бороться

с ними. Нет ничего труднее, чем разобраться в этой

груде противоречивых свидетельств, исходящих от

заинтересованных сторон. Почти все противники ор-

дена, писавшие в XIX веке, пользовались «Выдерж-

ками из утверждений» («Extraits des assertions»),

опубликованными по постановлению парижского пар-

ламента в 1762 году, не дав себе труда изучить из-

данные иезуитами «Ответы на утверждения», в кото-

рых отцы указывают на сотни совершенно ложных

утверждений, имевшихся в «Выдержках».

Что касается общих работ об иезуитах, то фран-

цузская читающая публика вынуждена обращаться

или к восьмитомной «Истории ордена Иисуса» Кре-

тино-Жоли, которая представляет собой полемичес-

кое и апологетическое сочинение, лишенное всякой

критики и полное неясностей и ошибок, или к пере-

веденной Маршалом книге Губера «Орден иезуитов,

его устройство, доктрина, деятельность и история».

Перевод сделан со значительными пропусками и

большим количеством ошибок; сам же подлинник,

надо отметить, точнее и яснее книги Кретино-Жоли,

ВВЕДЕНИЕ

но проникнут крайней враждебностью к иезуитам.

Поэтому мы думаем, что окажем услугу французским

читателям, желающим быстро и беспристрастно оз-

накомиться с историей Общества Иисуса, если пере-

ведем книгу профессора Боннского университета Бё-

мера, который, отмечая все ошибки и прегрешения,

которые справедливо ставят в вину иезуитам, вмес-

те с тем отдает должное величественности их рабо-

ты, возвышенным намерениям основателей ордена,

героическим добродетелям, проявленным иезуитами.

Если враждебные ордену историки склонны судить

о нем по собраниям текстов и желчным памфлетам

членов парижского парламента и янсенистов

XVIII

века, широкая публика судит о нем по бессмертно-

му памфлету Паскаля «Provinciales», по полемичес-

ким произведениям, появившимся против иезуитов в

1843–1845 годах, и особенно по работам Мишле

Кине

, не давая себе труда прочесть опровержений

иезуитов, которые, за исключением красноречивой,

но малодоказательной брошюры отца де Равиньяна

«L’existance et l’Institut des Jésuites» и интересного,

но неискусно составленного памфлета отца Каура

Янсенизм – течение в католицизме, начало которому поло-

жил нидерландский богослов XVII в. Янсений (Jansénius). Воспри-

нял некоторые черты кальвинизма (в догмате о предопределении).

Янсенисты резко выступали против иезуитов. Распространился

главным образом во Франции (центр – Пор-Руаяль) (потерял зна-

чение к сер. XVIII в.). Осужден папством. – Прим. ред.

Мишле (Michelet) Жюль (1798 – 1874), французский историк

романтического направления. Главные сочинения: «История Фран-

ции» (до 1789 г.), «История Французской революции». – Прим. ред.

Кине (Quinet) Эдгар (1803 – 1875) – французский поэт, ис-

торик и философ, внесший значительный вклад в развитие тради-

ций либерализма во Франции. – Прим. ред.

Об истории Общества Иисуса

(Сahour) «Des Jésuites poer un Jésuite», имеют лишь

весьма посредственную ценность.

Если мы теперь хладнокровно перечитаем знаме-

нитые лекции Мишле и Кине, читанные ими в Кол-

леж-де-Франс в 1843 году, мы лишь с трудом поймем

вызванное ими возбуждение и то восторженное удив-

ление, с которым они были встречены не только жур-

налистами и либеральным студенчеством, но и таки-

Кардинал Флёри.

Гравюра работы И. Древэ с портрета кисти Гиацинта Риго

ВВЕДЕНИЕ

ми людьми, как Кювилье Флёри, Сен-Марк Жирарден,

Теофиль Готье, Мериме, Понжервиль, Леон Фоше,

Шерюель, Валле де Веривиль и др. Тон обоих курсов

не отличался особенной страстностью; оба профес-

сора тщательно избегали всего, что как-то могло по-

ходить на стремление к сенсации, и, в частности, едва

коснулись вопроса о казуистике

. Оба они (Мишле

очень обще и поверхностно, Кине более методичес-

ки и опираясь на тексты) развивали обвинение, все-

гда предъявлявшееся иезуитам, в том, что они учат

механическому благочестию, подчиняя душу духов-

ной гимнастике, в сфере морали подменяют развитие

индивидуальной совести подчинением внешнему ру-

ководству и букве мнений казуистов, сводят всю

нравственность и все воспитание к одной добродете-

ли, к рабскому повиновению. Таким образом, они

представляли мировоззрение иезуитов в виде доктри-

ны смерти, в противоположность возвышенной ду-

ховной жизни средневековья и духу свободы Ренес-

санса. В этих положениях, большей частью верных,

не было ничего поразительного, ничего сенсационно-

го потому, что общество всегда видело в духе мето-

дической регламентации и безусловного преклонения

перед авторитетом свою оригинальность и свое пре-

восходство.

К несчастью, Кине и Мишле заметили только это в

деятельности Общества Иисуса и решили, что един-

ственной целью, которой оно руководилось в своей

деятельности, было порабощение душ и распростра-

нение собственного могущества, позабыв в высшей

Казуистика – рассмотрение отдельных случаев в их связи с

общими принципами (права, морали и т. д.). В теологии (особен-

но в католицизме) – учение о степени греха применительно к раз-

личным обстоятельствам. – Прим. ред.

Об истории Общества Иисуса

степени меткое замечание Вольтера, о котором дол-

жен помнить всякий не расположенный к иезуитам

исследователь их истории: «Ни одна секта, ни одно

общество никогда не имели и не могут иметь созна-

тельного намерения портить людей»

. В частности,

Кине пытается доказать, ссылаясь на тексты, что иезу-

иты из опасения открыть дверь философской мысли и

вследствие чисто формального понимания благочестия

дошли до того, что исключили из своего преподавания

даже мысль о Боге. Он доходит даже до утверждения,

что они преподавали атеистическую науку, атеистичес-

кую метафизику. Но на что он опирается? Прежде все-

го на то, что в «Конституциях» Лойолы имя Бога

встречается лишь изредка и что в них говорится толь-

ко о должностях и должностных лицах.

Огромный том «Конституций», определяющий всю

организацию ордена с такой детальностью и точнос-

тью, что в дальнейшем в ней ничего ни разу не при-

шлось изменить, не мог, естественно, содержать на

каждой странице благочестивые излияния; однако

достаточно просмотреть его, чтобы убедиться в том,

до какой степени он проникнут мыслью о служении

Богу и Иисусу Христу. Если мы прочитаем VI часть,

об обязанностях членов ордена, мы увидим, что на

каждой странице речь идет о славе Бога, Его благо-

сти, о повиновении Ему. Утверждать, что имя Бога

скрывалось от людей, которых приучали всюду, в ча-

стных письмах, в книгах, на зданиях, выставлять де-

виз А. М. D. G. (Ad Majorem Dei Gloriam)

, значит

выставлять поистине чудовищный парадокс.

Но более всего Кине нападает на преподавательскую

деятельность иезуитов; он утверждает, что они не по-

Siècle de Louis XIV, ch. XXXVIII: Du Jansénisme.

«Во имя великой славы Господа!» – Прим. ред.

ВВЕДЕНИЕ

зволяли говорить о Боге на занятиях по философии, и

цитирует 2-е правило курса философии в «Ratio

Studiorum»: Quaestiones de Deo... praetereantur. К сожа-

лению, это место вырвано из контекста. В действитель-

ности в указанном месте говорится: «In metaphisica

quaestiones de Deo et intelligentiis quae omnino aut

magnopere pendent ex veritatibus divina fide traditis

praetereantur», что может означать лишь: «В метафизи-

ке следует обходить вопросы о Боге и духах

, так как

они полностью или в большей части зависят от истин,

переданных нам верой». Тем не менее VII и XII книги

«Метафизики» Аристотеля объяснялись; рекомендова-

лось лишь избегать всего, что в этой области так или

иначе затрагивает веру. Так как иезуит после трехлет-

него курса философии должен пройти четырехлетний

курс теологии, то его учителей никак нельзя заподоз-

рить в нежелании говорить ему о Боге. Впрочем, иезу-

иты были вполне правы потому, что цель их состояла

не в том, чтобы подготовлять философов, а в том, что-

бы готовить проповедников, преподавателей, духовни-

ков и помешать им погрязнуть в вопросах чистой ме-

тафизики. Они рекомендуют, к великому негодованию

Кине, останавливаться на вопросе бытия не долее трех

или четырех дней. Этот совет полон мудрости. Нако-

нец, Кине, совершенно ошибочно, переводит место в

курсе логики, где рекомендуется «ничего не говорить

de praedicamento substantiae», то есть «ничего не гово-

рить об идее субстанции», между тем как «Ratio

studiorum» требует лишь, чтобы при изучении катего-

рий (praedicamenta) Аристотеля оставлялась в стороне

Выражение «intelligentiae» обозначало на языке схоластики

«чистых духов», т. е. «ангелов». Полагали, что Аристотель знал

об их существовании.

Об истории Общества Иисуса

субстанция, которая, с точки зрения авторов «Ratio»,

существенно отличается от других категорий.

Все цитаты Кине, все данные им переводы обна-

руживают предвзятую точку зрения, исходя из кото-

рой он цитировал и интерпретировал тексты. Анали-

зируя «Духовные упражнения», он негодует на то,

что Лойола предписывает: «ut paria anhelituum et

vocum interstitia observet»; он переводит anhelituum

словом «вздохи» и интерпретирует это так: «Чело-

век обязан вздыхать, плакать и стонать по приказа-

нию». Игнатий просто предписывает соблюдать в об-

щей молитве одинаковые промежутки между вдохами

и словами, чтобы можно было хорошо продумать зна-

чение последних. Это по-детски наивно, но не содер-

жит в себе ничего дурного.

В другом месте Кине обвиняет Лойолу в том, что

он играет в мученичество и героизм, симулирует умер-

щвление плоти, учит лицемерному фарисейству, по-

тому что Игнатий советует своим ученикам: «quare

flagellis potissimum utemur de funiculis minutis, quae

exteriores affligunt partes, non autem adeo interiores, ut

valetitudinem adversam causare possint». Кине перево-

дит: «Мы должны использовать тоненькие бечевки,

которые ранят кожу, слегка поражая лишь внешние

части...» Кине позабыл, что сам он, встретив в другом

месте слово affligunt, перевел его не как «слегка по-

ражая», а как «нанося мучения», и что funiculi не бе-

чевки, а веревки. Если бы он дал себе труд прочитать

в совокупности все предписания Лойолы относитель-

но поста, бдения, укрощения плоти и бичевания, он бы

увидел, что все они проникнуты одним и тем же ду-

хом. Эти предписания очень серьезны, даже суровы,

но Игнатий всегда заботится о том, чтобы не перейти

границ и не повредить здоровью. Он основывает ор-

ден людей действия, не орден созерцателей и аскетов.

ВВЕДЕНИЕ

«Не следует, – говорит он в I главе III части «Консти-

туций», – истощать себя бдением, воздержанием и

другими ограничениями, которые обычно вредят и ме-

шают развиваться высшим добродетелям». Это не хит-

рость, не лицемерие, а мудрость.

Мишле был осторожнее Кине и меньше цитировал

тексты; но позднее, когда он в своей истории рефор-

мации снова обращается к иезуитам, он надеется раз-

давить орден одной неопровержимой цитатой. «Ка-

ковы пределы повиновения в этом военном ордене в

мирном платье?» – задает вопрос Мишле. Это очень

важный пункт, и здесь бискайский капитан был дей-

ствительно оригинален. Основатели более ранних

духовно-рыцарских орденов говорили: «Вплоть до

смерти»; Лойола идет дальше и говорит: «Вплоть до

греха». Греха искупимого? Нет. Он идет еще даль-

ше. Повиновение, по мнению Лойолы, заключает в

себе готовность совершить смертный грех. «Visum

est nobis in Domino nullas constitutiones posse

obligationem ad peccatum mortale vel veniale inducere,

nisi superior (in nomine I.-C. vel in virtute obedientiаe)

iuberet» – «Ни одно правило не может заставить со-

вершить смертный грех, если не прикажет старший».

Следовательно, если последний прикажет, нужно гре-

шить, нужно совершить даже смертный грех. Это ут-

верждение оказалось ново, смело и очень чревато

последствиями.

Не один только Мишле приписывал этот ужас Иг-

натию Лойоле. Арнольд в своей обвинительной речи

против иезуитов (1594), Вольф в своей «Истории

иезуитов» (1792), Ланге в своей «Истории баварских

иезуитов» (1816), Ранке в первом издании «Истории

римских пап», Гейссер и Дройзен в своих «Истори-

ях реформации», Филипсон в «Истории восточной

Европы в эпоху Филиппа II» и в «Религиозной контр-

Об истории Общества Иисуса

революции» и В. Шарбонел в своей брошюре «Му-

сульманское происхождение иезуитов» (1899) поня-

ли V главу VI части «Конституции» так же, как Миш-

ле. Однако они должны были бы знать, что это

чудовищное заблуждение неоднократно опроверга-

лось начиная с 1824 года, в частности Гизелером в

его «Истории церкви», известной и Мишле, и Ранке

во втором издании его книги

. Для них достаточно

было бы вспомнить, что в I главе той же VI части Иг-

натий сказал: «Проникнемся убеждением, что все

справедливо, если его приказывает исполнить стар-

ший. Слепо повинуясь, откинем все мысли и чувства,

противные его приказаниям, всякий раз, когда в них

нельзя найти чего-либо греховного»

Возможно ли, что в такой глубоко продуманной

работе, как «Конституции», Игнатий так решительно

выступил против своего собственного мнения? Прав-

да, V глава VI части, хотя и не содержит приписывае-

мого ей скандального смысла, принадлежит к числу

тех глав, в которых дух свободы и кротости смягчает

суровость правил послушания. Заглавие главы гласит:

«Quod constitutiones peccati obligationem non

inducunt», что значит: «О том, что конституции не

требуют повиновения под угрозой греха». Цель гла-

вы – объявить, что обязательны лишь обеты беднос-

ти, целомудрия и повиновения и обет, подчиняющий

общество верховенству папы, что только их неиспол-

нение влечет за собой грех, что вообще же невыпол-

нение конституций не составляет греха, за исключе-

Во французском переводе «Конституций», изданном в 1843

году, Гарнье, несомненно известный Мишле, вместе с латинским

текстом приводит и точный перевод этого отрывка.

Мишле в своем курсе цитировал это место, не упомянув, од-

нако, о заключающемся в нем ограничении.