Кармин А. Культурология

Подождите немного. Документ загружается.

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

511 -

- 511

объектом производственной деятельности людей служит природа, и, соответственно, ведущими

являются добывающие отрасли хозяйства (земледелие, охота, рыболовство, горнорудное дело).

592

Внедрение в производство машинной техники привело в XVIII в. к промышленной революции, в

результате которой происходит преобразование аграрной экономики в индустриальную.

Развивается обрабатывающая промышленность, главным объектом производственной

деятельности людей становится уже не столько сама природа, сколько продукты добывающего

производства — сырье, материалы, которые подвергаются дальнейшей обработке. Цивилизацию

этого типа называют «индустриальной». Культурная среда в такой цивилизации постепенно все

больше наполняется сложными техническими конструкциями и сооружениями. Технизация

захватывает сферу быта: в повседневную жизнь входят пароходы, железная дорога, телеграф,

швейная машина, электрическое освещение, автомобили, радиотехника.

Во второй половине XX в. наступает время научно-технической революции, в которой на основе

новейших достижений науки развертывается переход от механизации к широкой автоматизации

труда во всех отраслях хозяйства. Это кладет начало формированию цивилизации нового типа. Бе

называют «постиндустриальной» (Дж. Белл, Д. Гильберт), а также «сверхиндустриальной» (А.

Тоффлер), «неотехнической» (Л. Мэмфорд), «информационной» (М. Маклюэн, Е. Масуда),

«технотронной» (3. Бжезинский), «научно-технологической» (Ф. Бурлацкий). Возникают новые

виды производства: атомная энергетика, микроэлектроника, роботостроение. Открытия в области

генетики и химии, а также усовершенствование техники и технологии растениеводства и

животноводства ведет к «зеленой революции», резко (в несколько раз) увеличивающей

продуктивность сельского хозяйства. Производительность труда возрастает настолько, что

постиндустриальное общество становится «обществом изобилия», способным полностью исклю-

чить из жизни людей голод и нище-

ту.

372

Высокопроизводительная и автоматизированная техника материального производства почти

полностью вытесняет ручной труд. Трудовые ресурсы в значительной части перемещаются из

сферы материального производства в сферу управления и обслуживания, в индустрию досуга, в

здравоохранение, науку, образование. Главным объектом деятельности людей становится

информация. Компьютеры и прочая электронная техника становятся неотъемлемыми атрибутами

не только материального, но и духовного производства. Даже художественное творчество не

остается в стороне от технизации.

Таким образом, «защитный пояс» создаваемой с помощью техники культурной среды все больше

окружает со всех сторон не только человека, но и окутывает всю нашу планету — «космический

дом» человечества. По аналогии с атмосферой и биосферой эту рукотворную оболочку Земли

называют «техносферой» или, следуя В. И. Вернадскому, «ноосферой» («сферой разума»).

ТЕХНИКА КАК ОТВЕТ КУЛЬТУРЫ НА СОЦИАЛЬНЫЙ ЗАКАЗ

Одна из важнейших особенностей техники как культурной формы, выделяющая ее среди других

форм культуры, состоит в том, что она непосредственно связана с материально-практической

жизнью людей. Благодаря этому она служит звеном, соединяющим культуру с практикой. Без

техники (предметной и исполнительской) мир культуры оставался бы существующим только в

сфере духа, в сфере мысленных образов. Техника же позволяет воплотить в реальность тот

духовный потенциал культуры, которым наделяет ее сила человеческого разума.

372

По некоторым данным, уже сейчас, на рубеже XXI в., можно было бы избавить весь мир от

голода и нищеты, если поднять производство материальных благ в мире всего на 1%!

593

Стимулы для развития и совершенствования техники могут иметь самый различный характер. Но

если они порождаются условиями общественной жизни, то воздействие их на культуру принимает

вид социального заказа. Под этим термином понимается назревшая общественная (у общества в

целом, государства, социальной группы) потребность в решении некоторой практически важной

задачи. Историк А. Тойнби называл подобные задачи «историческим вызовом» (Часть III, гл. 4, §

4).

Иногда социальный заказ выдвигается общественными организациями или историческими

деятелями, выражающими интересы каких-либо слоев населения, прямо и отчетливо, в форме

непосредственно обращенного к специалистам предложения.

♦ Например, в период правления Наполеона, когда Франция вследствие морской блокады

была лишена возможности получать от своих традиционных поставщиков красители

тканей, французское правительство обратилось к химикам с предложением создать

искусственные красители. Правда, эта задача тогда не была решена — еще не было

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

512 -

- 512

нужных для ее решения предпосылок. Но государство и позже оказывало химикам

поддержку в исследованиях по данной проблеме, и в 1870 г. они нашли способ

искусственного получения одного из красителей — индиго.

373

♦

Однако на практике социальный заказ редко сразу возникает в виде четкого технического задания.

Обычно общественная потребность, даже вполне назревшая, осознается лишь весьма смутно и

аморфно. Неспециалисты не могут выразить ее в соответствующих научно-технических понятиях

и сформулировать как проблему, подлежащую техническому решению: для этого надо достаточно

хорошо разбираться в науке и технике. Социальный заказ приобретает характер технической

задачи лишь тогда, когда усилиями специалистов он конкретизируется и «переводится» на

технический язык.

♦ Так в последней четверти XVIII в. английским промышленникам был очень нужен

универсальный источник энергии для приведения в действие фабричных машин, а к концу

XIX в. для развития транспорта и мелкого производства требовался компактный двигатель

внутреннего сгорания. Но, очевидно, ни промышленники XVIII в., ни мелкие производители

или извозчики XIX в. не могли сформулировать задачи: «создать универсальную паровую

машину», «создать двигатель внутреннего сгорания». Эти технические задачи были

поставлены изобретателями, осознавшими наличие социального заказа на них. А когда

социальный заказ был выполнен, предложенные изобретателями новшества быстро

вошли в широкое употребление. Как выразился один из современников Уатта в письме к

создателю парового двигателя, английские фабриканты были «без ума от него».

374

Во время Второй мировой войны и последующего периода «холодной войны» социальный

заказ на новые виды оружия был достаточно очевиден. Но превращение его в технические

задачи создания атомной бомбы, ракетного оружия и др. оставалось делом специалистов.

Государства стимулировали постановку таких задач и финансировали работы над ними,

если видели в этом перспективы выполнения социального заказа. ♦

Разумеется, никакой социальный заказ не может быть выполнен, если для его выполнения в

культуре не созрели необходимые предпосылки. Для любой технической новации, отвечающей

запросам общества, нужен, в первую очередь, определенный уровень развития технологической

культуры. Общественные потребности в средствах избавления от рака, СПИДа, эпидемий гриппа

и других болезней остаются пока неудовлетворенными, хотя и вполне отчетливо понимаются все-

ми. Однако существование осознанного социального заказа стимулирует финансовую и

моральную поддержку работ, направленных на его выполнение. Наличие его является мощным

фактором развития не только техники, но и науки.

373

Быков Г. В. История открытия важнейших органических соединений. М., 1976.

374

Конфедератов И. Я. История теплотехники. М., 1954. С. 291.

594

Возможен и ошибочный «перевод» социального заказа на научно-технический язык. Так,

потребность общества в дешевых источниках энергии в свое время формулировалась как задача

создания «вечного двигателя», что было неверным толкованием социального заказа и заводило его

в тупик.

Вместе с тем состояние технологической культуры, существующее на данный момент времени,

всегда позволяет решать многие задачи, которые не стимулируются никаким социальным заказом.

Поэтому вполне понятно, что люди, не умеющие или не желающие считаться с общественными

потребностями, могут заниматься совершенно ненужными, никчемными изобретениями. Однако

выдающиеся умы, обладающие развитым «чувством будущего», предугадывают общественные

потребности, которые еще не назрели, но в перспективе приобретут большое значение. Такие

люди способны опережать свое время и работать «впрок». Они создают технические новшества,

которые, не отвечая никакому существующему социальному заказу, встречают сначала у

современников равнодушный прием, но через какое-то время становятся основой решения важных

общественных задач.

Осознать и сформулировать в виде технической задачи социальный заказ — далеко не простое

дело. Социальный заказ часто неочевиден. Поэтому для его реализации очень важно, чтобы в

обществе существовала возможность развития различных конкурентных подходов к этой

проблеме. Побеждает тот, кто более точно уловит общественную потребность и найдет в

технологической культуре, в науке и технике своего времени наиболее эффективный путь к ее

удовлетворению. Здесь неизбежен момент риска, который всегда существует в конкурентной

рыночной экономике.

♦ В Массачусетсском технологическом институте (США) идет работа по созданию

микросамолетов длиной в 2 см и весом около 50 г. Казалось бы, никаких особых слож-

ностей тут ожидать не следует: если известно, как строить большие самолеты, что по-

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

513 -

- 513

мешает сделать маленькие? Однако конструкторы столкнулись с трудностями, для

преодоления которых пришлось решать не только технологические, но и теоретические

проблемы. Крохотный, размером со стрекозу, самолетик уже на старте может быть сдут и

опрокинут порывом ветра. Чтобы этого не произошло, он должен на взлете развивать

скорость не меньше 300 км/ч. Но бензиновые двигатели величиной в спичечную головку тут

оказались неэффективными, да и для бензобаков места не хватало. Потребовалась

разработать новый тип электродвигателя, способный вращать пропеллер со скоростью 100

000 оборотов в минуту. Крылья микросамолета понадобилось снабдить соплами или

сделать махательными, как у птиц. Только для того, чтобы довести этот проект до летных

испытаний, затрачено больше 50 млн долларов. Спрашивается: а зачем нужны такие

миниатюрные самолетики? Авторы проекта полагают, что они могут пригодиться,

например, для наблюдения и аэросъемки, особенно в военно-разведывательных целях

(они дешевле больших самолетов и их труднее сбить). Но видеокамеры для них еще тоже

предстоит разработать. Отвечает ли массачусетсский проект микросамолета

общественным потребностям? Существует ли социальный заказ на микросамолеты?

Возможно, так оно и есть, и перед нами — пионерская разработка техники завтрашнего

дня. Но, видимо, тут есть и риск ошибиться, затратив большие средства на работу, которая

не найдет практического применения в жизни. Будущее покажет... ♦

Огромную роль в формировании социального заказ играет реклама. Современная реклама не

только дает информацию о товарах, но и возбуждает потребность в них. С ее помощью нередко

специально создается социальный заказ на ведущуюся какой-то фирмой техническую разработку,

а также вызывается и взвинчивается спрос на продукцию, которая без рекламы не нашла бы сбыта.

Показательна в этом отношении рекламная политика фирмы Microsoft: интерес к новым

программным продуктам этой фирмы «разогревается» еще до окончания их разработки, как это

делалось со сменяющими друг друга версиями системы Windows, причем с выходом в продажу

каждой

595

новой версии появляются другие программы, рассчитанные на ее предварительную установку. В

результате к концу 1990-х гг. Windows была установлена на 90% компьютеров в мире.

В условиях командной социалистической экономики государство полностью брало на себя

выдвижение социальных заказов и планировало работы по их выполнению. Но это приводило к

тому, что действительные потребности общества не замечались, многие назревшие общественные

потребности игнорировались. Научно-технический потенциал общества отвлекался от них на

другие задачи (военные заказы, «великие стройки коммунизма», разработки мелких и

малоэффективных плановых заданий). Отставание в области компьютерной техники — яркий

пример того, что получается, когда осознание социального заказа и превращение его в

техническую задачу становится делом чиновников, а не проблемой, решаемой в конкурентной

борьбе различных свободно выбираемых путей ее истолкования и разрешения.

Социальный заказ (как и общественные потребности вообще) всегда так или иначе зависит от

особенностей национальной культуры. Даже постановка чисто экономических или военных задач

обычно не обходится без учета культурных ценностей и традиций, сказывающихся на психологии

восприятия людьми технических новинок.

♦ А. Тоффлер, рассматривая, как принимаются в обществе бытовые новинки, приводит

интересные примеры, иллюстрирующие это обстоятельство.

375

«Так, крупная американская продовольственная компания с гордостью начала выпускать

экономящий труд «добавь-только-воду» (add-water-only) порошок для кекса. Компания

была поражена, когда женщины предпочли этому продукту смеси, которые требуют

дополнительного труда — добавления яйца наряду с водой. Добавляя яичный порошок на

фабрике, компания упрощала задачу домохозяйки, лишая ее чувства твор-

376

Тоффлер А. Футурошок. СПб., 1997. С. 173-175.

ческого участия в процессе выпекания кекса. Осознав это, она поспешно перестала до-

бавлять яйцо, и женщины благополучно стали сами вбивать яйца в порошок».

Другой пример касается изготовления гигиенических салфеток. Спрос на них сдерживался

опасениями, что их использование засоряет туалет. «Было изготовлено изделие, которое

при контакте с водой немедленно растворяется. От этого оно не выполняет свою основную

функцию лучше. Но оно снимает некоторое беспокойство, связанное с его

использованием. Это — психологическое дополнение, весьма важное для любого

продукта».

В данных случаях производители, казалось бы, шли навстречу потребностям людей. С

социально-экономической точки зрения так оно и было. Однако не был учтен культурно-

психологический аспект, т. е. социальный заказ был понят неточно. И только изменение

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

514 -

- 514

задачи в соответствии с культурными традициями сделало новый товар способным

удовлетворить запросы потребителей и заслужить их признание. ♦

Потребности культуры могут и напрямую стать основанием социального заказа. Так получили

жизнь книгопечатание и пишущая машинка, фонограф и кинематограф, электронные музыкальные

инструменты и Интернет.

ТЕХНИКА КАК ИНСТРУМЕНТАРИЙ КУЛЬТУРЫ

Деятельность в сфере культуры, как и повсюду, имеет организационный, технологический аспект.

В первобытные времена, когда культура была синкретичной и разные ее формы еще не

обособились друг от друга, технология культурной деятельности была слабо оснащена

материальной техникой. Она требовала главным образом владения техникой исполнительской —

техническими приемами мифотворчества и передачи мифов от поколения к поколению,

выполнения обрядов и магических ритуалов. Эта техника входила в традицию и сохранялась,

постепенно совершенствуясь и обогащаясь. Обособление различных культурных форм

сопровождалось не только ростом исполнительского мастерства, но и разработкой орудийного

инструментария культуры (ее «материально-технической

596

базы»). «Инвентарь» инструментов культуры со временем разрастался, включая в себя наряду с

универсальными, общими для всех форм культуры также и специфичные для каждой из этих форм

инструменты.

Многие культурологи склонны считать одним из важнейших универсальных технических

инструментов культуры язык. При широком понимании техники для этого есть достаточные

основания, так как язык, несомненно, представляет собой техническое средство культуры, без

использования которого ее существование просто немыслимо. К универсальным техническим

инструментам культуры следует отнести и технику мышления — приемы и методы мыслительной

деятельности человека, которые, с одной стороны, вырабатываются культурой, а с другой — сами

служат средствами ее развития, а также технику коммуникации, общения людей, включая сюда

как вербальные, так и невербальные средства общения.

Важнейшей частью инструментария культуры издавна стала и остается доныне информационная

техника. Ее первыми образцами были древние сигнальные барабаны и палочки для выдавливания

пиктограмм на глиняных табличках. Настоящую революцию в культуре произвело появление

книгопечатания в XV в. А в последней трети XIX в. начался бурный процесс технизации

информационной деятельности: изобретение пишущей машинки (К. Шоулз, 1868), телефона (А.

Белл, 1876), фонографа (Т. Эдисон, 1877), авторучки (Л. Уотермен, 1884), линотипа (О.

Мергенталер, 1884). В XX в. этот процесс принял буквально лавинообразный характер. Радио,

телевидение и, наконец, компьютерные системы стали техническим базисом культуры, и трудно

представить, как могла бы без них существовать современная цивилизация.

Наряду с универсальными информационными инструментами культуры существует масса

специальных технических средств и способов научной, художественной, правовой, политической

и других форм культурной деятельности. Так, техника живописи включает в себя и простейшие

орудия художника — палитру, кисти, мольберт, и изощренные приемы обработки используемых

материалов — подготовки холста, изготовления, смешивания, наложения красок, гравировки,

лакировки, и способы построения живописных образов — технику рисунка, изображения

перспективы, композиционного построения картины. Технический арсенал скульптора — это и

его орудия (шпатель, резец), и применяемые им способы работы с глиной, гипсом, мрамором,

бронзой (в каждом из этих случаев имеющие свою специфику). Театральная техника —

оборудование сцены, механизмы установки и перемещения декораций, осветительная аппаратура

и пр. — во многом определяет режиссуру спектакля (достаточно вспомнить, например,

представления замечательных фокусников нашего времени И. Кио и Д. Копперфильда). Особенно

велика роль техники в тех видах искусств, которые даже иногда называют техническими

(фотография, кино, компьютерная графика). Причем разные художественные стили обычно

связаны с различной техникой работы мастеров искусства. Аналогичным образом есть своя

техника — и как в искусстве, тоже различная в разных странах, разных школах и направлениях —

у политиков (например, технологии избирательных компаний, техника голосования в парламенте),

у юристов (скажем, приемы обвинения и защиты в суде), у ученых (математическая техника,

экспериментальные установки, измерительные приборы). Естественно, что в каждой области

культуры приходится учиться использованию ее технического инструментария.

Таким образом, техника (материальная и исполнительская) проникает во все «ниши» культурного

пространства, и без овладения ею невозможно сделать ни шага в мире культуры.

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

515 -

- 515

597

ТЕХНИКА КАК ЗНАКОВАЯ СИСТЕМА КУЛЬТУРЫ

Главная функция техники — прагматическая: технические устройства и изделия создаются

для практического использования. Но поскольку техника выполняет указанную функцию и

используется людьми в практической деятельности, постольку свойства технических

устройств и изделий соответствуют определенным целям, способам, условиям их применения.

Следовательно, по их свойствам можно судить о том, каковы должны быть эти цели, способы,

условия. Иначе говоря, в технических объектах содержится информация об их назначении и

употреблении. Поэтому наряду с прагматической техника выполняет и семиотическую

функцию: ее можно рассматривать как семиотический код, как особый язык культуры,

который, подобно вербальному языку, способен служить средством хранения и передачи

информации. Можно сказать, что взятая в этом плане техника есть гигантский аккумулятор

информации.

Правда, извлечь информацию, которую несут в себе технические объекты как

«закодированные в металле тексты», можно лишь тогда, когда имеется некоторое

предварительное знание об образе жизни людей, о культурном мире, в котором они создают

технику и пользуются ею. Для усвоения какой-либо информации человеку всегда необходим

соответствующий понятийный базис (тезаурус). Предварительные знания, нужные для того,

чтобы «расшифровывать» значения, закодированные в «языке техники», — это тезаурус, ко-

торый дается культурой.

♦ В записках русского путешественника Н. Миклухо-Маклая рассказывается, как папуасы

впервые увидели у него карманные часы. Они пришли в восторг. Их восхищение еще

больше возросло, когда они открыли крышку, закрывавшую циферблат, увидели движение

стрелок, услышали тиканье. Но, вернув часы Миклухо-Маклаю, они так и не поняли, что же

это за предмет и для чего он нужен. Мир евро-

пейской культуры был им слишком чужд, чтобы разобраться в этом: в их мире измерять

время, да еще в таких малых единицах, как секунда и минута, нужды не было. Можно

представить, насколько обескуражен был бы дикарь, попавший в современный универмаг.

Разглядывая товары — скажем, такие бытовые аппараты, как пылесос или микроволновая

печь, — он был бы очень далек от того, чтобы по их виду узнать, каково их назначение.

Еще не столь давно, лет 20-30 назад, советские туристы, попав в зарубежный отель,

гадали, что это за предмет, стоящий в туалете и называемый «биде». (Впрочем, в

известном фильме Л. Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию» царь Иван Грозный,

перенесенный в наш век, довольно быстро осваивает магнитофон.) ♦

Первый, самый доступный информационный слой, который может быть найден в

техническом объекте, — это технологическая информация, относящаяся к его употреблению.

Технический объект, предназначенный для выполнения определенных прагматических

функций, выступает как код действий, которые человек с ним может производить. Это

наиболее наглядно обнаруживается в ручных орудиях. Рукоятки (меча, топора, отвертки) сво-

ей формой и размерами подсказывают, как надо брать в руки орудие и что за действия с ним

можно совершать. Ручное орудие понятно, ибо оно есть просто продолжение руки.

Сведения о технологии пользования сложными техническими объектами уже не столь

очевидным образом закодированы в их облике. Стиральная машина ни своей формой, ни вне-

шними проявлениями процессов, происходящих при ее включении, никак не напоминает о

процедурах ручной стирки. Требуется специальная инструкция, разъясняющая, как пользо-

ваться ею. Но опытный умелец и без инструкции все же сможет это понять. Ведь, в конце

концов, сложные машины состоят из механизмов, основные типы которых не столь уж

многочисленны.

♦ Специалисты по теории машин и механизмов насчитывают 14 основных типов

598

механизмов, различающихся по конструктивным признакам

376

1. рычажные (шарнирные),

2. фрикционные,

3. зубчатые,

4. кулачковые,

5. механизмы с гибкими звеньями,

6. винтовые,

7. механизмы с упругими звеньями,

8. комбинированные,

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

516 -

- 516

9. механизмы переменной структуры,

10. механизмы движения с остановками,

11. гидравлические,

12. пневматические,

13. электромагнитные,

14. электронные. ♦

Различные типы механизмов — это элементы семиотического кода техники. Зная их принципы

действия, можно «считывать» технологическую информацию, содержащуюся в составленном из

этих кодовых элементов «тексте».

Однако создание технических устройств, функционирование которых рассчитывается на научной

основе, делает «раскодирование» заложенных в них принципов действия все более трудной

задачей. Чтобы понять, как действуют такие устройства, нужен более обширный тезаурус.

Становится необходимым иметь какие-то предварительные сведения из области физики,

механики, электротехники, специальных технических дисциплин. Технический объект выступает

при этом как кодовый носитель более глубоко лежащего информационного слоя — слоя научных

знаний, которые воплощены в данном объекте.

♦ Если бы запущенный с Земли космический аппарат был найден какими-то

инопланетянами, они, покопавшись в его устройстве, смогли бы установить тот уровень

развития науки, на котором находятся его создатели. Правда, для этого они должны были

бы сами иметь науку, по крайней мере, не слишком отставшую от земного уровня.

Аналогичная, но более реальная ситуация возникает тогда, когда одному из враждующих

государств удается захватить ка-

376

Боголюбов А. Н. Творения рук человеческих. Естественная история машин. М., 1988. С. 66-67.

кое-то новое оружие противника, и встает задача раскрыть секрет его действия. Более

мирный пример: «промышленный шпионаж», в котором один конкурент стремится выкрасть

у другого образец готовящегося к производству нового изделия (или хотя бы его чертежи),

чтобы получить информацию о научно-технических разработках своего конкурента. ♦

Но техника аккумулирует в себе не только технологическую и научно-техническую информацию.

В ней закодирован еще один информационный слой, имеющий гораздо более широкое содер-

жание: она может служить источником массы сведений об обществе, в котором ее создают и

используют, о жизни людей в этом обществе.

Такую задачу решают археологи, воссоздавая по найденным образцам орудий технологическую

культуру людей той эпохи, в которую эти орудия изготовлялись и применялись, и соот-

ветствующие особенности их культурного мира в целом. А в повседневной практике мы

постоянно делаем выводы об образе жизни и занятиях людей из наблюдений над тем, какими тех-

ническими устройствами и изделиями они пользуются.

Семиотика техники приобретает новый характер, когда сложные технические устройства входят в

быт людей. Как известно, машины сначала стали внедряться в промышленное производство, а в

быту на протяжении долгого исторического времени использовались лишь простейшая ручная

техника. Только к концу XIX в. в городских домах появилось электричество, люди стали обза-

водиться телефонами, граммофонами, швейными машинами, фотокамерами, ездить на

велосипедах и автомобилях. Но в простых бытовых изделиях, как уже было сказано, сами

внешние формы выступали как код действий с ними. Со сложной же бытовой машинерией и

электротехникой дело обстоит иначе. Уже зажигание электрической лампочки принципиально

отличается от действий, которые нужно произвести для разжигания лучины, свечи или кероси-

599

новой лампы: нет огня, который надо разжечь. Тут достаточно щелкнуть выключателем, а это

действие никак не связано с тем, что делали наши пращуры испокон веков, чтобы получить свет.

Фотоаппарат позволяет получить портрет, но принцип действия фотоаппарата не имеет абсолютно

ничего общего с процедурой рисования портрета с помощью ручных орудий — карандаша или

кисти.

Таким образом, бытовая техника утрачивает код действий. Эта утрата наиболее очевидным

образом проявляется в автоматике. Чем больше автоматизировано техническое устройство, тем

меньше вмешательство человека в его работу. Дело сводится к «нажатию кнопок» —

стандартному действию, которое одинаково выполняется в самых разных случаях, но ведет к со-

всем не одинаковым последствиям.

♦ «Мир быта почти в такой же степени, как и мир труда, регулируется ныне

систематическими жестами команд или же телекоманд. Перед нами — просто кнопка,

тумблер, рукоятка, педаль, порой даже и вовсе ничего (в кабину фотоавтомата достаточно

просто войти); тогда как прежде надо было что-то давить, дробить, заколачивать,

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

517 -

- 517

поддерживать равновесие, соизмерять и распределять усилия... На место схватывания

вещей, в котором участвовало все тело, приходит контакт (рукой или ногой) и контроль

(зрительный, иногда слуховой)».

377

♦

Автомат — уже не просто продолжение человеческой руки. Непосредственная связь между

характером трудовых движений человека и способом действия технического объекта разрывается.

Устройство и принципы действия автоматизированной бытовой аппаратуры становятся

недоступными пониманию для неспециалистов. Она несет прагматическую функцию, но перестает

выполнять семиотическую функцию кода действий..

Однако в пространстве культуры не может быть объектов, лишенных семиотического —

знакового, информационного — смысла, ничего не говорящих

377

Бодрияр Ж. Система вещей. М., 1995. С. 41.

ни уму, ни сердцу. И прагматическая функция сложной бытовой техники, т. е. тот комфорт,

который она предоставляет человеку, остается базой осмысления ее как культурного феномена.

Подобно другим предметам быта она служит признаком социального статуса и имущественного

положения людей. Более того, перестав видеть в ней код действий, люди начали подсознательно

придавать больше значения этому ее признаку, подчеркивать ее знаковость в этом плане, чтобы

тем самым возместить, компенсировать потерю. В результате бытовая машинерия и электротех-

ника стали усиленно наделяться символическим значением.

Глядя на образцы бытовых технических изделий столетней давности, нетрудно заметить, что

поначалу их внешний облик отличался вычурностью форм, художественной обработкой по-

верхностей (орнамент, резьба, украшения из ценных камней и металлов), обилием деталей,

выполненных в духе привычных обиходных вещей. Старинный телефон выглядел как некая вол-

шебная шкатулка с изящной подставкой для трубки (а вначале слуховая и речевоспринимающая

части трубки еще были отделены друг от друга). Граммофон снабжался длинным воронкообраз-

ным раструбом, очень похожим на музыкальную трубу. Швейную машину украшали цветочными

узорами. Автомобиль оформляли по образу роскошной кареты. Таким образом, у этих вещей

старались сохранить облик обычных, бесхитростно обнажающих свое назначение предметов быта,

придавая им лишь некий особый шик. Но затем их внешний вид стал диктоваться технологией

производства и удобством использования. Они обрели лаконичные, рациональные формы.

Сложная бытовая техника ныне «говорит» не языком действий, а языком символов. Автомобиль —

это символ победы над пространством, свободы, автономности, независимости. Обладание им есть

«как бы свидетельство

600

о гражданстве; водительские права служат дворянской грамотой для новейшей моторизованной

знати, на гербе которой начертаны компрессия газов и предельная скорость. А изъятие прав — это

ведь сегодня своего рода отлучение, социальная кастрация!»

378

Холодильник, пылесос, телевизор,

аудиосистема — все это символы благосостояния. Но символическое значение приобретают уже

не только эти предметы как таковые: важна их марка. Техника стареет морально гораздо быстрее,

чем физически. Если прежде предметы домашнего обихода служили своим владельцам де-

сятилетиями и переходили в наследство через несколько поколений, то в наше время бытовая

техника предназначена служить не более чем несколько лет. В современном обществе

потребителей царствует мода на новизну. Реклама убеждает нас, что новая марка холодильника,

аудиосистемы, автомобиля нам совершенно необходима, что пользоваться устаревшими моделями

— значит идти не в ногу со временем. Идет гонка за новинками. Они иногда ничем не лучше, но

иметь их «престижно». И время от времени даже возникает, как ностальгия по патриархальному

домашнему уюту предков, мода на «ретро»: электропечке придается вид камина, уль-

трасовременный телефон облекается в старомодный позолоченный футляр, а на улицах

устраивается парад старых автомашин, начиненных электроникой и снабженных мощными

новейшими двигателями. Старое становится символом нового.

2.3. ОБРАЗ ТЕХНИКИ В КУЛЬТУРЕ

Изучением столь сложного и многоаспектного феномена, как техника, занимаются различные

науки (не только технические, но и общественные — история, культурология, социология), а за

последние полтора века сущность

техники стала предметом философских размышлений. Но одно дело — теоретические концепции

техники, а другое — представление о ней в массовом сознании, у людей, не читающих научных и

философских трудов о технике и не задумывающихся о ее сущности. Это представление

складывается под влиянием культурных традиций и парадигм, в свете которых воспринимаются,

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

518 -

- 518

трактуются и оцениваются факты личного жизненного опыта. Оно дает стереотипный,

упрощенный, стандартизованный образ техники, который является одним из элементов

культурного менталитета. Естественно, такой образ в разные эпохи, в разных культурах и

субкультурах не может быть одинаков. Но каков бы он ни был, в нем, с одной стороны,

отражаются какие-то черты техники, существующей в данной культуре, а с другой — от него в

большей или меньшей степени зависят характерные для этой культуры особенности развития

техники. Ибо этот образ техники определяет отношение «простых людей» к ней и к ее

применению, престижность труда специалистов в области в техники, заботу общества о ее

совершенствовании, духовную атмосферу, в которой она развивается.

В первобытной культуре техника (ручные орудия, простейшие механизмы) в духе

мифологического мышления наделялась магическими свойствами. Охотники и воины совершали

особые ритуальные действия, чтобы придать силу своему оружию.

379

Добывание и хранение огня

было окружено сакральным (священным) культом. Техника колдовства — как исполнительская

(жесты, танец, заклинания), так и предметная (талисманы, жезлы, сосуды) — считалась способом

общения с духами.

В античные времена люди стали смотреть на технику как на творение

378

Бодрияр Ж. Указ. соч. С. 57.

379

Следы древних ритуалов сохранились в виде обрядов освящения меча или ружья, а ныне

иногда — танка, самолета, ракеты.

601

разума. Для античной культуры было характерно преклонение перед его волшебной силой,

которая позволяет изобретать орудия, механизмы, способы и приемы ремесла. Во многих мифах

такая волшебная сила приписывается разуму богов (Прометея, научившего людей многим

ремеслам и искусствам, Гефеста, покровителя кузнецов и ремесленников). Когда

изобретательский талант проявляли люди (миф о Дедале), то он считался Божественным даром.

Механические орудия ставились греками в один ряд с живыми существами: Аристотель говорил,

что есть орудия немые, мычащие (скот) и говорящие (рабы). Греки не проводили различия между

техникой и искусством, ремеслом и художеством: и то и другое для них было «техне»,

мастерством, искусной работой.

В религиозной культуре средневековья техника предстала как одно из установленных по замыслу

Бога условий человеческого бытия. Считалось, что сельскохозяйственные и ремесленные орудия,

воинское вооружение, технические сооружения — мельницы, плотины, мосты — создавались по

данным человеку от Бога образцам. Цеховая система организации ремесленного труда строго

регламентировала правила их создания и пользования ими. Отступления от этих правил

осуждались, что в немалой мере мешало введению новшеств. Тем не менее, творческая мысль в

средние века не останавливалась и технические новации постепенно входили в жизнь, хотя это

подчас и дорого стоило изобретателям, которых обвиняли в колдовстве и связях с нечистой силой.

Эпоха Возрождения дала мощный толчок не только развитию искусства, но и прогрессу в области

техники. А потребности растущего индустриального производства в Новое время привели к

появлению машин, намного повышающих производительность труда. В XVIII в. внедрение машин

в промышленность приводит к росту слоя ра-

ботников, чей труд связан с механизмами и требует технических знаний. На технику начинают

смотреть как на важнейший фактор общественного прогресса.

Однако вместе с тем появление машин, заменяющих ручной труд, вызывает и недовольство у

части населения. В первой трети XIX в. в Англии, тогда наиболее промышленно развитой стране,

поднимается волна негативного отношения к технике. В глазах пролетариев, теряющих работу из-

за того, что применение машинной техники ведет к сокращению рабочих мест, машина

представляется источником их бед. Возникает луддистское движение против машин, участники

которого громят их.

♦ Движение луддистов имеет свою предысторию. Механический ткацкий станок был

изобретен в Германии еще в XVI в. Но в 1579 г. магистрат Данцига, опасаясь, что

множество ремесленников потеряет работу, распорядился машину сломать, а ее изоб-

ретателя тайно удушить или утопить. Ткацкий станок снова появился в Европе в сле-

дующем столетии, и из-за него в разных городах вспыхивали волнения, даже делались его

публичные сожжения. Видимо, условия для внедрения машин в производство в то время

еще не созрели. А когда они созрели, то уже никакие усилия луддистов не смогли

остановить этот процесс и машинная техника стала применяться в производстве все шире,

вопреки многочисленным «бунтам против машин». ♦

В духовной атмосфере западноевропейской культуры XIX в. зарождается зловещий образ техники

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

519 -

- 519

как враждебной людям силы. Он нашел символическое воплощение в романе английской

писательницы М. Шелли «Франкенштейн», опубликованном в 1818 г. Роман рассказывает о том,

как ученый сотворил человекоподобное чудовище, наделенное необычайной мощью. Но оно

вышло из-под его власти и стало врагом людей.

Образ техники в массовом сознании получает у разных народов национальную окраску, связанную

с историко-географическими особенностями страны. У земледельческих народов

602

представление о технике связано прежде всего с сельскохозяйственными работами (соха, плуг,

телега, мельница). Со времен древнего Рима в западноевропейских странах распространяется

каменное строительство, и с той же давней поры для европейцев-горожан долгое время техника —

это, в первую очередь, строительная техника (подъемные механизмы, тачки, инструменты для

обработки камня). На Востоке культ духовного совершенствования издревле связал образ техники

преимущественно с техникой специальных упражнений: школы йоги, восточной борьбы — дзюдо,

карате, айкидо и т. п. К развитию материальной техники особого интереса не было, и она

прогрессировала медленно, что до сих пор сказывается в технической отсталости Востока от

Запада.

В России, где крестьянство до XX в. составляло основную массу населения, народный образ

техники формировался как отражение нехитрых хозяйственных и бытовых приспособлений.

Молот, горн, наковальня и искусство кузнеца — создателя техники — пользовались, как и он сам,

особым уважением. Не случайно до сих пор часто встречаются фамилии «Кузнецов», «Ковалев»:

причастность к кузнечному делу отмечалась и была, видимо, предметом гордости. Техника

воспринималась крестьянами как естественное условие быта, им было чуждо противопоставление

ее природе. Национальные изобретения — самовар, сани, русская печь, русская баня, форточка —

просты и натуральны, они гармонично вписываются в деревенскую жизнь, в русскую природу с ее

суровой и долгой зимой.

С эпохи Петра I развитие промышленности в России сопровождалось ввозом западной машинной

техники. Ее отличие от традиционной сельскохозяйственной и ремесленной техники с самого

начала бросалось в глаза. К ней относились как к чужой, «басурманской», она нередко казалось

ненадежной, вызывала подозрение и недоверие.

♦ Этот взгляд нашел отражение в фольклоре, в художественной литературе. У Н. Лескова в

рассказе «Левша» рисуется превосходство «ручного» искусства русского мастера над

мудреной техникой иностранца. В знаменитой «Дубинушке» поется:

Англичанин-хитрец, чтоб

работе помочь.

Изобрел за машиной машину.

А наш русский мужик, коль

работать невмочь,

Так затянет родную «Дубину»...

Тут чужеземной «машинной хитрости» противопоставляется простецкая исполнительская

«техника ритма», бурлацкой согласованности движений. Примечательно, что в контрасте с

металлом зарубежных машин эта техника связывается с «родной» дубиной, которая к тому

же еще «зеленая» и «сама пойдет». Песня бурлаков подчеркивает натуральность,

близость к природе этой деревянной, «зеленой» техники, которая как бы сама собою,

естественно выполняет работу. Это напоминает о «сказочной технике» —

самодвижущейся печи, скатерти-самобранке, сапогах-скороходах, поворачивающейся на

«курьих ногах» избушке, которые тоже, как только будут сказаны волшебные заклинания,

«сами пойдут». ♦

Сложившийся в русской культуре ремесленно-крестьянский взгляд на технику после Октябрьской

революции, в период быстрого роста социалистической индустрии, сменяется представлением о

могуществе производственной и военной машинной техники и надеждой, что она обеспечит

изобилие и защиту страны от врагов.

♦ В советской России воспевается жизнь «в буднях великих строек, в веселом грохоте огня

и стали». Восхищение вызывают электричество, «железный конь», приходящий на смену

лошади (трактор), аэропланы, «грозные боевые машины» (танки). Идеология покорения

природы человеком, вооруженным могучей техникой, овладевает общественным

сознанием:

Человек сказал Днепру:

«Я стеной тебя запру,

Чтобы, падая с вершины,

Побежденная вода

Быстро двигала машины

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

520 -

- 520

И толкала поезда».

Побежденная (!) вода — этот образ в 1930-х гг. мало у кого вызывал тревогу. Наоборот,

почти все вслед за народным селекционером Иваном Мичуриным верили: «Нам не надо

ждать милости от природы, взять их у нее — наша задача». ♦

603

А между тем уже в XIX в. и в западной, и в русской дореволюционной культуре развертывается

борьба двух тенденций — техницизма (технофилии) и антитехницизма (технофобии).

Техницизм изображает технику как благо, антитехницизм — как зло. Эти два противоположных

образа техники сосуществуют в мировой культуре и поныне, выражаясь в общественном мнении,

в искусстве и философии.

Технофилы уверены в необходимости и благотворности дальнейшего технического прогресса, они

оптимистично смотрят в будущее, полагая, что развитие техники обеспечит процветание

человечества. Технофобы, наоборот, считают технический прогресс пагубным для человечества,

они весьма пессимистично оценивают будущее человеческого общества, если оно не свернет на

путь «нетехнологического» развития.

2.4. ПРОТИВОРЕЧИВОСТЬ ТЕХНИЧЕСКОГО ПРОГРЕССА

Антитехницизм (как и техницизм) — не какая-то единая концепция. Существуют разнообразные

его варианты.

Чаще всего указываются следующие главные опасности, которыми угрожает человечеству

технический прогресс.

1. Технический прогресс обедняет духовную жизнь человечества. Он выдвигает в центр внимания

людей заботу о материальном комфорте, который создает техника, заставляет их стремиться к ее

приобретению. Техника унифицирует, стандартизирует условия жизни людей, уничтожает

национальное своеобразие культур, а вместе с тем — и свойственные народам особенности их

духовной жизни. «Думы о технике» подменяют собою «духовность», люди больше сил посвящают

материально-техническому обустройству быта, чем спасению души. Сосредотачивая свои

помыслы на машинах, люди сами становятся машинами. В результате духовная культура

вырождается и умирает.

2. Технический прогресс превращает человека в раба техники. Освобождая людей от тяжелой,

однообразной работы, техника вместе с тем требует от них труда по ее созданию, обслуживанию,

уходу за ней. Чтобы избавиться от этого труда, человек вынужден создавать новую технику для

его выполнения. В результате сейчас 80-90% новой техники создается не для обслуживания

человека, а для обслуживания техники. Таким образом, технический прогресс не столько

сберегает человеческий труд, сколько изменяет его направленность: раньше человек работал на

себя, теперь же техника заставляет человека все больше работать на нее. Техника служит челове-

ку, но и человек служит технике. Она дает ему господство над природой, но зато его зависимость

от нее все более возрастает. Мир техники диктует человеку свои законы, подчиняет его жизнь

своим ритмам, навязывает ему правила поведения. Даже простая прогулка по улице регулируется

сигналами светофоров, необходимость в которых порождена развитием автомобильного транс-

порта. Так что же такое техника — рабыня человека или его госпожа? Технофобы утверждают: в

результате технического прогресса человек все больше превращается из властелина техники в ее

послушного слугу.

3. Технический прогресс разрушает природную основу человеческого бытия. В ходе него человек

противопоставляет себя природе и стремится к господству над ней. Природа не постигается в ее

разнообразии, а осваивается односторонне и утилитарно, только как объект деятельности,

источник материалов и энергии. Природа грабится и беспощадно разрушается. Экологические

последствия такого отношения к природе, порожденного техническим прогрессом, общеизвестны:

загрязнение атмосферы и водоемов, истощение природных ресурсов, гибель

604

флоры и фауны, нарушение энергетического баланса Земли и пр. Научная литература и средства

массовой информации наполнены подробными сведениями обо всем этом. Антитехницисты

предупреждают: дальнейшее развитие техники грозит человечеству экологической катастрофой.

4. Особую опасность представляет самоуничтожение человечества в результате неосторожного

обращения с атомной техникой, обладающей колоссальной разрушительной мощью. Не только

накопление ядерного оружия, но и мирное использование атомной энергии несет страшные

опасности, примером чему может служить чернобыльская трагедия.

5. К этому добавляется и угроза самоотравления человечества в результате использования

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9