Флиер А.Я. Культурология для культурологов

Подождите немного. Документ загружается.

в наиболее развитых странах Европы – Нидерландах и Англии в XVI в. Затем

на этот путь вступили Франция, Северная Германия, Австрия, Швейцария и

Швеция в XVII-XVIII вв., США в конце XVIII в., остальная Западная Европа в

первой половине XIX в., Россия, Восточная Европа, Япония и Канада во

второй половине XIX в., Латинская Америка (наиболее крупные страны),

Австралия и Турция в первой половине XX в., Китай поэтапно в течение всего

XX в., Южная Корея, Гонконг, Сингапур, Израиль во второй половине XX в.

Некоторые страны Азии и Северной Африки сейчас находятся на этапе

перехода от аграрной к индустриальной стадии (Индия, Пакистан, Иран,

Египет, Алжир и др.).

Для индустриальных обществ характерны такие явления, как развитие

крупной высоко механизированной индустрии, бурная урбанизация, переход

на интенсивные технологии производства, активное участие в международном

разделении труда, накопление крупных финансовых резервов, инвестируемых

в экономику, науку, образование, социальную сферу. Важнейшим фактором

индустриального развития стал непрерывный и все ускоряющийся научно-

технический прогресс, постепенное превращение науки в основную

производящую силу.

Для большинства стран важнейшими условиями индустриального раз-

вития оказались режим политической демократии и свободного рынка. Хотя

известны и исключения из этого правила – коммунистические и фашистские,

военные и авторитарные режимы, – которые достигли успеха в

индустриальном строительстве и без демократии и свободной конкуренции, в

условиях централизованного планирования и за счет предельной мобилизации

населения и насильственных форм принуждения к труду. Тем не менее, эти

страны в итоге потерпели поражение в экономическом соперничестве с

демократическим обществами.

Хотя первые шаги в направлении демократизации политического режи-

ма и обеспечения гражданских прав населения предпринимались еще в средне-

271

вековье (Великая хартия вольностей в Англии 1215 г.; «коммунальные

революции» в североитальянских городах в XIII в.; нидерландская революция

конца XVI в. и английская буржуазная революция середины XVII в.),

основные принципы демократического политического устроения и свободной

рыночной экономики были сформулированы философами французского Прос-

вещения и английскими экономистами XVIII в., а первыми законодательными

документами этого направления явились Конституция США 1787 г. и Гра-

жданский кодекс Наполеона Бонапарта, 1804 г. У обществ, вставших на путь

индустриального развития, появились первые систематизированные теории

этого пути.

Все это привело к изменению социальной структуры индустриальных

обществ. Прежним сословиям, базировавшимся преимущественно на

разделении социальных функций в обществе и воспроизводившихся

преимущественно путем прямого наследования детьми не только сословного

статуса, но нередко и конкретной специализации отцов, пришли на смену

социальные классы. Классы строятся уже не наследственном разделении

функций, а на индивидуальной форме участия каждого человека в

производстве или другой сфере социальной жизни, что в большой мере

зависит от уровня и профиля его образования, личных способностей,

состояния здоровья, энергетики и т.п. Все сословные, национальные,

религиозные, гендерные и прочие преграды к этому постепенно убирались.

Конечно, происхождение человека и наличие у его семьи средств на хорошее

образование ребенка все еще продолжало играть свою роль, но с каждым

поколением уровень социальной мобильности общества и возможности для

получения качественного образования все больше и больше повышались.

Классовая дифференциация еще сохраняется, но перемена социального статуса

во все большей мере зависит от инициативы самого человека.

Социалистические идеи, призывавшие к полному устранению классовых

перегородок (т.е. тотальной уравниловке, при которой место человека в

272

социальной иерархии уже не зависело ни от образования, ни от личных

способностей, а только от уровня политической и идеологической лояльнос-

ти), были опробованы в двух вариантах – коммунистическом и национал-соци-

алистическом. Обе попытки подмены природных способностей идеологи-

ческой верностью оказались неконкурентоспособными и потерпели поражение

в соревновании с западными демократиями.

Важнейшим фактором стала трансформация феодальных этносов в бур-

жуазные нации, происходившая в разных странах на протяжении XVIII-XX вв.

Нации – это социальные общности, построенные уже не на дифференцирован-

но-сословной основе, а на идеях тотальной национальной интеграции, жизнен-

ной целью которых стало не воспроизводство традиции, а построение более

совершенного общества руками грамотных и заинтересованных людей,

мотивацией – политическое единение людей под знаменем национальной идеи

и т.п. Определенной крайностью в реализации подобного национального госу-

дарства стал фашизм, более умеренные его варианты были ориентированы на

замещение насилия механизмами социального компромисса и согласия.

Становление наций привело к рождению национальных культур (см.),

которые по мере снятия сословных перегородок стали реализовывать единые

для всего общества высоко стандартизированные программы всеобщего сред-

него образования, единой общенациональной сети СМИ, охраны культурного

наследия, регулировать процессы книгоиздания, развивать сети

общедоступных библиотек и музеев. С конца XIX в. в большинстве

индустриальных стран стало общедоступным и высшее образование. В

течение XX в. были в основном ликвидированы и все ограничения для участия

женщин в политической и экономической жизни; для женщин стали доступны

почти все профили высшего образования и существенная часть рабочих мест.

Начиная с эпохи Просвещения, в странах, вставших на путь

индустриального развития, начался процесс культурной секуляризации,

который протекал очень неравномерно и противоречиво, заметно отличаясь

273

своей интенсивностью в разных регионах и социальных стратах. Кроме СССР

и нацистской Германии, где религия подверглась насильственной локализации

и полному государственному контролю, в других индустриальных странах она

постепенно оттеснялась с публичной арены в область приватной жизни

граждан; но этот процесс был очень постепенным и касался в первую очередь

органов государственного управления, образования, искусства, которые

выходили из под религиозного влияния.

После вспышки активного нациостроительства в XIX – начале XX вв.,

сопровождавшегося активизацией националистических настроений, по оконча-

нии Первой мировой войны проблема национальной самоидентификации и

культурной самобытности тоже стала отодвигаться в область приватной

жизни. И здесь исключением из общеевропейской тенденции стали СССР и

нацистская Германия, где национальный вопрос стал специальной отраслью

государственной политики. Большинство же индустриальных государств стало

относиться к национальной самобытности своей культуры, как к наследию,

которое стоит сохранять, музеефицировать, но которое не нуждается в специ-

альной актуализации в настоящее время. Впрочем, позиции разных стран в

этом вопросе тоже различалась своей радикальностью.

Развитие искусства и литературы индустриальной эпохи адекватно

отражало процессы социальных перемен и раскрепощения человеческой

индивидуальности. Если еще до середины XIX в. искусство и литература в

основном сохраняли черты сословной дифференциации, то во второй половине

века процессы урбанизации, распространения грамотности, открытие

общедоступных музеев, театров, концертных залов сформировали новый

социальный заказ на общенациональное искусство, что вполне

соответствовало общественным настроениям. Любопытны процессы стилевого

развития искусства с XVI по вторую половину XX в. (напоминаем, что в

разных видах искусства и в литературе одни и те же стилевые интенции могли

иметь разные названия). XVI век начался с маньеризма, ему на смену пришло

274

барокко, затем рококо, классицизм, его поздняя форма ампир и ранний

романтизм. Это были еще сословные стили аристократического искусства.

Затем произошло стилевое раздвоение. Как общенациональное искусство

развивались поздний (исторический) романтизм, модерн, неоклассицизм, а с

середины XX в. общенациональная линия развития искусства практически

потеряла выраженные стилевые признаки. Параллельно со второй половины

XIX в. начало развиваться и неклассическое искусство, рассчитанное на

избранную интеллектуальную элиту: импрессионизм, футуризм, сюрреализм и

разные направления авангарда.

Одновременно видовое разнообразие искусства усилилось, благодаря

изобретению фотографии, кино, а так же радио и телевидения, которые,

будучи средствами СМИ, все же большую часть эфирного времени отводили

трансляции художественных произведений. Параллельно развивались средства

звуко- и видеозаписи. Таким образом, благодаря граммофону, магнитофону,

радио и телевидению искусство пришло домой к потребителю; стало

возможным слушать музыку, смотреть спектакль или фильм, совершить

экскурсию по музею, не выходя из дома, что создавало совсем другую

психологическую атмосферу восприятия искусства.

Наконец, еще одной новацией стало появление массовой культуры.

Первым ее проявлением отметилась революционная Франция конца XVIII в.,

когда Париж заполонила бульварная и порнографическая литература. Очевид-

но, ранними формами массового искусства следует считать бытовую танце-

вальную музыку; затем оперетту; уже в начале XIX в. в ресторанах стали

развлекать посетителей музыкальными представлениями, что постепенно

трансформировалось в искусство эстрады. В конце XIX в. в США появился

джаз; на рубеже веков – кинематография, которая за редким исключением

была и остается по сей день массовым искусством; в 1940-х гг. появился

стриптиз; а в 1950-х – поп-музыка. После Второй мировой войны массовое

искусство начало решительное наступление на классическое, отбирая у него

275

массы потребителей, но уже наступала иная постиндустриальная эпоха с его

постмодернизмом (в том числе и как художественным направлением).

Еще одним явлением, оказавшим серьезное влияние на общее состояние

культуры, стало появление и развитие СМИ. Первые газеты появились еще в

XVII в., журналы – в конце XVIII-го, но они еще были сугубо

аристократическими изданиями. Перелом произошел во второй половине XIX

в. с распространением массовой грамотности, когда газеты и журналы стали

действительно средствами массовой информации. В начале XX в. изобрели

радио, которое уже в 1920-е гг. проникло в каждый дом. Телевидение изобрели

перед Второй мировой войной, и с 1950-х гг. оно тоже стало популярным (а на

сегодняшний день – самым распространенным) органом СМИ. Государство

получило в руки самый эффективный инструмент экстренной мобилизации, но

– главное – манипуляции сознанием и формирования культурных

предпочтений. Одновременно СМИ стали основным местом размещения ре-

кламы, т.е. управления потребительским спросом.

Было бы ошибкой считать человека эпохи индустриального развития (и

даже ХХ в.) беспомощной игрушкой в руках государства, СМИ и т.п., хотя

примеры тоталитарных государств, с их массовой социальной или националь-

ной истерией, свидетельствуют в пользу этого. Тем не менее, индустриальное

общество – это общество индивидуалов, и чем более образован и

интеллектуально развит человек, тем более он независим от навязываемого

ему мнения. Другое дело, что население Земли растет в геометрической

прогрессии, и процент интеллектуально развитых людей неуклонно

уменьшается.

Эта эпоха породила и тип высоко автономной личности – свободного

производителя, конкурентоспособного индивида, открыто продающего свой

труд и талант на рынке социального спроса с едиными для всех правилами. В

этом основной принцип культуры индустриального типа.

ПОСТИНДУСТРИАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА, которая еще только формиру-

276

ется в ряде стран. В числе ее характеристик следует перечислить переход на

более совершенные (компьютерные) системы получения и обработки

информации (а, следовательно, и автоматизированный принцип принятия

управленческих решений), а также на автоматизированные системы

производства. Основой социальной организации стала либеральная

демократия, базирующаяся на стремлении к гарантированному обеспечению

каждого разнообразными социальными благами, что (по расчетам идеологов

системы) должно радикально снять социальное напряжение в обществе и

инициировать тотальный социальный компромисс, переход к системе «мягких

социальных взаимодействий», «неконфронтационному типу солидарности»,

вытеснению национальных, религиозных, сословных и иных традиций в сферу

приватной жизни индивида и – самое главное – к новым принципам

социальной самореализации личности за счет повышения ее социальной

мобильности, перманентного переобучения, повышения квалификации и т.п.

Если говорить честно, то в наиболее развитых странах все это более или менее

получилось, но не смогло совсем «залечить» болевые точки, оставшиеся от

предыдущих эпох. В культуре, как выясняется, ничто не умирает, а только ме-

няет зону своей локализации. Т.е. все культурные проявления предыдущих

стадий развития сохранились, но преимущественно в периферийной

социальной зоне: на приватно-семейном уровне или в культурах отдельных

отсталых субэтносов, социальных и религиозных групп.

Тем не менее, удалось решить ряд серьезных социокультурных проблем,

например, с глобальной коммуникацией между людьми всего мира и

возможностью неограниченного накопления и обработки информации,

свободным передвижением миллионов людей и их знакомством с любыми

культурами. В этой связи возникла (возможно, не впервые в истории)

проблема культурной компетентности личности в условиях нарастающей

плюральноости и мультикультурности социальной среды, проблемы

психологической адаптации человека в избыточной информационной среде и

277

т.п.

Главным продуктом деятельности обществ стали не вещи, а знания и ин-

формация, благодаря чему эту стадию развития нередко называют информаци-

онной. С точки зрения совершенствования технологий управления и повыше-

ния эффективности СМИ, появление компьютера действительно стало принци-

пиальным рывком в деле усовершенствования этих функций. Но в остальных

областях культуры и социальной жизни главным стал переход на новый

уровень знания, мироосмысления и технологического развития.

Если на первобытной стадии общества адаптировались к среде обитания,

на аграрной – к соседству с другими обществами, на индустриальной – к

многообразию продуктов потребления, то на постиндустриальной – к

изобилию информации и правильному ее использованию (на благо

человечества). Адаптация к избыточным техническим возможностям явно не

удалась, свидетельство тому – экологический, демографический,

климатический и ряд иных кризисов, в которые человечество уже вступило

или вступит в ближайшие десятилетия. Возможно, что на новом этапе

развития какие-то из этих кризисов удастся разрешить.

Судя по всему (по крайней мере, по тенденциям, проявляющимся в неко-

торых странах), происходит определенное социальное переструктурироване

населения, в целом соответствующее прогнозу В.Хилла и его знаменитой

концепции «золотого миллиарда»: образование резко разделяется на

элитарное, соответствующее высшим мировым стандартам, и общее, сколь

элементарное, столь и поверхностное; соответственно и население начинает

делиться на элиту high tec и всех остальных – вспомогательный персонал.

Естественно, что среди этих «остальных» начинается возрождение

социокультурных атавизмов, мифологического сознания, повышенной

религиозности, склонности к экстремизму (в наши дни помимо религиозного,

национального и расового экстремизма движение феминизма так же стало при-

обретать серьезную социальную опасность). В ряде постиндустриальных стран

278

на волне политкорректности установился подлинный террор со стороны

нацменьшинств, «цветных», феминисток, лиц нетрадиционной сексуальной

ориентации и др., которым власти под давлением общественных настроений

разрешают больше, чем белым гетеросексуальным мужчинам и женщинам.

Все это сочетается с тенденциями вытеснения массовой культурой клас-

сических ее образцов, мультикультурализма (смешения культурных элементов

множества народов, особенно на приватно-бытовом уровне потребления),

политкорректности (в принципе снимающей проблему социальной

конкуренции между одаренными людьми и девиантами, что в группе

«остальные» не имеет большого значения; дворником могут быть и Эйнштейн,

и олигофрен) и т.п.

Естественно, к элите все это не имеет отношения; здесь профессиональ-

ная и общесоциальная конкуренция необычайно высоки, и многое зависит от

уровня природных способностей и качества полученного образования, а целью

является достижение профессионального уровня международного класса (в

любой сфере).

Интеллектуальной основой всех этих перемен (для уровня high tec) стали

аналитическая философия (Р.Рорти, Б.Рассел, Г.Фреге), культура постмодерна

(Ж.Деррида, Ж.-Ф.Лиотар, М.Фуко, Ж.Бодрийяр, У.Эко) и научная парадигма

неопозитивизма (К.Поппер, П.Фейрабенд, И.Лакатос), противопоставляющие

себя классической традиции, хотя им сопутствуют и множество иных

направлений мироосмысления (неомарксизм – И.Валлерстайн, Г.Маркузе,

Ю.Хабермас; современная социология – Э.Гидденс, Р.Мертон, Т.Парсонс) и

др.

Искусство постиндустриальной эпохи пока что не остановилось на ка-

ком-то преобладающем стилевом направлении. Напротив, пока торжествует

«отменяющий» все стили и иронизирующий над всем постмодерн; впрочем,

господство которого (по крайней мере, в искусстве), похоже, заканчивается.

В целом все идет к переменам, сущность которых можно предсказать

279

только в отдельных фрагментах. Главное, не поддаваться панике и не преуве-

личивать роль отдельных локальных тенденций (типа: «взрыва» религиозно-

сти, увлечения теософией и религиями Востока, ниспровержения классической

культуры и т.п.). Это все не более, чем растерянность переходного периода и

потери привычных социокультурных ориентиров (через все это человечество

уже проходило на этапе перехода от аграрной к индустриальной стадиям

развития; вспомните эпоху Модерна).

В этой связи хотелось бы обратить внимание читателя на такую

закономерность. Естественно, никто не пытался подсчитать число коллективов

первобытного уровня развития, обитавших на Земле за всю историю.

Ориентировочно предполагается, что их было порядка 10 тысяч. Число

обществ, перешедших на аграрную стадию, приблизительно оценивается в 1

тысячу. Число обществ, достигших индустриального уровня развития, – что-то

в районе 100. Постиндустриальной стадии достигли отсилы десяток обществ.

Т.е. каждая следующая стадия развития достигалась числом обществ на

порядок меньшим, чем предыдущая. Что дальше? Благодаря процессам

глобализации все человечество сольется в единую семью? Или только одно

общество, радикально опередив все человечество, выйдет на новую

постинформационную стадию развития, оставив остальных в роли

аутсайдеров? Кто же это: США, Россия, Китай? Или слившаяся в единое

государство Западная Европа? Прогнозы на будущее – самое трудное дело.

ФУНКЦИИ КУЛЬТУРЫ – совокупность ролей, которые выполняет

культура по отношению к сообществу людей, порождающих и использующих

(практикующих) ее в своих интересах; совокупность отобранных историчес-

ким опытом наиболее приемлемых по своей социальной значимости и

последствиям способов (технологий) осуществления коллективной жизнеде-

ятельности людей. При этом все функции культуры социальны, т.е.

обеспечивают именно коллективный характер жизнедеятельности людей, а

также определяют или корректируют почти все формы индивидуальной

280