Гаркавец А.Н. (Сост. и ред.) История Казахстана в произведениях античных авторов в 2-х томах. Том 2

Подождите немного. Документ загружается.

разные племена, которые Аттила держал в своем подчинении;

отпадают друг от друга королевства с их племенами, единое те

ло обращается в разрозненные члены; однако они не сострада

ют страданию целого, но, по отсечении главы, неистовствуют

друг против друга. И это сильнейшие племена, которые никог

да не могли бы найти себе равных в бою, если бы не стали пора

жать себя взаимными ранами и самих же себя раздирать на ча#

сти.

Думаю, что там было зрелище, достойное удивления: можно

было видеть и гота, сражающегося копьями, и гепида, безумст

вующего мечом, и руга, переламывающего дротики в его [гепи

да?] ране, и свева, отважно действующего дубинкой, а гунна –

стрелой, и алана, строящего ряды с тяжелым, а герула – с лег

ким оружием.

Итак, после многочисленных и тяжелых схваток победа не

ожиданно оказалась благосклонной к гепидам: почти тридцать

тысяч как гуннов, так и других племен, которые помогали гун

нам, умертвил меч Ардариха вместе со всеми восставшими. В

этой битве был убит старший сын Аттилы по имени Эллак, ко

торого, как рассказывают, отец настолько любил больше ос

тальных, что предпочитал бы его на престоле всем другим де

тям своим. Но желанию отца не сочувствовала фортуна: пере

бив множество врагов, Эллак погиб, как известно, столь муже

ственно, что такой славной кончины пожелал бы и отец, будь

он жив. Остальных братьев, когда этот был убит, погнали

вплоть до берега Понтийского моря, где, как мы уже описыва

ли, сидели раньше готы.

Так отступили гунны, перед которыми, казалось, отступала

вселенная. Настолько губителен раскол, что разделенные низ

вергаются, тогда как соединенными силами они же наводили

ужас. Дело Ардариха, короля гепидов, принесло счастье раз

ным племенам, против своей воли подчинявшимся владычест

ву гуннов, и подняло их души, давно пребывавшие в глубокой

печали, к радости желанного освобождения. Явившись, в лице

послов своих, на римскую землю и с величайшей милостью

принятые тогдашним императором Маркианом, они получили

назначенные им места, которые и заселили.

Гепиды, силой забравшие себе места поселения гуннов, ов

ладели как победители пределами всей Дакии и, будучи людь

ми деловыми, не требовали от Римской империи ничего, кроме

мира и ежегодных даров по дружественному договору. Импера

тор охотно согласился на это, и до сего дня племя это получает

350

обычный дар от римского императора. Готы же, увидев, что ге

пиды отстаивают для себя гуннские земли, а племя гуннов за

нимает свои давние места, предпочли испросить земли у Рим

ской империи, чем с опасностью для себя захватывать чужие, и

получили Паннонию, которая, протянувшись в длину равни

ною, с востока имеет Верхнюю Мезию, с юга – Далмацию, с за

пада – Норик, с севера – Данубий. Страна эта украшена многи

ми городами, из которых первый – Сирмий, а самый крайний –

Виндомина. Из этого же рода был Бливила, пентаполитанский

вождь, и его брат Фроила и, в наше время, патриций Бесса.

Савроматы же, которых мы называем сарматами, и кеманд

ры, и некоторые из гуннов поселились в части Иллирика, на

данных им землях у города Кастрамартена. Скиры, садагарии

и часть аланов со своим вождем по имени Кандак получили Ма

лую Скифию и Нижнюю Мезию. Нотарием этого Кандака Ала

новийямутиса до самой его смерти был Пария, родитель отца

моего, т. е. мой дед. У сына же сестры Кандака, Гунтигиса, ко

торого называли еще База, магистра армии, сына Андагиса

(сына Анделы из рода Амалов), нотарием – до своего обраще

ния – был я, Иорданнис, хотя и не обученный грамматике.

Руги же и многие другие племена испросили себе для поселе

ния Биццию и Аркадиополь. Эрнак, младший сын Аттилы,

вместе со своими избрал отдаленные места Малой Скифии. Эм

нетзур и Ултзиндур, единокровные братья его, завладели

Утом, Гиском и Алмом в Прибрежной Дакии. Многие из гун

нов, прорываясь то тут, то там, подались тогда в Романию; до

сих пор из их числа называют сакромонтизиев и фоссатизиев.

Были еще и другие готы, которые называются Малыми, хо

тя это – огромное племя; у них был свой епископ и примат

Вульфила (Ульфила), который, как рассказывают, установил

для них азбуку. По сей день они пребывают в Мезии, населяя

местность вокруг Никополя, у подножия Эмимонта (Гема); это

– многочисленное племя, но бедное и невоинственное, ничем не

богатое, кроме стад различного скота, пастбищ и лесов; земли

их малоплодородны как пшеницей, так и другими видами зла#

ков; некоторые люди там даже вовсе не знают виноградников,

– существуют ли они вообще гделибо, – а вино они покупают

себе в соседних областях, большинство же питается молоком.

Итак, возвратимся к тому племени, о котором идет речь, т.

е. к племени остроготов, которые жили в Паннонии под влас#

тью короля Валамира и его братьев, Тиудимера и Видемира;

хотя области их были поделены, но цели объединены (ведь Ва

351

ламер сидел между реками Скарниунгой и Черной Водой, Тиу

димер – близ озера Пелсойс, Видимер – между тем и другим). И

вот случилось, что сыновья Аттилы пошли против готов, как

против бежавших изпод их господства и как бы разыскивая

беглых рабов; они напали на одного Валамера, тогда как другие

братья ничего не подозревали. Но он, хотя и встретил их с ма

лыми силами, долго изнурял их и разбил настолько, что от вра

гов едва осталась небольшая часть; обращенные в бегство, они

направились в те области Скифии, по которым протекают воды

реки Данапра; на своем языке гунны называют его Вар. В то же

время он Валамер послал к брату Тиудимеру гонца с радостной

вестью, гонец же, в тот самый день как прибыл, обрел в доме

Тиудимера еще бoльшую радость: в этот день родился сын Тиу

димера Теодорих; правда, младенец происходил от конкубины

Эрелиевы, но возлагали на него большие надежды.

После того как установился прочный мир готов с римляна

ми, готы увидели, что им не хватает того, что они получали от

императора; в то же время стремились они проявить присущую

им отвагу и потому начали грабить соседние племена, жившие

кругом; прежде всего двинулись они походом против садагиев,

владевших внутренней Паннонией. Когда узнал об этом король

гуннов Динтцик, сын Аттилы, то он собрал вокруг себя тех не

многих, которые пока что оставались всетаки под его властью,

а именно ултзинзуров, ангискиров, биттугуров, бардоров; они

подошли к Базиане, городу в Паннонии, и, окружив ее валами,

начали грабить окрестности. Поняв это, готы там же, где были,

приостановили поход, предпринятый против садагиев, и обра

тились на гуннов; так вытеснили они их, покрыв бесславием,

из своих пределов, и с тех пор до сего дня остатки гуннов боят

ся готского оружия.

Однако уже после того как племя гуннов было, наконец, ус

мирено готами, Гунумунд, вождь свевов, проходя мимо и на#

правляясь на ограбление Далмации, захватил бродившие в сте

пях готские стада, потому что ведь Далмация соседит со Свеви

ей и расположена невдалеке от пределов Паннонии, особенно

тех мест, где жили тогда готы.

Устрашенные их погибелью, короли свевов Гунимунд и

Аларих двинулись походом на готов, опираясь на помощь сар

матов, которые подошли к ним как союзники с королями свои

ми Бевкой и Бабаем. Они призвали остатки скиров, чтобы те

вместе с их старейшинами Эдикой и Гунульфом жестоко срази

лись, как бы в отмщение за себя; были с ними [со свевами] и ге

352

пиды, и немалая подмога от племени ругов, и другие, собран

ные отовсюду племена; так, набрав огромное множество людей,

они расположились лагерем у реки Болии в Паннониях.

Теодорих уже приблизился к годам юности, завершив отро

чество; ему исполнилось восемнадцать лет. Пригласив некото

рых из сателлитов отца и приняв к себе желающих из народа и

клиентов, что составило почти шесть тысяч мужей, он с ними,

без ведома отца, перешел Данубий и напал на Бабая, короля

сарматов, который только что одержал победу над Камундом,

римским полководцем, и правил с напыщенной гордостью. На

стигнув его, Теодорих убил его, захватил семью с челядью и

имущество и повернул с победой обратно к своему родителю.

Затем напал на город Сингидун, который занимали эти сарма

ты; и, не возвратив его римлянам, подчинил его своей власти.

Тиудимер же, старший брат, перешел со своими реку Сав,

грозя сарматам и римским воинам войной, если бы ктолибо из

них пошел против него. Они же действительно боялись его и

сидели тихо, тем более что им было не одолеть столь великое

множество народа. Тиудимер, видя, что со всех сторон ему при

бывает удача, нападает на Наисс, первый город в Иллирике, а

сына своего Теодориха, приобщив к нему комитов Астата и Ин

вилию, посылает через “лагерь Геркулеса” к городу Ульпиане.

Явившись туда, они вскоре подчиняют как его, так и Стобис, а

затем впервые делают для себя проходимыми многие недоступ

ные местности Иллирика. В городах Фессалии – Гераклее и Ла

рисе – они сначала захватывают добычу, а потом по праву вой

ны овладевают и ими.

Своего комита Питцама, избранного в число старейшин, он

направляет на завоевание города Сирмия, который тот и захва

тил, изгнав короля Тразариха, сына Трапстилы, но удержав

его мать. Потом он двинулся против Савиниана, магистра ар

мии Иллирика, готовившегося тогда к борьбе с Мундоном; при

дя на помощь последнему с двумя тысячами пехотинцев и пя

тьюстами всадниками к городу по названию Ровный Марг, ле

жащему между реками Данубием и Маргом, Питцам разбил

иллирийское войско. Этот самый Мундон происходил от ка

кихто родичей Аттилы; он бежал от племени гепидов за Дану

бий и бродил в местах необработанных и лишенных какихли

бо земледельцев; там собрал он отовсюду множество угонщиков

скота, скамаров и разбойников и, заняв башню, которую назы

вают Герта и которая стоит на берегу Данубия, вел там дикую

жизнь и грабежами не давал покоя соседним обитателям; он

353

провозгласил себя королем своих бродяг. Егото, почти уже от

чаявшегося и помышлявшего о сдаче, появившийся там Петца

вырвал из рук Савиниана и обратил – полного благодарности –

в подчиненного своего короля Теодориха.

Примечания

В данном случае Иордан опирается на запись Птолемея о четырех

островах около Кимврского (нын. Ютландского) полуострова, назы

вавшихся Скандиями (Skandjai); самый восточный и наибольший из

них находится, по словам Птолемея, около устьев реки Вистулы (Вис

лы) и тоже называется Скандией (Птолемей II: 11, 3335).

Следуя Птолемею, Иордан пишет о расположении Скандзы про

тив расходящейся тремя рукавами (trisulcus) Вислы.

Сарматские горы (Sarmaticae montes) – Карпаты.

Магог – библейское имя. В Библии им назван второй сын Иафета

при перечислении потомства трех сыновей Ноя (Быт. 10: 2); в заклю

чение перечня говорится: “От них распространились народы по земле

после потопа” (Быт. 10: 32). Кроме того, в Библии же именем Магог

называется некая земля, в которой царствовал Гог (Иез. 38: 2 и 39: 6).

В средние века считалось, что в далеких восточных странах есть цар

ство Гога и Магога, враждебное всему христианскому миру. В преды

дущем примечании приведен текст из «Иудейских древностей» Иоси

фа Флавия, который ставит знак равенства между “Магогом” и “ски

фами”. Иероним это повторил: “Магог – Скифы” (Lib. hebraic. quaest.

in genesin 20: 2). Но Иероним – писатель начала V в., – несомненно,

вкладывал в понятие “скифы” (“Магог”) иное содержание, чем Иосиф

Флавий – писатель I в. Под магогом – скифами Иероним подразуме

вал современных ему гуннов. Такое объяснение держалось и позднее:

в начале VI в. архиепископ Кесарийский Андрей в комментарии к

Апокалипсису писал, что библейские племена Гог и Магог – те же

скифские племена, “которые мы зовем гуннскими” (MPG, 106, col.

416). Вместе с тем Иероним не рассматривает готов как представите

лей племени магог и сомневается, прав ли Амвросий (ум. в 397 г.), его

современник, в комментарии на книгу Иезекииля (“De fide”, II, 17),

приписывая имена Гога и Магога не скифам, а готам, “недавно неис

товствовавшим в нашей стране”; “наоборот, – продолжает Иероним, –

все ученые скорее привыкли называть готов гетами, чем гогом и маго

гом”. Однако в VII в. Исидор Севильский писал: “Магог – от коего, как

полагают, ведут свое происхождение скифы и геты”; и еще: “древние

называли [готов] чаще гетами, чем готами” (Isid. Etymol. IX: І, 27 и

89).

В разъяснение того, каким образом готы (или геты) называются

скифами и по племени (et natione), и по имени (et vocabulo), можно

привести толкование Исидора Севильского, нелепое, как большинст

во толкований этого авторитетнейшего для западного средневековья

писателя. Он сообщает, что скифы и готы происходят от Магога, сына

Иафета; сами готы – скифского происхождения (Gothi Scythica

probantur origine), потому что имя “готы” не очень отличается от име

ни “скифы” – стоит только изменить и отбросить букву: demutata

enim ас detracta littera Getae quasi Scythae sunt nuncupati. А послед

ний слог имени Магог, будучи слегка изменен, указывает на название

“гот”. Так посредством излюбленной Исидором Севильским игры слов

и кажущегося их фонетического сходства доказывается тождество

354

скифов и готов (Isid. Goth. Laud.: 66; Isid. Etymol. IX: I, 89). Ср. изда

ние Момсена: 61, прим. 1.

Тавр, горный хребет Таврики – Крыма. По Иордану, это Тавр

скифский, а не азиатский.

Меотида (Maeotis palus, Mai^ti~ ljmnh) – обычное древнее и сред

невековое (литературное) название Азовского моря. Palus (ljmnh) – бо

лото. Появление названия palus, вероятно, связано с заболоченными

берегами огромного водоема, где и до наших дней на многие километ

ры тянутся плавни, особенно обширные вокруг дельты Кубани. В на

шем переводе текста Иордана palus ‘болото’ (Меотийское) передается

словом “озеро”. Подобное толкование подкрепляется, например, тем,

что Помпоний Мела употребляет в отношении Меотиды попеременно

то palus, то lacus (Mela I: 8: palus ipsa Maeotis; I: 14: ad lacum [живут]

Maeotici; I: 112: река Caracanda – Кубань, двумя рукавами впадая в

озеро и в море – in lacum et in mare profluens, – образует остров). В со

чинениях Прокопия Меотида названа исключительно Mai^ti~ ljmnh

(Война с персами I: 10, 6; Война с готами IV: 6, 16; IV: 4, 8; О построй

ках III: 7, 8 и др.). В трактате Константина Порфирородного (Об уп

равлении империей: 42) подчеркивается, что Меотийское болото (h

ljmnh Mai9tido~) изза своей величины называется также и морем; в той

же главе автор употребляет слово “море” уже без оговорки. Меотида

вместе с впадающим в нее Танаисом рассматривалась как граница

между Европой и Азией. Античные писатели и их комментаторы от

мечали, что Меотида замерзает. Грамматик IV в. Мавр Сервий Гоно

рат писал в комментарии к “Георгикам” Вергилия (Maeotiaque unda.

– Georg. III: 349), что Меотида – болото в Скифии, замерзающее от мо

роза (Maeotis palus est Scythiae frigore congelascens).

Босфорские проливы (angustiae Bosfori) – так Иордан, следуя ан

тичной традиции, именует Боспор Киммерийский (Bosphorus

Cimmerius, совр. Керченский пролив). У Аммиана Марцеллина – Пан

тикапейские проливы (Panticapes angustiae.–Amm. Marc. XXII: 8,

30). Прокопий уже не употребляет античного названия, устаревшего

для его эпохи. Он говорит только об “устье” Меотиды (Война с готами

IV: 4, 810; IV: 5, 45). Античное название он употребляет исключи

тельно в тех случаях, когда приводит мнение древних авторов, гово

ря, что “мудрецы, ученые иногда считали, что Босфор Киммерийский

разделяет Европу и Азию” (О постройках IV: 1, 7), и что Геродот оспа

ривает точку зрения относительно Боспора Киммерийского (Война с

готами IV: 6, 15).Позднее Константин Порфирородный называет Кер

ченский пролив “устьем” Меотиды (Об управлении империей 42: 73,

74) или даже местным названием “Бурлик” (Там же: 42, 90 и 94).

В описание границ Скифии, данное Иорданом в § 30, вклинилось

определение формы Каспийского моря “в виде гриба”. Правда, в текс

те Иордана, изданном Моммсеном по Гейдельбергскому списку, упо

треблено местоимение жен. р. “quae”, которое не согласуется с преды

дущим существительным сред. р. “mare”. Поэтому группу слов “ad

modum fungi”, казалось бы, надо отнести к объекту женского рода, т.

е. к Скифии, логическому подлежащему всего пассажа “Scythia...

digreditur”. Однако в ряде рукописей, как видно в разночтениях, при

водимых Моммсеном, стоит не “quae”, а “quod”, что подходит к суще

ствительному “mare”. Кроме того, Иордан (или автор, которым он

пользовался), когда перечислял границы описываемых им стран, не

сомненно, имел перед глазами карту. Если, например, он пользовался

картой, составленной соответственно древней карте Эратосфена (нач.

II в. до н. э.), то на ней можно было видеть, что Каспийскому морю

(Hyrcanum mare) действительно приданы очертания гриба, как бы об

355

ращенного ножкой к северу, а шляпкой к югу. Так же “грибообразно”

очертание Каспийского моря на карте, составленной по описаниям

Орозия, и на некоторых других средневековых картах.

Алваны, албаны – жители Кавказской Албании – занимали тер

риторию у Каспийского моря, севернее реки Куры; Албания соответ

ствует Ширвану.

Серы (Seres, Seree) – китайцы. Из дошедшего до греков и римлян

названия народа создались греческое и латинское названия шелка:

shrik=, serica. В дальнейшем название шелка связалось с народом,

торгующим шелком. По мере передвижения центров торговли шел

ком к западу, у латинских и греческих авторов название “серы” ока

залось перенесенным на среднеазиатские народы (на согдийцев). В

этом смысле употребляет имя “Seres” и Иордан, говоря, что “Seres”

находятся непосредственно к востоку от Скифии, сразу же за Каспий

ским морем.

В начале перечисления припонтийских городов Иордан привел

два названия: Борисфенида и Ольвия, как бы обозначающие два горо

да. Как известно, двух особых и достаточно крупных городов, связан

ных с устьем БорисфенаДнепра (вернее, с ДнепроБугским лиманом),

не было.

Ольвия (Olbia) – одна из древнейших греческих колоний на се

верном побережье Черного моря. Она была основана выходцами из

Милета еще в первой половине IV в. до н. э. и, будучи расположена на

Буге (на его правом берегу, около нын. села Парутино), у его впадения

в ДнепроБугский лиман, долго сохраняла доминирующее положение

в торговле с населением Скифии, став крупным ремесленным и куль

турным центром в Северном Причерноморье. Другое названии Ольвии

– Борисфен, Борисфенида.

Каллиполида (Callipolida) – это не совсем понятное название

можно сблизить с этническим названием племени “каллипидов”,

живших к западу от Днепра, впервые упомянутых Геродотом (IV: 17).

Племя каллипидов (Callipidae) встречается также у Помпония Мелы

(II: 7). Оно обитало на нижнем течении Буга (т. е. севернее Ольвии) и

было экономически связано с последней. Однако не есть ли “Каллипо

лида” Иордана порт и укрепленное поселение на западном побережье

Таврики, носившее название “Прекрасная гавань”? Непосредственно

за “Каллиполидой” в тексте Иордана назван Херсон – Херсонес. А

“Прекрасная гавань” (впоследствии Акмечеть, ныне переименован

ная в Черноморское) вместе с Керкинитидой (нын. Евпатория) входи

ла, – как видно по знаменитой “Херсонесской присяге” (нач. III в. до

н. э.), – в состав владений античного Херсонеса.

Херсон (Chersona), Херсонес Таврический (в средние века обыч

но именовался не Херсонесом, а Херсоном) – греческая колония, осно

ванная выходцами из Гераклеи Понтийской в V в. до н. э. В дальней

шем – крупный византийский город в Таврике, оживленный торго

вый и военный центр уже в V в. н. э. (ср., например, надпись импера

тора Зинона о возобновлении стен и одной из наиболее мощных ба

шен). Прокопий, упоминая о Херсоне, замечает, что он с давних вре

мен подчиняется ромеям (Война с готами IV: 5, 27). О Херсоне V–VI

вв. – на основании значительного археологического материала – см.

А. Л. Якобсон. Раннесредневековый Херсонес. Очерки истории мате

риальной культуры. М.–Л. 1959 (Материалы и исследования по архе

ологии СССР, № 63).

Феодосия (Theodosia) – греческая колония, основанная милетца

ми в VI в. до н. э. и вошедшая в состав Боспорского царства. Не в свя

зи ли с тем, что Феодосия, будучи крупным портом восточной Таври

356

ки, не являлась в античное время самостоятельным городомгосудар

ством (каким был Херсонес), а подчинялась Боспору, Орозий опреде

лил ее как место, близ которого “огромное излияние (“inmensa exun

datio”) Меотийского озера вступает широким потоком в Евксинский

Понт” (I: 2, 5–6)? Этим смешением у Орозия Феодосии с Боспором объ

ясняется, может быть, пропуск Иорданом Боспора в приводимом им

списке приморских городов Северного Причерноморья. У древних ге

ографов нет упоминания о городе Боспоре; они говорят лишь о проли

ве – Боспоре Киммерийском – и о близлежащих городах; например,

Помпоний Мела пишет: “in Bosphorum Cimmerica oppida Murmecion,

Panticapaeon, Theodosia” (II: 13). Но у Прокопия ясен приморский го

род Боспор (Война с персами І: 12, 7; Война с готами IV: 5, 26) и уже

не упоминается о Босфорепроливе; последний называется “устьем

Меотиды”.

Кареон (Careo) – это загадочное название помещено между Фео

досией и Мирмекием. Не относится ли оно к Боспору, продолжавше

му в V–VI вв. быть заметным торговоремесленным городом восточной

Таврики? Не является ли слово “Careo” какимто намеком на будущее

название “Корчев”, “Керчь”? Так думал Ю. А. Кулаковский (К вопро

су об имени города Керчи: 194–199), предполагая, что в тексте Иорда

на могло стоять не Careon, а Carcon. Название Кареон не вошло в ли

тературу и всплыло лишь у византийского автора XV в. Лаоника Хал

кокондила в кратком упоминании о том, как татары продавали в раб

ство черкесов, мингрелов и сарматов (аланов), отводя их в Боспор, в

город Карею (CSHB. Bonn, 1843: 135–136). Однако, ввиду того что Ла

оник несколько выше пишет о Боспоре в связи с Фракией, нельзя ут

верждать, что город Карея относится к Таврике.

Мирмикий, Мирмекий (Myrmicion) – город Боспорского царства;

по Страбону (VII: 1, 5), городок Мирмекий в 20 стадиях (ок. 4 км) от

Пантикапея (нын. Керчь). Развалины города Мирмекия находятся у

теперешнего мыса Карантинного, на берегу Керченской бухты, как

раз в 4 км к северовостоку от Керчи. Самое раннее упоминание о Мир

мекии находится в перипле ПсевдоСкилака (IV в. до н. э.), который

называет Мирмекий в числе других крупных городов (Пантикапей,

Нимфей, Китей, Феодосия). Как показали археологические исследо

вания, город – как греческая колония – возник во второй четверти IV

в. до н. э. и существовал без перерыва до III в. н. э. (включительно). На

развалинах античного города до XIV в. было средневековое поселение;

оно, возможно, соответствовало месту, обозначенному именем

“Pondico” на итальянских портоланах.

Трапезунт (Trapezunta) неожиданно назван Иорданом после

Мирмекия, в конце списка городов, расположенных на северном побе

режье Черного моря. Перечисление городов Иордан ведет с запада от

Борисфениды – Ольвии и соблюдает географическую последователь

ность; потому естественно предположить, что Трапезунт Иордана на

ходился гдето восточнее Мирмекия, т. е., возможно, на противопо

ложном берегу Боспора Киммерийского. По дошедшим до нас сведе

ниям, ни в этих местах, ни южнее по Кавказскому побережью нет по

добного названия. Общеизвестный же Трапезунт (нын. Трабзон) в Ма

лой Азии, упоминаемый и Страбоном (VII: 4, 3), и Тацитом (История

III: 47), и, позднее, Прокопием (Война с готами IV: 2, 2–3; О построй

ках III: 7, 1), не подошел бы к списку городов на северных берегах

Черного моря. Однако название “Трапезунт” все же в одном случае

упоминалось в связи с Таврическим полуостровом, хотя относилось

оно не к городу, а к горе. Страбон (в указанном выше месте “Геогра

фии”) совершенно ясно сообщает, что “в горной области Тавров есть и

357

гора, одноименная городу близ Тиварании и Колхиды”. Таким обра

зом, римский географ, как бы предвидя возможность неправильного

отнесения имени горы к знаменитому малоазийскому городу, наме

ренно противопоставляет эти два одинаковых названия. Остается

предположить, что Иордан под Трапезунтом в § 32 подразумевал не

понтийский город Трапезунт, а поселение с названием Трапезунт, но

неизвестно, было ли оно там же, где и гора Трапезунт в Таврике. Ко

нечно, можно допустить у Иордана некоторую непоследовательность

в расположении названий городов. Если принять во внимание гору

Трапезунт по Страбону, которую с достаточной вероятностью отожде

ствляют с Чатырдагом (“Шатёргора”), характерным своим “столооб

разным” профилем, то поселение с названием “Трапезунт” должно

было бы находиться гдето около Алушты. В таком случае Трапезунт

в списке Иордана следовало бы поместить не после Мирмекия, а меж

ду Херсоном и Феодосией. Если обойтись без этой поправки и оставить

Трапезунт на последнем месте в списке, то немалоазийский Трапезунт

следовало бы искать на восточном берегу Боспора Киммерийского

(Керченского пролива). Как известно, А. А. Васильев в работе “Готы в

Крыму” (стр. 75–79) собрал упоминания о готахтрапезитах, исходя

из того, что в некоторых рукописях “Готской войны” Прокопия вмес

то слова “тетракситы” (IV: 4, 5 и 18) стояло слово “трапезиты”. Особо

о трапезитах в Таврике упоминал Сестренцевич Богуш (История о Та

врии I: 272, 276, 278) и позднее архимандрит Арсений (Готская епар

хия в Крыму: 60). Но впервые сопоставление между “тетракситами”

(не поддающимися объяснению) и “трапезитами” (объясняемыми по

связи с названием горы Трапезунт – Чатырдаг в Крыму) сделал немец

кий ученый Хершель. Он писал: “Название „тетракситы“ не получи

ло еще никакого удовлетворительного разъяснения. Если бы чтение

„трапезиты“ в некоторых рукописях Прокопия оказалось правиль

ным, то значение было бы легко объяснимо. Столовая гора – Чатырдаг

– называется у Страбона Trapezo¹~, и в таком случае под трапезитами

надо было бы понимать окрестных жителей близ этой горы”

(Herschell. Die Tetraxitischen Gothen: 95).

Описание северного побережья Черного моря с его городами – их

названо восемь – целиком основано на данных античных писателей.

Современные Иордану источники (записи или рассказы очевидцев) не

содержали никаких данных об этих столь отдаленных городах. Вслед

за Иорданом почти полностью и в том же порядке повторил (в VII–VIII

вв.) список северночерноморских городов (от Борисфена до Трапезун

та) так называемый Равеннский географ (Rav. anon. IV: 3; V: 11).

Иордан отразил распространенные в его время сведения о Рифей

ских горах – Урале: вопервых, что Рифейский хребет разделяет Азию

и Европу; вовторых, что с него течет Танаис – Дон, который в свою

очередь является восточным пределом Европы. Ниже, следуя данным

ряда античных карт (Эратосфена, Агриппы, римских карт), Иордан

повторяет сложившееся задолго до него мнение, что Рифейские горы

составляли часть грандиозной системы Кавказа и что Кавказский

хребет (mons Caucasi) обходит непрерывной цепью (jugo continuo)

большую часть “земного круга”: от Индийского моря к западу, давая

начало Тигру и Евфрату, затем к северу в Скифию “вплоть до Рифей

ских гор”, откуда направляется вдоль Понта до Истра и даже за Истр.

Об общей системе горных хребтов, в которую включались, с точки зре

ния античных географов, как Рифейские, так и Кавказские горы,

Иордан мог прочесть в географическом трактате Помпония Мелы (I:

81; 109) и у Орозия (І: 2, 36–47).

358

Племя акациров (gens Acatzirorum) Иордан называет могущест

веннейшим, сильнейшим (gens fortissima) и определяет его как незем

ледельческое, занимающееся скотоводством и охотой. Племя акаци

ров (по Иордану) живет на огромных пространствах между эстами, за

нимавшими территорию близ янтарного берега у Балтийского моря, и

булгарами, обитавшими на берегу моря Понтийского, что явно пре

увеличено. Вероятно, точнее представлял себе акациров Приск, пи

савший на сто лет раньше Иордана, что акациры – “скифское” (т. е.

гуннское) племя (фр. 8; ср. фр. 30). Из его же сочинения известно, что

Аттила держал акациров в своем подчинении и послал своего старше

го сына управлять ими: они жили тогда (в первой половине V в.) в при

понтийских областях (фр. 8) и ходили через Каспийские ворота в Кав

казском горном хребте войной на персов (фр. 37). Судя по тому, что

ряду акацирских князьков император Феодосий II, как свидетельст

вует Приск, регулярно посылал “дары”, акациры были сильным пле

менем, союз с которым был желателен для империи (фр. 8). Прокопий

не называет в своих произведениях племени акациров, но говорит,

что в примеотийских степях жили гунны “киммерийцы”, в его время

именовавшиеся утигурами (Война с готами IV: 4, 8; 5, 1).

Под булгарами (Bulgares) Иордан подразумевал гуннские племе

на северовосточного Причерноморья.

Альциагиры (Altziagiri) – племя, кочевавшее, по словам Иорда

на, “около Херсоны” (juxta Chersonam) то в степях летом (aestate cam

pos pervagant), то у понтийских берегов зимой (hieme supra mare

Ponticum), – принадлежали к группе гуннских племен. Названия

“альциагиры” нет ни у Приска, ни у авторов VI в. – Прокопия, Ага

фия, Менандра, ни у Феофилакта Симокатты. Повидимому, об аль

циагирах Иордана говорится у Прокопия (Война с готами IV: 5, 28):

“если идти из города Боспора в город Херсон... то всем, что находится

в промежутке, владеют варвары, гуннские племена”.

Савиры (Saviri) – гуннское племя, так как в предыдущей фразе

Иордан говорит о гуннах в целом, о совокупности объединенных под

именем гуннов племен, а затем перечисляет их, называя одних альци

агирами, других савирами. Указав, что альциагиры обитают близ

Херсона, Иордан, ничего не говоря о местах обитания савиров, пере

ходит к сообщению о хунугурах и более не возвращается к савирам.

Может быть, хунугуры – иное название савиров. С достаточной точно

стью о местах расселения савиров пишет Прокопий. Они, по его сло

вам, живут около Кавказских гор (Война с готами IV: 3, 5; 11, 23) или,

вернее, “позади” (т. е. глубже, восточнее) зихов, которые располага

лись в северной части кавказского побережья (Война с персами II: 29,

15). Хотя савиры бывали наемниками ромеев (Агафий III: 17), но ча

ще они помогали в войне персам (Там же IV: 13). Их в большинстве

случаев враждебную к Византии позицию показывает Менандр (фр. 5,

41, 42). Они были известны еще в V в., поскольку упоминание о них

встречается на страницах записей Приска (фр. 4).

Хунугуры (Hunuguri) – гуннское племя, близкое или сливающе

еся с савирами, обитателями Северного Кавказа. У Иордана, у Проко

пия, у Агафия упоминаются разные племена, названия которых сход

ны своими окончаниями: “гуры”, “дзуры”, “гиры”, “дзиры”, “иры”,

“оры”, “ары”, (ср. Gy. Moravcsik. Byzantinoturcica II, 1958: 359– 360).

Таковы у Иордана хунугуры, биттугуры, алпидзуры, алцилдзуры,

ултзиндзуры, в некоторых рукописях измененные в ултзингуры; за

тем – савиры, альциагиры, ангискиры, бардоры, итимары (§§ 27, 126,

272). Особую форму у Иордана имеют названия еще двух гуннских

племен – тункарсы и боиски (Tuncarsi, Boisci). У Прокопия – утигуры

359