Бемер Г. Иезуиты. Ли Г.Ч Инквизиция

Подождите немного. Документ загружается.

673

Крестовые походы против альбигойцев

торых раздаются сетования, что средства, столь необ-

ходимые на нужды этой отдаленной страны, направ-

ляются на покорение еретиков в христианских землях.

Папа ограничился тем, что заинтересовал делом Мон-

фора императора Оттона и королей Арагонии и Кас-

тилии, а также несколько городов и сеньоров, от ко-

торых нельзя было ждать действительной помощи.

Архиепископам всей зараженной ересью области было

предписано потребовать от подчиненного им духовен-

ства части их доходов; войскам Монфора советовалось

вооружиться терпением и не требовать уплаты жало-

ванья до будущей Пасхи. Эти наказы и увещания папы

сильно рисковали остаться мертвой буквой. Более

плодотворной была идея Иннокентия совершенно ос-

вободить крестоносцев от платежа процентов по дол-

гам. Но самой практичной мерой было предписание,

данное папой всем аббатам и прелатам Безьерской,

Нарбоннской, Тулузской и Альбигойской епархий

удержать в пользу Монфора все имеющиеся у них на

хранении деньги упорствующих еретиков. С одной

стороны, это показывает нам, какие дружеские отно-

шения и какое взаимное доверие царили прежде в

Южной Европе между еретиками и католическим ду-

ховенством; с другой стороны, мы видим отсюда, как

понимал Рим самую элементарную честность

Положение Монфора несколько улучшилось весной

1210 года, так как силы его увеличились с прибытием

Сoncil. Avenion. ann. 1209.–D’Achery, «Spicil». I, 706.–Pet.

Sarnens. c. 20–26, 34.–Vaissete, III, Pr. 20.–Guil. de Tud., XXXVI.–

Regest. XII, 108, 109, 122–126, 129, 132, 136, 137; XII, 86.–Teulet,

«Layettes», I, 340, № 899.–Путем странного толкования домини-

канцы доказали, что послание Иннокентия, утвержающее за Мон-

фором право на Альби, было подтверждением их ордена и дока-

зательством, что Монфор принадлежал к нему! (Ripoll, «Bull. Ord.

FF. Praedic.». T. VII, p. 1).

674

ПРОИСХОЖДЕНИЕ И УСТРОЙСТВО

новых отрядов «пилигримов», как называли себя

искатели приключений, принимавшие участие в войне

против альбигойцев. Так как срок, который они отбы-

вали по обету, был очень короток, то Монфор решил

воспользоваться их присутствием, чтобы вернуть

обратно потерянные области и приобрести еще что-ни-

будь. Мы не станем входить в подробности его много-

численных походов, которые обыкновенно кончались

взятием замка, причем гарнизон его избивался, а не при-

нимавшим участия в сражении предлагали выбор меж-

ду подчинением Риму и костром. Сотни энтузиастов,

имена которых до нас не дошли, предпочли мученичес-

кую смерть. Лавор, Миневр, Кассе, Терм свидетельству-

ют нам, как много может сделать зла человек человеку,

как много может он вынести и претерпеть во славу Бога.

Когда Миневр капитулировал, то Роберт Мовуазен, са-

мый верный соратник Монфора, восстал против реше-

ния щадить еретиков, которые принесут раскаяние;

легат Арнольд заметил ему на это, что он может не бес-

покоиться, так как, несомненно, обращений будет очень

мало; и Арнольд был прав: за исключением трех жен-

щин, все побежденные, как один человек, отказались ку-

пить жизнь ценой вероотступничества, и они избавили

победителей от труда вести их на костер, так как сами с

радостью бросались в пламя. Если иногда пилигримы

весьма своеобразно выражали свою дикую ревность к

вере, например, тем, что ослепляли монахов Больбон-

ны и отрезали им уши и носы, то мы, при виде подоб-

ных зверств, не должны забывать, среди кого набирала

в то время церковь своих воинов, и должны помнить, что

она обеспечивала им неприкосновенность на том и на

этом свете, что бы они ни творили

Guill. de Pad. Laurent. c. 17, 18.–Guill. Nangiac. ann. 1210.–

Rob. Autissiod. Chron.» ann. 1211.–Vaissete, III, Pr. 29, 35.–Guill.

675

Крестовые походы против альбигойцев

Раймунд, несомненно, воображал, что он очень

ловко спасся за счет своего племянника, виконта Бе-

зье; но события скоро разочаровали его. Арнольд

Ситосский клятвенно засвидетельствовал его паде-

ние, и Монфор не менее страстно желал расширить

свои владения, чем восстановить католичество. Уже

осенью 1209 года легат потребовал от граждан Тулу-

зы, под угрозой запрещения и отлучения от церкви,

выдачи его посланным всех тех, кого они объявили

еретиками. Жители Тулузы утверждали, что среди

них нет еретиков, что все внесенные в списки гото-

вы засвидетельствовать свою невинность и что, нако-

нец, Раймунд V, по их собственному настоянию, из-

дал законы, направленные против еретиков; в силу

этих законов они сожгли много еретиков и продол-

жают сжигать всех, кого открывают; к тому же они

обратились по этому делу к папе. В это же время

Монфор дал знать Раймунду, что, если он не удов-

летворит требований легата, он силой принудит его

к повиновению. Раймунд ответил, что он будет иметь

дело непосредственно с папой, и тотчас же обратил-

ся к королю Филиппу-Августу и к императору Отто-

пу, в ответ от которых он получил лишь сладкие сло-

ва. Он имел больше успеха, когда прибыл в Рим, так

как в нравственном отношении он стоял очень высо-

ко; ни разу еще не была доказана его виновность в воз-

водимых на него обвинениях; ни разу еще не был он

судим; всегда оказывал он послушание церкви, всегда

готов был подтвердить свою невинность, подвергшись

принятому тогда процессу purgatio canonica; он пе-

ренес суровые наказания, как бы он был уже осуж-

de Tudela, XLIX, LXVIII, LXXI, LXXXIV.–Regest. XIV, 41.–

Chron. Turon. ann. 1210.–Pet. Sarnens. c. 37, 52, 53.–Teulet,

«Layettes», I, 371, № 968.

676

ПРОИСХОЖДЕНИЕ И УСТРОЙСТВО

ден; ему дали разрешение грехов, как бы прощенно-

му; наконец, он оказал важные услуги, сражаясь про-

тив своих старинных друзей, и вернул церквам все у

них отнятое, насколько это было в его власти. Он го-

рячо удостоверял свою невинность, просил суда и

требовал возвращения своих замков.

Сначала Иннокентий был, по-видимому, тронут

картиной несправедливостей, испытанных Раймундом,

и перспективой грозящего ему падения; но это было

недолго, и папа скоро вернулся к своей двуличной по-

литике, которая до сих пор была так выгодна для него.

Прежде всего он решил, что жители Тулузы были до-

статочно наказаны, и приказал снять тяготевшее на

них отлучение от церкви; что же касается Раймунда,

то он предписал архиепископам Нарбонны и Арля со-

звать собрание прелатов и дворян, чтобы судить Рай-

мунда, как он сам того просит. Если явится там кто-

нибудь, кто станет обвинять Раймунда в ереси и в

соучастии в убийстве Петра де Кастельно, то должны

быть выслушаны обе стороны и вынесено решение,

которое следует представить в Рим, где и будет сде-

лано окончательное постановление; если же обвине-

ние не будет доказано вполне ясно, то на Раймунда

следует наложить соответствующее покаяние, и толь-

ко после этого можно будет признать его добрым ка-

толиком и вернуть ему его замки.

По внешности все это было довольно законно; но

задняя мысль проступает в послании, написанном

тогда же папой легату Арнольду. В этом послании

папа горячо благодарит легата за все им сделанное

и поясняет, что если ведение дела поручено теперь

официально новому комиссару Феодосию, то это

единственно для того, чтобы провести Раймунда; ле-

гат, писал папа, должен быть крючком, а Феодосий –

наживкой. Чтобы лучше усыпить подозрения Раймун-

677

Крестовые походы против альбигойцев

да, папа на последней аудиенции подарил ему бога-

тый плащ и перстень со своего пальца

Возвращение графа наполнило радостью сердца ту-

лузцев: запрещение было снято, в скором времени

должны были разрешиться все затруднения. Легат

Арнольд, немедленно применившийся к наставлениям

папы, сразу сделался приветливым и сердечным; в со-

провождении Монфора он отправился к Раймунду и

блестяще был принят в Тулузе; Раймунд, говорят, дал

уговорить себя и уступил для резиденции легата го-

родскую цитадель – Нарбоннский замок, который

легат передал Монфору и взятие которого обратно

стоило жизни тысяче людей. Раньше, чем исполнить

предписание папы и снять запрещение, Арнольд по-

требовал от горожан уплаты тысячи тулузских ливров;

когда ему была уплачена половина этой суммы, то он

дал городу свое благословение; но так как уплата вто-

рой половины замедлилась, то он снова наложил на

город запрещение, которое несчастным горожанам

удалось впоследствии снять с большим трудом

Один современник, фанатически преданный като-

лической вере, передает, что Феодосий имел в Тулу-

зе свидание с легатом для обсуждения вопроса, как

лучше провести Раймунда. Дело было в том, что тре-

бовался благовидный предлог, чтобы обещание папы

не было исполнено, так как Феодосий отлично знал,

что Раймунд оправдается во взводимых на него об-

винениях, и боялся, чтобы это не повлекло за собой

падение веры. Проще всего было бы сослаться на то,

что Раймунд не исполнил возложенной на него невы-

Vaissete, III, Pr. 20, 23, 232–3.–Pet. Sarnens., c. 33, 34.–Guill.

de Tud., XL, XLII, XLIII.–Regest. XII, 152–156, 168–171, 173–

176.–Teulet, «Layettes», I, 368, № 968.

Vaissete, III, Pr. 24–5, 234.–Guill. de Tud., XLIV.–Teulet, loc laud.

678

ПРОИСХОЖДЕНИЕ И УСТРОЙСТВО

полнимой задачи –не уничтожил ереси в своей стра-

не. Но нужно было при этом замаскировать грубое

вероломство. Раймунду назначили через три месяца

день, когда он должен был явиться в С.-Жиль и оп-

равдаться через purgatio canonica в обвинении в ере-

си и убийстве легата; при этом ему поставили на вид,

не поскупившись на угрозы, его медленность в иско-

ренении ереси. В назначенный день в сентябре 1210

года огромное множество прелатов и дворян собра-

лось в С.-Жиль; явился и Раймунд со своими свиде-

телями, или conjuratores, в надежде, что наконец-то

он примирится с церковью. Тщетная надежда. Ему

холодно объявили, что от него не может быть при-

нято оправдания, так как он открыто совершил клят-

вопреступление, не сдержав своих неоднократных

клятвенных обещаний; а раз его клятва не имеет зна-

чения в делах второстепенных, то, само собой разу-

меется, ей нельзя доверить в таком серьезном деле,

как обвинение в ереси и в убийстве легата; не боль-

шего доверия заслуживает и присяга его свидетелей.

У человека более твердого характера подобное воз-

мутительное вероломство возбудило бы негодование,

но Раймунд, подавленный внезапным падением своих

иллюзий, разразился слезами, что было принято судь-

ями как новое доказательство его испорченности, и

почти тотчас же его отлучили снова от церкви. Но для

соблюдения внешних приличий ему объявили, что бла-

гоприятные ему решения папы будут приведены в ис-

полнение, когда он уничтожит ересь и всем своим по-

ведением покажет себя достойным снисхождения.

Очевидно, не провансальцу было тягаться с хитрым и

лукавым Римом, который играл им как кошка с мы-

шью. Иннокентий одобрял эту жестокую комедию, как

это видно из письма его к Раймунду в декабре 1210

года. В этом письме папа высказывал сожаление, что

679

Крестовые походы против альбигойцев

граф до сих пор еще не сдержал своего обещания

уничтожить ересь, и предупреждал его, что если он не

выполнит этого, то владения его будут отданы крес-

тоносцам. Тот же курьер привез письмо и Монфору,

которому папа жаловался на неаккуратное поступле-

ние налога в три денье с дыма; доказательство того,

что и Иннокентий не упускал из вида денежных вы-

год, извлекаемых из преследования ереси. Увещания,

посланные в то же время графам Тулузы, Комменжа

и Фуа, а также Гастону Беарнскому, призывали их ока-

зать помощь Монфору под угрозой обвинения их как

соумышленников еретиков; все это показывает, что в

уме папы все вопросы были уже предрешены и что

Раймунд заранее был бесповоротно осужден

Наконец Раймунд, несмотря на отсутствие прони-

цательности, понял, что легаты добиваются только

его падения. Если бы дворяне Лангедока соедини-

лись, то они, по всей вероятности, с успехом отра-

жали бы спорадические нападения крестоносцев; но

они были разрозненны, и их уничтожали поодиноч-

ке; а их законный повелитель, Раймунд, обманывал-

ся надеждами на примирение с церковью и бездей-

ствовал. Теперь нечего было думать о том, что ему

будут возвращены его замки; он должен был скорее

и лучше готовиться к неизбежной войне. Ввиду это-

го, а также для того, чтобы собрать вокруг себя сво-

их подданных, он опубликовал условия, которые, по

его словам, ему будто бы предложили на соборе в

Арле, в феврале 1211 года. Согласно этим условиям,

тяжелым и унизительным как для него, так и для на-

рода, вся страна отдавалась под надзор легатов и

Монфора и, таким образом, на всех жителей, като-

Pet. Sarnens, c. 39.–Regest. XIII, 188, 189; XVI, 39.–Guill. de

Tud., LVIII.–Teulet, «Layettes», I, 360, № 948.

680

ПРОИСХОЖДЕНИЕ И УСТРОЙСТВО

ликов и еретиков, знатных и простых, накладывалось

позорное клеймо рабства; Раймунда же обязывали на

всю жизнь удалиться в изгнание в Святую Землю.

Были предложены эти требования или нет, но опуб-

ликование их Раймундом возбудило гнев всего наро-

да, который собрался около своего повелителя, гото-

вый сопротивляться до последней капли крови

Прилагая все усилия, чтобы отвратить от себя

окончательное падение, Раймунд все же продолжал

вести переговоры, из которых можно заключить, что

упомянутые нами источники были апокрифичны. В

декабре 1210 года мы видим его в Нарбонне, где он

совещался с легатами, Монфором и Петром Арагон-

ским; сделанные ему предложения были неприемле-

мы, и Петр в конце концов согласился признать Мон-

фора своим вассалом по Безье. Немного позднее

состоялось новое собрание в Монпелье, опять невы-

годное для Раймунда, но выгодное для Монфора, ко-

торый заключил договор с Петром Арагонским и по-

лучил от последнего в заложники его сына Иакова.

Весной 1211 года Раймунд имел новое свидание с

Монфором, осаждавшим в то время Лавор, и разре-

шил крестоносцам получать фураж из Тулузы, хотя

он не мог помешать тулузцам послать вспомогатель-

ный отряд на помощь осажденным. Почти тотчас же

после взятия Лавора, 3 мая 1211 года, Монфор втор-

гнулся в область Раймунда и взял несколько его зам-

Единственным автором для этого странного документа явля-

ется Guill. de Tudela (LIX, LX, LXI), которому следовали исто-

рики Тулузского графства (Vaissete, III, Pr. 30; cp.: 204 с. текста и

561 с. примечаний к Hardouin, VI, 1998). Хотя современные ис-

торики принимают этот документ, но я не могу признать его под-

линным; мне кажется, что Раймунд сам составил этот текст, что-

бы возбудить гнев своих подданных.

681

Крестовые походы против альбигойцев

ков, по-видимому, без всякого объявления войны.

Тогда Раймунд сделал последнюю и неудачную по-

пытку добиться мира: он предложил Монфору и ле-

гату все свои владения, за исключением Тулузы, в за-

лог того, что он исполнит все, что от него потребуют;

он просил лишь о сохранении ему жизни и о призна-

нии за его сыном прав на наследство. Эти унизитель-

ные предложения были отвергнуты с презрением.

Раймунд упал уже настолько, что, по-видимому, с

ним перестали считаться ; к тому же ждали в скором

времени прибытия графа де Бар с многочисленной

армией крестоносцев, услугами которых следовало

как можно полнее воспользоваться в течение тех со-

рока дней, которые они обязаны были отбыть в ря-

дах армии. Осада Тулузы была решена.

Как только жители Тулузы узнали о предстоящей

осаде, они немедленно отправили послов к кресто-

носцам просить пощады; при этом они указывали на

то, что они помирились с церковью и принимали уча-

стие в осаде Лавора. Им ответили, что город будет

осажден, если они не вышлют Раймунда и не покля-

нутся, что не будут иметь с ним сношений. Тулузцы,

как один человек, отвергли эти предложения, забы-

ли свои междоусобные распри и счеты и приготови-

лась дать отпор. Первое серьезное поражение крес-

тоносцы потерпели под стенами Тулузы, что служит

прекрасным доказательством силы республиканских

учреждений. Город был хорошо укреплен и снабжен

сильным гарнизоном; граф Фуа и граф Комменжа

прибыли по первому зову своего сюзерена. Гражда-

не не только оставили городские ворота открытыми,

но даже проделали бреши в стене, чтобы легче было

гарнизону делать бешеные вылазки, производившие

страшный урон среди осаждающих; последние отсту-

пили 29 июня под покровом ночи, оставив раненых

682

ПРОИСХОЖДЕНИЕ И УСТРОЙСТВО

и больных и страшно опустошив окрестности. Дома,

виноградники, сады, женщины и дети – все было

уничтожено ими в порыве бешеной злобы. Монфор

покинул место своего поражения и отправился опус-

тошать земли графа Фуа.

Это мужественное отражение тулузцами беззаконно-

го вторжения было, вполне естественно, истолковано

как преступное проявление расположения к ереси. Ин-

нокентий снова отлучил Раймунда и его столицу от цер-

кви за то, что они «преследовали» Монфора и кресто-

носцев

. Ободренный этим успехом, Раймунд перешел

в наступление, но оно не имело положительных резуль-

татов. Осада Кастельнодари окончилась поражением;

равным образом кончались обыкновенно в пользу Мон-

фора и следовавшие за нею сражения; военный талант

Монфора проявился во всем своем блеске среди того

трудного и опасного положения, в котором он очутил-

ся. По всему христианскому миру продолжали пропо-

ведовать крестовый поход, и войска Монфора часто по-

полнялись новыми отрядами пилигримов, приходивших

на сорок дней послужить святому делу. Однако эта по-

мощь была ненадежна, и армия, очень многочисленная

сегодня, могла завтра уменьшиться до небольшой гор-

сти людей, а их враги, хотя часто и превосходившие

их по численности, никогда не отваживались на боль-

шое генеральное сражение; это была война осад и опу-

стошений, веденная с обеих сторон с одинаковой жес-

токостью: пленников зачастую вешали, ослепляли и

увечили. Ненависть и злоба росли по мере того, как

Монфор расширял пределы своих владений и как ото-

двигались границы владений Раймунда. Измена Болду-

Vaissete, III, Pr. 38-40, 234-5. - Guill. de Pod-Laur., c. 18. – Guil.

de Tud., LXXX, LXXXIII. – Jeulet, “Layettes”, I, 370, № 968; 372,

№ 975.